<<
>>

Проблемы измерения стоимости трудом

Что пользы человеку от... трудов его, которыми трудится он под солнцем

(1:3 Екклесиаст)

Трудящийся трудится для себя, потому что понуждает его... рот его

(16:26 Притчи)

верою...

получили мы доступ к благодати, в которой стоимость]

(5:2 К Римлянам)

сказал, о растении, над которым ты не трудился

(4:10 Иона)

в трудах рук наших при [возделывании] земли

(5:29 Бытие) человек... трудился в исследовании (8:17 Екклесиаст) Нажитое трудом не проглотит

(20:18 Иов) труд его будет напрасен (39:16 Иов) Все вещи - в труде (1:8 Екклесиаст) расхитят труд (109:11 Псалтирь)

Вернёмся в XIX-й век и станем на позицию Маркса в его критике старой и разработке новой политэкономии. Рассмотрим генезис, или зарождение "обычной" науки. Люди сталкиваются с некоторым непонятным явлением, на своей шкуре эмпирически познают его свойства, и, при необходимости, их используют в своей жизни. Если явление бесполезное, то оно никому не интересно (в плане его дальнейшего познания). Если явление вредное-полезное (приносит убытки, или прибыль) то появляется интерес в его исследовании на предмет возможности снижения убытков, или повышения прибыли. Так возникает наука, которая по мере "развития" начинает заниматься и бесполезными явлениями с понятной целью обратить их в полезные. Обобщая можно сказать, что наука, или изучение чего-либо, призвана, изучая свойства чего- либо, получать от этого прибыль. Даже древние жрецы, творили "чудеса", используя знания явлений природы, не для развлечений. Итак, если открывается некое явление, то вокруг него строится здание науки с вышеотмеченной целью. Так, к примеру, возникла (во времена Маркса) теория вероятности, как попытка получить максимальный выигрыш при игре в кости, та же термодинамика, как попытка максимально использовать т.н. "силу" пара и т.п..

Что же касается политэкономии (как "науки"), то здесь ситуация довольно странная.

Люди производят товары и торгуют ими в течение тысячелетий - это факт. Торговля расширяется, становится мировой торговлей, приносит прибыль купцам на внутреннем и внешнем рынках

- тоже факт. Во всех странах существуют деньги в различных их формах от золота до бумаги

- ещё один факт. Получать прибыль и накопить богатство может и неграмотный, а грамотный может пребывать в нищете - с этим никто не спорит. Следовательно, для занятий торговлей, или производством товаров (как занятий успешных-прибыльных) специальных экономических познаний (и иногда даже простой грамотности) не требуется. Вопрос. Что может дать людям экономическая наука, если таковая будет разработана? Ответ естественный - такая наука должна дать людям получать ещё больше прибыли, и предвидеть-минимизировать убытки. Если это не так, и у экономической науки будет иная цель, то эта наука бесполезна, или же... бесприбыльная, а это вообще-то нонсенс. Значит, цель экономической науки - это изучение источников прибыли с целью их оптимизации (если такое возможно) и устранение источников убытков, или минимизация этих убытков. Но здесь и возникает один парадокс. Любая живая система (и человеческое общество тоже) приспосабливается к окружающей среде. Что это означает. Это означает, что система с минимальными затратами ресурса должна обеспечить максимум жизненных ресурсов. Происходит это т.н. "методом тыка", именуемым в науке естественным отбором, когда выживают более приспособленные. Следовательно, в любых условиях любая живая система (если она существует достаточно долго) может находиться... только в оптимальном её состоянии, т.е. она и безо всяких "теорий" извлекает максимум, при минимуме затрат, а менее приспособленные конкуренты - обречены. Отсюда интересный вывод: никакая экономическая наука не сможет улучшить состояние общества, которое и так уже оптимально. Прибыль от деятельности получают люди, взаимодействуя с природой и с себе подобными. Технические науки облегчают взаимодействие людей с природой, и могут дать теории для повышения прибыльности этого взаимодействия, но если экономическая наука даст рекомендации по увеличению прибыли, и эти рекомендации применят все, то...

