<<
>>

Галкин-Враской Михаил Николаевич (1832- 1916)

русский ученый-пенитенциарист, государственный деятель, начальник Главного тюремного управления

Биографическая справка.

Михаил Николаевич Галкин-Враской родился в родовом селе Полянки Спасского уезда Казанской губернии в семье старинного дворянского рода. Так как мать, Надежда Николаевна Галкина (Враская) происходила от древнего рода польских дворян Враских, то для сохранения своей потомственной фамилии она получила высочайшее разрешение на ее объединение с фамилией мужа. Поэтому родившиеся в семье дети носили двойную фамилию[25].

Окончив в 1853 г. юридический факультет Казанского университета, М. Н. Галкин-Враской был принят на службу в управление Оренбургского и Самарского генерал-губернатора по дипломатической части с переводом в Министерство иностранных дел. В 1858 г., его включили в состав русской миссии в Хиву и Бухару, а в 1859 г. он получил назначение на должность чиновника по дипломатической части в составе экспедиции в Туркмению (Закаспийскую область). Опираясь на богатый этнографический материал, собранный в этих экспедициях, М. Н. Галкин-Враской опубликовал несколько статей, которые стали известны мировой научной общественности. В 1868 г. на основании этих материалов он издает в книгу «Этнографические материалы по Средней Азии и Оренбургскому краю», а его статья о

туркменских племенах была награждена Русским географическим обществом серебряной медалью, членом которого он был с 1859 г. В последствии извлечения из этой статьи были опубликованы в трудах Парижского географического общества, в котором он также состоял.

В 1862 г. произошел к резкий поворот в жизни М. Н. Галкин-Враского: он был причислен к Министерству внутренних дел. Именно с этого года он начал глубокие научные изыскания в сфере построения тюремного дела в Западной Европе и тюремной проблемы на территории России и за ее пределами: за два года (до конца 1864 г.) посетил крупнейшие тюрьмы Англии, Франции, Пруссии, Бельгии и на основании их изучения представил описание их построения и функционирования.

Этот материал впоследствии стал основой для написания им книги «Материалы к изучению тюремного вопроса». В течение длительного времени его труд являлся единственным пособием по тюремному делу в Российской империи и остается актуальным и значимым в современной юридической науке.

После возвращения в Россию М. Н. Галкин-Враской был назначен на должность чиновника по особым поручениям при министре внутренних дел графе П. А. Валуеве. Также он заведовал канцелярией президента Общества Попечительного о тюрьмах, был членом военно-кодификационной комиссии по пересмотру положения о военных тюрьмах и членом комиссии по вопросу о преобразовании тюремной части. В 1867 г. М. Н. Галкин-Враской, являясь одним из семи директоров Петербургского тюремного комитета, был задействован в строительстве, а впоследствии и заведовании экспериментальной тюрьмой в Петербурге для срочных арестантов. В этой тюрьме был проведен первый в России эксперимент с разведением заключенных по одиночным камерам в ночное время, а также вводился обязательно-принудительный труд. Наряду с этим М. Н. Галкин-Враской деятельно участвовал в работе особых комитетов об устройстве среднеазиатских владений и об управлении киргизскими степями. Позднее он был включен в состав комиссии по разработке положения об управлении Туркестанским краем.

В 1868-1870 гг. М. Н. Галкин-Враской занимал пост губернатора Эстляндии. Именно он ввел делопроизводство края на русском языке, что привело к конфликту с немецкими баронами, ставшему причиной его отставки. Его деятельность на этом посту отличалась уважительным отношением к коренным жителям Прибалтики.

В 1870-1879 гг., находясь на посту губернатора Саратовской губернии, М. Н. Галкин-Враской проявил себя талантливым и инициативным администратором. Своими делами он оставил о себе добрую память у населения губернии и жителей современной Саратовщины.

Начавшаяся в 1886 г. реформа тюремного дела привела к необходимости учреждения особого органа пенитенциарной системы Российской империи Главного тюремного управления в составе Министерства внутренних дел.

