<<
>>

Приложение С Социально-экономические последствия уголовной политики государства В ОТНОШЕНИИ бизнеса (доклад Центра правовых и экономических исследований)

  1. Трудности понимания юристами терминологии.
  2. Использование различных «реперных точек», применение которых позволяло бы уйти от обвинений в необъективности характеристик.
  3. Графики: гоответствие законодательства транзитных стран «стандарту де факто»; уголовная ответственность в сфере предпринимательской деятельности, анализ правоприменительной практики; снижение (рост) общего количества преступлений и преступлений в сфере экономики.
  4. Уголовная репрессия в отношении предпринимателей — один из факторов, влияющих на состояние инвестиционного климата в стране.
  5. Графики: действующие и ликвидированные субъекты экономической деятельности; ввоз—вывоз частного капитала из России; прямые иностранные инвестиции в Россию.
  6. Расходы системы исполнения наказаний на содержание осужденных не обеспечивают требуемого уровня жизни в пенитенциарных учреждениях.
  7. Уголовное преследование предпринимателей ведет к полной или частичной утрате ими собственности (бизнеса).
  8. «Ущерб» от преступлений экономической направленности — в абсолютном выражении и в процентах от ВВП.
  9. Криминализация деяний в сфере экономики в различных транзитных странах

мало знакомой не только широкой общественности, но и профессионалам в других областях деятельности. Попытки объективной оценки социально-экономических последствий уголовно-правовой политики государства в отношении бизнеса (которая по устоявшейся среди российских и зарубежных юристов терминологии именуется чрезмерной криминализацией или сверхкриминализацией предпринимательской деятельности) даже на стадии постановки проблемы и определения направлений возможного анализа наталкиваются на существенные трудности, среди которых можно назвать следующие:
  • значительное количество специалистов (в том числе имеющих опыт работы в правоохранительных органах либо аффилированных с ними или имеющих совпадающие интересы) отрицают, что в России имеется чрезмерная криминализация (сверхкриминализация) предпринимательской деятельности, утверждая, что такая характеристика существующей уголовной политики основывается исключительно на субъективных оценках;
  • официальная уголовная статистика недостаточно информативна, имеет много белых пятен, весьма противоречива, не имеет единого стандарта;
  • экономическая и социальная статистика не ориентирована на получение данных о социальных и экономических последствиях (эффектах) и стоимости уголовной политики, осуществляемой в сфере экономики;
  • ситуация в уголовной политике в сфере предпринимательской деятельности является динамической и зависит не только от уголовного закона, но и весьма существенно — от практики его применения;
  • методики определения и измерения экономических и социальных эффектов (последствий) уголовной политики либо отсутствуют, либо находятся на стадиях постановки проблемы или иных начальных стадиях профессионального анализа;
  • анализ уголовной политики в сфере предпринимательской деятельности, ориентированный на общественный интерес и на объективное измерение экономических затрат и потерь, встречает системное сопротивление со стороны бенефициаров существующей уголовной политики, реальные интересы которых нередко не совпадают с декларируемыми публичными интересами.
  1. Утверждение о наличии в России чрезмерной криминализации предпринимательской деятельности некоторыми специалистами подвергается сомнению, поскольку, как правило, определение этого состояния основывается на экспертных оценках, не подкрепляемых объективированными данными.
    Проблема усложняется еще и тем, что не только в общественном сознании, но и на уровне профессиональных оценок отсутствует консенсус о том, какие модели девиантного (отклоняющегося, оппортунистического) поведения в сфере экономики следует считать преступлениями, подлежащими запрету и наказанию посредством уголовной репрессии. Поэтому крайне важным является использование различных «реперных точек», применение которых позволяло бы уйти от обвинений в необъективности характеристик, основанных исключительно на экспертных оценках. Применительно к анализируемой проблеме в качестве ориентиров для сравнения может быть избрано уголовное законодательство стран, находящихся в сходном с Россией общественно-экономическом состоянии или недавно вышедших из такого состояния.