никто не сможет обогатиться, т.к. общество и так находится в оптимальном состоянии, ибо в этой науке обогащение одних возможно только за счет... обеднения остальных, а суммарное "богатство" равновесного общества не меняется. Экономика теряет свой предмет, и потому- то она втуне бесполезна, в отличие от наук технических, которые могут повысить прибыль. Возможно поэтому (на грани интуиции гения) Маркс заявил: "целью политической экономии является несчастье общества", предчувствуя, что вмешательство (даже со стороны науки) в равновесную (оптимальную) систему может вызывать только нарушение её оптимальности, а в просторечии, - приводит к убыткам и прямым потерям. И построение коммунизма в СССР, как образец применения на практике экономической теории Маркса, - тому подтверждение. Ещё прямое подтверждение бесполезности экономической науки - это существование в оной многочисленных школ, течений и направлений, зачастую с диаметрально противоположными начальными предпосылками, и при всём этом множество... гениальных учёных-экономистов. Короче, если и создавать экономическую науку, то только как теорию получения наибольшей прибыли при минимальных затратах, или облегчить обществу реализацию его "метода тыка", чем я и попытаюсь заняться в 1У-Й части работы, где мною приведена т.н. "Азбука рынков".

Но вернёмся к Марксу и к его политэкономии, изложенной им в его пожизненном труде по имени: "Капитал". Что он хотел показать этой работой? Судя по контексту, цель этой работы состояла в доказательстве возможности построения светлого будущего на основе... критики тёмного настоящего. Как можно критикуя что-либо изменить объект? Критикуй, не критикуй - всё равно получишь... то же устойчивое состояние объекта. На основе критики рабовладения возникло христианство, но исчезло ли само рабовладение? На основе критики христианства возник научный атеизм, но исчезло ли само христианство? Тысячелетний опыт человечества говорит, что прецедентов нет, т.е.

"слезами горю не поможешь". Но не таков д-р философии Маркс. Повторю его убеждение: "Критик может... взять за исходную точку всякую форму... сознания и из... форм существующей действительности развить истинную действительность как её... конечную цель". Оказывается, что существующая действительность не истинная, и имеет, не какую-нибудь, а именно конечную цель. Что будет с истинной действительностью по достижении конечной цели Маркс не задумывается. А вот его цель: "мы... желаем только посредством критики старого мира найти новый мир". Как можно найти то, чего нет в реалии - это д-ра Маркса не смущает. В природе не было лазера, но наука нашла его не посредством критики старого мира, а посредством изучения сущего (единственно доступного нам) мира. Критикуют что-либо когда это что-либо приносит вам убытки, а устранить этот объект вы не в состоянии. Например, порнографию критикуют лишь моралисты, имеющие он неё моральный ущерб (читай убыток), но не её производители-распространители, имеющие на ней прибыль. Аналогично критикуют: наркотики, алкоголь, родимое государство, коррупцию в оном, а воз и ныне там... Итак, голая критика чего-то пользы не принесёт, просто потому, что всё плохое (для вас) в этом что-то и так видно, и незачем переводить бумагу на описание этого плохого. По Гегелю: "Все действительное - разумно", т.е., если нечто плохое ли, хорошее ли, но есть, то оно, плохое ли, хорошее ли, но всегда будет, и всегда приспособится к любым условиям.

Что ещё хотел показать своей работой Маркс? Опять таки, судя по контексту, он пытался показать-описать принципы движения капитала. Цель этого действа не совсем понятна, ибо из движения капитала никак не ясен источник экономической прибыли, которая по Марксу создаётся только трудом. Потому добрая половина его работы носит чисто декларативный и, я бы сказал, философский характер, отражающий видение экономических процессов самим автором, ибо научных доказательств, что это происходит именно так, а не иначе, у Маркса нет.