Первым его начальником был назначен М.

Н. Галкин-Враской. Этот пост он занимал 17 лет (1879-1896 гг.), что не повторилось вплоть «до настоящего времени среди начальников центрального управления системы мест лишения свободы»[26]. Первым крупным осуществленным им мероприятием стало присоединение России к международной тюремной организации, задачей которой было устройство периодических тюремных (пенитенциарных) конгрессов с целью объединения всех стран в стремлении улучшить постановку тюремного дела на основе применения передовых нововведений пенитенциарной науки. В 1880 г. была учреждена международная тюремная комиссия, которая постоянно работала в перерывах между конгрессами, определяла вопросы и ставила проблемы для обсуждения на предстоящем конгрессе, выбирала место его проведения (как правило, это были столицы европейских государств). В 1880 г. М. Н. Галкин-Враской вошел в состав международной тюремной комиссии как официальный представитель России. В I890 г. именно он организовал и провел IV Международный тюремный конгресс в Петербурге, на котором был избран почетным пожизненным председателем международных тюремных конгрессов. Летом 1879 г. М. Н. Галкин-Враской предпринял инспекционную поездку с целью осмотра тюрем городов Ревеля, Нижнего Волочка, Москвы, Тулы, Мценска, Орла, Курска, Киева, Харькова, Таганрога, Керчи, Феодосии, Симферополя, Севастополя, Одессы, Николаева, Херсона. Он дважды посещал Сибирь и остров Сахалин, что позволило ему собрать огромный материал для разработки проекта по отмене ссылки в эти отдаленные территории.

Когда он оставлял пост начальника Главного тюремного управления, газета «Свет», обозревая его свершения, отметила: «...Он в корне преобразовал всю систему тюремного заключения, улучшил содержание заключенных... внес в мрак тюрьмы свет религии. ... Приучил арестанта к труду и наделил заработной платой... сделал из тюрьмы каторжной исправительное заведение. Своей службой царю и России он поставил себе несокрушимый памятник»[27].

В 1896 г. М. Н. Галкин-Враской был введен в члены Государственного совета.

В 1899 г. по его инициативе была организована трудовая помощь в Казанской, Вятской и Симбирской губерниях, а в дальнейшие годы общественные работы в неурожайных губерниях. За три месяца до смерти М. Н. Галкин-Враской был пожалован высшей награды Российской империи ордена св. Андрея Первозванного.

Михаил Николаевич Галкин-Враской умер 8/21 апреля 1916 г. в Петрограде. По его завещанию его похоронили в Свято-Троицкой Сергиевой Приморской мужской пустыни в притворе храма в честь Сергия

Радонежского под полом. По инициативе ФСИН России в 2012 г. там была установлена мемориальная доска.

Основные труды

Г алкин-Враской М. Н. Материалы к изучению тюремного вопроса. - 2-е изд. - СПб.: Тип. 2 Отд. собств. е. и. в. канцелярии, 1868. - 189 с.

Галкин-Враский М. Н. Из Архива Саратовского губернскогого правления. (Бумаги за время пугачевщины, переписка Цыплетнева, Михельсона и Суворова) // Русский архив. 1873. - № 4. - С. 451-460.

Галкин-Враской М. Н. В ожидании губернской реформы (Из письма к редактору) // Гражданин. - 1886. - 2 марта. - № 18.

Галкин-Враской М. Н. Международный тюремный конгресс в Париже. (Записка, представленная министру внутренних дел начальником Главного тюремного управления 15 августа 1895 г.) // Тюремный вестник. 1895. - № 29. - С. 462-484.

Пенитенциарные идеи в научном наследии М. Н. Галкина-Враского

Реформы в самых ключевых сферах жизни периода правления Александра II, стимулированные отменой крепостного права в России, являлись либеральными по своей сути. Базируясь на передовом опыте своего времени, они имели своей задачей модернизацию Российской империи во многих сферах ее жизни с целью занятия Россией значимого места в европейском мире. Одним из приоритетов политики государства в последней трети XIX в. являлось и реформирование пенитенциарной системы. Реформа тюремного дела 1879 г. и должна была радикально изменить пенитенциарную систему Российской империи.