Анализ уголовного законодательства России и пяти других стран (Белоруссия, Казахстан, Украина, Латвия, Чехия), находящихся на различных, но сходных или смежных стадиях социально-экономического транзита, показывает значительный разброс в криминализации деяний в сфере экономической деятельности законодателями различных стран (Приложение, табл. 1). Из 66 зафиксированных в этих странах составов правонарушений в сфере экономической деятельности лишь 8 (12,12 процента) признаются преступлениями во всех странах. Еще 8 деяний признаются преступлением во всех странах, кроме одной. Это свидетельствует о том, что в рассматриваемых странах уровень международного консенсуса (с допущением одной «погрешности») относительно криминальности или не- криминальности деяний в сфере экономической деятельности не превышает 25 процентов.
Характерно количество составов в сфере предпринимательской деятельности, установленных уголовным законом различных стран: Россия — 36, Казахстан — 34, Белоруссия — 31, Чехия — 30, Латвия — 28, Украина — 25. При этом Чехия, где с 01.01.2010 действует новый Уголовный кодекс, наверстала «отставание» не за счет традиционных для бывших социалистических стран составов, а за счет криминализации «новых» (а иногда — в некотором смысле экзотических) деяний — таких как махинации и предоставление незаконных преимуществ при государственных закупках, подделка произведений искусства, «легализация по халатности». Тем самым Россия демонстрирует, что она является формальным лидером в криминализации правонарушений в сфере экономической деятельности.
В условиях отсутствия широкого консенсуса о характере и перечне правонарушений в сфере экономики, подлежащих криминализации, показательным является отклонение уголовного закона той или иной страны от некоторого стандарта, который складывается фактически в связи с распространенностью криминализации в уголовном законодательстве рассматриваемых стран того или иного вида девиантной экономической деятельности (стандарт де-факто). Из 36 закрепленных в УК РФ правонарушений 4 признаются преступлением только в России, 6 признается преступлением только в России и еще в одной из рассматриваемых стран (в 5 случаях — Белоруссия, в 1 — Казахстан). Что касается соответствия уголовной регламентации указанному стандарту де-факто, то ситуация выглядит следующим образом. 25 из 36 закрепленных в УК РФ составов также криминализованы в половине или большинстве рассматриваемых стран (69 процентов соответствия стандарту де-факто). Для других стран этот показатель выглядит следующим образом: Белоруссия — 22 из 31 (71 процент), Казахстан — 27 из 34 (79 процентов), Латвия — 21 из 28 (75 процентов), Украина — 18 из 25 (72 процента), Чехия — 19 из 30 (63 процента) (график 1).
Понимание характера норм об уголовном преследовании предпринимателей в различных уголовных кодексах дает основание утверждать, что Россия и Чехия, обнаруживающие наименьшее соответствие стандарту де-факто уголовного преследования
Соответствие законодательства транзитных стран стандарту де-факто уголовной ответственности в сфере предпринимательской деятельности
График 1. Соответствие законодательства транзитных стран стандарту де-факто уголовной ответственности в сфере предпринимательской деятельности
за девиантную экономическую деятельность, в действительности демонстрируют правило «крайности сходятся». Россия, не отказавшись от традиционного для постсоветских стран стандарта уголовного преследования предпринимателей, стала активно дополнять его уголовной репрессией за «новые» деяния, возникающие в условиях частнопредпринимательской экономики, в том числе за те, которые, по сути, представляют собой частные (корпоративные) деликты, уголовную ответственность за которые развитые пра- вопорядки не устанавливают, поскольку защита законных прав и интересов здесь эффективно осуществляется судом в неуголовном процессе. Чехия же, приняв новый УК, необходимый в новых экономических условиях (на что прямо указывалось в ходе законопроектных работ), существенно уменьшила поле уголовной репрессии в сфере экономики по сравнению с рассматриваемым стандартом де-факто. Поэтому данные отклонения уголовного закона России и Чехии от стандарта де-факто говорят о прямо противоположных тенденциях: Чехия отклоняется от стандарта в связи с минимизацией пространства для уголовной репрессии в экономике, а уголовная политика России, напротив, развивается в направлении обширной уголовной экспансии в сферу бизнеса.
  1. Оценка уровня криминализации предпринимательской деятельности не может быть основана только на констатации количества составов преступлений, установленных уголовным законом для этой сферы деятельности. Необходим анализ правоприменительной практики. Общая картина активности по применению уголовной ответственности в отношении предпринимателей может быть выявлена путем сравнения трендов общего уровня преступности и уголовного преследования за деяния в сфере экономики (график 2).

