<<
>>

1[185] Перестройка и укрепление советского государственного аппарата 

О

существление социалистического строительства на рельсах новой экономической политики с особой остротой поставило задачу дальнейшего укрепле&ния государства пролетарской диктатуры, упроче&ния диктатуры пролетариата, как главного условия строи&тельства и построения социалистического общества.

Социалистическое государство является важнейшей составной частью надстройки советского общества.

Гигантское обратное влияние надстройки на базис на&ходит своё наиболее яркое и полное выражение в великой преобразующей роли Советского социалистического госу&дарства и его направляющей силы — Коммунистической партии.

Основная задача Советского государства в первой фазе его развития, т.

е. в переходный период от капита&лизма к социализму, заключается «в подавлении сопротив&ления свергнутых классов, в организации обороны страны от нападения интервентов, в восстановлении промышлен&ности и сельского хозяйства, в подготовке условий для ли&квидации капиталистических элементов»[186].

В соответствии с этими задачами основные функции Советского государства в этот период (а функции опреде&ляют содержание работы государства, всю его деятель&ность) сводились к следующему:

Первая функция — подавление свергнутых классов вну&три страны. Вторая функция — оборона страны от напа&дения извне. И, наконец, третья функция — хозяйствен&но-организаторская и культурно-воспитательная работа органов Советского государства, которая свойственна только государству пролетарской диктатуры, государству социалистическому, не имеет и но может иметь места в буржуазных государствах.

Ещё в своей речи на X партийной конференции в 1921 г. В. И. Ленин говорил о том, что социалистическое Советское государство тем отличается от буржуазного го&сударства, что оно занимается делом, т. е. хозяйством. «В буржуазном строе делом занимались хозяева, а не го&сударственные органы, а у нас хозяйственное дело — наше общее дело.

Это самая для нас интересная политика»[187].

Значение новой функции — хозяйственно-организатор&ская и культурно-воспитательная работа,— свойственной только пролетарскому государству, необычайно выросло после окончания гражданской войны и иностранной интер&венции и вступления Советской страны в период мирного социалистического строительства.

Восстановление промышленности и сельского хозяй&ства, подготовка условий для ликвидации капиталистиче&ских элементов — такова была главная задача хозяйст&венно-организаторской деятельности Советского государ&ства в первые годы нэпа.

Свои функции, и в том числе хозяйственно-органи&заторскую и культурно-воспитательную, социалистическое государство осуществляет через свой советский государст&венный аппарат, который возник в результате победы со&циалистической революции, в процессе ломки старого, буржуазного государственного аппарата и создания но&вого, соответствующего новым задачам государственного аппарата Советской власти.

Советский государственный аппарат принципиально от&личается от аппарата буржуазного государства. Буржуаз&ный государственный аппарат стоит над массами, ввиду чего он, по самому своему духу, чужд народным мас&сам, между тем как советский государственный аппарат сливается с массами, ибо «он не может и не должен стоять над массами, если он хочет сохранить себя именно как со&ветский государственный аппарат, ибо он не может быть чужд этим массам, если он действительно хочет охватить миллионные массы трудящихся. В этом одно из принци&пиальных отличий советского государственного аппарата от аппарата буржуазного государства»1.

Борьба за укрепление пролетарского государства все&гда неразрывно связывалась партией с борьбой за укреп&ление и дальнейшее совершенствование советского госу&дарственного аппарата. С особой остротой этот вопрос был поставлен партией после перехода к новой экономической политике, когда перед государственным аппаратом встали новые чрезвычайно сложные и ответственные задачи.

Переход к нэпу неизбежно означал обострение классо&вой борьбы в стране, оживление остатков капиталистиче&ских классов в лице кулака и нэпмана.

Решение вопроса «кто — кого» в пользу социализма зависело от крепости и силы Советского социалистического государства, держа&щего в своих руках командные высоты социализма и на&правляющего всю экономическую жизнь Советской рес&публики.

Необходимо было так перестроить и укрепить государ&ственный аппарат, чтобы обеспечить строжайший контроль государства над частным капиталом, растущим на почве нэпа. Советские государственные органы должны были ре&шительно и беспощадно карать всякие попытки частнока&питалистических, нэпманских элементов расширить свою деятельность за те пределы, которые были установлены для них советским законодательством в первые годы новой экономической политики. Необходимо было усилить роль государственного аппарата, как основного рычага органи&зации победы социалистических элементов над капитали&стическими.

В советском государственном аппарате в то время ещё имелись серьёзные недостатки и бюрократические извра&щения, которые не могли быть до конца выкорчеваны в первые годы революции. Поскольку в условиях острой классовой борьбы классовый враг всеми мерами стремился проникнуть в государственный аппарат и вести там разла&гающую вредительскую работу, опасность буржуазных извращений в государственном аппарате была чрезвычайно велика. Ленин в ряде своих выступлений и статей в 1921— 1922 гг., а особенно в своих последних статьях («Как нам реорганизовать Рабкрин», «Лучше меньше, да лучше») ставил вопрос о быстрейшем преодолении этой опасности.

В обстановке гражданской войны при обязательности всеобщей трудовой повинности в советские учреждения проникло значительное число чуждых, буржуазных эле&ментов. Рост советского аппарата позволял этим элемен&там «пристроиться» на государственной службе, которая давала важные преимущества (паёк, освобождение от чрезвычайных налогов и т. д.). Это засоряло государствен&ный аппарат, рождало бюрократизм, волокиту. Поэтому всемерное усиление руководящей роли партии в госу&дарственном аппарате являлось важнейшей задачей. В основу всей перестройки государственного аппарата в но&вых условиях должна была быть положена задача укреп&ления союза рабочего класса и крестьянства.

В неразрывной связи с основными экономическими и политическими задачами, выдвинутыми на первый план новой полосой развития, перед советским государствен&ным аппаратом встали и серьёзнейшие организационные задачи, непосредственно вытекавшие из той глубокой и всесторонней перестройки, которая была вызвана перехо&дом к нэпу и новым методам хозяйствования.

В своём отчётном докладе на IX съезде Советов Ленин, подводя итоги работы Советского правительства в первый год нэпа, указывал, что в переходе к новой экономической политике и в том, чтобы «приспособить к этому наше зако&нодательство, нашу администрацию... состояла главная наша работа за отчетный 1921 год»[188].

Необходимо было решительно перестроить в соответ&ствии с новыми задачами всю работу центральных и мест&ных органов власти сверху донизу, добиться нормализации и упорядочения работы всего государственного аппарата, ликвидировать ряд учреждений военного времени, усилить ответственность и дисциплину, укрепить революционную законность.

Осуществление всех этих важнейших политических и организационных мероприятий привело к дальнейшему укреплению советского государственного аппарата и пре&вращению его в ещё более мощную силу, способную про&тивостоять как натиску международного империализма, так и всем враждебным элементам внутри страны.

* *

*

Сразу же после окончания гражданской войны в ре&шениях VIII съезда Советов был поставлен и определён ряд новых важнейших задач советского строительства.

Если в военные годы, в обстановке гражданской войны, на первый план выдвигались военные методы руководства и требовалось создание чрезвычайных органов управления, то после окончания войны создались все возможности для всемерного развития советской демократии и подъёма её на более высокую ступень.

Советский государственный аппарат, служащий инте&ресам миллионных масс народа, сам в свою очередь опи&рался на массы, был неразрывно связан с массами и ста&вил своей основной задачей приобщение широчайших слоёв рабочего класса и крестьянства к непосредственному уп&равлению государством.

Естественно, что переход к мирной полосе развития поставил задачу вовлечения народных масс в работу го&сударственного аппарата на гораздо более широкой ос&нове, чем это было возможно в условиях войны.

Развитие советской демократии требовало в первую очередь укрепления работы Советов как органов дикта&туры пролетариата, органов смычки рабочего класса и кре&стьянства, обеспечивающих руководство крестьянством со стороны пролетариата.

Во время гражданской войны многие горсоветы в гу&бернских и уездных центрах нормально не работали, в ряде городов они вовсе не были образованы. В связи с этим в развитие решений VIII съезда Советов ВЦИК издал 8 февраля 1921 г. три важнейших постановления: 1) об организации городских Советов рабочих и кра&сноармейских депутатов; 2) о регулярных перевыборах Советов и о созыве в установленные сроки съездов Советов; 3) о созыве регулярных расширенных совещаний предста&вителей сельских Советов, волостных исполнительных ко&митетов и уездных исполнительных комитетов.

«Ожесточённая гражданская война,— говорилось в по&становлении Президиума ВЦИК о перевыборах Советов,— отвлекла большое количество лучших советских работни&ков на фронт и создала обстановку, при которой работа гражданского советского аппарата, естественно, сосредо- точилась в узких коллегиях исполнительных органов Сове&тов и Съездов Советов, а главным образом, в Президиу&мах Исполнительных Комитетов и в Революционных Ко&митетах. Прекращение военных действий на всех фронтах Республики и наступающая полоса мирного строительства повелительно диктуют вовлечение широких трудящихся масс в созидательную работу, активное участие в которой лежит в основе конституции Р.С.Ф.С.Р.»[189].

Новые задачи городских Советов были подробно изло&жены в специальном циркулярном письме по этому во&просу, принятом ВЦИК 10 марта 1921 г.

«Восстановление хозяйства Советской Республики,— говорилось в этом письме,— требует небывалого напряже&ния сил трудового народа и в первую очередь городского пролетариата. В значительной мере это будет достигнуто путём вовлечения широких пролетарских масс в непосред&ственное управление рабочим государством.

Городские Советы через своих представителей — деле&гатов фабрик, заводов и мастерских, непосредственно свя&занных со своими избирателями, сумеют вызвать среди трудящихся города действительный интерес к производ&ству материальных ценностей, столь необходимых разо&рённой и обнищавшей Республике рабочего класса. Работа городских Советов должна быть всячески усилена и ожив&лена. Все хозяйственные вопросы и мероприятия хозяйст&венного характера, касающиеся всей Республики или дан&ной местности, должны быть всесторонне обсуждаемы и освещаемы на пленумах городских Советов. Таким путём городские Советы станут самой прочной базой для произ&водственной пропаганды в её подлинном практическом значении»[190].