В XIX в. в странах Западной Европы и в России вырабатываются новые теоретические идеи о сущности и целях наказания, а также приобретается новый опыт при использовании подобных представлений в практическом функционировании пенитенциарных систем в разных странах.

Главной задачей политики государства в сфере исполнения наказаний теперь признавалась не воздаяние осужденному за его преступное деяние, а стремление исправить и возвратить его в общество, а также предотвратить потенциальные рецидивы.

Одним из идеологов и проводников этой реформы стал крупный русский общественный и государственный деятель Михаил Николаевич Галкин-Враской. Причисленный в июне 1862 г. к Министерству внутренних дел, он занялся изучением различных систем заключения, а впоследствии и преобразованием российской тюремной системы. Пребывая в 1862-1864 гг. в странах Западной Европы, он сумел ознакомиться с крупнейшими тюрьмами Англии, Франции, Пруссии, Бельгии, описать их устройство и практику функционирования. Потребность русского тюремного дела в опыте

пенитенциарной системы стран Западной Европы столь значима, что вынудило М. Н. Г алкина-Враского объединить его статьи в отдельную книгу по проблемам тюремного вопроса. После издания в 1868 г. под титулом «Материалы к изучению тюремного вопроса» книга была предписана министром внутренних дел всем тюремным комитетам и их отделениям, губернским и уездным местам заключения и губернским и уездным полицейским управлениям в качестве справочного руководства[28].

Произведенное исследование устройства и деятельности систем тюрем Западной Европы позволило М. Н. Галкину-Враскому подробно рассмотреть развитие представлений о феномене наказания и реальных практиках его реализации, описать основные виды тюремного заключения в крупнейших и передовых тюрьмах, а также вычленить их устройство и начертить планы.

Большое значение, по его мнению, имело особое выстраивание системы управления тюрьмами. Он акцентирует внимание на том факте, что в большинстве европейских стран центральная структура управления системой тюрем была сконцентрирована «в высших правительственных учреждениях, при которых организованы для этой цели особые департаменты со специальными советами»[29]. Такая концентрация управления диктовалась «сознанием необходимости придать тюремной дисциплине то единообразие, первоначальное отсутствие которого сопровождалось везде существенным вредом»[30].

Так же он считал в высшей степени ценным для Российской империи достижением европейской пенитенциарной культуры то, что штат управления «состоит большею частью из людей достойных, со специальными познаниями и теми качествами характера, которые необходимы для заведования столь существенной частью, как управление арестантами, в видах исправления их, а также с целью извлечения возможной от них пользы для правительства и отстранения вредного влияния этих людей на остальное общество»[31]. В своей книге М. Н. Галкин-Враской эксплицировал определенные характерные черты институтов управления тюрьмами в ряде государств. Например, главное управленческое воздействие на тюрьмы в Англии (вместе с Ирландией и Шотландией) определялось центральным управлением под руководством президента, находившимся «в некоторой зависимости от министерств военного и внутренних дел»[32]. Подчеркивая эту «некоторую зависимость», он четко фиксировал реальную автономность этого учреждения, а именно его независимость от Военного министерства и Министерства внутренних дел. В частности, прерогативой

президента являлось назначение тюремных служащих в правительственные тюрьмы. Французы управление гражданскими тюрьмами сконцентрировали в особом департаменте Министерства внутренних дел. В Пруссии тюрьмами для содержания находящихся под следствием и судом занималось Министерство юстиции, в то время карательные тюрьмы и смирительные дома находились в ведении Министерства внутренних дел: «Большинство остальных государств управление тюрьмами сосредотачивается в Министерства внутренних дел; если же и разделяется, то между министерствами юстиции и внутренних дел»33, и только в Бельгии управление системой тюрем изначально сосредотачивалось в Министерстве юстиции. В своей небольшой, но емкой книге М. Н. Галкин-Враской представил ставшее ценным для Российской империи обобщение содержания заключенных в тюрьмах западно-европейских стран. Он выделяет «главные виды тюремного содержания в Западной Европе, именно:

