§10. Рождение бесконечности.

Укажем наиболее существенную заслугу средневековой мысли. Это - создание научного понятия о бесконечности, причем в этой бескоиешюсти средневековая мысль находит себе смерть. Она в начале, так античная мысль, живет конечным, живет на земле, на которую опускается Бог, который страдает, как человек, но, оставляя землю, не порывает связь с ней.

Дантова вселенная с ее приближающимися к Богу сферами, со всей этой мировой гармонией, управляемой ангелами, так не похожа на.

Конечно, в даитову вселенную теперь уже никто не верит. Музыка сфер перестала звучать в наших ушах. Но согласитесь, что эти образы были прекрасны, и душа, их создавшая, была тоже прекрасна. И вот кристаллические сферы разбиты, и открылись пути к бесконечности...

Но вместе с тем Бог ушел от человека, он устремился ввысь, куда устремляются крыши готических колоколен и вместе с ними и душа средневекового человека.

Средневековая мысль должна была умереть вместе с исчезнувшей готической архитектурой. Но звук от оборванных струн слышался еще долго... И в настоящее время ои еще слабо звучит, когда мы забываем о сутолоке современной жизни. В полумраке средневекового мышления медленно совершается процесс рождения актуальной бесконечности, которая мыслится сначала Богом, оказывающимся вне аристотелевых категорий, выше субстанции, а потому и без формы, но это уже не несовершенство, как для античной мысли, а наоборот, признак высшего совершенства.

За бесконечностью Бога выдвигается бесконечность его творений, так как бесконечной причине отвечает бесконечный эффект. Таким образом, мысль подходит к бесконечности вселенной.

Путь же в бесконечность открывает только Бруно, который уже вполне подходит к современному представлению вселенной, по мнению которого звезды такие лее системы, как наше солнце, окруженное планетами.

Следующий этап - это математическая бесконечность. Николая Кузаиского следует отнести к промежуточной степени, на которой матема-тизируется космическая бесконечность.

Бог и его творение сперва только чувствуются, затем начинают мыслиться как сверхлогнческая бесконечность, которая затем переносится в область логического.

Мы видим, что[голыбелью даже самых абстрактных идей является чувство. Из него родится и воля, приводящая к действию, из него родится и мысль.

Мы віщим, что средние веіса, которые главным образом принадлежат чувству, были и колыбелью мысли. Наши абстракции, бледные как' вечерний туман, постепенно обращающиеся в бессодержательные символы, которыми работает современная наука, как фабрика работает колесами, - раньше были живыми, заставлявшими биться сердца, чувствами.

Поймем же, наконец, средине века, увидим в них юность человечества и пожалеем в них многое, что мы жалеем в нашей ушедшей и никогда уже не возвращающейся юности. 7.