Синдром Зомби у профессиональных военнослужащих в условиях боевых действий

Зомби — страшные существа...

Он (Зомби) внушает смертельный ужас. Его невозможно убить.

Он и так уже мертв...

Умом я знаю, что могла бы его убить, но сердцем...

Ян Флеминг «Живи и дай умереть»

Синдром Зомби у военнослужащих можно рассматривать как предельное выражение долговременного патологического развития личности в условиях хронического жестокого Эго-стресса (чередования ситуаций повышенной боеготовности и боевых действий). Выраженные явления можно расценивать как разновидность психопатоподобного синдрома с мономаниакальной параноидностью. В некотором смысле формирование синдрома Зомби выступает как психопатоло-гическая альтернатива описанному на примере феномена на-стороженности процессу психосоматической эволюции.

Синдром Зомби (название закрепилось за определенной категорией военнослужащих в ходе Афганской и Чеченской войн и в армейской среде носит неодобрительный характер) проявляется в постоянной, выглядящей как естественное свойство сверхбоеготовности (сверхготовность к отражению нападения), разлитой враждебност и с тотальным образом врага, паранойяльной устремленности к сложноорганизованным боевым действиям.

Эти люди живут на войне (их еще называют «асы войны»); даже когда нет боевых действий, они избегают обстановку мира и покоя, ищут и охотно создают обстановку боевого конфликта. Оружие — их любимая игрушка, и они блестяще им владеют. Они легко формируют образ врага и в его преследовании неутомимы, беспощадны и холодно-жестоки. В боевой ситуации они чувствуют себя неуязвимыми: боевых потерь среди них практически нет (редкие потери связаны либо с воздействием форс-мажорных обстоятельств, либо с грубым нарушением их собственных правил постоянной сверхбоеготовности). Великолепная физическая и боевая подготовка, достижению и поддержанию которой подчинена вся их жизнь, позволяет им практически неограниченно переносить тяготы военного дискомфорта и сочетается с парадоксальной беспомощностью в простых житейских ситуациях, особенно в общении с противоположным полом, где внезапно может развиться регрессия на уровне 10—12 лет.

Для них характерны диспластическая и/или астеническая конституции, но многолетний опыт спортивной подготовки делает их гиперкомпенсированными атлетами. Нередко отмечается парамимия. Специфическая звериная пластика может внезапно (особенно в общении с противоположным полом) сменяться моторной неловкостью «закрытого диагонала» (по классификации JI.С. Выготского). В условиях боевого конфликта их поведение характеризуется асексуальностью, в мирных условиях они испытывают выраженные трудности в поиске сексуальных партнеров, возможно, в связи с ранимостью и сензитив- ностью. В общении их характеризует узкий круг эмоционально насыщенных привязанностей.

Пример именно этой категории стремящихся к профессиональному статусу военнослужащих дает основания полагать, что безусловно психопатологические «симптомы первого ранга» —идеи преследования, феномены ментального автоматизма и императивного галлюциноза — могут выступать (в форме кратковременных эпизодов: вспышек, зарниц, инсайта) как естественная реакция психики на ЧС боевого столкновения. Они позволяют эффективно участвовать в сложно-организованных боевых действиях, реализуясь в беспрекословном и бесконтрольном подчинении, мгновен-ном, внутренне неопосредованном выполнении приказов командира, опережающих развитие ситуации (по типу инсайта) действиях в боевой обстановке.

Таким образом, агрессивная враждебность —- самое раз-рушительное качество личности в мирных условиях, может играть роль фактора адаптации на войне. Именно поэтому Зомби могут выступать в роли «идеальных солдат»: они все-гда на войне, обстановка боевого столкновения — их есте-ственная среда. Необходимо подчеркнуть, что боевое пове-дение Зомби характеризуется своеобразным, но развитым профессиональным кодексом чести.

По опыту работы с пациентами, принимавшими участие в ряде региональных вооруженных конфликтов в качестве наемников, можно отметить выраженность элементов синдрома Зомби в их поведении в мирное время, где на первый план выходят явления эмоциональной дисгармонии. В ее структуре парадоксальность, холодность, сензитивность, брутальность и символический неологизм, характерные для шизотима, сочетаются с взрывчатостью, вязкостью, замедленностью (брадипсихией) и мегафорической олигофазией, характерными для эпилептотима, т. е. формируется двойственная, шизоэпилептоидная конститу- цмя. Эта дисгармония может находить (и нередко находит) выход в противоправных действиях.

Все это ставит вопрос о социально-психологической реабилитации этой категории военнослужащих по окончании боевых действий.