1) Заключение одиночное на все время наказания (Пруссия, Баден, Бельгия);

2) То же заключение, как предварительно и, также для состоящих под следствием и судом (Англия, Бельгия, некоторые кантоны Швейцарии);

3) Общее заключение, преимущественно следующее за одиночным, с общими дортуарами и мастерскими, или же с общими мастерскими, но с отделением на ночь и на рекреационное время днем и с разграничением при том на классы (Швейцария, Италия, Германия, Франция);

4) Для долгосрочных переходные заведения, приготовляющие к полной свободе, с работами ремесленными и земледельческими (Ирландия);

5) Ссылка, после предварительного заключения и принудительные работ, в отдаленные колонии, для поселения (Англия, Франция);

6) Сокращение сроков содержания, за хорошее поведение, и условное освобождение, при участии покровительственных обществ (преимущественно Англия и Ирландия).

Из приведенных видов заключения оказывается, что наиболее распространенные системы заключения суть так называемые пенсильванская и оборнская ... в большинстве же пополняют они одна другую»[33][34][35].

На основе этих исследований он выдвинул глубоко аргументированные предложения по реорганизации системы тюремного заключения Российской империи. В частности, он отмечает, что в российской и зарубежных тюремных системах общей карательной практикой являлось постоянное, но кратковременное предварительное одиночное заключение: «Но все эти различные категории лиц должны быть предварительно подчинены, в

продолжение известного времени, одинаковому исправительному содержанию. Система эта должна начинаться так же, как и заключение в среднесрочных тюрьмах, одиночным содержанием. Цель этого содержания точно также должна быть подготовительной к последующему содержанию»35.

Автор книги располагает в приложении план Лондонской Пентонвильской тюрьмы, которая была спроектирована по принципу лучевого размещения зданий (в практике строительства тюрем того исторического периода такой проект считался наиболее адекватным для выполнения ими своей функции). Позже, уже в начале 1890-х гг., занимая пост начальника Главного тюремного управления, М. Н. Галкин-Враской инициировал строительство в Петербурге образцовой одиночной тюрьмы. В основу ее проекта и был положен план Пентонвильской тюрьмы (из-за лучевого расположения корпусов она получила название «Кресты»)36.

Во время заведования Петербургской тюрьмой для срочных арестантов, где предполагалось содержать осужденных на срок не более одного года и четырех месяцев, с 29 марта 1868 г. М. Н. Галкин-Враской провел эксперимент с ночным разъединением заключенных по одиночным камерам и обязательно-принудительным трудом. Целью этого эксперимента являлась выработка методов построения системы нравственного исправления преступников в России. Дело в том, что до тюремной реформы 1886 г. законодательство России не предполагало организации обязательного труда заключенных в тюрьме. Поэтому в условиях постоянного безделья заключенные не имели возможности исправляться в нравственном отношении, ибо никакие морально-воспитательные воздействия на них не предполагались. Они рассматривались российской общественностью и правительством лишней обузой для российского бюджета. Для обязательных работ проектом были предусмотрены общие мастерские. Обязательные работы здесь были организованы по индивидуально-хозяйственному принципу: услуги подрядчиков не предполагались, руководство тюрьмы само приобретало сырье и распределяло все работы между осужденными. Произведенная ими продукция подлежала реализации за стенами тюрьмы по рыночным ценам[36][37][38]. Занимаясь обязательными работами, в тюрьме заключенные: «плетут пеньковые и мочальные мат и другие предметы из окрашенных в разные цвета бичевок; ткут парусины, шьют военное платье по заказам интендантства, делают сапоги, занимаются переплетными и картонажными работами, а также плотничными, столярными, кузнечными и слесарными. Все строительные и ремонтные работы по тюрьме производятся