Далее в циркулярном письме давался план практиче&ских мероприятий по оживлению работы городских Сове&тов, предлагалось созывать чаще пленарные заседания, устраивать заседания и пленумы горсоветов в рабочих кварталах и иногда на крупных фабриках и заводах, ставя на них вопросы, затрагивающие интересы и нужды населе&ния этих районов. Подчёркивалась также важность ра&боты секций горсоветов и обязательность отчётов членов Совета перед своими избирателями.

«К восстановлению и усилению деятельности городских Советов, как самых мощных органов власти городского пролетариата, губернские, городские и уездные Исполни&тельные Комитеты должны приступить незамедлитель&но...» [191] — говорилось в циркулярном письме.

VIII съезд Советов предложил производить регуляр&ные перевыборы и созывать съезды Советов в установлен&ные сроки. IV сессия ВЦИК 7 октября 1921 г. пересмот&рела сроки полномочий городских и сельских Советов и постановила производить выборы не реже двух раз в год.

Но практика показала, что такие частые перевыборы мешают налаживанию нормальной работы, ибо едва только избранный Совет и исполком приступали к своей деятельности, как они вскоре (через полгода) вновь пере&избирались. Поэтому IX съезд Советов установил сроки перевыборов Советов, так же как и созыва съезда Сове&тов,— один раз в год.

Выборы в Советы превращались в большую массово- политическую кампанию, демонстрирующую всё большее укрепление связей партии с массами. При проведении выборов опубликовывались наказы избирателей своим депутатам. Советы отчитывались в своей работе, в газетах публиковались подробные материалы об их деятельности ит. д. Всё это поднимало на новую высоту работу низовых советских органов и вовлекало новые слои трудящихся в руководство государством.

Для упорядочения работы Советов ВЦИК разработал «Положение о Советах губернских, уездных и заштатных городов и посёлков городского типа», «Положение об уездных Съездах Советов и их Исполнительных Комите&тах», «Положение о Волостных Съездах Советов и Воло&стных Исполнительных Комитетах», «Положение о Сель&ских Советах» (постановление ВЦИК от 26 января 1922 г.)*.

Развитие советской демократии требовало также даль&нейшего укрепления связей высших органов власти (ВЦИК и СНК) с местными органами, усиления самодея&тельности и активности масс, широкого их вовлечения в работу государственного аппарата. Ленинская постановка этого вопроса нашла чрезвычайно яркое отражение в «На- казе СНК и СТО», который мы уже разбирали выше. Этой же цели служила и достройка всей сети экономических совещаний, вплоть до фабрики, завода и села.

В работе ВЦИК и СНК большое место занимала орга&низация приёма посетителей, приёма и разбора жалоб от на&селения, ответов на запросы трудящихся и т.д. Партия всег&да уделяла и уделяет этому вопросу огромное внимание.

Председатель ВЦИК М. И. Калинин рассказывал на II сессии ВЦИК восьмого созыва в марте 1921 г., что ши&рокие слои населения привыкли обращаться во ВЦИК с разными вопросами, вплоть даже до вопросов о дележе в крестьянской семье, когда у отца с сыном при разделе идёт спор о какой-нибудь овце. «Само собою разумеется,— говорил по этому поводу М. И. Калинин,— с точки зрения европейского парламентаризма это абсолютно нетерпимая вещь, но, товарищи, советские органы — молодые органы, которые несомненно в области государственного законода&тельства и в области управления открывают новую эру. Эти органы несут нечто новое и совершенно несвойствен&ное старым парламентским учреждениям. С точки зрения старого парламентаризма приведённые мною примеры — показатель примитивности. Но мне кажется, товарищи, что наша примитивность похожа на примитивность первой электрической лампочки по сравнению с самой лучшей ке&росиновой лампой... Должна быть установлена новая форма общения высшего законодательного органа с граж&данским населением. Эта форма общения нигде не выра&ботана, нигде не зафиксирована. Эту форму общения мы нащупываем на практической работе...» [192]

Основная задача заключается в том, указывал М. И. Калинин, чтобы ещё больше приблизить централь&ные органы Советской власти к местным органам и к мест&ному населению.

Переломпый момент в жизни страны, переход к новой экономической политике потребовал ещё большего усиле&ния связей верховного органа власти с крестьянскими массами. Прилив ходоков из деревни в Москву в первые месяцы нэпа ещё больше усилился. Ряд беспартийных крестьян был избран на IX съезде Советов членами ВЦИК, некоторые крестьянские делегаты оставлены на работе в Москве, в Наркомземе.

Поиски новых форм общения и связи советского госу&дарственного аппарата с массами, привлечение широких масс к советскому строительству, забота о выковывании новых кадров работников государственного аппарата на&шли своё воплощение в ряде постановлений Советского правительства в 1921 г.

Какое значение придавалось этому вопросу, показы&вают декреты Совнаркома: от 11 апреля — «О привлечении работниц и крестьянок к работе в советских учреждениях» и от 24 июня 1921 г.— «О практикантстве членов Россий&ского Коммунистического Союза Молодёжи». В первом декрете указывалось, что с целью установления связи со&ветских учреждений с широкими массами трудящихся и постепенного освобождения советского аппарата от бюро&кратических элементов СНК «признал целесообразным и необходимым привлекать к практической работе в Отделы Исполнительных Комитетов и его учреждения работниц и крестьянок через Отделы Работниц Российской Коммуни&стической Партии»[193].

По истечении срока командировки практикантки воз&вращались на своё предприятие или зачислялись на по&стоянную службу в отделы исполнительного комитета.

Для укрепления советского аппарата новыми силами и подготовки новых кадров советских работников из рядов рабоче-крестьянской молодёжи вводилась и система прак&тикантства членов комсомола в государственных учрежде&ниях. Практикантство вводилось в первую очередь в тех учреждениях, работа которых была связана с трудом, бы&том и воспитанием трудящегося юношества (Наркомтруд, Главполитпросвет, РКИ и др.)2.

Опыт организации практикантства женщин и комсо&мольцев в советских учреждениях не мог, конечно, решить всей проблемы в целом. Вовлечение широких слоёв трудя&щихся в работу государственного аппарата, обучение их делу государственного управления требовало таких мас&штабов, которые позволили бы поставить эту задачу по-государственному и добиться решающих результатов. Огромное значение в решении этой задачи сыграл На&родный комиссариат рабоче-крестьянской инспекции, ко&торый стал подлинной школой государственного управ&ления для широких масс. Объединение государственного контроля и рабочей инспекции в едином народном комис&сариате должно было поднять на новую высоту работу го&сударственного аппарата.

Реорганизация Народного комиссариата госконтроля в Народный комиссариат рабоче-крестьянской инспекции произошла в начале 1920 г. и была вызвана наметившейся тогда перспективой мирного строительства и необходи&мостью в связи с этим добиться дальнейшего укрепления советского государственного аппарата. 23 января 1920 г. Политбюро ЦК РКП(б) приняло директиву по вопросу о создании Рабоче-крестьянской инспекции. На основании этой директивы было выработано «Положение о Рабоче- крестьянской инспекции», принятое затем I сессией ВЦИК седьмого созыва 7 февраля 1920 г. Во главе НК РКИ по предложению Ленина был поставлен И. В. Сталин, который смарта 1919 г.являлся народным комиссаром Государствен&ного контроля и провёл огромную работу по укреплению советского государственного аппарата.

В докладе на I Всероссийском совещании ответственных работников Рабоче-крестьянской инспекции 15 октября 1920 г. И. В. Сталин, разъясняя, какие причины и условия потребовали создания НК РКИ, выдвинул на первый план три обстоятельства: 1) отсутствие достаточного опыта у ра&бочих и крестьян в руководстве государством; 2) Совет&ская власть сломала старый государственный аппарат, бюрократизм был сломлен, но бюрократы остались; 3) новая власть наследовала от старой совершенно разру&шенный хозяйственный аппарат. Пока эти недостатки со&ветского государственного аппарата сохраняются, до тех пор нужна Рабоче-крестьянская инспекция.

Перед РКИ стояли две основные задачи:

  1. помогать советским учреждениям в их работе;
  2. готовить и выращивать новые кадры по управлению государством из рабочих и крестьян.

В своём докладе И. В. Сталин подробно осветил также методы работы РКИ. Он говорил, что дело заключается не в простом вылавливании преступников, а в том, чтобы вдумчиво изучать работу учреждений и способствовать её совершенствованию и улучшению. «Наша инспекция должна смотреть на учреждения, которые она ревизует, не как на чуждые, а как на свои родные учреждения, которые надо учить, которые надо совершенствовать»[194].

Эти положения, определявшие задачи РКИ, приобре&ли особое значение после перехода к новой экономической политике. В своём письме И. В. Сталину от 27 сентября 1921 г. «К вопросу о задачах Рабкрина, их понимании и их исполнении» Ленин писал:

«Задача Рабоче-крестьянской инспекции — не только и даже не столько «ловить», «изобличить» (это задача суда, с которым Рабкрин соприкасается близко, но отнюдь не тождественен),— сколько уметь поправить.

Умелое исправление во-время — вот главная задача Рабкрина» [195].

Беспощадно разоблачая клеветнические выпады Троц&кого против РКИ, Ленин писал: «...нельзя обойтись без Рабкрина сейчас. Над ним можно и должно поработать систематично и упорно, чтобы сделать из него аппарат проверки и улучшения всей госработы. Иначе никакого практического средства проверять, улучшать, учить ра&боте нет... Иначе бороться с ведомственностью и бюро&кратизмом нельзя. Иначе нельзя учить беспартийных ра&бочих и крестьян управлению, а от этой задачи ни прин&ципиально, ни практически, в данный момент, отказаться нельзя»3.