Статистические данные показывают, что уголовное преследование за деяния экономической направленности с 2006 по 2009 год росло большими (или снижалось меньшими) темпами, чем рост или снижение общего уровня преступности. При этом разница в указанных трендах была максимальной в 2003—2004 годах и 2008-м. В 2003—2004 годах рост общего количества преступлений на 11—15 процентов превышал рост преступлений в сфере экономики. В 2007—2008 годах правоохранительная практика продемонстрировала расходящиеся тренды: при общем снижении количества преступлений тренд уголовного преследования предпринимателей вырос и разница этих трендов составила 15 процентов.
Снижение (рост) общего количества преступлений и преступлений в сфере экономики (расчет на основании даннъх Росстата)
  динамика общего состояния преступности
(в % к предыдущему году)
  динамика преступления в сфере экономики
(в % к предыдущему году)
График 2. Снижение (рост) общего количества преступлений и преступлений в сфере экономики (расчет на основании даннъх Росстата)
В 2009—2010 годах разница в темпах снижения общего количества преступлений и преступлений в сфере экономики была рекордной и составила более 22 процентов. Такое резкое снижение уголовного преследования предпринимателей было связано главным образом с внесением 29.12.2009 в Уголовно-процессуальный кодекс новеллы о запрете предварительного заключения под стражу за совершение преступлений в сфере предпринимательской деятельности. Эти данные дают веские основания полагать, что не менее 22 процентов активности правоохранительных органов по возбуждению уголовных дел против предпринимателей до 2010 года имели самоцелью заключение под стражу, вне зависимости от дальнейшей судебной перспективы дела.
Статистические данные показывают, что начиная с 2004 года для уголовного преследования предпринимателей характерно возбуждение уголовных дел сразу по нескольким статьям Уголовного кодекса в количестве, заметно превышающим этот показатель для всех преступлений в целом (график 3). Причем такая направленность правоприменительной практики является очевидной тенденцией: расхождение в среднем количестве преступлений в расчете на одно лицо, привлеченное к уголовной ответственности по преступлениям в целом (без преступлений экономической направленности) и по преступлениям в сфере экономики, поступательно нарастало, составив в 2006 году 8,65 процента, в 2007-м — 11 процентов, в 2008-м — 19,62 процента, в 2009-м — 35,54 процента, в 2010-м — 38,84 процента.
Такая практика более интенсивно в сравнении со средним уровнем уголовной репрессии приводит к тому, что наказание предпринимателям назначается судом путем сложения наказаний, что, как правило, приводит к осуждению на более длительные сроки лишения свободы. Это подтверждается и данными о доле тяжких и особо тяжких преступлений в общем числе преступлений применительно к общей массе преступлений и к преступлениям в сфере экономики (график 4).
Среднее количество зарегистрированных преступлений на одно лицо, привлеченное к уголовной ответственности (расчет на основании данных Росстата и МВД)
gt; число преступлений на одно лицо по неэкономическим преступлениям - число преступлений на одно лицо по экономическим преступлениям
График 3. Среднее количество зарегистрированных преступлений на одно лицо, привлеченное к уголовной ответственности (расчет на основании данных Росстата и МВД)
53,76
60,00 -

50,00 -
47,93
38,14
37,64
26,52              26,59
40,30
Соотношение доли тяжких и особо тяжких преступлений в общем количестве преступлений и в преступлениях в сфере экономики (расчет на основании данных Росстата и МВД)
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
процент тяжких и особо тяжких преступлений в общем числе преступности процент тяжких и особо тяжких преступлений в преступлениях экономической направленности
40,00
30,00
20,00
10,00
0,00