Мы видим там только написанные им мнения под сиюминутное даже умонастроение. доказательством чему служат часто диаметрально противоположные выражения в разных главах его работы. Например, в одном месте он заявляет: "прибавочная стоимость и прибыль представляют одно и то же и равны также в числовом выражении", а в другом, когда желает показать невежество современных ему вульгарных экономистов: "политическая экономия... игнорирует различие между прибавочной стоимостью и прибылью", или уже прямым текстом: "прибыль выражается величиной, которая численно отлична от прибавочной стоимости". Это говорит о непонимании им объектов, поскольку если есть численное отличие, то что мешает указать какой из объектов... больше, и этим закрыть тему? Философский характер работы отражен и в том, что у Маркса нет однозначных определений используемых им терминов и понятий. Нет у него определения, собственности, частной собственности и даже... капитала. Точнее, определения есть, но их слишком много, и оные разнятся по контексту. Итак, работу Маркса можно рассматривать как философский трактат, не очень обременённого знаниями и весьма самонадеянного индивида, не более... Но и философы, каковые имеют обыкновение не утруждать себя доказательствами, иногда случайно высказывают здравые суждения (на полуэмпирическом, уровне их интуиции). А как с этим делом обстоит в "Капитале" Маркса?

Рассмотрим, как решает Маркс проблему стоимости. Сначала интересное его замечание: "...понятие стоимости в древнем мире не встречается. Стоимость... встречается лишь в юридическом смысле при разоблачении обмана". Обмен-торговля, оказывается, существует тысячелетия, а понятия стоимости там нет. Понятия: товара, цены, денег и пр. есть, а вот до стоимости народ как-то не додумался. Уже одно это должно насторожить, когда экономист для объяснения чего-то вводит понятие, не существующее в природе вещей и в природе отношений рынка. Да и Маркс говорил: "в стоимость...

не входит ни одного атома вещества природы". А наука, изучающая потустороннее, имеет отличное от политэкономии название.

Но, как факт, существует рынок, где товары меняются-продаются-покупаются, а критерий для обмена "шила на мыло", никак учёными не просматривается. Да в науке иногда вводят и невесомые и даже не наблюдаемые объекты (флогистон, или тепловая жидкость), но по мере накопления данных и совершенствования теории, от них неизбежно отказываются. А вот в экономике, с лёгкой руки, кажется, А.Смита фантом стоимости закрепился, и жив по сей день. Более того, на его основе, как грибы на больном дереве продолжают размножаться и жить: и новые экономические школы, и течения. Итак, по какому критерию на рынке идёт обмен?

Поголовно все экономисты в качестве принятой аксиомы уверены, что обмен происходит по фантому стоимости товаров: "Учение о стоимости есть пробный камень для определения достоинства экономических систем", - это слова Маркса. Ещё: "Обмен или продажа товаров по их стоимости есть рациональный принцип". Рационален, или иррационален принцип - это должна подтвердить практика, но не голословное заявление. А эта фраза Маркса рассчитана на запугивание малодушных учёных-экономистов: "отказаться от самого понятия стоимости, следовательно, отказаться от всякой возможности научного познания в этой области". Фраза звучит сочно и "убедительно", но доказательства её истинности у Маркса нет - декларация...

Но, согласимся с этим принципом, и зададимся естественным вопросом: каким способом и в каких единицах измерять стоимость, ибо ясно, что если корову не меняют на курицу, то их стоимости разные, ибо у одного из этих товаров стоимость интуитивно больше, а: "Обмен... по... стоимости есть рациональный принцип". Как однозначно найти стоимость товара, дабы произвести обмен, тем более, что обмен весьма древнее действо, а: "Экономическое понятие стоимости в древнем мире не встречается". На это у Маркса есть весьма интересный ответ, что способность к обмену, якобы, заложена: "в природном инстинкте товаровладельцев". Ну, во-первых не природных инстинктов не бывает, и этакое словосочетание сродни: "утоплому трупу мертвого человека", высмеянное Чеховым. Во-вторых, в природе товарообмена нет. Товарообмен - это продукт эволюции человеческого социума, т.е. явление... не природное. И это лишний раз доказывает на фантомное происхождение стоимости из... голов экономистов. Но объект стоимости введен и должен как-то измеряться. Как поступают в науке с реальными объектами. Если некоторые объекты обладают общим свойством (например, весом), то, как единицу этого свойства, принимают свойство одного (масштаб, эталон) объекта, а остальные выражаются численно в принятом масштабе. Всё и просто, и понятно. Но как поступить со стоимостью, куда: "не входит ни одного атома вещества природы", что принять за единицу стоимости? Поскольку стоимость (как, напр., вес) есть свойство-атрибут товара, то можно в качестве меры стоимости взять любой товар, принять его за единицу-эталон стоимости, и в отношении к "единице" измерять стоимости остальных товаров. А здесь возникает парадокс рекурсии, указанный Марксом. Дабы найти стоимость товара относительно эталона, их нужно обменять по... стоимости. Короче, если принять, что товары меняются по их стоимости, то стоимость можно определить только как итог операции обмена, но не как её предпосылку. Так у Маркса для спасения принципа обмена по стоимости появляется ещё фантом меновой стоимости, который ничего не проясняет, а только вносит добавочную путаницу, порождая такие перлы: "Различие между реальной стоимостью и меновой стоимостью основывается на том, что даваемый в торговле эквивалент не есть эквивалент". Итак, в попытках найти эталон стоимости, Маркс, сам того не замечая, ушёл от обмена эквивалентов, ради чего и затевался сыр-бор с введением фантома стоимости. Да и сама меновая стоимость далеко не стабильна. В урожайный год овца идёт за 5 мешков зерна, а при недороде и бескормице за мешок зерна можно выменять 5 овец. Попытка найти эталон стоимости с помощью стоимости меновой - терпит крах, но так и остаётся (в описательном плане) в "Капитале" Маркса.