Важнейшие установки партии о работе РКИ в усло&виях новой экономической политики были воплощены в декрете ВЦИК от 18 августа 1921 г. «Об усилении дея&тельности Рабоче-Крестьянской Инспекции». В декрете указывалось, что неотложные задачи борьбы с экономиче&ской разрухой, новые законодательные акты в хозяйствен&ной, продовольственной и промышленной областях, а так&же в части кооперативного строительства, налоговой си&стемы и т. д. возлагают на РКИ ответственнейшие задачи в деле создания экономической мощи страны.

Ещё более подробно эти же моменты были развиты в положении о Народном комиссариате РКИ, утверждённом ВЦИК 9 января 1922 г. «Рабоче-Крестьянская Инспек&ция,— говорилось в положении,— является единым орга&ном социалистического контроля, через который Совет&ское государство, при непосредственном участии рабочих и крестьян, осуществляет надзор за деятельностью всех государственных учреждений и предприятий, а равно об&щественных организаций в центре и на местах» 1.

На Народный комиссариат РКИ возлагались следую&щие основные задачи: наблюдение за исполнением всех декретов и постановлений Советской власти и целесооб&разным их применением; проверка деятельности всех ор&ганов Советской власти с точки зрения достигнутых на деле результатов; надзор по учёту, распределению и хра&нению государственного имущества и наблюдение за праг вильным и целесообразным ведением всех текущих хозяй&ственных операций; последующая проверка финансовых, материальных и сметных планов, предложений и догово&ров, а также проектов государственной росписи расходов и доходов; борьба с бюрократизмом и волокитой; выра&ботка мер по упрощению делопроизводства, а также форм отчётности и учёта; наблюдение за правильным разре&шением всякого рода жалоб и заявлений; представление на рассмотрение центральных и местных органов власти конкретных предложений об упрощении и улучшении ра&боты аппаратов управления.

В качестве важнейшей задачи РКИ, определявшей ме&тоды её работы, выдвигалось:

«...Систематическое приучение широких масс рабочих и крестьян к приёмам и навыкам управления государством путём:

привлечения их к непосредственному участию в лету&чих ревизиях и массовых обследованиях;

организации периодических выборов представителей от рабочих и крестьян в члены Рабоче-Крестьянской Ин&спекции;

организации на местах широкой сети ячеек содействия и вызова рабочих и крестьян с фабрик, заводов и волостей для участия в работах центральных и губернских органов Рабоче-Крестьянской Инспекции»2.

На протяжении 1921—1922 гг. в работу РКИ были втя&нуты новые сотни и тысячи рабочих и крестьян. Они при&нимали участие в работе в качестве делегируемых членов РКИ, членов ячеек содействия на местах и в массовых обследованиях. В работе РКИ в общей сложности за это время приняли участие свыше 200 тыс. трудящихся.

ВЦИК в положении о НК РКИ и о делегируемых в НК РКИ, принятом в 1922 г., специально указал на достигну&тые в этой области значительные сдвиги и утвердил по&стоянные штаты в 2 тыс. рабочих, делегируемых с пред&приятий для инспекторской работы в РКИ с оплатой их за счёт предприятий. Срок работы делегированных не должен был превышать 4 месяцев. Кроме того, РКИ было предо&ставлено право привлекать для участия в массовых об&следованиях в течение года 50 тыс. рабочих и крестьян на срок не больше 7 дней для каждого рабочего с оплатой за счёт соответствующих предприятий.

Так НК РКИ превращался всё больше и больше в под&линную школу государственного управления для широких масс, становился действительным аппаратом проверки и улучшения всей государственной работы.

Переход к новой экономической политике поставил пе&ред РКИ ряд новых важнейших задач.

Одной из новых форм работы РКИ в условиях новой экономической политики и огромной перестройки промыш&ленности являлось создание специальной Комиссии со&действия хозяйственным органам (Комсохоор).

В состав Комиссии содействия хозяйственным органам кроме представителей РКИ входили также представители Московского Совета и МГСПС. Приказом по НК РКИ от 3 июля 1921 г. задачи Комсохоора определялись следую&щим образом: оказание быстрейшей помощи при сноше&ниях предприятий с другими хозяйственными органами и учреждениями; проверка срочности выполнения их требо&ваний, заявок и устранение излишней бумажной волокиты; оказание содействия в получении квалифицированной ра&бочей силы, материалов, денежных средств и т. д.; осво&бождение предприятий от всяких излишних комиссий и со&вещаний; сокращение выдачи всяких справок и оказание содействия в упрощении отчётно-учётного аппарата; по&мощь в деле снабжения рабочих и т. д.

Первоначально Комиссия содействия хозяйственным органам взяла под своё наблюдение семь предприятий

Москвы: завод бывш. Ильина, «Дукс»* «Динамо», Трёх- горную мануфактуру, кожевенный завод Жемочкина и две типографии — бывш. Кушнарёва и Мамонтова, т. е. все те предприятия, которые были переведены на коллек&тивное снабжение,

Ленин в своих директивах Комсохоору от 26 июля 1921 г. советовал попробовать сообразовать свою работу с «Наказом СНК и СТО» и не разбрасываться, а взять не&многие предприятия, вовлекать в работу побольше беспар&тийных рабочих и завоёвывать доверие масс.

Все эти новые, важнейшие задачи РКИ решались на основе широкого развития тех методов работы, которые были определены при реорганизации Госконтроля в РКИ, т. е. методов самого широкого вовлечения масс в кон&трольную и ревизионную работу.

Как известно, план дальнейшей реорганизации РКИ был разработан В. И. Лениным в его последних историче&ских статьях «Как нам реорганизовать Рабкрин», «Лучше меньше, да лучше». Этот ленинский план был утверждён XII съездом партии. РКИ была реорганизована в объеди&нённый орган ЦКК — РКИ, что ещё больше повысило её роль и значение, превратив её в образцовый аппарат,

тесно связанный с партией.

* *

*

Борьба за укрепление советского государственного аппарата настоятельно требовала также серьёзного упо&рядочения и коренного улучшения работы всех государ&ственных органов управления и хозяйствования.

За три с лишним года существования Советской рес&публики вполне сложился и оформился совершенно новый государственный аппарат Советской власти. Этот аппарат выдержал жесточайшие испытания гражданской войны, показал свою крепость и силу, свою неразрывную связь с массами.

Однако тот факт, что советский государственный аппа&рат строился в ходе длительной и разорительной войны, привёл к тому, что структура его зачастую не была окон&чательно оформлена, а функции отдельных органов власти не были до конца разграничены и уточнены. Многое дела&лось наспех, не было проверено, испытано, подтверждено опытом, закреплено.

Переход к мирному строительству потребовал прежде всего упорядочения и нормализации работы органов госу&дарственной власти, как центральной, так и местной, а также конституционного и законодательного оформления ряда новых вопросов и задач советского строительства.

Для упорядочения и налаживания работы советских органов и пересмотра состава народных комиссариатов ВЦИК создал специальную комиссию. II сессия ВЦИК в марте 1921 г. приняла также решение о выработке спе&циальных положений о народных комиссариатах, кото&рые должны были быть представлены на утверждение Президиума ВЦИК к 1 июня 1921 г. С мая по сентябрь 1921 г. Президиум ВЦИК утвердил новые положения о следующих народных комиссариатах: о Наркомпочтеле (5 мая), Наркомвнуделе (10 июня), Наркомсобесе (7 ию&ля), Наркомпроде (21 июля), НКПС (1 сентября), Нарком- просе (8 сентября). Проекты положений о народных комис&сариатах обсуждал и утверждал также Совнарком на своих заседаниях — о Наркомздраве (26 апреля), Наркомтруде (17 мая), Наркомфине и НКИД (19 мая), НК РКИ (25 октября) и т. д.

К концу года все народные комиссариаты работали на основе новых положений, определявших новые функции и задачи их работы и устанавливавших построение и струк&туру их аппаратов. С точки зрения нормализации и упо&рядочения работы это мероприятие имело большое зна&чение.

В центре внимания как Президиума ВЦИК, так и Совнаркома и СТО в 1921 г., естественно, стояли вопросы перехода к новой экономической политике и осуществле&ния в связи с этим огромной законодательной работы, вы&текавшей из этого перехода. Во избежание параллелизма и несогласованности в работе Президиума ВЦИК и Сов&наркома Президиум ВЦИК принял 4 июля 1921 г. спе&циальное решение о согласовании работы ВЦИК и СНК, установив как общее правило, что отдельные народные комиссариаты вносят декреты во ВЦИК лишь по предва&рительному обсуждению их в Совнаркоме. Этот порядок осуществления законодательной работы был окончательно оформлен декретом ВЦИК от 14 сентября 1921 г. «О порядке внесения отдельными народными комиссариатами проек&тов декретов и постановлений во Всероссийский Централь&ный Исполнительный Комитет».

Таким образом, подготовка всех важнейших законода&тельных актов и декретов падала прежде всего на Сов&нарком.

Законодательная деятельность правительства в 1921 г. была особенно велика. Ряд декретов, связанных с военно- коммунистическими методами управления и хозяйствова&ния, отменялся, и в то же время принималось множество новых декретов, что было неизбежно вследствие перехода от военного коммунизма к нэпу.

6 декабря 1921 г. была учреждена Экономическая комиссия Совнаркома по систематизации и разработке законодательства в экономической области.

«Высшая экономическая комиссия,— писал Ленин,— только для согласования (кодификации) и кратчайшей проверки...

Только для этого.

Не для говорения.

Не для обсуждения» [196]

В конце 1921— начале 1922 г. был принят также ряд решений, определявших точное разграничение деятель&ности СНК, СТО и Малого Совнаркома.