График 4. Соотношение доли тяжких и особо тяжких преступлений в общем количестве преступлений и в преступлениях в сфере экономики (расчет на основании данных Росстата и МВД)
250 000 -г
¦Г і і I ¦ 160081
|..| ¦              |              -|              6              "I              I              4
192490              188723
Общее число зарегистрированных мошенничеств и деяний, зарегистрированных как мошенничества экономической направленности (данные МВД)
200000 -¦
150000 - 100000 -¦
50000 - 0
2003              2004              2005              2006              2007              2008              2009              2010
Одной из тенденций в практике уголовного преследования предпринимателей является возбуждение против бизнесменов уголовных дел не только по статьям, относящимся к главе УК о преступлениях в сфере экономической деятельности, но и по так называемым «общеуголовным» статьям — дел по обвинению в мошенничестве, растрате «экономической направленности».
Чрезмерная криминализация предпринимательской деятельности проявляется и в масштабах уголовного преследования бизнеса. За 2000—2010 годы в связи с предпринимательской деятельностью уголовной репрессии было подвергнуто такое число лиц, которое составляет 15,2 процента от общего числа субъектов экономической деятельности (коммерческие организации,
80 000 70 000 60 000 50 000 40 000 30 000 20 000 10 000
0
График 5. Общее число зарегистрированных мошенничеств и деяний, зарегистрированных как мошенничества экономической направленности (данные МВД)
Общее число зарегистрированных растрат и деяний, зарегистрированных как растраты экономической направленности
2003              2004              2005              2006              2007              2008              2009              2010
общее число зарегистрированных растрат
деяния, зарегистрированные как растраты экономической направленности
График 6. Общее число зарегистрированных растрат и деяний, зарегистрированных как растраты экономической направленности
(данные МВД)
общее число зарегистрированных мошенничеств деяния, зарегистрированные как мошенничества экономической направленности
Преступления экономической направленности: соотношение числа выявленных, расследованных (переданных в суд) и безосновательно зарегистрированных деяний (расчет на основании данных МВД)
2003              2004              2005              2006              2007              2008              2009              2010
общее количество выявленных преступлений экономической направленности число преступлений, дела по которым переданы в суд (расследованы)
36,61 процент деяний, безосновательно зарегистрированных в качестве преступлений
График 7. Преступления экономической направленности: соотношение числа выявленных, расследованных (переданных в суд) и безосновательно зарегистрированных деяний (расчет на основании данных МВД)
индивидуальные предприниматели, фермеры) по состоянию на 2010 год (расчет на основании данных Росстата, МВД и ФНС). По экспертным оценкам, в настоящее время число находящихся в местах лишения свободы лиц, осужденных в связи с предпринимательской деятельностью, превышает 100 000 человек[487].
  1. Прямым экономическим последствием чрезмерной криминализации предпринимательской деятельности являются бюджетные расходы на безосновательное и не завершающееся приговором уголовное преследование бизнесменов. Для уголовного преследования за преступления экономической направленности характерен существенный разрыв между выявленными (зарегистрированными) преступлениями и преступлениями, дела по которым переданы в суд (расследованы) (график 7).

Таким образом, можно дать экспертную оценку, что от 26 до 40 процентов бюджетных расходов на уголовное преследование предпринимателей тратятся с обратным экономическим результатом, так как этими средствами «оплачивается» полное или частичное подавление легального бизнеса, то есть социального механизма, обеспечивающего экономический рост.
  1. Обширная уголовная репрессия в отношении предпринимателей является одним из факторов, влияющих на состояние

9 000 000-1 8000000 - 7000000 - 6000000 - 5 000 000 - 4 000 000 - 3 000 000 - 2000000 - 1000000-
Действующие и ликвидированные субъекты экономической деятельности
2006
общее число зарегистрированных субъектов экономической деятельности (СЭД) число ликвидированных за год субъектов экономической деятельности 59,98... число ликвидированных за год СЭД в процентном отношении к общему числу действующих СЭД
2007
2008
2009
2010
2011
Данные о действующих (указанных в государственных реестрах) и ликвидированных за год субъектов экономической деятельности (коммерческие организации, индивидуальные предприниматели, фермеры) (расчет на основании данных ФНС)
График 8. Действующие и ликвидированные субъекты экономической деятельности
инвестиционного климата в стране. Жесткая уголовная политика в сфере экономики стала причиной возникновения в России такой фобии, как страх перед ведением бизнеса (так называемый эффект окрашенной скамейки). Страх бизнеса, вызываемый риском утратить собственность или свободу, порождает целый ряд последствий: отказ от ведения предпринимательской деятельности (график 8), бегство капиталов (график 9), эмиграция бизнесменов (графики 11—12).
Степень влияния уголовной политики в сфере экономики на состояние инвестиционного климата относится многими специалистами к невычисляемой величине, однако комплексное рассмотрение этой проблемы позволяет говорить о том, что в ряде случаев влияние жесткой уголовной репрессии (боязнь потерять в результате этого собственность и свободу) оказывается более весомым фактором, создающим мотивацию для изъятия капиталов из российской экономики и эмиграции бизнесменов, чем даже волны экономического спада-подъема, коррупция, произвол чиновников (так называемые «административные барьеры»).
Рост числа ликвидированных субъектов экономической деятельности, демонстрирующий устойчивое увеличение числа 150 100 50 0
114,7

120,9
81,7
40,5 53,7 55,1
1
11
¦
-24,8
14,3
-
-15
19,8
-8,1
29,7
J
-1,9
_
-8,9
_
-0,1
1 .
41,4
(мл эд долл d О І СО ;