И Маркс пошёл другим путём. Он предложил измерять стоимость товара затратами труда по его изготовлению. Чем больше труда затрачено, тем большей стоимостью обладает товар. И всё бы ничего, но как измерять (и в каких единицах) сам труд? Все знают, что труд бывает разного качества: физический или умственный, лёгкий или тяжелый, на себя или на "дядю", добровольный или принудительный, квалифицированный или примитивный, профессионала или ученика, качественный или халтурный, нечто производящий или типа услуг, труд бывает созидательный или разрушительный и даже полезный или... бесполезный (мартышкин) труд. Как при таком разнообразии качеств труда найти для него единую меру и единый эталон? Да и определения труда у Маркса нет. По идее, труд это некий, особенный вид деятельности, а деятельность можно определить как изменение, производимое живым организмом в себе или в окружающей среде. Когда вы поёте на сцене перед зрителями, или в лесу для собственного удовольствия, то деятельность ваша одинакова, а какую из них можно назвать трудом? Я бы отнёс к труду пение на сцене, просто потому, что мне за него заплатят, или потому, что я от этого получу прибыль. Пение в лесу прибыли не даёт, это затраты типа затрат на репетиции. Но и это можно рассматривать как неизбежные затраты в счёт прибыли в будущем, которая может быть, а может и не состояться. Я бы определил труд, как деятельность, приносящую действительную, настоящую прибыль. Если вы потрудились в надежде прибыль получить, но её так и не получили, то ваша деятельность - т.н. мартышкин труд. Если вы 8 лет насиловали ребёнка музыкой, а он стал шахтёром, то его и вашу деятельность на музыкальном поприще к труду отнести нельзя (к убыткам - можно), а если ребёнок стал Ростроповичем, то занятия музыкой (затраты) не пропали даром, ибо дают в данный момент реальную прибыль. Почему Маркс не провёл подобных рассуждений, дабы конкретизировать понятие труда - не ясно.

Итак, понятие труда Маркс не определил, но по потребности контекста подразделял труд на производительный и непроизводительный. По-моему непроизводительный труд - это что- то из области: не мокрой воды, или глухонемого певца, - нонсенс по смысловому сочетанию. Но и тут имеем неоднозначности. C одной стороны: “лишь тот труд производителен, который производит непосредственно прибавочную стоимость11, а с другой: “производителен тот труд, который представлен в товарах". А прибавочную стоимость у Маркса приносит только труд на капиталиста, а не на себя. И его уточнения: “работы, которые могут быть потреблены лишь как услуги... следует... рассматривать... не... производительным трудом11. Зачем эти натяжки, они не нужны, если под трудом понимать деятельность, приносящую реальную прибыль (или прибавочную стоимость'), а иные виды деятельности в экономике вообще не рассматривать.