Согласно «Наказу о разграничении деятельности Со&вета Народных Комиссаров, Совета Труда и Обороны и Малого Совета Народных Комиссаров», утверждённому 24 января 1922 г., устанавливался следующий круг вопро&сов, подлежащих обсуждению каждого из этих высших органов власти в отдельности:

Совнарком рассматривал и утверждал или же направ&лял на утверждение Президиума ВЦИК все проекты де&кретов, касающихся установления общих норм политиче&ской и экономической жизни, а также вносящих коренные изменения в существующую практику государственных органов; проекты постановлений, касающихся общих во&просов управления страной, в особенности же мероприя&тий по военным и иностранным делам; проекты декретов, устанавливающие общегосударственные денежные и на&туральные налоги и повинности; проекты новых и исправ&ление прежних кодексов; проекты твёрдых штатов по ве&домствам и все вопросы текущего законодательства, бюд&жетного права и хозяйственного строительства, поступив&шие из Малого Совнаркома и СТО; отчёты народных комиссариатов об их деятельности; вопросы об утвержде&нии членов коллегий народных комиссариатов, комиссий СНК, заместителей председателя СТО и т. д.; все вопросы, рассмотрение которых Всероссийским съездом Советов, ВЦИК или его Президиумом специально поручено Совнар&кому.

Совет Труда и Обороны рассматривал и утверждал на своих заседаниях: единый хозяйственный план РСФСР; доклады по обороне страны и проекты постановлений, на&правленные к её усилению; доклады о положении той или иной отрасли промышленности; отчёты экономических народных комиссариатов, а равно отчёты Центросоюза и ВЦСПС; назначение постоянных комиссий СТО для раз&решения экономических вопросов и т. д.

Малый Совнарком рассматривал, в порядке предвари&тельном, с представлением на одобрение Большого Сов&наркома или ВЦИК проекты всех декретов, кроме дел военных и дипломатических, рассматриваемых Малым Совнаркомом лишь по специальному поручению Большого Совнаркома; проекты постановлений по вопросам законо&дательного и бюджетного характера1.

В дальнейшем перед Малым Совнаркомом был поставлен ряд новых задач.

31 октября 1922 г. было принято новое положение о Малом Совнаркоме, пункт первый которого гласил:

«Для предварительного рассмотрения вопросов, под&лежащих разрешению Совета Народных Комиссаров, а равно для наблюдения за исполнением народными комисса&риатами постановлений Совета Народных Комиссаров, при Совете Народных Комиссаров состоит Малый Совет Народных Комиссаров на правах комиссии Совета Народ&ных Комиссаров»2.

Серьёзная перестройка в соответствии с новыми зада&чами потребовалась также от экономических народных комиссариатов. Выше уже говорилось о том, какие су&щественные изменения произошли в аппарате ВСНХ и его функциях. Усилилась во много раз роль губсовнар- хозов. Главкистские методы руководства были ликвиди&рованы. Изменились формы руководства промышленно&стью. В связи с разрешением реализации части продукции промышленности на рынке был создан торговый отдел ВСНХ. Новые задачи финансовой политики, естественно, потребовали решительной перестройки и укрепления всего аппарата Наркомфина. Перед Наркомтрудом по-но&вому встали вопросы обеспечения промышленности и транспорта рабочей силой. В связи с заменой развёрстки налогом и изменением всей продовольственной политики особенно большая перестройка происходила в аппарате Наркомпрода. 27 сентября 1921 г. ВЦИК и СНК в по&становлении «Об организации продовольственного дела в РСФСР» возложили на Наркомпрод основную задачу — выполнение государственного плана снабжения и недопу&щение перерасхода продовольственных ресурсов.

Рост внешней торговли в 1921 г. потребовал значитель&ного изменения и расширения функций Народного комис&сариата внешней торговли. При сохранении неизменной и незыблемой линии на монополию внешней торговли декрет ВЦИК от 13 марта 1922 г. допускал к участию в торговых операциях с заграницей Центросоюз и отдельные государственные организации. Согласно постановлению ВЦИК и СНК от 16 октября 1922 г. НКВТ осуществлял свою деятельность за границей через посредство торго&вых представительств РСФСР, образующих непременную составную часть полномочного представительства РСФСР в каждой отдельной стране.

«Точно установленным по особому списку государ&ственным, центральным и местным, хозяйственным орга&нам,— говорилось в постановлении ВЦИК и СНК,— пре&доставляется, при условии неуклонного соблюдения моно&полии внешней торговли, самим вести торговые операции с заграницей через посредство специальных своих предста&вителей. Список таковых хозяйственных органов состав&ляется народными комиссариатами, областными экономи&ческими совещаниями и столичными губернскими эконо&мическими совещаниями и утверждается Советом Труда и Обороны»[197].

Развитие торговли и внутреннего рынка потребовало создания специальной комиссии по внутренней торговле при СТО для регулирования всех вопросов торговли и разработки проектов декретов и постановлений в этой области (декрет от 9 мая 1922 г.), а затем (декрет от 9 мая 1924 г.) был образован особый Народный комисса&риат внутренней торговли

Осуществление новой экономической политики в де&ревне потребовало значительного укрепления земельных органов, как в центре, так и на местах. Ряд новых задач встал перед Наркомземом. Если при проведении весенней посевной кампании 1921 г. большую роль продолжали ещё играть посевкомы, созданные решением VIII съезда Советов, то к посевной кампании 1922 г. эти органы были решением ВЦИК распущены (декрет от 30 января 1922 г.), и во главу угла ставилась задача укрепления земельных органов.

Создание Госплана потребовало детальной разработки специального положения о нём и его органах на местах, 8 июня 1922 г. было опубликовано положение о Государ&ственной общеплановой комиссии и положение об обла&стных плановых комиссиях. Положение о Госплане выдви&гало в качестве основной задачи его деятельности разра&ботку как перспективного плана народного хозяйства на основе плана электрификации, так и плана каждого теку&щего года. Поскольку положение о Госплане было при&нято ещё до образования СССР, в нём специально огова&ривалось, что разработка планов (как перспективных, так и текущих) распространяется не только на РСФСР, но и на договорные советские республики. Существенную роль в предварительной разработке планов на местах, которые потом сводились Госпланом в единый хозяйственный план, играли областные и губернские экономические совещания. В первые годы нэпа экономсовещания как органы СТО на местах имели большое значение в деле объединения, регулирования и направления всей хозяйственной работы. Лишь в дальнейшем, несколько лет спустя (апрель 1924 г.), было принято решение ВЦИК о ликвидации эко&номических совещаний в большинстве губерний, а к на&чалу 1925 г. экономсовещания были упразднены повсеме&стно и их функции возложены на президиумы соответ&ствующих исполкомов.

Перестройка советского государственного аппарата в связи с задачами новой экономической политики требо&вала не только некоторого изменения структуры и функ&ций отдельных народных комиссариатов, но и ликвида&ции ряда аппаратов военного времени, ставших ненуж&ными в новых условиях.

Обилие комиссий было свойственно периоду военного коммунизма, когда для осуществления экстренных меро&приятий необходимы были экстраординарные органы с особыми полномочиями. После окончания войны, доби&ваясь полной нормализации работы аппарата, Ленин по&ставил общий вопрос о пересмотре всех временных и по&стоянных комиссий, которыми обросли Совнарком, СТО и Малый Совнарком. Многие руководящие работники были так загружены работой в комиссиях, что у них не оставалось времени для своей основной внутриведомствен&ной деятельности.

В письме к Цюрупе от 24 января 1922 г. Ленин потре&бовал:

«Бороться с безобразным обилием комиссий, заменяя их формальным требованием письменного отзыва в крат&чайшие сроки»[198],

В результате пересмотра всех действовавших комис&сий, проведённого по поручению Ленина, из 120 комиссий было признано необходимым упразднить 104.

Необходимость в некоторых учреждениях после окон&чания войны отпадала сама собой. Так, например, создан&ный в 1919 г. чрезвычайный орган снабжения армии (Чусоснабарм) был ликвидирован постановлением ВЦИК от 16 августа 1921 г., а его функции и аппарат переданы ВСНХ.

Перестройка, естественно, затронула не только эконо&мические народные комиссариаты. Новые задачи встали перед всеми государственными органами, перед всеми наркоматами. Расширение торговых и дипломатических отношений с капиталистическими странами потребовало некоторой перестройки работы Наркоминдела, разработки ряда новых положений (о дипломатических и консуль&ских представителях РСФСР, о консульских представи&телях иностранных государств при рабоче-крестьян&ском правительстве РСФСР — от 30 июня 1921 г., о дипломатических представителях иностранных государств, аккредитованных при рабоче-крестьянском правительстве РСФСР,— от 30 июня 1921 г., общее положение о совет&ских органах за границей — от 26 мая 1921 г. и т. д.).

Особенно серьёзная перестройка потребовалась от ор&ганов юстиции и Наркомюста.

Начало перестройке судебных органов было положено декретом ВЦИК от 23 июня 1921 г. об объединении всех революционных трибуналов республики и об организа&ции в качестве единого кассационного органа и органа ближайшего надзора для всех действующих на террито&рии РСФСР трибуналов единого Верховного трибунала при ВЦИК. Этим решением ликвидировались все ведом&ственные трибуналы (железнодорожные и пр.) и созда&вался единый руководящий судебный оргаЦ.

25 августа 1921 г. ВЦИК утвердил декрет «Об усиле&нии деятельности местных органов юстиции», в котором подчёркивались задачи повышения революционной закон&ности при переходе к мирному строительству и выдвига&лось требование об обеспечении органов юстиции на ме&стах опытными и надёжными работниками. Согласно декрету ВЦИК от 1 декабря 1921 г. было внесено единство в строение судебных органов национальных республик. При ЦИК национальных республик образовывались верховные трибуналы на правах отделов Верховного трибунала.

Вся перестройка судебных органов была завершена в ноябре 1922 г. принятием IV сессией ВЦИК девятого со&зыва нового положения о судоустройстве РСФСР, со&гласно которому устанавливалась единая система судеб&ных учреждений от народного суда до Верховного суда, образованного в результате реорганизации Верховного трибунала.