103,8              81,9
¦ **
1-56,1 і
133,7
-50 -100 -150
2000              2001              2002              2003              2004              2005              2006              2007              2008              2009              2010
ввоз—вывоз частного капитала иностранные инвестиции
График 9. Ввоз—вывоз частного капитала из России (данные ЦБ России), прямые иностранные инвестиции в Россию (данные Росстата)
предпринимателей, отказывающихся от ведения предпринимательской деятельности, трудно признать следствием исключительно экономических причин, поскольку увеличение числа лиц, отказавшихся от ведения бизнеса, во временных периодах никак не коррелируется с периодами экономического роста (спада). С 2006 по 2011 год число предпринимателей, прекративших свою деятельность, постоянно нарастало и в 2011 году составило более 94 процентов к числу действующих (зарегистрированных) субъектов экономической деятельности.
Статистика вывоза—ввоза капитала частным сектором и иностранных инвестиций (график 9) свидетельствует о том, что вывоз капитала по сути представляет собой бегство капитала не столько из страны, сколько из сложившегося в России реального правопорядка, агрессивного в отношении бизнесменов и собственности, используемой в предпринимательской деятельности. Подтверждением этого является статистика по прямым иностранным инвестициям в Россию различных стран (график 10 на с. 442): страны, являющиеся явными лидерами во ввозе в страну капитала, относятся к традиционным «финансовым гаваням», и основная доля «иностранных» инвестиций из этих стран в Россию представляет собой форму возврата в страну российского капитала, желающего приобрести дополнительные юридические гарантии иностранным инвесторам, предоставляемые законом или существующие де-факто.
Происходит и активная эмиграция бизнесменов. По данным проведенного ЦеССИ (Институт сравнительных социальных исследований) опроса предпринимателей о вероятности их отъезда за рубеж в ближайшие 5 лет, 17 процентов бизнесменов серьезно

„ Франция 2,28% Прочие страны 15,14% Гибралтар 2,68%
Бермуды 7,12%
Прямые иностранные инвестиции в Россию (расчет на основании данных ЦБ России по состоянию на январь 2010 года)
График 10. Прямые иностранные инвестиции в Россию (расчет на основании данных ЦБ России по состоянию на январь 2010 года)
Швеция 3,06%
США 3,65%
Люксембург 3,77%
Германия 4%
Багамы 4,89%

рассматривают возможности отъезда из страны. При этом наибольший процент бизнесменов, твердо намеренных уехать из страны, составляют владельцы бизнеса (6 процентов) и предприниматели, работающие в малом бизнесе (до 100 человек) (9 процентов). Кроме того, эта оценка эмиграционных настроений может быть существенно скорректирована с учетом данных о том, что 7 процентов предпринимателей уже находятся за границей 4 и более месяцев в год (график 11).
Примерно 7 процентов бизнесменов находятся в эмиграции или в состоянии ползучей (скрытой) эмиграции. С учетом 6 процентов не пожелавших ответить на вопрос, бывают ли они за границей (основным объяснимым мотивом чего, вероятно, следует считать то, что бизнесмен уже проживает за границей), можно высказать обоснованное предположение, что не менее 10 процентов российских предпринимателей уже эмигрировали или находятся в состоянии скрытой эмиграции. Это косвенно подтверждается и данными ЦеССИ о том, что примерно у 12 процентов опрошенных бизнесменов дети учатся (и, соответственно, проживают) за границей.
Показательны мотивы эмиграционных настроений бизнеса (график 12): абсолютным лидером в мотивации отъезда предпринимателей является правовая незащищенность их и их собственности (19 процентов). В совокупности с ответом «могут посадить в тюрьму» (5 процентов) эта цифра, даже без учета таких мотивов, как произвол чиновников (10 процентов) и коррупция (9 процентов), составляет 24 процента, в разы опережая любую иную мотивацию к эмиграции.

42%

6%
6%
5%

1%

Отказ от ответа
Более 6 месяцев
Вообще не Менее 1              1—3              месяца              4—6              месяцев
ездит за рубеж месяца в году в году              в              году

График 11. Сколько времени российские бизнесмены проводят за рубежом (данные ЦеССИ)

Правовая незащищенность, частная собственность не защищена
Низкое развитие рынка, качества жизни, все дорого и плохо
Нет поддержки со стороны государства
Давление со стороны чиновников / произвол чиновников
Коррупция, нет возможности вести честный бизнес
Не хватает чувства безопасности
Незащищенность от чиновников, могут разрушить бизнес
Нет стабильности Нет четких правил ведения бизнеса / условий Опасно, могут посадить в тюрьму Никто не уезжает (только олигархи) Уезжают те, кто хочет скрыть нечестные доходы Не хватает комфорта для жизни
Высокие налоги / нужно изменить налоговое законодательство
Другое
Затрудняюсь ответить
19%
11%
10%
10%
9%
8%
7%
6%
6%
5%
5%
4%
4%
4%
21%
10%

