2.1.4. Генно-инженерный поворот

Разгром современных направлений биологии, произведенный в Советском Союзе в 1930-1950-х годах научным бандитом Т.Д.Лысенко по заказу ЦК ВКП(б), не мог не сказаться на эффективности работ в области биологического оружия.

Так что не приходится удивляться тому, что инициатором такого подхода был КГБ СССР, чья разведка давно и небезуспешно наблюдала за приложениями успехов молекулярных биологов Запада к решению задач подготовки к биологической войне. Еще в 1961 году председатель КГБ А.Н.Шелепин был озабочен необходимостью «усиления научно-исследовательских работ по генетике вирусов и биохимии нуклеиновых кислот» в стране. А к нему присоединилось в этом деле также и минобороны. Разумеется, делалось все это не для целей развития науки — этим занимались другие ведомства.

Генетику — на службу биологической войне: ЦК КПСС

«По Вашему поручению в связи с письмом Председателя комитета государственной безопасности тов. Шелепина А.Н. от 14 июля с.г. о принятии необходимых мер к усилению научно-исследовательских работ по генетике вирусов и биохимии нуклеиновых кислот ДОКЛАДЫВАЮ:

Достижения последних лет по направленному изменению антигенной структуры и повышению агрессивности возбудителей инфекционных болезней человека, животных и растений создают перспективу получения вирусов и микробов с нужными биологическими свойствами; поэтому работы в области генетики вирусов и биохимии нуклеиновых кислот могут иметь важное военное значение.

В СССР широко проводятся исследования в области генетики животных и растений. Что же касается работ по биохимии нуклеиновых кислот и генетике вирусов, то исследования в этой области проводятся в недостаточном объеме и требуют их усиления.

С целью форсирования научных работ в этом направлении 14 июля 1961 г.

Мною даны указания Всесоюзному НИИ ветеринарной вирусологии и микробиологии и Всесоюзном НИИ фитопатологии 7-го (специального) управления МСХ расширить объем работ по биохимии нуклеиновых кислот в связи с необходимостью изучения вопросов направленной изменчивости вирусов и генетики микроорганизмов.

Министр сельского хозяйства СССР М.Ольшанский»

17 августа 1961 г.

Памятуя об озабоченности властей в отношении генетических исследований для целей биологической войны, которые существовали еще в начале 1960-х годов, отметим два принципиальных события, произошедших в мире в 1972 году и имеющих прямое отношение к биологическому оружию, — биологическое и политическое.

Во-первых, в 1972 году настала новая эра в биологии. Тогда на Западе возник новый раздел биологии под звучным названием генетическая инженерия . Дело в том, что именно в 1972 году в лаборатории П.Берга (Станфордский университет, США) удалось получить первую рекомбинантную (гибридную) ДНК, в которой были соединены фрагменты ДНК двух различных живых организмов — фага лямбда и кишечной палочки с циркуляцией ДНК обезьяньего вируса 40. Другими словами, впервые была показана принципиальная возможность манипулирования с генетическим веществом живых организмов. Это достижение открыло перед учеными-биологами всего мира гигантские перспективы в решении ранее не решавшихся задач — создании новых способов получения биологического материала и, как следствие, получении новых биологических препаратов, в которых нуждаются люди.

Генетическая инженерия — раздел молекулярной биологии, связанный с целенаправленным конструированием новых, не существующих в природе сочетаний генов с помощью генетических и биохимических методов.

Открывает новые пути для решения некоторых проблем генетики, медицины, сельского хозяйства, биотехнологии.

Во-вторых, 10 апреля 1972 года была подписана международная «Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении» (72). Количество подписавших этот документ стран было по тем временам очень значительное — 108, в их числе был и Советский Союз.

Весь цивилизованный мир был вынужден выбирать в тот год свой путь — искать ли новые пути в создании биологического оружия или же попытаться, несмотря ни на что, найти дорогу к миру без этого опаснейшего вида оружия массового уничтожения.

К сожалению, в Советском Союзе история пошла по самой сложной, особо циничной траектории из числа тех, что можно было себе представить. Наш ВБК решил изобразить готовность к исполнению Конвенции о запрещении биологического оружия (72) и в то же время начать подготовку к масштабной биологической войне. Так советская власть повторила сценарий событий, которые последовали за подписанием еще Женевского протокола 1925 года (71).