ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

Заключительные замечания

Перейдем к подведению итогов.

Контрастивный анализ интонации предложения показывает, что коммуникативные значения, для которых интонация служит основным средством выражения и которые как система первоначально были выделены на материале одного языка — русского, представлены во всех исследованных языках: английском, французском, немецком, польском и датском.

Более того, и сами средства выражения системных значений обнаруживают известную близость. Поэтому одной из целей данного исследования было обнаружить точки расхождения между русским и другими языками при выражении системных значений. Что касается не системных — уникальных — коммуникативных значений, то известная близость по языкам обнаруживается и здесь. Нетривиальные результаты при исследовании системных значений состоят в обнаружении расхождений, а при исследовании уникальных значений — в обнаружении точек сходства.

Исследовалась интонация предложения и интонация текста, нарративного и — фрагментарно — диалогического. При анализе стратегий незавершенности нарративного текста мы надеялись дать по возможности полный список таких стратегий для русского языка в сопоставлении с другими языками, а при анализе диалогического текста достижение существенной полноты не входило в задачи работы. Это связано не только с неполнотой данного исследования, но — прежде всего — с особенностями монологической и диалогической речи. Диалогические реплики представляют собой в существенной степени открытый список акцентных клише, а монологический текст удается описать системно. Вторая задача более обозрима и с научной точки зрения для нас наиболее интересна. Она была основной целью данной работы. Пополнение же списка уникальных иллокутивных актов — дело будущего.

Классификации значений, имеющих интонационные средства выражения по признакам «системное vs. уникальное», «локальное (формирующее предложение) vs.

дискурсивное (создающее текст)» и «речеактообразующее vs. модифицирующее», был посвящен раздел 1.

Интонация предложения отражена в разделе 2. Основные результаты таковы. Системные различия, обнаруженные в языках, состоят, во-первых, в разнообразии средств выражения темы, которыми характеризуются прежде всего английский и французский языки. Средства выражения ремы менее разнообразны. Во всех языках тема может выражаться подъемом на ударном слоге акцентоносителя темы. Между тем для французского и, особенно, для английского достаточно частотной можно считать тему, которая выражается комбинацией восходящего и нисходящего тонов, причем нисходящее движение тона фиксируется на ударном слоге словоформы акцентоносителя темы. Восходящий тон может фиксироваться на слоге многосложного акцентоносителя темы, несущем вторичное ударение, или на начальной словоформе более чем двусловной темы. Восходящий тон здесь предшествует нисходящему. Следовательно, тема завершается падением тона и, соответственно, имеет акцентную структуру законченного предложения. Для польской темы весьма характерным средством выражения служит нисходяще-восходящий акцент типа русского ИК-4 на акцентоносителе темы. Для темы в русском языке такой акцент не характерен. Исключение составляют темы, отягощенные дополнительными значениями, например, включенные в текст, который излагается с использованием специальной стратегии «рассказа по порядку», т. е. когда говорящий заранее планирует (или делает вид, что планирует) и упорядочивает (логически или во времени) этапы изложения. Кроме того, акцент ИК-4 могут также принимать темы в контексте возражения слушающему или, наоборот, решительного присоединения к его точке зрения, а также кокетства. Включенность в педантичный рассказ по порядку, а также в контекст кокетства и возражения в рамках не только рем, но и тем могла бы свидетельствовать об открытии нового — по сравнению с контрастом, верификацией и эмфазой — модифицирующего значения, если бы эти значения имели в русском языке более частотный характер.

Аналогичное перформативное значение апелляции к слушающему в форме заигрывания, возражения, настойчивого призыва к вниманию имеется в английском языке, где в рамках тем и рем оно имеет существенно более широкое распространение, чем ИК-4 в русском языке. Акцент, выражающий это значение в английском языке, характеризуется как подъем, плюс падение, плюс подъем (L*+HLH% в терминах Пьерхамберт), причем первый подъем здесь приходится на ударный слог или его начало, если ударный слог в словоформе-акцентоносителе последний или единственный. Это значение имеет все основания претендовать на статус одного из модифицирующих значений. Принципиальное отличие перформативной апелляции к слушающему в английском языке от других модифицирующих значений в плане выражения состоит в том, что как в рамках ремы, так и в рамках темы (т. е. в начале предложений, где в финале есть ремы) это значение имеет одинаковые средства выражения. Таким образом, апелляция к слушающему уподобляет тему ре-

ме, делая ее коммуникативно и фонетически автономным компонентом предложения.

Другое нетривиальное различие в языках составляет оформление контрастных тем с контрастом на прилагательном. Так, в предложении Его первая книга была самая интересная с контрастом на первая для русского языка характерен тональный пик на первая, за которым следует акцентный спад (редукция) на опорной словоформе словосочетания — книга. Словоформа книга реализуется в аллегровом темпе, на низком тоне и с низкой интенсивностью. Среди других языков известной степенью редукции опорной словоформы, но не столь сильной, как в русском, характеризуется только английский язык. Во всех остальных рассмотренных языках корреляты словоформы книга выделены если не тонально, то другими средствами, например интенсивностью, и это отличие от русского явственно ощущается на слух.