График 12. Ответы бизнесменов на вопрос, почему вы хотите уехать из России (данные ЦеССИ)
  1. Расходы системы исполнения наказаний на содержание осужденных не обеспечивают требуемого уровня жизни в пенитенциарных учреждениях, однако они велики в сравнении с реальным уровнем жизни в стране и составляют в расчете на одного заключенного суммы, сравнимые со средней заработной платой и превышающие среднюю пенсию (график 13).

С учетом того, что отношение числа лиц, совершивших преступления в сфере экономики, к общему числу лиц, совершивших преступления, в последние годы, согласно расчетам на основании данных Росстата, составляло 6—7 процентов, можно оценочно определить, что такой же процент бюджетных расходов на содержание системы исполнения наказаний связан с содержанием лиц, осужденных за преступления в сфере экономики.
  1. Хотя действующим уголовным законом конфискация имущества, которое не относится к добытому преступным путем, не установлена и утрата собственности предпринимателем, обвиняемым в совершении преступления экономической направленности, предусмотрена только в пределах штрафов, установленных соответствующими статьями Уголовного кодекса, а также в размерах

20 000
Соотношение средней заработной платы, средней пенсии и бюджетных расходов на содержание системы исполнения наказаний в пересчете на одного заключенного в месяц (расчеты на основании данных государственного бюджета, ФСИН и Росстата)
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
средняя заработная плата за вычетом подоходного налога средняя пенсия I I расходы бюджета на содержание службы исполнения наказаний в пересчете на одного заключенного в месяц (Показатель 3)
процентное соотношение Показателя 3 к средней заработной плате
График 13. Соотношение средней заработной платы, средней пенсии и бюджетных расходов на содержание системы исполнения наказаний в пересчете на одного заключенного в месяц (расчеты на основании данных государственного бюджета, ФСИН и Росстата)
ущерба, реально причиненного потерпевшим (при наличии таковых), на практике уголовное преследование предпринимателей, как правило, ведет к полной или частичной утрате ими собственности (бизнеса). Такая утрата собственности в большинстве случаев происходит вне зависимости от обоснованности уголовного преследования (наличия или отсутствия обвинительного приговора суда). Потеря бизнеса нередко происходит уже на стадии предварительного расследования — либо в связи с гибелью бизнеса, оставшегося без управления, либо в связи с отказом обвиняемого от бизнеса в пользу лиц, в чьих интересах действует следствие. Частичная утрата собственности предпринимателем происходит также вследствие коррупции — в результате попыток откупиться от уголовного преследования.
Количественные показатели указанных экономических потерь поддаются лишь частичной оценке. Однако если даже исходить из гипотезы, что объектом уголовного преследования является только мелкий бизнес (малые предприятия), то исходя из количества лиц, в отношении которых ежегодно осуществляется уголовное преследование по делам в сфере экономики, и учитывая данные о среднем обороте малых предприятий, можно констатировать, что в результате уголовного преследования в стране ежегодно гибнет или подвергается угрозе гибели бизнес, общий оборот которого составляет не менее 467 млрд рублей в год (табл. 2). Если исходить из того, что объектом уголовного преследования в действительности являются не только малые предприятия, то сумма этих потерь (рисков), вероятно, может быть мультиплицирована.
Таблица 2
Расчет минимальных потерь (рисков) экономики от уголовного преследования бизнеса
Среднее число привлеченных к уголовной ответственности по делам экономической направленности в год (расчет на основании данных Росстата за 2004—2009 годы) 88 741,00
Количество предприятий, затронутых уголовным преследованием (из расчета 2 человека на предприятие) 44 370,50
Средний годовой оборот малого предприятия (рублей) (расчет на основании данных Росстата за 2009 год) 10 529 235,57
Оборот предприятий, ставших объектом уголовного преследования (рублей в год) 467 187 446 858,69