¦ *

*

В первые годы новой экономической политики, когда Советское государство допускало известное развитие ка&питалистических элементов, разрешало свободу обмена и право участия частника в рыночных отношениях, особенно важно было определить роль советского законодательства в выполнении поставленной на данном конкретном этапе задачи ограничения и вытеснения капиталистических эле&ментов, в решении поставленного партией исторического вопроса «кто — кого» в пользу социализма.

Партия требовала от советского государственного аппарата самой решительной борьбы со всякого рода зло&употреблениями со стороны частного капитала и немед&ленного пресечения этих злоупотреблений не только ме&рами экономического регулирования и экономического соревнования, но и строго регламентированными и проду&манными законодательными мероприятиями.

Советское законодательство должно было обеспечить контроль Советского государства над частными предприя&тиями и частной торговлей, ограничивать налоговыми и другими мерами размер нетрудовых доходов нэпманских и кулацких элементов, строго карать за нарушение зако&нов Советской власти, за нарушение трудового законода&тельства, ограждающего права трудящихся на частных предприятиях.

Со всей решительностью Ленин ставил задачу вме&шательства государства в частно-правовые дела. Ещё в августе 1921 г. Ленин указал на необходимость рас&пространения закона об отчётности применительно к «Наказу СНК и СТО» на всех без исключения арендаторов (на частных лиц, товарищества, советские учреждения и т. д. и т. п.)[199].

В дальнейшем со всей остротой встал вопрос о кон&троле РКИ над частными предприятиями. История воз&никновения этого вопроса такова.

В ноябре 1921 г. Ленин получил сведения о ряде без&образий и злоупотреблений при сдаче отдельных пред&приятий в аренду, наличии фиктивных описей и т. д. 22 ноября 1921 г. он писал по этому поводу И. В. Сталину как наркому РКИ:

«Тьма ценнейших товаров, тканей, машин, ремней и пр. и пр. разворовывается арендаторами, приемщиками, сдатчиками. Я уже раз писал об этом в ВЧК.

Не следует ли созвать из архинадежных людей совещание тайное о мерах борьбы?»[200].

Отвечая В. И. Ленину, И. В. Сталин писал, что, судя по материалам РКИ, подобные злоупотребления при сдаче в аренду отмечаются повсеместно. В качестве одного из средств борьбы с этими злоупотреблениями И. В. Сталин предлагал «установить личную ответ* ственность (особым декретом) начальников сдающих в аренду хозорганов».

И. В. Сталин в своём письме сообщал Ленину: «В деле искоренения этого зла РКИ не может оказать пря&мую помощь, так как ее деятельность не распространяет&ся на арендованные предприятия; только косвенно, путем воздействия (в порядке ревизии) на сдавшие в аренду ор&ганы правительства, могла бы она оказать влияние на ход дел в арендованных предприятиях, что, конечно, не до&статочно» \

Ленин чрезвычайно заинтересовался этим предложе&нием Сталина. 14 февраля 1922 г. он запросил у наркома юстиции Курского официальную справку о том, каковы права Рабкрина в отношении инспектирования частных предприятий. Получив 15 февраля 1922 г. специальную справку о правах Рабкрина, составленную консультан&том Наркомюста Кобленцом, Ленин сделал на её полях несколько характерных пометок. Там, где консультант сообщал, что, по его мнению, материальные и денежные обороты частных организаций и лиц контролю РКИ не подлежат, Ленин написал: «верно ли?? неверно! част&ные = советские, сданные в аренду».

В тот же день, 15 февраля, Ленин опять в связи с этим писал Курскому:

«Кобленц явно «забыл», что арендуемое у Соввласти предприятие есть тоже советское предприятие; 2) — — смешал вопрос о последующей или предварительной ревизии с вопросом, подлежит ревизии вообще или нет; 3) «забыл», видимо, что права Рабкрина — не уже прежних прав Госкона... забыл и многое другое».

В заключение своего письма Ленин указывал:

«В частности именно теперь надо спешно выработать ясный и точный закон о распространении на все и всякие (и частные, и кооперативные, и концессионные и т. п.) учреждения и предприятия права Рабкрина ревизовать и осведомляться» 2.

Получив от Курского проект декрета о векселях и гражданских обязательствах и ознакомившись с ним, Ленин дал 15 февраля следующую дополнительную дирек&тиву: «Считаю абсолютно необходимым, чтобы мы имели в этом законе полную гарантию прав нашего государства не только на полную ревизию и контроль, но и на расторг жение по серьезным государственным основаниям»[201].

Вопрос о контроле РКИ над частными предприятиями Ленин поднял на большую принципиальную высоту. Свою точку зрения по этому вопросу он ярче всего сформулиро&вал в одном из писем к Курскому.

«Мы ничего «частного» не признаем, —писал Ленин,— для нас все в области хозяйства есть публично-правовое, а не частное». Ленин указывал, что необходимо «расширить применение государственного вмешательства в «частно^ правовые» отношения, расширить право государства от-* менять «частные» договоры, применять не corpus juris romani*) к «гражданским правоотношениям», а наше ре&волюционное правосознание, показывать систематически, упорно, настойчиво на ряде образцовых процессов, как надо делать с умом и энергией»[202].

  1. необходимости проведения образцовых судебных процессов над нэпманами, нарушающими законы Совет&ской власти, Ленин писал и в своём письме в Наркомфин 11 февраля 1922 г.:

«НКЮст, кажись, не понимает, что новая экономиче&ская политика требует новых способов новой жесткости кар.

...Говорят, в Смоленской губернии частный капитал побил кооперацию, довел до закрытия.

А суд за незаконную торговлю?

А пошлины за частную торговлю? и т. д. и т. п.»[203].

В связи с указаниями Ленина Наркомюст укрепил ру&ководящий состав московских народных судов. Впослед&ствии были проведены также крупные экономические про&цессы в Верховном трибунале и ряд более мелких — в народных судах.

Вся переписка по вопросу о правах Рабкрина происхо&дила в основном в феврале 1922 г., а уже 7 марта 1922 г. было принято специальное постановление СТО «Об отчёт&ности государственных, кооперативных и частных, как собственных, так и арендованных и концессионных пред&приятий перед государственными учреждениями». Вслед за этим, 16 марта 1922 г., было подписано постановление ВЦИК «О Народном Комиссариате Рабоче-Крестьянской Инспекции».

«В целях урегулирования взаимоотношений между го&сударством или его органами и общественными и част&ными учреждениями и предприятиями,— говорилось в постановлении ВЦИК,— а также в целях правильно по&ставленного учёта практических результатов новых форм государственной экономической политики,

Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет, в разъяснение п. 1—3 Положения о Народном Комисса&риате Рабоче-Крестьянской Инспекции, утверждённого Всероссийским Центральным Исполнительным Комите&том 9 января 1922 года, предлагает руководствоваться следующим:

На Народный Комиссариат Рабоче-Крестьянской Ин&спекции возложен последующий и фактический контроль всех денежных и материальных средств, отпускаемых и кредитуемых всем без исключения государственным, об&щественным, частным и смешанного типа организациям, учреждениям и предприятиям, или собираемых как добро&вольные взносы и пожертвования на государственные, общественные нужды и цели; наблюдение за выполнением указанными выше организациями и учреждениями обяза&тельств, вытекающих из поручений, данных им государ&ством или его органами, из договоров с государственными органами, с точки зрения законности и государственной целесообразности и общего их соответствия интересам Рабоче-Крестьянской Республики; а также за правильным использованием сданногогосорганамиваренду имущества»1.

В заключительном пункте постановления ВЦИК до&полнительно указывалось:

«При исполнении указанных выше задач Народному Комиссариату Рабоче-Крестьянской Инспекции надлежит тщательно учитывать результаты новых форм экономиче&ского развития, соответствия законодательной практики требованиям реальной жизни и интересам трудящихся, собирать материалы, могущие служить основанием для дальнейшего законодательного регулирования экономиче&ской жизни Республики»2.

Так был законодательно оформлен контроль государ&ства над частнокапиталистическими предприятиями и частнокапиталистической деятельностью. Всё законода&тельное регулирование экономической жизни республики должно было служить основной цели — ограничению и вытеснению капиталистических элементов. Успешное ре&шение этой задачи было неразрывно связано со строжай&шим соблюдением революционной законности, которая призвана была обеспечить использование новой экономи&ческой политики в интересах строительства социа&лизма.

Определяя основы революционной законности в первый период нэпа, И. В. Сталин указывал, что она была на&правлена своим остриём против крайностей военного ком&мунизма, гарантируя частному хозяину, единоличнику, капиталисту сохранность их имущества при условии стро&жайшего соблюдения ими советских законов.

Злейшие враги советского народа — троцкисты прово&кационно толкали партию к возрождению военно-комму&нистической политики, что создавало величайшую угрозу союзу рабочего класса и крестьянства. Только строгое соблюдение революционной законности наносило удар этим вражеским попыткам и обеспечивало неуклонное выполнение всех законов Советской власти, ограничиваю&щих эксплуататорские стремления капиталистических эле&ментов.

Подчёркивая роль судебных органов и особенно народ&ных судов в борьбе за соблюдение основ революционной законности, «Наказ по вопросам хозяйственной работы», утверждённый IX Всероссийским съездом Советов, ука&зывал, что нарсуды должны строго следить за деятель&ностью частных торговцев и предпринимателей, «не допу&ская ни малейшего стеснения их деятельности, но вместе с тем строжайше карая малейшие попытки отступления от неуклонного соблюдения законов республики и воспиты&вая широкие массы рабочих и крестьян в деле самостоятель&ного, быстрого, делового участия их в надзоре за соблю&дением законности...»[204].