в свою очередь арестантами, которые в последнее время были еще заняты устройством в тюрьме водопровода. Затем так называемые черные работы состоят здесь не только в содержании в чистоте здания тюрьмы и двора, но и в работах огородных, земляных и по заготовлению дров из приобретаемых для сего хозяйственным способом сплавных барок. Таким образом, руками арестантов устроен упомянутый выше сквер, с объездной дорогой, разведен обширный огород, снабжающий тюрьму необходимыми овощами, все тюремное место по берегу Невы окопано, уровнено и услано камнем и, наконец, заготовлено все почти необходимое для тюрьмы на зиму количество дров»[39]. Работы заключенных разделялись на три разряда:

- черные - поддержание чистоты тюремных зданий и двора, пилении и перетаскивании дров, работы на тюремном огороде;

- серые - стирка белья, щипание пеньки, витье веревок и канатов и т.п.;

- белые - приготовление пищи и различные виды ремесленного труда.

Однако подлинно революционным в этом эксперименте было то, что впервые в Российской империи за этот труд заключенным выплачивалась заработная плата: за белые работы - половина от заработанного, за серые - одна треть. За время отбытия срока наказания заключеный имел право использовать своего заработка, оставшаяся сумма ему выдавалась при освобождении. Черные работы заключенным назначались в качестве дисциплинарного воздействия и не предусматривали плату[40].

Еще одним перспективным нововведением, внедренным в тюремную практику М. Н. Галкиным-Враским, явилось предоставление аттестатов хорошо работавшим заключенным, которые сумели освоить определенную ремесленную специальность. Однако еще более поразительным для того времени было то, инициативный заведующий исправительным учреждением сумел объединить мастеров Санкт-Петербурга в общество помощи в устройстве на работу таких освобождавшихся заключенных. Положительный опыт заведующих Московским смирительно-работным домом В. А. Соллогуба и Петербургской тюрьмы для срочных арестантов М. Н. Г алкина- Враского заключался в том, что «на общем фоне разрухи, неустройства, произвола и беззакония, царивших в местах заключения России, экспериментальные тюрьмы, руководимые В. А. Соллогубом и М. Н. Галкиным-Враским, казались оазисами организованности и тюремного благополучия»[41]. Таким образом, отправляя должность начальника экспериментальной Петербургской тюрьмы, М. Н. Галкин-Враский сформировал новую основу функционирования тюремного учреждения,

выразившегося во внедрение в практику тюремного дела обязательного и оплачиваемого труда заключенных. Этими нововведениями он впервые в истории русской пенитенциарной практики предпринял попытку выстроить систему социальных гарантий для освобождавшихся заключенных: «на этот опыт ссылались почти все последующие тюремные реформаторы, многие русские пенитенциаристы на протяжении 20 лет»[42].

В 1876 г. в Российской империи началась тюремная реформа. Правительственные комиссии, работавшие в 1873-1878 гг. над проектом такой реформы, неоднократно подчеркивали ужасающее состояние тюремной сферы в Российской империи. В результате реформы законом, подписанном императором Александром II 27 февраля 1879 г., было учреждено Главное тюремное управление. Целью его создания являлось: «.ввести в рамки законодательства совершенно бесхозяйственное и беззаконное управление нашими тюрьмами» и осуществлять централизацию управления местами заключения»[43]. Ставилась задача превратить тюремную сферу в целостную пенитенциарную систему на базе разнообразного зарубежного опыта.

