После признания Сократа~виновным
Многое, афиняне, не позволяет мне возмущаться тем, что сейчас произошло, — тем, что вы меня осудили, — да для меня это и не было неожиданностью. Гораздо более удивляет меня число голосов на той и на другой стороне. Я не думал, что перевес голосов будет так мал, и полагал, что он будет куда больше. Теперь же, оказывается, выпади тридцать камешков не на эту, а на другую сторону, и я был бы оправ&дан. От Мелета, по-моему, я и теперь отделался, и не только отделал&ся: ведь очевидно для всякого, что если бы Анит и Ликон не выступили против меня со своими обвинениями, то Мелет был бы принужден уп&латить тысячу драхм, не получив пятой части голосов.
Этот человек требует для меня смерти. Пусть так. А что, афиняне, назначил бы я себе сам? Очевидно, то, чего заслуживаю. Так что же именно? Что по заслугам надо сделать со мной, или какой штраф дол&жен я уплатить за то, что я сознательно всю свою жизнь не давал себе покоя и пренебрег всем тем, о чем заботится большинство, — корыстью, домашними делами, военными чинами, речами в Народном собрании, участием в управлении, в заговорах, в восстаниях, какие бывают в на- шем городе, — ибо считал себя, право же, слишком порядочным, чтобы уцелеть, участвуя во всем этом; за то, что не шел туда, где я не мог принести никакой пользы ни вам, ни себе, а шел туда, где частным об&разом мог оказать всякому величайшее, как я утверждаю, благодеяние, стараясь убедить каждого из вас не заботиться о своих делах раньше и больше, чем о себе самом и о том, чтобы самому стать как можно лучше и разумнее, и не печься о городских делах раньше, чем о самом городе, и таким же образом помышлять и обо всем прочем. Итак, чего же я за&служиваю за то, что я такой? Чего-нибудь хорошего, афиняне, если уж в самом деле воздавать по заслугам, и притом такого, что мне пришлось бы кстати. Что же кстати человеку заслуженному, но бедному, который нуждается в досуге для вашего же назидания? Для подобного человека, афиняне, нет ничего более подходящего, как обед в Пританее! Ему это подобает гораздо больше, чем тому из вас, кто одерживает победу на Олимпийских играх в скачках или в состязаниях колесниц, двуконных и четвероконных; ведь он дает вам мнимое счастье, а я — подлинное, он не нуждается в пропитании, а я нуждаюсь.
Итак, если я должен по спра&ведливости оценить мои заслуги, то вот к чему я присуждаю себя — к обеду в Пританее.
Может быть, вам и это покажется высокомерным, то, что я говорил о воплях и мольбах; но это не так, афиняне, а скорее дело вот в чем: я убежден, что ни одного человека не обижаю умышленно, но убедить в этом вас я не могу, потому что мы мало времени беседовали друг с другом. Мне думается, вы бы убедились, если бы у вас, как у других людей, существовал закон решать вопрос о смертной казни в течение нескольких дней, а не одного; сейчас не так-то легко за короткое время опровергнуть тяжелую клевету. Так вот, убежденный в том, что не оби&жаю никого, я ни в коем случае не стану обижать и самого себя, нагова&ривать на себя, будто я заслуживаю чего-нибудь нехорошего, и назна&чать себе наказание. С какой стати? Из страха подвергнуться тому, чего требует для меня Мелет и о чем, повторяю, я не ведаю, благо это или зло? И вместо этого я выберу и назначу себе наказанием что-нибудь такое, о чем я знаю наверное, что это зло? Не тюремное ли заключе&ние? Но ради чего стал бы я жить в тюрьме рабом Одиннадцати, каж&дый раз избираемых заново? Или денежную пеню, с тем чтобы быть в заключении, пока не уплачу? Но для меня это то же, что вечное заточе&ние, потому что мне не из чего уплатить. Не присудить ли себя к изгна&нию? К этому вы меня, пожалуй, охотно присудите. Сильно бы, однако, должен был я цепляться за жизнь, афиняне, чтобы растеряться настоль&ко и не сообразить вот чего: вы, собственные мои сограждане, не были в состоянии вынести мои беседы и рассуждения, они оказались для вас столь тяжелыми и невыносимыми, что вы ищете теперь, как бы от них отделаться; так неужели другие легко их вынесут? Никоим образом, афи&няне. И хороша же в таком случае была бы моя жизнь — уйти в изгна&ние на старости лет и жить, скитаясь из города в город, причем отовсю&ду меня бы изгоняли! Я ведь отлично знаю, что, куда бы я ни пришел, молодые люди везде меня будут слушать так же, как и здесь; и если я буду их прогонять, то они сами меня изгонят, подговорив старших, а если я не буду их прогонять, то их отцы и родственники изгонят меня из-за них.