Еще одно нетривиальное различие по языкам наблюдается в области нерасчлененных предложений о причине (thetic) типа {Открой.) Папа пришел (англ. {Open the door.) Dad has come) с тональным пиком на папа (dad) и редукцией на пришел (has come).

Наши исследования показывают, что в датском и — предположительно — во французском языке предложения такого интонационного типа вообще отсутствуют. Соответствующая семантика выражается в этих языках другими средствами.

И наконец, нетривиальная черта всех языков, выявленная при контрастивном анализе, это редкое единообразие при выражении эмфазы, как в сочетании с ремой, так и с темой, а также с вопросительным компонентом да- нет-вопроса. Особенность эмфазы по сравнению с другими коммуникативными значениями, имеющими интонационные средства выражения, состоит в том, что теоретически полный список признаков эмфазы не всегда реализуется в конкретных примерах во всем объеме. Полнота реализации признаков эмфазы согласована со степенью эмфатичности высказывания. В нашей базе данных во всей полноте признаки эмфазы содержали только два примера, реально прозвучавшие в спонтанной речи говорящих, а также специально произнесенные — подготовленные — лабораторные примеры. Таким образом, параметры эмфазы включают не пересечение, а объединение — сумму — множеств признаков, которыми в разной степени обладали различные примеры и — во всей полноте — «идеальный» лабораторный образец.

Интонации текста был посвящен раздел 3. Наши исследования показывают, что связность нарратива может не иметь отдельных средств выражения и комбинироваться с коммуникативными значениями, формирующими сообщение как речевой акт, такими как тема и рема. Кроме того, связность текста может иметь и аналитический способ выражения, при котором рема и незавершенность имеют отдельные акцентоносители, как в предложении связ- ного текста Я тогда пиджак' снялЛ.. с падением частоты основного тона на пиджак и подъемом на снял, где словоформа пиджак служит акцентоносителем ремы, а снял — отдельным акцентоносителем незавершенности. Такой способ выражения незавершенности, если судить по нашим данным, представлен только в русской разговорной речи. В других обследованных языках этот способ отсутствует. Однако в композиции с контрастом способность языков к аналитизму повышается.

Так, в английском и в польском языках в контексте контраста контрастная рема и незавершенность тоже выражаются автономно, т. е. у контрастной ремы и у незавершенности имеются отдельные акцентоносители. На первом месте в цепочке акцентоносителей располагается акцентоноситель контрастной ремы, а на втором — акцентоноситель незавершенности, который выбирается в соответствии с принципом выбора акцентоносителя в условиях, как если бы контраста в предложении не было, т. е. «дефолтным» образом. Так, в английском примере из радиоинтервью: {When I came across buddhism's I looked through the book of Jack Kerouac'S,) books'v of Jack Kerouac'S, {and unexplored zen'S,..) во фрагменте текста books'v of Jack Kerouac'S словоформа books — это контрастная рема (потому что одна книга противопоставлена здесь многим книгам), а словоформа Ker- ouac — акцентоноситель незавершенного текста. Акцентным показателем контрастной ремы здесь служит нисходящий акцент (знак'), а показателем незавершенности — нисходяще-восходящий акцент (знак 'S).

Раздел, посвященный незавершенности текста, дает предположительно полный список стратегий незавершенности, разработанных русским языком, с параллелями из других языков. Из всех обследованных языков, судя по нашим данным, способность к развитию аналитических конструкций незавершенности у русского языка наибольшая.

Контрастивный анализ позволяет в четвертой главе, посвященной русским интонационным инновациям, которые наблюдаются в речи деятелей массовой коммуникации, высказать гипотезу о возможном воздействии на русскую речь наиболее влиятельного в современном мире английского языка. Кроме того, в этой главе выделены и собственно русские интонационные модели, которые могут служить образцом для развития по аналогии. Основным же — и непредвиденным — результатом, полученным в четвертой главе, а также и существенным результатом этой книги в целом оказалось следующее. Исходная — достаточно частная — задача анализа ненормативных явлений в интонации вообще и в области выбора акцентоносителей коммуникативно релевантных интонационных пиков в частности вывела нас на важный глобальный факт: в русском языке, кроме базового принципа выбора акцентоносителя, есть и другие принципы.

Базовый принцип выбора акцентоносителя состоит в том, что акцентоноситель выбирается в соответствии с двумя основными синтаксическими иерархиями. В соответствии с иерархией именных и глагольных групп в синтаксической составляющей выбирается приоритетная группа, которая содержит в себе акцентоноситель или сама служит акцентоносителем. Затем, если приоритетная группа имеет внутреннюю структуру, т. е. представляет собой атрибутивную или сочиненную группу, то в рамках такой группы в соответствии с другой синтаксической иерархией, которая упорядочивает зависимые и вершинные группы, выбирается акцентоноситель внутри атрибутивных и сочиненных групп. Так, в предложении Вася любит писать друзьям длинные письма на десяти страницах в качестве приоритетной именной группы выбирается аккузативное дополнение длинные письма на десяти страницах, а затем в ней в качестве акцентоносителя выбирается синтаксическая вершина несогласованного определения на десяти страницах — словоформа страницах. При изменении порядка слов в теме или в реме акцентоноситель темы и ремы сохраняется. Так, в предложении с той же лексико-синтаксической структурой, но с другим порядком слов внутри ремы акцентоноситель тот же. Это словоформа страницах: Вася любит друзьям длинные письма на десяти страницах писать.