Задачи всемерного укрепления во всех областях жизни строгих начал революционной законности и подня&тия в связи с этим работы всех судебных учреждений

Советской республики на новую высоту были со всей реши&тельностью поставлены в резолюции XI Всероссийской партконференции в 1921 г. и на IX съезде Советов. В ре&шении партконференции указывалось также, что в новых условиях «компетенция и круг деятельности ВЧК и ее органов должны быть соответственно сужены и сама она реорганиз о вана» \

В своём докладе на IX съезде Советов Ленин спе&циально остановился на вопросе об огромной роли и зна&чении ВЧК в нашей революции и в охране политической безопасности Советского государства и определил задачи реорганизации ВЧК в новых условиях, после перехода к новой экономической политике.

«Господа капиталисты, российские и иностранные! — говорил Ленин по поводу ВЧК.— Мы знаем, что вам этого учреждения не полюбить. Еще бы! Оно умело ваши ин&триги и ваши происки отражать как никто, в обстановке, когда вы нас удушали, когда вы нас окружали наше&ствиями, когда строили внутренние заговоры и не останав&ливались ни перед каким преступлением, чтобы сорвать нашу мирную работу. У нас нет другого ответа, кроме ответа учреждения, которое бы знало каждый шаг заго&ворщика и умело бы быть не уговаривающим, а караю&щим немедленно. Без такого учреждения власть трудя&щихся существовать не может, пока будут существовать на свете эксплуататоры, не имеющие желания препод&нести рабочим и крестьянам на блюде свои права поме&щиков, свои права капиталистов... Советское государство допускает к себе иностранных представителей под предло&гом помощи, а эти представители помогают свергать Советскую власть, чему примеры бывали. В положение такого государства мы не попадем, благодаря тому, что мы будем ценить и использовывать такое учреждение, как ВЧК. Это мы можем всем и всякому гарантировать».

Подчёркивая всё огромное значение ВЧК, Ленин тут же добавлял: «Но вместе с тем, мы определенно говорим, что необходимо подвергнуть ВЧК реформе, определить ее функции и компетенцию и ограничить ее работу задачами политическими. Перед нами сейчас задача развития граж&данского оборота,— этого требует новая экономическая политика,— а это требует большей революционной закон-

* «КПСС в резолюциях...», ч. I, стр. 593.

пости. Понятно, что в обстановке военного наступления, когда хватали за горло Советскую власть, если бы мы тогда эту задачу себе поставили во главу, мы были бы педантами, мы играли бы в революцию, но революции не делали бы. Чем больше мы входим в условия, которые являются условиями прочной и твердой власти, чем дальше идет развитие гражданского оборота, тем настоя&тельнее необходимо выдвинуть твердый лозунг осуще&ствления большей революционной законности, и тем уже становится сфера учреждения, которое ответным ударом отвечает на всякий удар заговорщиков»[205].

IX съезд Советов принял следующую резолюцию о ВЧК:

«Съезд Советов отмечает героическую работу, выпол&ненную органами Всероссийской Чрезвычайной Комиссии в самые острые моменты гражданской войны, и громад&ные заслуги, оказанные ею делу укрепления и охраны за&воеваний Октябрьской революции от внутренних и внеш&них покушений.

Съезд считает, что ныне укрепление Советской власти во вне и внутри позволяет сузить круг деятельности Все&российской Чрезвычайной Комиссии и её органов, возло&жив борьбу с нарушением законов советских республик на судебные органы»[206].

Исходя из этого, съезд Советов поручил Президиуму ВЦИК в кратчайший срок пересмотреть положение о ВЧК,

Вскоре после IX съезда Советов, 6 февраля 1922 г., было принято постановление ВЦИК о преобразовании ВЧК в Государственное политическое управление (ГПУ) при ККВД РСФСР[207].

Функции ГПУ были ограничены рассмотрением и рас&следованием дел о политических преступлениях. Все во&просы уголовной репрессии, борьбы со спекуляцией, с должностными преступлениями, которые входили ранее в компетенцию органов внесудебной репрессии, теперь, по новому положению, от них отходили и разрешались судеб&ным порядком — народными судами и революционными трибуналами.

В целях повышения революционной законности и осу&ществления надзора за соблюдением законов всеми орга&нами власти, учреждениями и организациями была учре&ждена в мае 1922 г. в составе Народного комиссариата юстиции Государственная Прокуратура. III сессия ВЦИК девятого созыва утвердила положение о прокурорском надзоре, а также положение об адвокатуре, по которому при губернских отделениях юстиции образовывались кол&легии защитников по уголовным и гражданским делам. При обсуждении вопроса об учреждении прокурорского надзора на заседаниях III сессии ВЦИК возникли прения по поводу одной из статей законопроекта, устанавливав&шей непосредственное подчинение прокуроров на местах исключительно центральной прокуратуре, т. е. прокурору республики, минуя исполкомы на местах. Усматривая в такой постановке вопроса некоторое умаление «прав мест», большинство членов комиссии, созданной сессией ВЦИК по вопросу о прокуратуре, предложило другой ва&риант решения, отстаивая принцип так называемого «двой&ного» подчинения прокуроров на местах не только центру, но и местному губисполкому.

В связи с этим Ленин 20 мая 1922 г. направил в Политбюро своё известное письмо «О «двойном» подчи&нении и законности», в котором давал самую резкую критику предложений большинства комиссии ВЦИК. «Основная ошибка того взгляда, который победил в боль&шинстве комиссии ВЦИК,— писал Ленин,— состоит в том, что они применяют принцип «двойного» подчинения неправильно. «Двойное» подчинение необходимо там, где надо уметь учитывать действительно существующую не&избежность различия. Земледелие в Калужской губернии не то, что в Казанской. То же относится ко всей промыш&ленности. То же относится ко всему администрированию или управлению. Не учитывать во всех этих вопросах ме&стных отличий значило бы впадать в бюрократический цен&трализм и т. п., значило бы мешать местным работникам в том учете местных различий, который является основой разумной работы. Между тем, законность должна быть одна...»[208], «...законность не может быть калужская и ка&занская, а должна быть единая всероссийская и даже еди- ная для всей федерации Советских республик»1. Ленин указывал также, что в отличие от всякой административ&ной власти прокурорский надзор никакой административ&ной власти не имеет и обязан делать только одно: «следить за установлением действительно единообразного понима&ния законности во всей республике, несмотря ни на какие местные различия и вопреки каким бы то ни было местным влияниям»2.

Поэтому Ленин и предлагал ЦК партии отвергнуть в данном случае «двойное» подчинение и установить под&чинение местной прокурорской власти только центру. Это предложение и легло затем в основу декрета.

Укрепление революционной законности, которое имело такое большое значение в новых условиях мирного со&циалистического строительства, получило своё законода&тельное закрепление в издании и утверждении в 1922 г. Кодекса законов о труде, а также Земельного, Граждан&ского и Уголовного кодексов.

Кодекс о труде, Земельный и Гражданский кодексы были утверждены IV сессией ВЦИК (23—31 октября 1922 г.), Уголовный кодекс был утверждён ещё III сессией ВЦИК в мае 1922 г.

Кодекс законов о труде прочно устанавливал основы рабочего законодательства, закреплял грандиозные за&воевания Советской власти в области охраны труда. Земельный кодекс РСФСР 1922 г. закрепил завоевания Великой Октябрьской социалистической революции в области земельных отношений, установил незыблемость национализации земли и право пользования землёй для ведения сельского хозяйства всеми гражданами РСФСР, желающими обработать её своим трудом. Всеми своими основными положениями Земельный кодекс обеспечивал дальнейшее укрепление союза рабочего класса и крестьян&ства.

Очень большое внимание В. И. Ленин уделял разра&ботке Уголовного и Гражданского кодексов.

Уже в процессе подготовки Уголовного кодекса Ленин давал ряд руководящих указаний народному комиссару юстиции Д. И. Курскому, особенно подчёркивая важность формулировки тех статей кодекса, которые направлены против врагов Советского государства. В условиях пере&хода к новой экономической политике, когда вражеские элементы стремились ослабить советскую законность, для того чтобы облегчить подрыв советского строя, не&обходимо было, чтобы суровая рука пролетарской дик&татуры беспощадно обрушивалась на классового врага, на агентов международного империализма.

Поэтому при подготовке Уголовного кодекса Ленин предложил составить проект статьи, определяющей по&нятие контрреволюционного действия.

«Пропаганда или агитация или участие в организации или содействие организациям, действующие (пропаганда и агитация) в направлении помощи той части междуна&родной буржуазии, которая не признает равноправия при&ходящей на смену капитализма коммунистической си&стемы собственности и стремится к насильственному ее свержению, путем ли интервенции или блокады или шпио&нажа или финансирования прессы и т. под. средствами, карается высшей мерой наказания, с заменой, в случае смягчающих вину обстоятельств, лишением свободы или высылкой за границу»[209].

17 мая 1922 г. Ленин писал Курскому по поводу того же проекта статьи Уголовного кодекса: «Основная мысль, надеюсь, ясна, несмотря на все недостатки черняка: от&крыто выставить принципиальное и политически правди&вое (а не только юридически-узкое) положение, мотиви&рующее суть и оправдание террора, его необходимость, его пределы.

Суд должен не устранить террор; обещать это было бы самообманом или обманом, а обосновать и узаконить его принципиально, ясно, без фальши и без прикрас. Форму&лировать надо как можно шире, ибо только революцион&ное правосознание и революционная совесть поставят условия применения на деле, более или менее широкого»[210].

В начале 1922 г. началась разработка Гражданского кодекса. Была создана специальная комиссия для под&готовки обсуждения этого вопроса в Политбюро ЦК и в Совнаркоме.

«Главной задачей комиссии,— писал В. И. Ленин в письме к В. М. Молотову для членов Политбюро 22 фев&раля 1922 г.,— признать: полностью обеспечить интересы пролетарского государства с точки зрения возможности контролировать (послед [ующий] контроль) все без изъятия частные предприятия и отменять все договоры и частные сделки, противоречащие как букве закона, так и интере&сам трудящейся рабочей и крестьянской массы. Не раб&ское подражание буржуазному гражданскому праву, а ряд ограничений его в духе наших законов, без стеснения хозяйственной или торговой работы».