1600,00 -|
  1. -
  1. - 1000,00 -

800,00 - 600,00 -
  1. -
  1. - 0
13
99,
60

10
75,
70
275,40 223,80
127 60 _ 142 50
176,42
1,68 6,48 И 0,47 0,67 И 0,35 2,77 0,36

2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
«ущерб» от преступлений экономической направленности, млрд руб.
1,68... в процентах ВВП
График 14. «Ущерб» от преступлений экономической направленности — в абсолютном выражении и в процентах ВВП (данные МВД, расчет на основании данных Росстата)
Размеры экономических потерь от реализации жесткой уголовной политики в отношении предпринимателей могут быть существенно уточнены с учетом официальной статистики МВД о материальном ущербе от преступлений экономической направленности (график 14).
Понимание особенностей диспозиций статей уголовного закона о преступлениях в сфере экономической деятельности (для которых характерно установление уголовной ответственности не только за причинение ущерба, но и за получение дохода), а также особенностей практики уголовного преследования предпринимателей позволяет определить, что официальная статистика об «ущербе» от преступлений экономической направленности в действительности в основной массе представляет собой сведения не о фактическом ущербе (который по уголовным делам в отношении предпринимателей в подавляющем большинстве случаев отсутствует), а сведения о размерах дохода, полученного предприятиями, владельцы, руководители или персонал которых стали обвиняемыми по уголовным делам экономической направленности, а также сведения о стоимостном выражении коммерческих сделок (транзакций), которые правоохранительными органами были квалифицированы как преступные деяния (что, в частности, стало фактическим стандартом по делам о «предпринимательских» мошенничестве, присвоении, растрате, легализации, вымогательстве).
Показательной является статистика за 2004—2005 и 2008—
  1. годы, которая обнаружила «взрывной» (более чем в 5—7 раз) рост «ущерба» по делам экономической направленности. Такой резкий рост данных был вызван включением в статистику 2005 года «ущерба», установленного по так называемому делу «Юкоса». На статистику 2009 года также, по всей видимости, повлияли «второе дело Ходорковского — Лебедева» с суммой «ущерба», приравненного фактически к обороту крупнейшей нефтяной компании, а также уголовные дела против других крупных компаний (в частности, в этот период времени осуществлялось уголовное преследование в отношении руководителей и персонала фонда Hermitage Capital Management, владельцев компаний «Ар- бат-Престиж», «Евросеть», а также в отношении других крупных компаний).

Дело «Юкоса» не только было первым в смысле фиксации уголовной статистикой рекордного «ущерба», исчисляемого несколькими процентами ВВП (6,48 процента), но и задало своеобразный стандарт исчисления «ущерба» по уголовным делам. Использование этого стандарта приводит к тому, что данные о реальном ущербе составляют лишь крайне незначительную часть статистики об «ущербе» от преступлений экономической направленности. Кроме того, дело «Юкоса» важно для понимания последствий уголовного преследования предпринимателей, когда стандартным результатом такого преследования является прекращение бизнеса, ставшего объектом уголовной репрессии, и как следствие этого — принудительный передел собственности, существовавшей и использовавшейся в таком бизнесе.
С учетом некоторых погрешностей, которые принципиально не меняют общую картину, можно констатировать, что в 2004—
  1. годах объектом уголовного преследования стали предприятия, годовой доход которых составлял от 0,35 процента до 6,48 процента ВВП. Таким образом, чрезмерная криминализация предпринимательской деятельности и жесткая уголовная политика в сфере экономики имели своим следствием то, что за последние годы в результате уголовных преследований ежегодно прекращали свою деятельность предприятия, доход которых в среднем составлял около 1,82 процента ВВП (суммарно 12,75 процента ВВП за 2004—2010 годы).

