<<

ЗАКЛЮЧЕНИЕ  

Проблема взаимосвязи философского идеализма и религии настолько многогранна, что затронуть все ее аспекты в рамках одной монографии, конечно, невозможно. Однако рассмотренные теоретические позиции дают определенное представление о существе и общих тенденциях модификации стереотипов философской апологии религии.

Синтез религии и идеалистической философии в настоящее время принимает новые формы.

В условиях потери былого влияния на политическую, общественную, культурную жизнь религиозные организации вынуждены искать пути сохранения своего авторитета, идти на пересмотр традиционного негативного отношения к светской культуре в целом, к философии в частности. Идейный смысл религиозных интерпретаций философии и философско-идеалис- тических интерпретаций религии сводится в конечном счете к тому, чтобы посредством некоторой модернизации спасти основоположения религии и сохранить за ней роль духовного и практического руководителя, удерживающего трудящихся от борьбы за искоренение социального зла и достижение реального земного счастья.

В то же время нельзя упускать из виду, что в 80-е годы в буржуазной идеологии получил широкое распространение неоконсерватизм, что находит свое выражение и в стремлении философов-идеалистов выступить с поддержкой религиозного традиционализма. С позиций традиционализма подходит к оценке теологических и «мирских» проблем официальное руководство католической церкви, ряд протестантских организаций. Возникновение так называемых нетрадиционных религий способствовало появлению соответствующих философских обоснований. Таким образом, процесс взаимодействия идеалистической философии и теологии неоднозначен и отражает тенденции современной религиозной жизни.

Взаимная притягательность идеалистической философии и теологии определяется родством их мировоззренческих позиций, а также невозможностью самостоятельно разрешить постоянно возникающие проблемы.

В одном случае это обусловлено теоретической и методологической несостоятельностью философского идеализма, нередко уводящей его с пути разума в тупик религиозных иллюзий, к идее бога, в другом — размываемая современной жизнью вера в сверхъестественные силы вынуждает теологов обращаться к философствованию. Но как теология, так и идеалистическая философия в современном варианте существенно отличаются от своего «классического» выражения. Теология ищет в философии способы обновления своих мировоззренческих установок с тем, чтобы они соответствовали духовному облику современного человека. В свою очередь современная буржуазная философия при всем видимом многообразии течений, школ и направлений сама ищет не истины разума, а склонилась к богоискательству, рассчитывая в нем обрести опору. Обе они в равной мере оказываются не в состоянии дать ответы на стоящие перед ними вопросы.

Современной буржуазной философии свойственны три основные тенденции — позитивистская, иррационалистиче- ски-антропологическая и религиозно-философская. Но в 70—80-е годы произошли изменения в проблематике, методах философствования, конечных выводах, мировоззренческих установках традиционных направлений. Размывание и синкретизация основных направлений буржуазной философии в условиях глубокого кризиса духовной культуры буржуазного общества привели к тому, что практически все они подверглись влиянию со стороны теологии. Именно на это обстоятельство обращено внимание в данном исследовании.

Вместе с тем религиозная философия и теология не растворяются в других философско-идеалистических доктринах, поскольку сохраняется принципиальная установка — теоцентризм мировоззрения. Современная религиозная философия многообразна — это не только неотомизм, неоавгустинизм, молинизм, скотизм, многочисленные протестантские концепции. Все они сформировались в рамках христианства. Соответствующие синтезы философии и религии происходят также на основе других религий — ислама, буддизма, иудаизма, индуизма и пр.

Религиозная мысль стремится использовать наиболее «действенные» аргументы против материализма и атеизма из арсенала «рационалистически-ориентированных школ» современной буржуазной философии.

Этим определяются эклектичность и синкретичность философских осно- ваний религиозного модернизма. Смысл религиозных исканий не только в том, чтобы найти «религию разума», приемлемую для современного человека, не только в ис- польаовании данных научных исследований с апологетической целью, а прежде всего в самом процессе этих исканий, который призван демонстрировать непреходящую якобы потребность в боге.

На примере концепций религии Марбургской школы неокантианства, персонализма, тейярдизма и других в монографии показано, как в философии, ориентированной на религию, понятие божества заняло центральное место. Это стало возможным благодаря идее тождества бога и бытия, когда объявляется, что бог и есть бытие. Такое появление единого предмета исследования для теологии и философии становится основой для создания «религии разума», так как понимаемый таким образом бог лишается антропоморфных черт, становится трансцендентным миру и человеку, требует постижения в процессе богопознания, упраздняющего познание, либо интуитивного озарения. При всех многообразных вариантах общим для этих конструкций оказывается бог как высшее бытие и принцип объяснения всего сущего. Отсюда следует, что философские построения, противоречащие постулатам веры, не могут быть истинными, ибо истина гарантируется богом.

Важнейшими «атрибутами» религиозной философии и теологии является истолкование соотношения такой философии или теологии и науки, а также интерпретация сущности человека. Ориентация на «гармонию» веры и разума в неотомизме, на «двойственную истину» в обновленном варианте в православном богословии имеет одну цель — обосновать, что наука формально от религии не зависит, но зависит по существу, так как мировоззренческие выводы из научных достижений должны удовлетворять богословов. Такая установка теологам выгодна в современных условиях, так как позволяет соединить в сознании одного человека знания на уровне современного естествознания и религиозные мировоззренческие принципы.

Значительное внимание в современной теологии и религиозной философии уделяется проблеме человека, причем человек рассматривается не только как единство души и тела, но и как единство индивида, являющегося частью общества и личности, которая над обществом возвышается, так как может соотноситься с богом, имеет бессмертную душу.