В его ведение передавались все места заключения, включая сюда исправительные учреждения для несовершеннолетних и каторжные тюрьмы (кроме Шлиссельбургской и Петропавловской крепостей, которые остались в ведении Департамента полиции исполнительной), а также ссылка и пересылка заключенных. Кроме того, управлению передавались все вопросы прохождения службы чинов тюремной администрации, строительства и ремонта тюремных зданий, снабжения заключенных всеми видами довольствия и занятия их работами[44]. Начальник Главного тюремного управления по положению назначался указом императора правительствующему Сенату по представлению министра внутренних дел. Он облекался широкими полномочиями во многих направлениях администрирования тюремного дела: центральное и местное управление тюрем, вся административно-хозяйственная деятельность, управление ссылкой, строительные и ремонтные работы, пересылка арестантов, тюремный патронат, воспитательно-исправительные заведения для несовершеннолетних, духовно-нравственное воздействие на заключенных, нормотворческая деятельность, международная пенитенциарная деятельность. Дела же особой государственной важности он должен был передавать в Совет министра внутренних дел или в им в Совет министра

внутренних дел или в Совет по тюремным делам[45]. Главное тюремное управление занимало особое правовое положение в структуре Министерства внутренних дел, это выражалось в большой доле самостоятельности данного подразделения, поэтому его начальник не являлся подобно директору Департамента исполнительной полиции лишь докладчиком министра по тюремным делам, а имел широкую в рамках существующего законодательства распорядительную власть[46]. Деятельность ГТУ имела весьма мною направлений, которые самым непосредственным образом отражали всю сложность административной работы тюремной отрасли: центральное и местное тюремное управление, административно­хозяйственная деятельность, управление ссылкой, строительные работы, пересылка арестантов, тюремный патронат, воспитательно-исправительные заведения для несовершеннолетних, духовно-нравственное исправление заключенных, нормотворческая деятельность, международная пенитенциарная деятельность.

М. Н. Галкин-Враской был назначен первым начальником Главного тюремного управления императором Александром II 23 апреля 1879 г. На этом посту он сумел серьезно реформировать тюремное дело: радикально преобразовать тюремные штаты с улучшением материального и служебного положения служащих; учредить губернские тюремные инспекции в двадцати губерниях; усовершенствовать структуру управления тюрьмами губерний; построить несколько образцовых тюрем; ввести обязательный труд заключенных с начислением им заработной платы, большую часть которой они получали при освобождении. Начатые им эксперименты в тюрьмах Петербурга и Саратова получили распространена на тюремное дело всей Российской империи. С 1886 г. он распространяет выплату заработной платы заключенным на всю систему российских тюрем. Большое внимание М. Н. Галкин-Враской уделял организации заботы о беспризорниках, детях бродяг и заключенных, он считал необходимым содержать их в приютах и богадельнях за казенный счет. М. Н. Г алкину-Враскому удалось реализовать еще один важный проект: используя территорию тюрьмы для срочных арестантов, в 1890-х гг. и по его указанию в Петербурге была построена образцовая одиночная тюрьма, которая из-за лучевого расположения корпусов получила название «Кресты».

Опираясь на материал, собранный им в результате инспекции тюрем Российской империи в 1879 г., М. Н. Галкин-Враской подготовил докладную записку министру внутренних дел от 12 декабря 1879 г., важнейшим выводам которой суждено было стать базовыми принципами для реформирования российского тюремного дела. Являясь убежденным сторонником трудового

исправления заключенных, М. Н. Галкин-Враской в этой записке четко ставит акцент на важности внедрения в тюремной практике принудительного труда заключенных[47]. Санитарное состояние тюрем констатировалось им как неудовлетворительное: «За редким исключением, все тюремные и арестантские помещения содержатся крайне грязно и небрежно»[48]. После посещения Сибири и о. Сахалина им был разработан проект создания лазаретов для больных-ссыльных на всех этапах ссыльного тракта Восточной Сибири. Его также заботило состояние души заключенных - было издано распоряжение о строительстве при каждой тюрьме Российской империи православного храма.