Так как Гражданский кодекс вырабатывался накануне созыва Генуэзской конференции, когда уже были доста&точно ясны кабальные условия, предлагаемые империали&стами, Ленин считал важным особо подчеркнуть следую&щее: «Не угождать чЕ в р о п е», а продвинуться дальше в усилении вмешательства госу&дарства в «частноправовые отноше&ния», в гражданские дела. Как именно надо это сделать, я не могу сказать, ибо не в состоянии ни изучить вопроса, ни вникнуть хотя бы в отдельный кодекс. Но что это надо сделать, для меня ясно. Что нам сейчас грозит опасность — в этой области не доделать (а не опасность «пере»делать), это тоже для меня вполне ясно. Именно перед Генуей не сфальшивить, не смалодуш&ничать, не выпустить из своих рук ни малейшей возмож&ности расширить вмешательство государства в «гражданские» отношения»[211].

Ленин неустанно подчёркивал и всегда добивался того, чтобы всё советское законодательство в целом и обоб&щение этого законодательства в соответствующих кодек&сах служило основной цели — сохранению, укреплению и развитию социалистических позиций в экономике, победе социалистических элементов народного хозяйства над капиталистическими.

Говоря о роли советского права, М. И. Калинин в статье, написанной к III сессии ВЦИК девятого созыва в связи с обсуждением новых кодексов законов, указывал:

«Революционное право идёт более или менее за уста&новившимися экономическими отношениями, как над&стройка к фундаменту; полтора года нэпа дают возмож&ность приступить к завершению этой надстройки, ибо, во- первых, уже в основе вполне наметились контуры новых отношений, во-вторых, и время дало возможность нако&пить достаточное количество прецедентов...

Будучи надстройкой над уже сложившимися экономи&ческими взаимоотношениями, право в свою очередь яв&ляется фактором, толкающим и дающим определённое направление этим взаимоотношениям. Несомненно оно имеет свойство как закреплять уже сложившиеся отно&шения, так и толкать, вызывать, способствовать по край&ней мере зарождению тех взаимоотношений, к которым законодатель сознательно стремится. Не тот закон хорош, который хорошо написан (хорошо писать между прочим отличное качество, редкое и очень трудное), а тот, кото&рый сумеет уловить пульс общественной жизни, который не мешает отвалиться отживающим отношениям и способ&ствует здоровому росту возникающих. Для нас закон в общем и целом должен способствовать росту коммунисти&ческого общества, не задерживая вместе с тем в данный

момент производительных сил населения»1.

* [212]

Одним из важнейших условий улучшения работы гос&аппарата являлась борьба с бюрократизмом и волокитой. Для того чтобы поставить советский государственный аппарат в полной мере на службу народу, на службу со&циализму, необходимо было решительно выкорчевать все бюрократические болезни и недостатки государственного механизма, оставшиеся в наследство от старого. Коммуни&стическая партия ставила эти вопросы как важнейшие сразу же после Октябрьской социалистической революции. Но окончание гражданской войны, переход к мирному строительству на рельсах нэпа выдвинули задачу борьбы с бюрократизмом с особой остротой.

Решающим условием для успешной борьбы с бюро&кратизмом наряду с усилением руководящей роли партии и вовлечением новых кадров рабочих и крестьян в госу&дарственный аппарат являлось установление твёрдой ди&сциплины и строжайшей ответственности за порученное дело. Каждый советский работник, на каком бы посту — руководящем или низовом — он ни находился, должен помнить, что интересы государства превыше всего. Воспи&тание государственной дисциплины партия всегда выдви&гала на первый план.

Выше уже приводились примеры, как учил Ленин этой государственной дисциплине в области продовольствен&ного дела и по ряду других вопросов. Особенно резко критиковал он несогласованность действий отдельных учреждений, попытки ставить ведомственные интересы выше государственных и перекладывать ответственность за порученное дело с одного ведомства на другое. Ленин&ские положения с особой отчётливостью нашли своё от&ражение в циркулярном письме ВЦИК всем губиспол- комам от 25 августа 1921 г., касающемся непосредственно тех мер, которые должны были быть приняты для точного выполнения продовольственных планов.

«Каждое учреждение, каждая организация и отдель&ные сотрудники, в особенности ответственные, а тем более руководители,— говорилось в этом письме,— всегда, при всех своих начинаниях и во всей своей работе должны учитывать не только свой ведомственный интерес, но и интерес общегосударственный... Нарушение одним из учреждений правил, планов работы и прав неминуемо должно влечь за собой нарушение общего плана и общего хода работ и сказаться на общих результатах работ всех учреждений Республики и на авторитете не только отдель&ных учреждений, но и на авторитете Советской Респуб&лики.

В действительности многие из учреждений, организа&ций и отдельные товарищи не усваивают указанных эле&ментарных истин, превышают свои права, нарушают уста&новленные правила, план и распорядок работы, умаляют авторитет других учреждений и, в некоторых случаях, встречая законные препятствия к исполнению своих не&редко незаконных распоряжений и обещаний, переклады- вают вину ва вьшолнение на другие учреждения и орга&низации...»[213]

ВЦИК указывал в своём письме, что каждое советское учреждение несёт ответственность перед Советской рес&публикой, перед рабочими и крестьянами за выполнение возложенных на него обязанностей, и требовал согласо&ванности и слаженности в работе всех советских ор&ганов.

Ведя решительную борьбу против волокиты, излишней бумажной переписки и настаивая на быстром и самостоя&тельном решении ведомствами важнейших вопросов, вхо&дящих в их компетенцию, Ленин резко критиковал уста&новившуюся практику давать все телеграммы, директивы, циркуляры ведомств, посылаемые на места, обязательно на подпись председателю Совнаркома. По этому поводу в сентябре 1921 г. Ленин писал в Наркомпрод:

«Мне думается, что неправильно давать есе подобные телеграммы на подпись мне. Надо — может быть посте&пенно, но все же надо переходить и перейти к тому, чтобы научить людей (в том числе губисполкомы) слу&шаться и без моей подписи — нормально слушаться, а не только экстраординарно слушаться.

Послать 2—3 телеграммы в порядке боевого приказа. Проследить. Не исполнят — покарать сугубо и проверить кару.

Прошу сообщить мне точный план (и календарную программу) перевода местных учреждений на нормаль&ную дисциплину»2.

Ведя борьбу за то, что он называл нормальной дисцип&линой советских учреждений, В. И. Ленин требовал ма&ксимума инициативы, смелости в постановке и решении вопросов, приучал к самостоятельному и ответственному управлению и к соблюдению строжайшей дисциплины. Особое беспокойство и негодование Ленина вызывали факты волокиты и канцелярщины, когда отдельные важ&ные и срочные дела, а также жалобы и заявления отдель&ных лиц, пересылаемые приёмной СНК для разрешения в разные учреждения, оставались без ответа и исполне&ния. В «Проекте письма руководителям центральных советских учреждений» в декабре 1921 г. Ленин писал:

«Предлагаю немедленно подтянуться. Машина совет&ской администрации должна работать аккуратно, честно, быстро. От ее расхлябанности не только страдают инте&ресы частных лиц, но и все дело управления принимает характер мнимый, призрачный.

Принимая за истинную меру производительности труда каждого данного учреждения прежде всего степень дей&ствительного и безотлагательного исполнения всех прохо&дящих через него дел, требую впредь самых скорых и исчерпывающих ответов на направляемые вам дела и запросы. Ограничиваться пустыми отписками да пере&сылкой в другие учреждения, значит также плодить во&локиту и изводить бумагу.

Предупреждаю, что в случае продолжения подобного образа действий, приемной СНК предоставлено право привлекать виновных к ответственности не глядя на «ранги»»[214].

Одним из наиболее злостных проявлений бюрократи&ческих извращений Ленин считал имевшую место в уч&реждениях волокиту при решении отдельных дел. Он требовал «организовать борьбу с волокитой деловито, по всем правилам военного искусства»[215].

В письме в Наркомюст 3 сентября 1921 г. Ленин, изла&гая подробную программу действий по преодолению воло&киты в московских и центральных учреждениях, предла&гал организовать судебные процессы по имеющимся фак&там волокиты, сделав из каждого процесса большое поли&тическое дело.

Прочтя в «Известиях» 13 сентября 1921 г. заметку о том, что на государственных складах ценнейшие грузы металла никем не учитываются, не охраняются, расхи&щаются и гибнут, Ленин заинтересовался постановкой складского дела. Начальник Управления государственных складов BCI1X в своей докладной записке в ВСНХ по этому вопросу жаловался на тяжёлые условия работы, на борьбу отдельных ведомств между собой за складские помещения и на то, что ему пришлось исписать «море бумаги» по этому вопросу. «Боюсь,— говорилось в пись&ме,— что если сам В. И. Ленин не вмешается в эту воз&мутительную волокиту, дело так и не кончится: ведь, я уже чуть не десять раз доводил дело, казалось, до конца, а ему снова конца не видцр»[216].

В письме к автору записки Ленин указывал:

«В волоките я могу винить и Вас: «три года кричим», «доводил чуть не 10 раз, казалось, до конца», пишете Вы. Но в том-то и дело, что ни разу Вы не довели дело до конца без «казалось»»[217].

Приведя примеры, как надо бороться с волокитой, Ленин в заключение своего письма указывал, что действи&тельное доведение каждого дела до конца, достижение необходимых для государства результатов является луч&шим средством борьбы с волокитой.

Борьба за улучшение работы госаппарата была нераз&рывно связана с борьбой за его всемерное удешевление, упрощение и сокращение.

За годы войны советский аппарат очень вырос и увели&чился. Это влекло за собой большие расходы, что при труд&ностях снабжения требовало принятия решительных мер. Сокращение раздутых штатов являлось также важнейшим условием борьбы за поднятие производительности труда и трудовой дисциплины, экономии государственных средств. Когда в 1921 г. всеобщая трудовая повинность была лик&видирована, встал вопрос о штатах и их размерах и воз&никла задача приведения числа сотрудников госучрежде&ний в соответствие с действительными потребностями учреждений.