Но в то же время свобода воли объявляется атрибутом бога. Религиозная трактовка человека направлена на то, чтобы подкрепить чаяния обывателя на спасение «свы- ше» — в загробной жизни или в случае термоядерной катастрофы.

Современная теология даже в наиболее далеких от простого пересказа библейских положений вариантах, очищенных от средневековой образности, остается фантастическим миросозерцанием, пытается отстаивать антинаучные представления о человеке. Фантастическое мистифицированное представление о человеке сочетается с претензией на необходимость соотнесения теологических построений с другими теоретическими формами постижения действительности, с философией и наукой.

Методологию рационализма теологи привлекают в целях обоснования структурного единства религии, ее внутренней целостности и «самобытности» как системы, ее мнимой «незаменимости» как элемента культуры. Симбиоз религии и позитивистски окрашенных философских подходов к различным проблемам позволяет религиозной мысли использовать наиболее соответствующий конкретной ситуации и теистической установке способ решения, разработанный философами-идеалистами. В то же время наличие учений, подобных тейярдизму, свидетельствует не о способности религии осуществить гармонию веры и разума, а является выражением кризиса религиозной философии. В нем прослежвается их противоположность, выражающаяся в противоречивости позиций самого Тейяра де Шардена.

Разумеется, это не означает пренебрежения «иррациональными» средствами аргументации. Религиозно-философская и теологическая мысль прибегает сегодня к образам мифологического сознания, «язычества», античной культуры, как бы делая их своим достоянием. Эта тенденция направлена на придание действительности «сакрального» характера, обнаружение в реальных процессах «сокровенного» высшего смысла.

Определенная активизация и модернизация апологетических процессов — это следствие изменения характера религиозности: религиозные формы переживания действительности функционируют во взаимодействии с разрушающей их «мирской» культурой.

Сочетание секуляризации общественной жизни и сакрализации социальных институтов ведет к размыванию границ религиозности, способствует восприятию утонченных форм религиозного мировоззрения, которые формируются с участием идеалистической философии. Этим обусловливается наряду с ослаблением силы воздействия традиционной христианской догматики рост влияния неинституализированных форм христианства, нетрадиционных способов апологии религии вообще.

Реальная потребность в духовно-практическом освоении мира в теологических конструкциях получает одностороннее, иногда иррациональное выражение. Исследование результатов обращения апологетов религии к нравственности, к непосредственному жизненному опыту человека необходимо для адекватного понимания социальной функции религии, поскольку религиозное мировоззрение выступает как способ адаптации к действительным условиям не только отдельного человека, но и социальных групп, как способ систематизации и регуляции стихийно складывающегося самосознания людей. В этой связи необходимо продолжать исследование определяющих тенденций современной религиозной идеологии, обращая внимание на раскрытие теологического подтекста религиозно-идеалистической интерпретации «человеческого», «мирского», поиски обновления путем охвата широких сфер «жизненных ценностей», неуклонное «обмирщение» содержания теологических систем. Религиозная интерпретация антропологических проблем, поворот от вопросов догматики к социально-этическим проблемам находят выражение в усиливающемся стремлении теологов опереться на буржуазную антропологическую философию.

Изучение новейших способов философской апологии религии свидетельствует о том, что идеологи религии отдают себе отчет в том, что крах религии как социального института является одновременно крахом любого конкретного вероучения. Следствием этого является перенос акцента на спасение религиозности человека даже ценой теологических уступок и межконфессиональных компромиссов, поиска «новых богов».

Но как бы ни изменялись формы апологии религии, она остается способом иллюзорного разрешения человеческих проблем, а религиозные искания оказываются идеологическим ответом на определенные социальные запросы, но ответом временным, не могущим предотвратить неизбежный крах религии во всех ее проявлениях. Современная буржуазная философия активно выступает против марксистско-ленинской философии в целях упрочения религии. В этой связи она изыскивает новые формы и методы фальсификации сущности диалектико-материалистического учения, ведет «имманентную» критику теории и истории научного атеизма.

Борьба за мировоззрение человека определяется в конечном счете стратегической целью — формированием гармонически развитого человека будущего коммунистического общества. 

<< |
Источник: Б.A. Лобовик. КРИТИКА ФИЛОСОФСКОЙ АПОЛОГИИ РЕЛИГИИ. КИЕВ НАУКОВА ДУМКА 1985. 1985

Еще по теме ЗАКЛЮЧЕНИЕ  :

  1. 3.1. Утверждение прокурором обвинительного заключения как процессуальное решение о доказанности обвинения
  2. 3.3. Выявление и устранение прокурором ошибок в определении пределов доказывания при утверждении обвинительного заключения
  3. 3.1. Умозаключение как форма мышления. Виды умозаключений
  4. 4.1. Умозаключение как форма мышления.
  5. § 3. Умозаключение по аналогии. Место аналогии в судебном Исследовании
  6. 447. Как соотносятся понятия "заключение договора банковского счета" и "открытие банковского счета"?
  7. Брак: понятие, условия и порядок его заключения; препятствия к заключению брака; прекращение брака. Недействительность брака
  8. 2.1. Брак, его требования и заключение
  9. От тюремного заключения арест отличался тем, что он мог отбываться в домах трудолюбия, и даже заменен общественными работами.
  10. Глава третья УМОЗАКЛЮЧЕНИЕ
  11. В. УМОЗАКЛЮЧЕНИЕ РЕФЛЕКСИИ (DER SCHLUSS DER REFLEXION)
  12. а) Умозаключение общности (Der Schlufi der Allheit)