Криминализация деяний в сфере экономики в различных транзитных странах
Виды преступлений в сфере экономической деятельности Россия Бела
русь
Казах
стан
Укра
ина
Латвия Чехия
1 Незаконное предпринимательство + + + - + +
2 Операции с немаркированными товарами (без марок и чеков) + + + + - +
3 Незаконная банковская деятельность + - + + - -
4 Легализация + + + + + +
5 Самолегализация + + - - - -
6 Незаконное получение кредита (льгот) + + + + + -
7 Уклонение от погашения кредиторской задолженности + + - - - -
8 Ограничение конкуренции (монополистическая деятельность) + + + - + +
9 Фальсификация реестров (деклараций) компаний, имущества + - + + + -
10 Незаконное использование товарного знака + + + + + +
11 Нарушение авторских и смежных прав + + + + + +
12 Нарушение изобретательских и патентных прав + + + + + +
13 Ложные измерения (пробирные клейма) + + - - + +
14 Нарушение коммерческой тайны + + + + + +
15 Подкуп организаторов и участников конкурсов (соревнований) + + - - - -
16 Злоупотребления при эмиссии ценных бумаг + + + - + +
17 Сокрытие информации о компании (собственности) + - + + + +
18 Нарушение порядка учета ценных бумаг и сделок с ними + - + + - -
19 Манипулирование рынком + - - + - +
20 Нарушение прав владельцев ценных бумаг + - + + - -
21 Фальсификация решения общего собрания + - + - - -
22 Товарная (экономическая) контрабанда - + + + + -
23 Невозвращение культурных ценностей + + - - - -
Виды преступлений в сфере экономической деятельности Россия Бела
русь
Казах
стан
Укра
ина
Латвия Чехия
24 Незаконный оборот драгоценных металлов и камней + + - - - -
25 Несдача драгоценных металлов и камней + - - - - -
26 Невозвращение валюты из-за границы + + + - - -
27 Уклонение от уплаты таможенных платежей + + + - + -
28 Неправомерные действия при банкротстве + + + - + +
29 Преднамеренное банкротство + + + + + +
30 Фиктивное банкротство + + + - - -
31 Уклонение от уплаты налогов и сборов + + + + + +
32 Неисполнение обязанностей налогового агента + - - - - -
33 Сокрытие имущества от взысканий и налогов + + + - + +
34 Производство (оборот) товаров (услуг), опасных для здоровья + + + + + +
35 Открытие счетов за границей - + - - - -
36 Лжепредпринимательство (фиктивное предпринимательство) - + + + - -
37 Незаконные действия с векселями - + - - - -
38 Дискредитация деловой репутации конкурента - + - - - +
39 Заведомо ложная реклама - + + - + +
40 Обман потребителей - + - - - +
41 Совершение сделок без намерения исполнения - - + - - -
42 Нарушение бухучета и финансовой (налоговой) отчетности - - + - + +
43 Ложные сведения о банковских операциях - - + - - -
44 Сокрытие информации о несостоятельности - - + - + -
45 Занятие запрещенной хозяйственной деятельностью - - - - + -
46 Незаконный оборот дисков для лазерных систем - - - + - -
47 Незаконное занятие игорным бизнесом + - - + - +
48 Незаконный оборот подакцизных товаров - - - + + -
Виды преступлений в сфере экономической деятельности Россия Бела
русь
Казах
стан
Укра
ина
Латвия Чехия
49 Незаконные операции с металлоломом - - - + - -
50 Использование инсайдерской информации с 2013 - - + - +
51 Незаконная приватизация - - - + - -
52 Ростовщичество - - - - + +
53 Нарушение правил торговли - - - - + -
54 Незаконное отчуждение предмета залога - - - - + -
55 Незаконные операции с нефтепродуктами - - - - + -
56 Нарушение специальных запретов по валютным операциям - - - - - +
57 Махинации в публичных торгах и госзакупках - - - - - +
58 Нарушение эмбарго - - - - - +
59 Подделка произведений искусства - - - - - +
60 Легализация по халатности - - - - - +
61 Незаконное образование юридического лица + - - - - -
62 Незаконное использование документов для образования юридического лица + - - - - -
63 Нецелевое использование денег от размещения облигаций - - + - - -
64 Утрата документов реестров держателей ценных бумаг - - + - - -
65 Рейдерство - - + - - -
66 Ложные сведения с целью получения льгот (субвенций) - - - + - +

<< | >>
Источник: Е.В. Новикова, А.Г. Федотов, А.В. Розенцвайг, М.А. Субботин. Верховенство права как фактор экономики / международная коллективная монография ; под редакцией Е.В. Новиковой, А.Г. Федотова, А.В. Розенцвайга, М.А. Субботина. — Москва : Мысль,2013. — 673 с.. 2013

Еще по теме Приложение С Социально-экономические последствия уголовной политики государства В ОТНОШЕНИИ бизнеса (доклад Центра правовых и экономических исследований):

  1. Глава 12. Участие журналистов в освещении избирательных кампаний
  2. Содержание
  3. Приложение А Круглый стол «Верховенство права как ОПРЕДЕЛЯЮЩИЙ ФАКТОР ЭКОНОМИКИ» (стенограмма) (Москва, ИНСОР, 31.01.2012) УЧАСТНИКИ:
  4. Приложение С Социально-экономические последствия уголовной политики государства В ОТНОШЕНИИ бизнеса (доклад Центра правовых и экономических исследований)
  5. Приложение D Стенограмма симпозиума «Уголовная ПОЛИТИКА И БИЗНЕС» (Москва, НИУ ВШЭ, 08.12.2011)
  6. Библиографический список
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -