<<
>>

Глава V Законодательство XII таблиц и право Квиритов

45. Законы XII таблиц. Более ранние письменные сборники права; сборник

     Папирия.  Обстоятельства,  вызвавшие  издание   XII   таблиц.   Их

     назначение. Их влияние.

Прогресс  юридического  мышления.  Отличие

     закона от судебного решения. Значение,  приписанное  XII  таблицам

     обществом. Их политическое значение

46. Система XII таблиц; данные источников. Комментарий Гая. Готофред и

     Дирксен. Правильный взгляд

47. Право  Квиритов.  Его  национальный  характер.  Право  Квиритов  -

     переходное  образование.  Следы  древнейшего  состояния.   Частная

     собственность - экономическая основа. Формализм

48. Право как власть. Квиритское право - выражение  личной  энергии  и

     могущества. Три необходимые объяснения

49. Гражданское право XII таблиц. Три наслоения

  I. Первое наслоение - самоуправство и уголовные взыскания

50. Постановления III и VIII таблицы

II. Второе наслоение  -  учреждения  семейно-родовые  (наследование  и

     опека)

51. Историческое соотношение видов наследования. Способ выражения  XII

     таблиц. Другие поводы к недоразумению. Отношение  законодательного

     контроля к бытовому. Первоначальный порядок наследования. Значение

     прямых наследников. Завещание есть усыновление.  Форма  завещаний:

     testamentnm comitiis calatis,  t.  in  procincta.  Роль  народного

     собрания

52. Наследование по закону. Влияние личной независимости к  началу  IV

     столетия.  Intebtatus.  Наследование  своих.  Поколенный   раздел.

     Ответственность  наследников  за   долги   умершего.   Необходимые

     наследники. Семейный характер имущества.  Наследование  ближайшего

     агната. Род, как наследник

53. Завещание реr aes et libram.

Обращение к свидетелям.  Завещание  -

     плебейская форма? Оно охраняет обычный порядок  наследования.  Оно

     символическая   форма.   Оно   основано   на   взаимном   доверии.

     Наследование в строгом смысле и отказ. Nemo pro parte  testatus  и

     проч.  Разделение  роли  наследника   и   покупателя.   Письменное

     изложение завещаний. Позднейшая роль покупателя

54. Контроль свидетелей. Формальные  ограничения.  Правило  касательно

     постумов. Порядок лишения наследства

55. Опека над малолетними. Момент совершеннолетия у мужчин  и  женщин.

     Опека над женщинами. Опека - право агнатов, патронов и рода. Опека

     по завещанию. Независимость от власти магистрата.  Семейно-родовой

     характер. Опека есть власть

56. Вмешательство   государственной   власти.    Назначение    опекуна

     завещанием;  назначение   магистрата.   Судебная   ответственность

     опекуна; actio rationibns distrahendis. Смещение  неблагонадежного

     опекуна; accasatio suspecti  tutoris.  Понятие  неблагонадежности.

     Исключительное положение опекунов из агнатов и патронов

III. Третье наслоение - индивидуальное обладание имуществом

57. Права  по  соседству.  Межи.  Ограничения  действий   близ   межи.

     Пограничные деревья. Потоки дождевой воды

58. Сервитуты. Отношение к правам по соседству. Предиальные сервитуты.

     Постановления XII таблиц. Древнейшие сервитуты. Право водопровода;

     имп. постановление II в.  по  Р.  X.  Право  черпать  воду.  Право

     прохода. Право проезда и прогона скота. Соглашение о  размер  этих

     прав

59. Позднейшее воззрение на сервитуты. Правило относительно содержания

     сервитутов.  Первоначальное  воззрение.  Способ  судебной  защиты.

     Способы установления. Сервитут - частная собственность

60. In iure cessio. Случаи  применения.  Значение  в  истории  частной

     собственности.

Отношение к купле-продаже

45. Нам пора остановиться на законодательном памятнике, которым мы пользовались уже так много для характеристики древнейшего гражданского правосудия.

К первым годам четвертого столетия, по римскому летосчислению, относится важное событие в истории гражданского права Рима: впервые постановления этого права появились пред народом, облеченные в форму закона - начертанные на двенадцати бронзовых досках в ряду других юридических постановлений ("corpus omnis romani iuris, fons publici privatique iuris", как выражается Ливий о законах XII таблиц).

Особые обстоятельства вызвали это замечательное событие. В однородной среде, которая не разделяется ни политическою, ни социальною рознью, гражданское право долгое время может развиваться путем юридических сделок и судебных решений, т. е. непосредственною практикою гражданского оборота и правосудия, - не требуя вмешательства мощной руки законодателя. Если при таких условиях и возникает нужда в письменном изложении норм, укрепленных обычаем, то она удовлетворяется частным путем, - литературными сборниками. Пример такого сборника известен нам еще от времени последних царей, впрочем только по имени (ius Papirianum); жрец Папирий записал, как гласит предание, постановления, действовавшие в его время ("leges regiaes"). Юристу Павлу был известен комментарий Гранния Флакка, написанный на это сочинение. Но ни сделка, ни судебное решение, ни литературная разработка не в состоянии оказать нужное действие, когда гражданское общество раздирается на части внутреннею борьбою; в таком состоянии и суд, и литература сами втягиваются в борьбу и становятся орудием политических партий. Умиротворение вносится в общество работою и влиянием законодателя.

Предание, наивно относящееся к событиям прошлого, рассказывает, что с изгнанием царей исчезло все право царского времени. Разумеется, политический переворот не мог разрушить учреждений, созданных не по прихоти отдельных лиц, - каковы в особенности учреждения гражданского права.

Тем не менее предание схватило с характеристической стороны то состояние, которое возникло в римском обществе вслед за падением царского престола (244 г.). Это падение было делом патрициата, опасавшегося демагогических стремлений последнего царя. В первое время руководители переворота старались рядом подачек расположить к себе бедный народ; когда же опасность возвращения изгнанного тирана миновала, не было препятствий к тому, чтобы действительные стремления сословий выразились с полною откровенностью. Не зачем повторять все перипетии полустолетней борьбы; достаточно напомнить ее главные черты. Мы встречаемся здесь с процессом разложения общинного обладания землею путем насильственного захвата ее господствующим классом при постоянном, но бесполезном протесте притесненного большинства населения; мы встречаемся далее с долговыми отношениями, отмеченными бессердечием кредиторов и несправедливостью судебной власти, представители которой, принадлежа к патрициату, держат его руку. Судебные решения стали произвольны и пристрастны. Народные воззрения на должное и не должное, на справедливое и несправедливое, конечно, не изменились; сложившиеся правовые учреждения не искоренились, но чувствовалась непрочность правового порядка, отсутствие обеспечений, свойственных правовым отношениям. Старое право не исчезло, но справедливо могло показаться исчезающим, когда сама же власть расшатывала его. Угнетенная часть народа подняла требование об издании законов и в конце концов получила их. Когда происходило все это, не были забыты еще примеры славных законодательств более глубокой древности. В особенности, пример Солонова законодательства действовал внушительно; в Риме хорошо знали о нем и были готовы следовать по стопам Греков.

Выяснить наперед действующие юридические нормы и тем обеспечить их однообразное применение на суде - вот в чем заключалось назначение двенадцати таблиц. Отдельные постановления их могли содержать в себе нововведения, но в целом своем они представляли не столько преобразование, сколько выяснение и укрепление до них сложившегося или намеченного жизнью правового порядка.

Не смотря на это, должно приписать им глубокое влияние на последующее развитие гражданского права. В истории юридических воззрений составляло важный шаг то обстоятельство, что постановления, до сих пор выражавшиеся казуально, в сделках и решениях, и сознаваемые как обычай, были теперь изложены письменно, в относительно отвлеченной (для того времени) форме; теперь они стали сознаваться в качестве отчетливых формул. Закон отличается от судебного решения и сделки именно своею относительною отвлеченностью, от обычая - отчетливостью, которая вносится им в юридические воззрения. Судебное решение и сделка выражают постановления касательно одного случая; закон обнимает в общей формуле целый ряд однородных случаев; он содержит общую норму, рассчитанную на средний тип случаев, лиц, предметов и отношений. Судебное решение разрешает случаи, уже совершившиеся; закон издается в предвидении будущих случаев, представляемых только в возможности. Отсюда видно, какое значение имеет факт появления законодательства в процессе развития юридических воззрений, со стороны их отвлеченности; только с появлением закона может возникнуть отчетливое понятие юридической нормы. - Значение совершенного шага сознавалось современным обществом. В законодательстве видели дело величайшей мудрости, для исполнения которого потребовалось избрание десяти мужей с неограниченною властью: все учреждения обычного государственного строя замерли на время, пока эта чрезвычайная власть творила свое дело. Изданный ею закон почитался святынею, почти что неприкосновенною. Свою долю влияния во всем этом оказало, конечно, и политическое значение законодательства XII таблиц. "Оно было трудно добытым благом, так что позднейшее поколение вспоминало еще о борьбе, которой оно стоило, и о цене, которую продавали его приобретению. Это не был просто закон, т. е. сумма юридических норм, напротив, нормы, заключавшиеся в нем, были в то же время правами в субъективном смысле. Это была magna charta, грамота плебейской свободы, ревностное соблюдение и охранение которой было делом не только сословного интереса, но и сословной чести".
Закон XII таблиц был как бы сделкою двух классов, которые гарантировали взаимно свои права (lex est communis reipublicae sponsioj: самое слово закон (lex) в то время не перестало еще служить для обозначения сделки.*(106)

46. По какой системе децемвиры изложили свое законодательство? Для разрешения этого вопроса имеются только скудные данные.*(107) Цицерон, замечая "с малолетства учили мы: si in ius vocat и т. д."*(108) разумеет, очевидно, законодательство XII таблиц. Из того обстоятельства, что слова "si in ius vocat" Цицерон избрал для обозначения всего законодательства, заключают, что они были в этом последнем начальными словами. Стало быть, правила о призыве в суд содержались в 1-й таблице закона. Это предположение подкрепляется общими данными о системе древнейших кодексов. Все они начинаются обыкновенно постановлениями о судопроизводстве, которое, в качестве могущественного средства к установлению внутреннего мира, по преимуществу интересовало древнейшего законодателя. - Фест ("reus") свидетельствует, что во второй таблице было постановлено о законных причинах для отсрочки суда. От Дионисия Галикарнасского известно, что постановление о праве отца на продажу детей находилось в четвертой таблице, а запрещение смешанных браков между патрициями и плебеями - в одной из двух последних таблиц. По Цицерону*(109), правило о погребениях принадлежало десятой таблице. Все эти данные бросают некоторый свет на систему законодательства децемвиров. Другие данные могут иметь подобное же значение. Юрист II в. по Р. X., Гай принадлежал к числу многочисленных комментаторов XII таблиц. От комментария Гая сохранились в дигестах двадцать фрагментов. В каждом фрагменте обозначается, из которой именно книги комментария он был заимствован, что дает возможность определить порядок, в которых фрагменты следовали в комментарии; порядок же этого последнего, в свою очередь, характеризует порядок самого законодательства. Далее порядок, в котором цитируются древними писателями места из XII таблиц, расположение преторского эдикта, который должен был отразить на себе систему XII таблиц, и другие т. п. данные в состоянии служить подспорьем в исследовании о системе XII таблиц. Дирксен, опираясь на Готофреда, исполнил подобное исследование с особою полнотою и большим увлечением. Результаты, к которым пришел Дирксен, должны быть признаны за справедливые лишь в своих основных чертах. В действительности все вышеуказанные данные слишком недостаточны для того, чтобы служит для полного восстановления системы XII таблиц. Капитальная ошибка Годофреда состояла между прочим в том его предположении, что каждая таблица могла соответствовать особому отделу права, что каждая из шести книг комментария Гая соответствовала двум таблицам и что между каждыми двумя таблицами существовала определенная внутренняя связь, так что каждая пара таблиц составляла законченное целое. Вернее думать, что правильная систематика, охватывающая все законодательство, была недоступна децемвирам и распределение текста по таблицам было в значительной мере случайное. Как заметил уже Пухта, отдельные таблицы играли роль не столько глав, сколько страниц законодательства. Текст закона писался сверху вниз до венца таблицы и потом продолжался непосредственно на следующей таблице; такой способ изложения встречается еще в позднейших законодательных памятниках. Можно говорить о порядке изложения в законе XII таблиц, но ошибочно предполагать, что правильное размещение содержания по отдельным таблицам было принадлежностью этого порядка. - В настоящее время законы XII таблиц издаются по системе Дирксена, не потому, что эту систему считают непогрешимою, но потому, что, за невозможностью открыть какую-либо другую систему, держатся за Дирксенову систему, как за условную.

47. Учреждения, подтвержденные законодательством децемвиров, составили основу права Квиритов или цивильного (ius Quiritium, ius civile). Так называли римляне правовой порядок, который безусловно господствовал в IV и V веках римского летоисчисления, сохранял свою силу в три последующие столетия, разрушаясь постепенно под влиянием образований нового происхождения, и, в отдельных своих проявлениях, не был позабыт еще в первой половине императорского периода. Это было национальное римское или "квиритское" право, потому что оно было доступно одним римлянам. Только римские граждане могли приобретать и судиться по этому праву; потому оно называлось также "цивильным", т. е. "гражданским". По своему содержанию, это право было переходным образованием. Оно заняло промежуток между грубой римской стариной и развитым порядком будущего, связывая собою эти крайние пункты римского юридического творчества. Само оно находилось в состоянии постоянного прогресса. В двенадцати таблицах оно является еще сродни безыскусственным и лишенным всякой мягкости учреждениям древнейшего периода; чрез два, три века в нем появляются уже институты, которыми не пренебрегает позднейшее, высшее право. Это переходное значение квиритского права обозначилось в самом содержании XII таблиц. Постановления о судопроизводстве (таблицы I и II), о порядке взыскания с неисправных должников (таблица III) и о взыскании за преступления (таблица YIII) дышали началами самоуправства и мести; но вместе с тем выражалась определенная тенденция к укрощению такого духа путем государственного воздействия. С течением времени квиритское право преодолело самоуправство и сгладило наиболее резкие проявления мести; оно сделало первые шаги к различению умышленной и неумышленной провинности и тем подготовило коренную реформу будущего. Но если одна часть постановлений XII таблиц соприкасалась с грубыми, отживавшими свой век учреждениями, то другая была обращена лицом к будущему. Экономическая основа права XII таблиц - право частной собственности, движимой и недвижимой. Квиритская собственность - еще не полная, "неограниченная" собственность, с которою мы встречаемся позднее; распоряжение этой собственностью состояло еще под контролем рода и родичей (выше, 20), но ход постепенного развития квиритского права был в то же время ходом постепенного развития частной собственности; на высших же ступенях своего развития квиритское право породило сделки, которые свидетельствовали одновременно, как о значительном упадке уголовной точки зрения на правонарушение, так и о значительном успехе, достигнутом в развитии частного обладания имуществом. Таковы нравственное и экономическое основания квиритского права. Умственная печать, наложенная на пего, отличается большим единством и выдержанностью. Квиритское право - право формальное. Оно осуществило формализм с силою, нигде более не встречавшеюся; этот формализм особенно отличал его и ему оно обязано своим бессмертием в истории.

48. Кто отнесется к квиритскому праву с точки зрения новейших юридических идей, того поразит в учреждениях этого права выражение необыкновенной личной энергии и личного могущества. Все судопроизводство построено на этих началах: истец сам зовет и приводит ответчика в суд (in ius vocatio), кредитор сам тащит в кабалу неисправного должника (manus iniectio) или захватывает его вещь, в обеспечение долга (pignoris capio), собственник сам отыскивает свою вещь и доставляет ее в суд, на суде же он выразительным образом, действуя вооруженною рукою, дает противнику почувствовать свою власть над нею (vindicatio). To же самое - в юридических сделках; права не только защищаются, но и приобретаются при участии личной энергии. В манципации приобретатель не получает свою вещь от продавца, но как бы сам овладевает ею, подобное же происходило, вероятно, и при заключении займа, где действующим лицом должен был являться не должник, но кредитор. В торжественных формулах, произносимых в этих случаях, и в жестах, их сопровождающих, оттеняется сверх того господство, которое имеет принадлежать субъекту над объектом его права.

Все это, в связи с некоторыми другими обстоятельствами, может дать повод утверждать, что квиритскому праву особенно свойственна идея господства, что, по воззрению древних римлян, право мыслилось преимущественно как господство, и что все это отвечало тем стремлениям к личному могуществу, которым вообще был преисполнен римский гражданин. Такое утверждение однако неверно; оно рисует квиритское право слишком односторонне. Еще более неверно, если бы в вышесказанном качестве его усмотрели некоторое преимущество, которого будто бы лишено современное нам право; доля правды, которую желали бы в этом случае выставить на вид, представляется преувеличенною. Во избежание недоразумений надо сказать следующее: 1. Господство составляет общий атрибут права; оно присуще праву и в наше время. Притом в наше время оно развито гораздо больше, потому что, вследствие наибольшего развития государственности, мы обеспечены в наших правах вообще крепче, нежели то было в древнейшем обществе. Но по той же причине мы и не замечаем нашей гражданской власти. При относительной прочности защиты, которую доставляет нам современный строй общества, мы не принуждены так часто думать о своих правах, как это должен был делать древний римлянин; а о чем мы думаем реже, то и замечается нами менее. К тому же и самые выражения власти в наше время менее грубы и не бросаются в глаза так резко, как в древнее время.

При всем этом личная власть не составляет единственного атрибута права. Правовой порядок есть произведение двух взаимодействующих факторов, из которых каждый вносит в него особую тенденцию. Эти факторы суть: субъект гражданских прав и гражданско-правовая власть. Первый фактор вносит в право тенденцию власти, второй - тенденцию общего блага. Вторая тенденция выше первой и подчиняет ее себе. Господство, предоставленное частным лицам, регулируется гражданско-правовою властью с точки зрения общего блага и таким образом в конце концов, весь правовой порядок представляется выражением идеи общего блага, как она понимается в каждое отдельное время.

2. В квиритском праве личная энергия в защите прав выдавалась вперед вследствие относительной слабости государственной власти по отношению к гражданскому праву. Это было проявлением самоуправства. Самоуправство выражалось в грубых и резких формах, потому что нравы и чувства были в то время грубы. Были грубы также общественные отношения и неразвиты соответствующие идеи. Когда торговля только что перестала быть разбоем и купля - захватом, тогда ясная идея обмена не была еще выработана; в способах приобретения изображалась не передача или обмен права, а их, будто бы, односторонний захват приобретателем.

3. Впрочем были особые причины, которые содействовали развитию личной энергии в римском праве. Военный быт вообще поддерживал стремление к захвату, внутренняя политическая борьба приучила дорожить правами, однажды приобретенными, и отстаивать их с особою настойчивостью. В квиритском праве отразился римский национальный характер в том виде, как он сложился вследствие исторических и политических условий. Если право есть господство, то мера пользования этим господством и способ проявления его разнообразится, смотря по тому, в какой мере народам свойственна настойчивость в защите своих прав.