27 октября 1921 г. согласно декрету ВЦИК была создана комиссия по пересмотру штатов учреждений РСФСР (республиканская штатная комиссия при ВЦИК). Перед комиссией была поставлена задача «возможно бо&лее сократить область применения вознаграждаемого го&сударством и его органами непроизводительного труда и этим повысить ресурсы труда промышленного»[218].

С особой остротой Ленин ставил задачу борьбы за сокращение штатов также и перед РКИ. В своём письме «К вопросу о задачах Рабкрина, их понимании и их ис&полнении» (сентябрь 1921 г.) Ленин обратил внимание на важность поставленного в докладе РКИ вопроса о том, что «ответственные руководители завалены работой до изнеможения, вто время как технические аппараты под&чиненных органов... полны бездействующих сотрудников».

Приведя в своём письме эту цитату из предваритель&ного доклада РКИ о работе топливных органов, Ленин далее заключал:

«Я уверен, что это — ценное и абсолютно верное на&блюдение и что относится оно не только к Главтопу, а ко всем или к 99% учреждений и ведомств.

Везде это зло»[219].

Сокращение штатов, осуществлённое при переходе к нэпу, укрепило и оздоровило госаппарат, обеспечило его чистку от чуждых и классово-враждебных элемен&тов, сыграло большую роль для изживания и преодоле&ния бюрократизма и волокиты.

Те требования, которые Ленин предъявлял к совет&скому государственному аппарату, он стремился проде&монстрировать на деле организацией работы Совнаркома и СТО. В документах, определяющих программу работы этих высших правительственных органов (письма к И. В. Сталину для членов Политбюро о работе заместите&лей председателя СНК и СТО от 21 марта и 5 мая 1922 г.; письма к А. Д. Цюрупе по этому же вопросу от 24 января и 20 февраля; проект директивы насчёт работы СТО и СНК, а также Малого СНК от 27 февраля 1922 г.; проект поста&новления о работе замов от И апреля 1922 г. и др.), Ленин как бы обобщал опыт всей перестройки советского госу&дарственного аппарата в 1921 г., резко критиковал имею&щиеся недостатки и с исключительной чёткостью форму&лировал программу работы по-новому.

Основной задачей своих заместителей по СНК и СТО, которой должно быть подчинено всё остальное, Ленин считал: проверку фактического исполнения декретов, за&конов и постановлений; сокращение штатов советских учреждений; надзор за упорядочением и упрощением дело&производства в них; борьбу с бюрократизмом и волокитой.

Особо подчёркивал Ленин задачу разгрузки СНК и СТО в максимальной степени от мелочных вопросов, которые могут решать отдельные ведомства и народные комисса&риаты самостоятельно.

В своём письме к Цюрупе в феврале 1922 г. «О программе работы по-новому» Ленин со всей категоричностью требовал «... вдесятеро подтянуть СНК и СТО в смысле том, чтобы наркомы не смели тащить в них мелочь, а решали ее сами и сами за нее отвечали»[220].

В. И. Ленин считал важнейшей задачей своих заме&стителей «принуждение наркомов и отдельно поставлен&ных учреждений к самостоятельному и ответственному управлению в пределах предоставленных им прав и лежащих на них обязанностей» и «наблюдение за тем, чтобы ответственность в первую голову членов коллегий и важнейших совработников, а затем и всех совработ- ников была совершенно точно и индивидуально установ&лена». Он требовал беспощадной борьбы «против господ&ствующей расплывчатости и неясности в вопросе о том, что каждому отдельно поручено, и против вытекающей отсюда полнейшей безответственности» [221].

Сосредоточивая всегда внимание всех работников госу&дарственного аппарата на конкретном живом деле по ор&ганизации трудящихся масс на борьбу за выполнение решений партии и правительства, Ленин с негодованием разоблачал всю вредность канцелярско-бюрократических методов работы, когда бумажная переписка заменяет живое дело руководства хозяйственной и советской деятельностью.

«Нас затягивает,— писал Ленин в январе 1922 г.,— поганое бюрократическое болото в писание бумажек, го&ворение о декретах, писание декретов, и в этом бумажном море тонет живая работа.

Умные саботажники умышленно нас затягивают в это бумажное болото. Большинство наркомов и прочих санов&ников «лезет в петлю» бессознательно» 8.

Ленин ставил перед заместителями председателя СНК и СТО задачу: «Во что бы то ни стало оторваться от су&толоки и суматохи, комиссий, говорения и писания бума&жек» [222] и наладить прежде всего проверку исполнения, установить точную персональную ответственность за по&рученную работу и организовать подбор людей, могущих обеспечить выполнение принятого решения.

«Первоочередная задача момента, — писал Ленин,— не декреты, не реорганизации, а подбор людей;

установление индивидуальной ответст&венности за делаемое; проверка фак&тической работы. Иначе из бюрократизма и волокиты, которые нас душат, не Вылезть»

Нет почти ни одного письма, распоряжения, директивы Ленина, которые не заканчивались бы указанием на необ&ходимость самой тщательной, деловой, строжайшей, трой&ной проверки реального, фактического выполнения. Уез&жая в мае 1922 г. в отпуск для лечения, Ленин потребовал от своих секретарей сообщать ему два раза в месяц, «как идет дело организации аккуратной проверки исполнения. За неуспех — увольнение». «Каждый Нарком обязан,— указывал Ленин,— тотчас назначить несколько товари&щей, на коих возложена ответственность за проверку ис&полнения... Эти лица за неаккуратность должны быть беспощадно караемы арестом или увольняемы, по приказу заместителей. Нарком за неаккуратность должен быть ка&раем выговором, простым и со внесением в партбилет»2.

Характерны ленинские записки управляющему делами СНК: «проверьте исполнение архипридирчиво и докумен&тально», «проверить сугубо недоверчиво», проверить «с педантичнейшей аккуратностью», «проверить лично», про&верить «поделовитее и потщательнее», «проверить то, что выходит на деле*.

Суровая требовательность в достижении полного и дей&ствительного выполнения принятых решений всегда соче&талась у Ленина с самым широким, самым демократиче&ским обсуждением этих решений до их окончательного принятия и утверждения.

В десятках своих записок членам Политбюро, особенно И. В. Сталину, В.М.Молотову, М.И.Калинину, Ф.Э.Дзер&жинскому, а также народным комиссарам, Ленин доби&вался коллективного обсуждения намечаемых решений.

«Хочу знать одобрите ли Вы?», «Как быть? Каковы Ваши на сей счет планы?» — неоднократно писал В. И. Ленин И. В. Сталину, запрашивая его мнение и мнение членов Политбюро по всем основным решениям, принимаемым партией и правительством.

Излагая свою программу работы СНК и СТО, Ленин заканчивал своё письмо А. Д. Цюрупе по этому вопросу следующими словами: «Обдумаем, посоветуемся с членами Цена и поскорее закрепим такую (или иную) про&грамму»1.

Во всей своей государственной деятельности Ленин всегда давал образцы коллективного руководства, и в этом смысле замечательной школой были сами заседания Сов&наркома и СТО, проходившие, как правило, под предсе&дательством Ленина. Ленин учил, что коллективный опыт партии, опыт борьбы народных масс должен лежать в ос&нове принимаемых решений. И каждое постановление, каждый протокол заседания Совнаркома является ярким свидетельством этого ленинского стиля государственной работы.

Ленинские принципы организации советского государ&ственного аппарата, намеченная им программа его пере&стройки и укрепления, преодоления бюрократических недостатков в его работе имели неоценимое значение для успешного решения грандиозных задач социалистического строительства, вставших перед страной в первые годы её мирного развития.

Весь 1921 год прошёл под знаком большой реорганиза&ции, серьёзной перестройки всей хозяйственной и государ&ственной работы.

Ещё в докладе о замене развёрстки натуральным нало&гом на X съезде партии В. И. Ленин говорил:

«Твердый аппарат должен быть годен для всяких ма&невров. Если же твердость аппарата превращается в за&костенелость, мешает поворотам, тогда борьба неизбежна. Поэтому нужно все силы употребить на то, чтобы без&условно добиться своего, добиться полного подчинения аппарата политике. Политика есть отношение между клас&сами — это решает судьбу республики»2.

Перестройка советского государственного аппарата в соответствии с ленинскими указаниями обеспечила на деле осуществление политической линии партии и правитель&ства. Эта перестройка дала возможность возглавить руко&водство хозяйственной жизнью страны в новых, чрезвы&чайно сложных условиях и добиться на этой основе в экономическом соревновании победы социалистических элементов над капиталистическими.

<< | >>
Источник: Э. Б. ГЕНКИНА. ПЕРЕХОД СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА К НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКЕ ( 1921- 1922) ГОСУДАРСТВЕН НОВ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ, 1954. 1954

Еще по теме 1[185] Перестройка и укрепление советского государственного аппарата :

  1. 1. Боръба партии и Советского правительства за ликвидацию последствий неурожая в Поволжье и первые итоги восстановления сельского хозяйства к концу 1921 г. 
  2. 1[185] Перестройка и укрепление советского государственного аппарата 
  3. §1. Формирование политики администрации У. Клинтона в отношении АТЭС ипроект «Нового тихоокеанского сообщества».
  4. ГЛАВА 4. РАЗДЕЛЕНИЕ ВЛАСТЕЙ: РОЛЬ В АДАПТАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ
  5. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ
  6. ИСТОРИОГРАФИЯ ВОПРОСА
  7. Планы курсовых работ и списки литературы
  8. 16.1. Великая Отечественная война и перестройка работы советского государственного аппарата
  9. Система ответственных исполнителей
  10. Глава 6. Главный социально-экономический феномен обеспечения рыночного реформирования России
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -