§ 9. Категориальная семантика русского глагола как части речи

Категориальная семантика глагола как части речи связана с дейст­вием и процессом. В системе частей речи глагол противопостав­лен имени существительному, выражающему предмет (субстанцию).

В номинации ситуаций помимо глаголов участвуют и предметные слова, так как «процессы обычно воспринимаются одновременно с пред­метами» [Балли 1955]. Например, трудно создать четкое представление о действиях типа чистить или открывать без учета семантики соответст­вующих объектов: ср. чистить зубы, ботинки, столовое серебро; открывать окно, замок, консервную банку. Таким образом, семантика глагола, открывающего при себе позиции для имен, имеет препози­тивный характер, т. е. представляет семантическую модель денотатив­ной ситуации – пропозицию [Адамец 1978: 7; СРЯ 1989: 678].

С именем прилагательным глагол объединяет понятие признака, приписываемого предмету, а различает названные части речи характер этого признака – качественный (как постоянное свойство предмета) у прилагательного и процессуальный у глагола, в котором при­знак представляется в его протяженности, в динамике, изменении, т. е. как мыслимый во времени. Различия между значением прилагатель­ного и глагола можно показать на примере сопоставления таких лексем, как ленивый и лениться, боязливый и бояться: Еще в детстве, когда я учился играть на рояле, учительница говорила моей маме, что я способ­ный, но ленивый (В. Токарева). ...Она ответила в тоне человека, который не хочет спорить и убеждать, потому что ленится (М.

Связь с идеей времени у глагола реализуется не только при выполне­нии им предикативной функции в высказывании, но и непосредственно в семантике самого глагола при номинации ситуаций. Типологической особенностью русского глагола является то, что в самой глагольной ле­ксеме как словарной единице заключена важная информация о тем­поральной структуре обозначаемой ситуации (т.е. о ее фазах, результате, завершенности, незавершенности, кратности и др.). Эта ин­формация выражается комплексно: не только лексически, но и слово­образовательно – префиксами и суффиксами, а также грамма­тически – видовой принадлежностью глагола (ср. шуметь, зашуметь, бежать, побежать, строить, достроить, достраивать). Глаголы, обозначающие динамические ситуации – целенаправленные и нецеленаправленные действия, события, деятельность, процессы (стро­ить, открывать, уронить, упасть, работать, гулять, рушиться, та­ять), являются прототипическими, так как соответствующие ситуации могут быть названы только глаголами или глагольными производными. Непрототипические глаголы обозначают статические ситуации: состоя­ния, свойства, отношения, которые в высказывании могут быть выраже­ны и другими частями речи, не являющимися производными от глаголов (ср. Я замерз – Мне холодно; Стекло не бьется – Стекло прочное; Книга стоит 20 рублей – Цена книги 20 рублей). При этом глагольная форма создает иллюзию действия, динамичности. Ср. метафору Б. Гавранека «обман глагольной формы» [Dokulil 1948] и высказывание М. В. Панова: «...глагол все обозначаемое освещает как действие. Такая у него страсть: все рассматривать как действие» [Панов 1999: 117], т. е. как динамиче­ский, длящийся во времени признак.