Короче говоря, имеется неопределённое понятие: труд, во многих качественных ипостасях, который нужно чем-то мерить и, вполне естественно, выбрать для этого эталон измерения. Я бы, как человек, знающий естествознание, в качестве меры труда принял бы энергозатраты, которыми сопровождается любой физический труд. Чем больше затрачено энергоресурсов и “человеческой11 энергии на производство товара, тем больше работа по его изготовлению, и соответственно больше затрачено труда, и тем выше должна быть его стоимость. Энгельс во всяком случае занимался естествознанием, писал много работ по баллистике, разбирался, как механическая энергия переходит в тепло и обратно, и, потому, мог бы подсказать Марксу эту меру измерения труда. Но этого не случилось. Я не знаю знал ли Маркс о калорийности пищи. Скорее всего этого понятия в позапрошлом веке ещё не было. Но паровую машину он видел, и знал, что часть энергии топлива она превращает в механическое движение, а часть теряется в виде теплового излучения. Hy почему бы с этой позиции не рассмотреть рабочего. Он потребляет пищу, которая просто должна давать ему энергию, часть которой теряется на поддержание температуры тела и метаболических процессов в организме, а другую - можно использовать на трудовую деятельность. Маркс знал, что рабочим, занятым тяжёлым трудом, требуется больше пищи, чем безработным, но труд рабочих с энергозатратами не связывал, по простой причине: ему (для обоснования т.н."эксплуатации") было необходимо чтобы "его рабочий" мог за минимальную зарплату работать: или 6 часов на воспроизводство своего существования, или плюс к ним 4...6 часов на эксплуататора. Приняв энергетическую меру для труда, Марксу пришлось бы признать, что труд у шахтёра чуть больше, чем у дворника, и что шахтёру надо больше кушать, значит, шахтёр производит больше стоимости. Но, по его теории, все рабочие сидят на минимуме зарплаты не зависимо от вида их деятельности. И ещё причина почему Маркс отказался от такой меры труда и стоимости. Даже бездельник (и безработный) должны что-то кушать, для поддержания жизни. Шахтёр должен кушать больше бездельника. Значит капиталист-эксплуататор, чтобы эксплуатировать труд рабочего должен оплачивать не только его энергозатраты на трудовой процесс, но и на... поддержание жизни. Здесь скрытый парадокс. Безработному капиталист не платит, а рабочему, кроме оплаты его труда, капиталист должен восполнять затраты на метаболизм, или на поддержание жизни. И кто при таком раскладе кого эксплуатирует? Даже если капиталист сполна оплачивает труд рабочего, то он просто обязан давать ему деньги "на жизнь", т.е. платить больше. Поэтому, в такой (энергетической) мере труда, прибавочной стоимости вообще быть не может. Будет работяга вместо 6-й часов пахать 12, - значит, и затрачивать больше т.н. "энергии мускулов", - будь добр, восполни эти добавочные затраты, дабы трудящийся не отдал концы... Итак, для обоснования принципа эксплуатации труда капиталом в теории Маркса энергетическая мера труда, как мера отвечающая понятию работы не подходит. Надо придумывать что-то другое...

И Маркс придумал, меру труда, точнее, из двух зол выбрал меньшее: "Рабочее время, или количество труда, есть мера стоимостей", или: "труд получает свой масштаб в естественных мерах времени, часах, днях, неделях и т.д.", и пошёл клепать экономику. Почему клепать? Да потому, что разночтения в его теории иными средствами соединить невозможно. Вот что он говорит в адрес Франклина: "Рабочее время с самого начала представляется у Франклина в экономически одностороннем виде как мера стоимостей". Значит и экономика Маркса тоже односторонняя. C наивностью, похожей на наглость, Маркс вопрошает: "... стоимость есть не что иное, как содержащееся в товаре рабочее время... каким образом могут товары, вовсе не содержащие в себе труда, обладать... стоимостью?". Ответ на этот вопрос - просто гениален: "Те представляющие исключение товары, которые имеют цены, но не имеют стоимости, не входят здесь в наше рассмотрение". Оказывается, что не только есть товары не содержащие труда (но имеющие стоимость), но и есть товары, не имеющие стоимости, а имеющие цены. Но это товары-исключение (не ясно, исключение из теории, или жизни), и их рассматривать нет резона. Итак, рабочее время есть мера и количества труда и мера стоимости. Докажем, что подобная "мера" порождает кучу противоречий, и что этого... просто не может быть.

Во-первых, поговорим о времени. Оценка времени в той или иной мере присуща многим живым организмам (например, многие просыпаются в одно и то же время), но у человека это понятие осознано, и обретает масштаб^талон и числовую оценку. В качестве эталона берут какой-то естественный периодический процесс (год, сутки) и количеством периодов меряют время. По мере совершенствования знаний, эталон времени уточняется и совершенствуется. Но так было не всегда, и большинство народа имело о времени (в его современном смысле) весьма смутное понятие (год-день, утро-вечер, и многим этого было достаточно), а торговля и товарообмен были. И точность определения времени дня была очень низкой, за отсутствием привычных нам часов, и интервал того же рабочего времени оценивался при необходимости на глазок: "выйдя около шестого и девятого часа, сделал... (20:5 От Матфея)". Потому вопрос Маркса: "Что было бы без часов в эпоху, когда решающее значение имеет стоимость товаров, а потому и рабочее время, необходимое для их производства?", граничит с издевательством. Торговля процветала, бартерный обмен по эквиваленту его труда-времени-стоимости - тоже процветал, а часов, для оценки труда-времени, у трудового народа не наблюдалось.

Во-вторых, поговорим об оценке трудового времени. Затраты времени, на производство своего товара худо-бедно можно оценить. Почему худо-бедно? Просто потому, что если даже вы точно измерите своё время по производству товара, то как вы узнаете какое время ушло у производителей сырья, из которого вы изготовили товар? Ведь в итоговую стоимость товара, кроме т.н. живого труда, входит и мёртвый труд уже овеществлённый в том же сырье. Итак, вопрос о полной стоимости товара, об оценке всего времени-труда остаётся открытым...

В-третьих, поговорим о самом товарообмене. Пусть вы всё же сумели точно оценить затраты времени, на производство своего товара, вынесли его на рынок и хотите обменять его на другой товар, как того требует Маркс, по эквиваленту стоимости. А как вы узнаете то время, которое затратил ваш контрагент на своё производство? Насколько я знаю, на рынке о времени и трудозатратах спрашивать не принято. А даже если вы спросите, то где гарантии, что вам ответят правду, а не завысят в десяток раз свои трудозатраты? Спрашивать об этом, как видим, - бесполезно. А как при отсутствии данных о труде-времени-стоимости товара, да произвести обмен по эквиваленту неизвестной стоимости, - знает только гений Маркса.

В-четвёртых. А связаны ли (если не строго функционально, то хотя бы корреляционно) рабочее время и труд? Поскольку труд-работа в физическом его-её смысле есть скалярное произведение вектора силы на вектор скорости и на время, то возникает большое сомнение в однозначности такой связи. Да, хотя работа и пропорциональна времени, но скалярное произведение двух векторов меняется от максимального значения, равного произведению модулей этих векторов, до минимального значения, равного этому произведению со знаком минус. Короче, труд-работа может быть полезной (создание чего-то) и вредной (разрушение чего-то), т.е. разрушение чего-то тоже требует труда, но означает уничтожение и вещи и... её стоимости. Но за созидание, и за разрушение платят деньги. И в подтверждение этого слова- откровение Маркса: "война есть один из самых первобытных видов труда.А ведь солдат ничего не созидает, а разрушает, и в трудах разрушения потребляет: "черные бомбы, белые снаряды и желтые патроны", плюс довольствие, плюс технику и ко всему этому... зарплату. А разграбление противника (в случае победы) трудовой стоимости не создаёт, а меняет только собственника тех вещей, что уцелели после ратного труда. Труд и время затрачены, а в итоге всё же оплаченные, но общие потери обеих сторон. Значит труд, хотя он и пропорционален времени, но в итоге может и разрушать, и созидать вещи-стоимости. И рассматривать только процесс создания стоимости без его противоположности, как разрушения - анти диалектично.

В-пятых, в дополнение к предыдущему, но о связи рабочего времени-труда и стоимости. Как мы выяснили из предыдущего, труд созидательный всегда положительная величина, он нечто создаёт, и, потому, вместе с товаром, или вещью создаёт и стоимость, и эта стоимость, при прочих равных условиях пропорциональна времени труда. Но эти т.н. "равные" условия (скаляр произведения силы на скорость) могут сильно разниться. Аналогом скорости в труде человека служит интенсивность-производительность этого труда, а эта величина для разных индивидов может разниться в десятки раз. Аналогом силы в труде человека служит как сама сила человека, так и его навыки-квалификация, а эти вещи тоже не у всех тождественны. Вот и получается, что если учитывать энергозатраты в создании стоимости, то время не может быть прямой мерой стоимости (в частности), да и любого процесса вообще, - люди работают по разному. Но д-р Маркс (чисто декларативно) заявляет: "Так как труд есть движение, то его естественной мерой является время". Я в физике такого не встречал. Получается, что мерой любого движения есть время, поэтому в природе все движения-изменения должны быть... тождественны и по качеству, ибо имеют единую для них естественную (!?) меру от Маркса.

В-шестых, - это проблема стоимости квалифицированного труда. Что следует понимать под квалификацией. Здесь у Маркса два варианта. Или это труд, требующий особых навыков и длительного обучения: "труд ювелира дороже труда чернорабочего", или же труд мастера, который делает всё быстрее, выпускает мало брака и его продукция более качественная, т.е. дольше служит, как потребительная стоимость. Например, у Маркса: "...рабочий принадлежит к лучше оплачиваемому классу наемных рабочих... труд которых есть квалифицированный труд, стоящий выше среднего труда". Короче, при том же рабочем дне, или при тех же затратах времени-труда оплата квалифицированных рабочих почему-то выше. Рассмотрим первый случай, когда для определённого вида деятельности требуется длительное обучение, и, соответственно затраты со стороны учащегося (получение высшего образования и т.п.). В этом случае квалифицированный труд должен оплачиваться выше для компенсации затрат (на образование). Напомню, что по Марксу любой труд за равное время создаёт равные стоимости, и если есть разница в его оплате, то причина этого может быть только внешняя. И здесь-το и возникает вопрос о количественном соотношении в оплате квалифицированного и простого труда. Ведь если это соотношение постоянно, то почему Маркс его не привёл? А если нет, - то чем оно определяется? И ещё. Пусть я имею высокую квалификацию. Но если я не могу найти работу по специальности, то затраты на её приобретение мне не окупятся. Если я поработаю по специальности несколько лет, то смогу окупить затраты, а если повезёт и я буду работать по специальности всю жизнь, то получу дополнительную прибыль. Как это увязать с тем положением, что по Марксу рабочий живёт на "минимальном пайке" и прибыли вообще не имеет? Рассмотрим парадокс второго случая получения квалификации, за счёт роста мастерства рабочего в процессе труда. Рассмотрим двух рабочих. Первый всю жизнь работал "на лопате", не проявляя к работе интереса вообще, а второй, начал с подмастерья и "дослужился" до вершин мастерства, т.е. он сам обучался в процессе работы. Но и обучение, и самообучение стоят денег, поскольку итоговый результат одинаков. В этом случае тот, кто обучался самостоятельно, должен получать меньше, ибо для обучения использовал ресурсы предприятия и... своё рабочее время, а за всё надо платить. Парадокс в том и состоит, что если самообучение и рост квалификации идут непрерывно (всю жизнь), то и оплата труда, у такого квалифицированного (и непрерывно повышающего своё мастерство) работяги, должна быть ниже, чем у его ленивого и примитивного коллеги. И как тогда понять эту фразу Маркса: "Если стоимость этой [квалифицированной] силы выше, то и проявляется она зато в более высоком труде и овеществляется поэтому за равные промежутки времени в сравнительно более высоких стоимостях". - как не полный его отказ от попыток измерять труд однозначно рабочим временем? Ведь здесь нам прямым текстом говорят, что за равные промежутки времени можно создавать не только стоимости, но и... более высокие стоимости. Интересно, а можно ли за равные промежутки времени создавать... более низкие стоимости? Если это возможно, то по логике, за равные промежутки времени можно создавать любые стоимости. Тогда гипотеза о возможности измерения стоимости рабочим временем терпит крах. А если это не так, то где доказательство, или хотя бы упоминание об обратном? Доказательств нет, но взамен д-р Маркс преподносит очередной перл: "три рабочих дня одной страны могут обмениваться на один рабочий день другой страны. Закон стоимости претерпевает здесь существенную модификацию. Или рабочие дни различных стран могут относиться друг к другу так, как внутри одной страны квалифицированный, сложный труд относится к неквалифицированному, простому труду". Вам не стало дурно? Тогда обратите внимание на категорическое-однозначное число: "три" в начале фразы. Откуда его извлёк мэтр - не ясно. По смыслу термина модификации, оный означает, корректировку, уточнение, улучшение, но уж никак, не отрицание начального положения. И, обратите внимание, что здесь речь идёт о двух странах, и об эффективности в них рабочих дней. А что будет если взять третью страну? Какое отношение её эффективности будет к двум первоначальным? Мало вероятно, что это отношение будет однозначным. А как выбрать из двух стран, ту одну, внутри которой труд квалифицированный и неквалифицированный соотносятся, как эффективность времени этой страны и (произвольной) другой? А что будет если страны поменять местами? Изменится ли это соотношение на обратное, или останется прежним? Спасает положение волшебное слово "могут", означающее, что на эту фразу и читатели "могут положить" всё что у них есть...