49. Теперь сделаем обзор постановлений XII таблиц, насколько они относятся к гражданскому праву.

В гражданском праве XII таблиц надо различать три главных исторических наслоения:

Первое наслоение есть остаток от первоначального состояния гражданского права. Сюда относятся формы торжественного самоуправства и проявления уголовного возмездия. В квиритском праве они находятся в состоянии постепенного вымирания. Второе наслоение есть типическая принадлежность квиритского права. Учреждения, которые принадлежат сюда, процветали именно в период господства XII таблиц; их падение начинается не ранее YI столетия и есть в то же время падение XII таблиц и квиритского права. Сюда относятся учреждения, которые коренятся в древнеримском семейно-родовом строе (наследование, опека) и формализм.

Третье наслоение состоит из учреждений, которые в квиритском праве еще не достигли своего полного развития. Это - проявления начала личного обладания имуществом, формы частного обладания имуществом (право собственности, права по соседству, сервитуты).

Мы изложим законодательство XII таблиц в сказанном порядке; только изложение формализма, по его обширности, придется выделить в особую главу. Разумеется, нет нужды излагать постановления, касаться которых мы имели уже случай на предшествующих страницах. I. Первое наслоение - самоуправство и уголовные взыскания

50. Постановления о торжественном приводе ответчика в суд (in ius vocatio) открывали собою законодательство децемвиров. Судопроизводству посредством наложения руки (1. а. per manus iniectionem), в связи с порядком взыскания с неисправных должников, был посвящен в нем ряд постановлений III табл.). Точно так же законодательство касалось судопроизводства посредством захвата вещи (1. а. per pignoris capionem). Наконец постановления, которые относят обыкновенно в VIII таблицу, определяли взыскания за гражданские преступления.

Все это изложено уже нами в другой связи, в главах третьей и четвертой.

Формы самоуправства и уголовные взыскания были много древнее законодательства децемвиров; но они жили еще и в этом последнем и начали исчезать не раньше, как чрез сто лет после его появления (гл. IX).

<< | >>
Источник: Муромцев С.А.. Гражданское право древнего Рима. - Москва, Типография А.И. Мамонтова и К, 1883г.. 1883

Еще по теме Глава V Законодательство XII таблиц и право Квиритов:

  1. § 1. Виндикация
  2. Содержание
  3. Глава V Законодательство XII таблиц и право Квиритов
  4. Глава VIIОтношение права Квиритов к перегринам*(178)
  5. Глава VIII Понтификальная юриспруденция(IV столетие и 1-я полов. V столетия)
  6. Глава XII Юриспруденция после падения господства понтифов(VI, VII и начало VIII стол.)*(262)
  7. Выделение основных элементов судопроизводства, общественной собственности и налогообложения из сферы сакрального права
  8. Nexum
  9. СУДЬБА ЗАКОНОВ XII ТАБЛИЦ В ПОСЛЕДУЮЩИЕ ВЕКА ВПЛОТЬ до ЮСТИНИАНА
  10. §15.4. Частное и публичное право
  11. СЛОВАРЬ ВАЖНЕЙШИХ ПОНЯТИЙ РИМСКОГО ПРАВА
  12. Условия правоспособности лиц физических и ограничения ее
- Административное право зарубежных стран - Гражданское право зарубежных стран - Европейское право - Жилищное право Р. Казахстан - Зарубежное конституционное право - Исламское право - История государства и права Германии - История государства и права зарубежных стран - История государства и права Р. Беларусь - История государства и права США - История политических и правовых учений - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминалистическая тактика - Криминалистическая техника - Криминальная сексология - Криминология - Международное право - Римское право - Сравнительное право - Сравнительное правоведение - Судебная медицина - Теория государства и права - Трудовое право зарубежных стран - Уголовное право зарубежных стран - Уголовный процесс зарубежных стран - Философия права - Юридическая конфликтология - Юридическая логика - Юридическая психология - Юридическая техника - Юридическая этика -