Пожалуй, кто-нибудь скажет: «Но разве, Сократ, уйдя от нас, ты не был бы способен жить спокойно и в молчании?»
Вот в этом-то всего труднее убедить некоторых из вас.
Ведь если я скажу, что это значит не повиноваться богу, а не повинуясь богу, нельзя быть спокойным, то вы не поверите мне и подумаете, что я притворя&юсь; с другой стороны, если я скажу, что величайшее благо для челове&ка — это каждодневно беседовать о добродетели и обо всем прочем, о чем я с вами беседую, испытывая и себя, и других, а без такого испыта&ния и жизнь не в жизнь для человека, — если это я вам скажу, то вы поверите мне еще меньше. Между тем это так, афиняне, как я утверж&даю, но убедить вас в этом нелегко.
К тому же я и не привык считать, будто я заслуживаю чего-то плохо&го. Будь у меня деньги, я присудил бы себя к уплате штрафа, сколько полагается; в этом для меня не было бы никакого ущерба; но ведь их нет, разве что вы мне назначите уплатить столько, сколько я могу. Пожа&луй, я мог бы уплатить вам мину серебра — столько я и назначаю. Но Платон, присутствующий здесь, афиняне, да и Критон, Критобул, Апол- лодор — все они велят мне назначить тридцать мин, а поручительство берут на себя. Итак, я столько и назначаю, а поручители в уплате денег будут у вас надежные.
Еще по теме После признания Сократа~виновным:
- 214. Имеет ли правовое значение признание долга, сделанное должником после истечения срока давности?
- политик Сократ, Феодор, Чужеземец, Сократ-младший
- Сократ, Феодор, Чужеземец, Сократ младший
- Совершение преступления в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, а также в отношении малолетнего, другого беззащитного или беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимости от виновного.
- 524. Применяется ли принцип презумпции виновности к вине кредитора? Обязан ли должник доказать «вину кредитора», или же, напротив, кредитор предполагается виновным и должен доказывать принятие им всех мер к надлежащему исполнению обязательства (невиновность)?
- 162. Имеет ли значение при рассмотрении иска о признании сделки недействительной в связи с нарушением правил об одобрении крупных сделок факт изготовления и сдачи бухгалтерского баланса за отчетный период, предшествующий периоду, в котором совершалась сделка, после ее совершения?
- Третий параграф посвящен спорам о заключении, изменении, расторжении и признании действительными договоров, последствия признания ничтожными сделок, предметом которых являются бюджетные средства.
- 251. Вправе ли граждане, проживающие по договорам найма в жилых домах, участвовать в делах о признании права собственности на указанные дома либо о признании недействительными сделок с этими жилыми домами?
- 2. Гальба. — Отои. — Вителлин (68—69 гг. после Р. X.). Веспасиан (69—79 гг. после Р. X.)
- 689. Влияет ли признание договора простого товарищества недействительным на юридическую силу (действительность) договоров, заключенных товарищами во исполнение товарищеского договора (до его признания недействительным)?