АЛАН ЛИЛЛЬСКИЙ

В целом мысль А. Л. можно представить как развёрнутый комментарий к Платону, Аристотелю, Боэцию, Псевдо-Дионисию Ареопагиту (через Иоанна Скота Эриугену). С шартрской школой его сближает космизм (теория мировой души, природы как «заместительницы» бога), платонич. пифагорейство, любовь к классич. античности. Природа разума закономерна, мышление подвластно логике, отсюда тезис: «поскольку у авторитета нос из воска, т. е. его можно повернуть в разном смысле, он должен подкрепляться разумными основаниями» («Против ересей»). Однако «природа не знает природы своего порождения», к-рая в боге, а мысль для познания собств. истоков нуждается в вере и ми-стич. теологии: природное познание «познаёт, чтобы верить», мистич. познание «верит, чтобы познавать». Наибольшую популярность А. Л. имел в 15 в., когда приобрел легендарные черты как всезнающий doctor universalis; моралистич. пафос А. Л. имел продолжение в философии Возрождения.

*Migne, PL, t. 210. Г а с n a p о в М. Л., Алан Л., в кн.: Памятники ср.-век. лат. лит-ры 10—12 вв., М., 1972, с. 330—47; H u i z i n g a J., Uber die Verknupfung des Poetischen mit dem Theologischen bei Alanus de Insulis, «Mededeelingen der k. Akad. Afd. Letterkunde Ser. B», 1932, dl 74, № 6; R а у n a u d d e L a g e G., Alain de Lilie. Poete du XII siede, P., 1952.