И в-седьмых. Рассмотрим проблему отрицательной стоимости, может ли таковая иметь место в теории трудовой стоимости, как таковой. Выше было отмечено, что труд может быть созидательным и разрушительным. Созидательный, или, по Марксу, производительный труд создаёт не только стоимость но и прибавочную стоимость. Но бывает труд и разрушительный (хотя этот вид труда мэтром не исследован), который стоимость уничтожает. Кстати, если в потреблении вещь полностью уничтожается (пища, энергоресурсы), то и её стоимость тоже исчезает: "Потребительная стоимость... товаров... потребляется, и вместе с тем исчезает... и его стоимость". Возможно, что это одна из причин, по которой Маркс отказался изучать такое затратное потребление, - исчезла необходимость изучения факта уничтожения стоимости. У Маркса бывает труд и вовсе не создающий стоимости (труд купца). Значит, труд способен создать положительную и... нулевую стоимости, равно нулевую стоимость может "создавать" и полное безделье. А можно создать отрицательную стоимость? По логике это невозможно, т.к. безделье не создаёт ничего, а труд если он стоимость создал, то только положительную. И, тем не менее, безо всяких пояснений у Маркса находим: "добавочный продукт... Он может представлять минус стоимости", а условия, когда это "может" может реализоваться Марксом не указаны. Или так: "Стоимость, в которую обходится та или иная машина, всегда является минусом···"· Здесь, несмотря на категоричное: "всегда" (вместо неопределённого: "может'"), тоже не поясняют, как понять сам феномен отрицательного фантома трудовой стоимости.

Как говаривал Энгельс (только не в адрес Маркса): "Пойми, кто может, - я же отказываюсь".

8.

<< | >>
Источник: Шамшин В.Η.. Экономика воровства (анти - "Капитал"). - Издательство «Альбион» (Великобритания),2015. - Количество с. 614, рис. 2. 2015

Еще по теме Проблемы измерения стоимости трудом:

  1. Проблема средней нормы прибыли у Маркса
  2. § 1. Сущность и методы измерения производительности труда
  3. Конкурентоспособность экономики России и отечественных корпораций в глобальном измерении
  4. Проблемы измерения стоимости трудом
  5. Парадоксы "стоимости" у Маркса
  6. Проблемы капитала в "Капитале" Маркса
  7. ОГЛАВЛЕНИЕ
  8. Вопрос 2. Измерение валового внутреннего продукта.
  9. ЯЗЫК В СЕМАНТИЧЕСКОМ ИНФОРМАЦИОННОМ ПРОЦЕССЕ (ПРОБЛЕМА РЕЧИ И ДЕЙСТВИЯ)
  10. 2. Форма стоимости, или меновая стоимость
  11. 1.Постановка проблемы и ее решение: сокращение необходимого рабочего времени в результате понижения стоимости рабочей силы
  12. 2. Образование общей (средней) нормы прибыли и превращение стоимости товаров в цену производства
  13. Системы измерений как основная причина неэффективности
  14. История двух систем измерений
  15. Основы оценки стоимости предприятия [бизнеса)
  16. Управление стоимостью предприятия