Любопытен факт, что глава тюремного ведомства самодержавной России, говоря о положении политических заключенных, заботился о таких, казалось бы, мелочах как наличие у них подушек и разрешения им курить, чтобы эти обстоятельства их тюремного быта не вызывали в них лишнего раздражения: «...Политические арестанты в свою очередь лишены работ, тогда как просят их; страдая преимущественно головными болями, не имеют подушек; некоторые, по заявлению доктора, нуждаются в разрешении курить, но такового не получают. Все же эти и подобные мероприятия, не служа нимало цели наказания, только понапрасну раздражают самих заключенных и, несомненно, отзываются на нравственном настроении их родственников»[49]. Основной вывод М. Н. Галкина-Враского заключался в том, что все заключенные должны быть заняты работой, ибо хроническое безделье «не может не действовать растлевающим образом», и поэтому представлялось необходимым «самое широкое применение труда как в стенах тюрьмы по мастерствам, ремесленным и строительным работам, так и для некоторых заключенных и извне на огородах и пашне»[50].

Требование М. Н. Галкина-Враского о необходимости учреждения в тюрьмах России обязательного труда заключенных звучало лейтмотивом в каждом официальном ежегодном отчете Главного тюремного управления, начиная с 1879 г. Сведения о применении труда заключенных были затребованы М. Н. Галкиным-Враским от местных тюремных начальств для улучшения постановки этого дела летом 1879 г. После разбора собранных материалов в Главном тюремном управлении была начата разработка реформы этой отрасли тюремного быта. Для этого стало недостаточным издание соответствующих распоряжений в административном порядке и требовался новый закон, так как одной из причин, препятствовавших последовательной и систематической организации труда заключенных, было то обстоятельство, что действовавшие законы по вопросу о труде

заключенных, несмотря на их многочисленность и подробность, тем не менее в главных своих основаниях, оказывались не согласованными как с существующими видами наказаний, так и между собой. Кроме того, законы эти не только не предписывали обязательности труда для всех заключенных, отбывающих наказание, но даже ставили в зависимость от собственного желания заключенных обращение их на работы.

В силу этого, признавая, как сказано в циркуляре министра внутренних дел Д. А. Толстого, что при разумном тюремном устройстве труд имеет значение того средства дисциплины, которое может воздействовать на преступную волю человека, то поэтому тюремные учреждения должны всеми средствами стремиться к наиболее правильной организации труда заключенных. Вследствие этого ГТУ поставило себе задачу устранить препятствия, которые заключались в несогласованности законов и с этой целью стало разрабатывать новые правила о труде заключенных на основе: 1) обязательности и принудительности его в местах заключения; 2) производительности его для государственной казны и 3) оплачиваемости. Если раньше получение заключенными заработной платы практиковалось лишь в экспериментальные тюрьмах, теперь было распространено в исправительные учреждения всей империи. Заработанные заключенными деньги были освобождены от всяких гражданских и судебные взысканий, и в случае смерти заключенного во время содержания его в месте заключения, выдавались его наследникам.

Второй важной реформой, осуществление которой составляет заслугу М. Н. Галкина-Враского, стало учреждение новые штатов тюремной стражи. Закон от 15 июня 1887 г. о тюремной страже внес серьезное улучшение в качество личного состава управления местами заключения: штаты тюремных служащих были расширены, а их оклады увеличены.

Третьей важной реформой, проведенной в жизнь М. Н. Галкиным- Враским, стало создание на местах органов тюремного управления - губернской тюремной инспекции. На губернскую инспекцию возлагалась задача проведения тюремных преобразований на местах.

Таким образом, в течение последних 5 лет управления М. Н. Галкина- Враского Главным тюремным управлением было учреждено 24 губернских тюремных инспекций в крупнейших пунктах сосредоточения тюремного населения, за исключением г. Санкт-Петербурга, где места заключения (кроме Шлиссельбургской и Петропавловской крепостей) были подчинены непосредственному ведению Главного тюремного управления.

М. Н. Галкин-Враской как начальник Главного тюремного управления в сфере своих компетенций стремился облегчить участь осужденные: 12 января 1885 г. в Государственный Совет для обсуждения был внесен проект устройства лазаретов на этапах главного ссыльного тракта Восточной Сибири с подписями министра внутренних дел Д. А. Толстого и начальника Главного тюремного управления М. Н. Галкина-Враского.