Между тем исследования акцентных аномалий показывают, что в русском языке имеются собственно русские не только аномальные, но и вполне нормативные модели, которые сами следуют не базовому выбору акцентоносителя, а другим принципам. Так, оказалось, что в рамках обращений русский язык использует не базовый, а линейный принцип выбора акцентоносителя. Например, при апелляции к слушающему, который находится близко от говорящего, акцентируется первая словоформа имени или титула слушающего. Так, при обращении к Марии Ивановне мы говорим: Марья Ивановна, пойдемте в кино! с акцентом на словоформе Марья, при том что базовый принцип предписывает выбор в качестве акцентоносителя словоформы Ивановна (ср. Пришла Марья Ивановна с акцентом на Ивановна). В рамках же особых типов речевых актов — упреков, молений, подчеркнуто вежливых просьб — русский язык тоже может отходить от базового принципа выбора акцентоносителя и использовать еще один принцип, который мы здесь назвали иллокутивным и который требует ударности иллокутивного показателя — вопросительного слова в вопросительном предложении и глагола в повелительном наклонении — в императиве: Ну когда приедет Наташа? (ср. вне контекста упрека Когда приедет Наташа? с акцентоносителем Наташа); Ну идите же домой (ср. Мы пойдем домой).

В разделе 5, посвященном специфическому восходяще-нисходяще-восходящему акценту (L*+HLH%) английского языка, который отсутствует в других языках, удается использовать анализ русского акцента ИК-4, по Е. А. Брызгуновой, и предположить у английского акцента ряд функций, аналогичных русскому ИК-4 и состоящих в выражении перформативного значения апелляции к слушающему, которое характеризует живую заинтересованную диалогическую речь.

И наконец, в разделе 6, посвященном датскому языку, было показано, что, вопреки устоявшемуся в датской лингвистике представлению о чисто формальном характере датской интонации, оформляющей предложение в целом, коммуникативное членение на тему и рему, в частности, в композиции с контрастом и эмфазой, датскому языку тоже не чуждо. Нетривиальные совпадения русского с датским, а также и с другими исследованными языками лежат в области интонационного оформления некоторых уникальных типов иллокуций и стратегий дискурсивной незавершенности, например, при интонационном выражении воспоминаний, ментального поиска и погружения в мечты.

Одна из основных перспектив данной работы сейчас видится в разработке языка для анализа наиболее абстрактных перформативных значений, которые выражаются интонационно. Эта проблема с особой остротой встала в четвертой главе при анализе специальных типов речевых актов — упреков, команд, идентификаций и вежливых обращений — в которых по сравнению с не отягощенными этими значениями сообщениями и императивами происходит перенос акцентоносителя с имени на глагол (Зайдите к начальнику! (ср. Мы зашли к начальнику)), с фамилии на имя (Вы меня не узнаете? Я же Вася Иванов (ср. Меня зовут Вася Иванов)), с отчества на имя (Ну Галина Петровна! (ср. Меня зовут Галина Петровна)) и с определяемого слова на согласованное определение (Молодой человек! Купите букетик (ср. Галину Петровну провожал молодой человек)). В результате анализ типов переноса акцента можно считать завершенным, а задача разработки языка описания семантических типов речевых актов, в которых он происходит, еще ждет своего разрешения. Второй раз аналогичная задача встала в пятой главе при анализе типов перформативных значений апелляции говорящего к слушающему — при выражении нетерпения, удивления, ожидания возражений. Особенность семантики речевых актов составляют крайне абстрактные языковые значения, которые требуют дополнительного анализа и разработки метаязыка для их описания.

Другую перспективу данному исследованию составляет расширение списка языков — объектов контрастивного анализа.

<< | >>
Источник: Янко Т.Е.. Интонационные стратегии русской речи в сопоставительном аспекте. — М.: Языки славянских культур,2008. — 312 с.. 2008

Еще по теме Заключительные замечания:

  1. Глава IX. Заключительные замечания
  2. 3.4.6 Заключительные замечания о многомасштабной теории турбулентности
  3. Заключительные замечания
  4. 3.5. Заключительные замечания
  5. § 96. Переход к последующим главам. Заключительные замечания
  6. § 68. Заключительные замечания о философии Декарта44
  7. Заключительные замечания
  8. Заключительные замечания
  9. Заключительные замечания
  10. Заключительные замечания
  11. Заключительные замечания
  12. Заключительные замечания
  13. 16. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ. РЕШАЮЩАЯ РОЛЬ ИМПРЕССИНГОВ
  14. Заключительные замечания