По указу императора Николая II 13 декабря 1895 г. ГТУ было переведено из ведомства Министерства внутренних дел в ведение Министерства юстиции, а вскоре после этого - 26 февраля 1896 г. М. Н. Галкин-Враской был отстранен от должности начальника ГТУ. О переводе ГТУ в ведомство Министерства юстиции в сопроводительном этому процессу документе, разработанном под общей редакцией М. Н. Галкина- Враского, устанавливается ключевая цель указа 13 декабря 1895 г.: «сближение тюремного дела с интересами уголовного правосудия», а в прилагаемой записке Московского губернатора А. Г. Булыгина уточняется: «...нельзя не указать на то, что весь проект несомненно имеет целью совершенно устранить от тюремного дела губернаторов»[51].

Оценивая результаты функционирования ГТУ под управлением М. Н. Галкина-Враского с 1879 по 1896 г., нужно отметить, что многое из того, что было им задумано, но не удалось осуществить, происходило по причинам, от него не зависящим, одна из которых, например, ограниченность финансирования: «консерватизм, доминирующий в уголовной политике царизма в конце XIX-начале XX в., и постоянная нехватка финансовых средств не позволяли в полной мере использовать пенитенциарный опыт передовых западноевропейских государств. Тем не менее за годы функционирования Главного тюремного управления были выработаны те организационно-правовые основы деятельности пенитенциарной системы, которые были востребованы при всех последующих политических режимах в нашей стране»[52]. Разумеется, проводником консерватизма в тюремной сфере был не М. Н. Галкин-Враской, его преобразования в пенитенциарии носили революционный характер. Главные теоретические и юридические основы и направления деятельности ГТУ были заложены при М. Н. Галкине-Враском.

Если сравнивать тюремный режим России второй половины XIX в. с пенитенциарией Западной Европы, то российская тюремная система не была более варварской или жестокой. Об этом свидетельствовал, например, известный русский революционер П. А. Кропоткин, который побывал как в русских, так в европейских тюрьмах, и его нельзя заподозрить в симпатиях к российскому самодержавию и его бюрократической машине. Он писал: «.Я склонен думать, что дух [тюремных] учреждений в России гуманнее (чем в Европе. - В. А.). Несомненно, что для арестанта менее унизительно заниматься полезным трудом в Сибири, чем проводить жизнь, щипая смоленый канат, или лазя как белка, по вертящемуся колесу; а если уже

выбирать из двух зол, то русская система, не допускающая смертной казни, предпочтительнее западноевропейской»[53].

М. Н. Галкину-Враскому за годы управления Главным тюремным управлением удалось реализовать немало прогрессивные пенитенциарных проектов, направленные на облегчение участи заключенных и их исправления: Россия присоединилась к международной тюремной

организации, труд заключенных стал приносить государству доход, а сами они получать заработную плату, была проведена реформа в сфере обеспечения тюремного персонала и структуры управления тюрьмами. Все эти меры, по словам пенитенциариста XIX в. Н. Ф. Лучинского. позволили тюремную систему России «поставить как в пенитенциарном, так и в хозяйственном отношениях едва ли не на одинаковый уровень с тюремными учреждениями других стран... Можно смело сказать, что благодаря М. Н. Галкину-Враскому наши тюремные учреждения как бы вошли в общую пенитенциарную семью Европейских государств и стали полноправными ея

53

членами»[54].

1.3.

<< | >>
Источник: История пенитенциарной мысли: учебное пособие / под общей редакцией О. Ю. Ельчаниновой. Самара: Самарский юридический институт ФСИН России,2018. - 350 с.. 2018

Еще по теме Галкин-Враской Михаил Николаевич (1832- 1916):

  1. Галкин-Враской Михаил Николаевич (1832- 1916)
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -