<<
>>

Клепсодинамический подход к физическому вакууму и шуньята Мадхьямики Прасангики.

Начнем с проблемы элементарности .

В ККД в зависимости от представлений, приводимых и неприводимых относительно различных мировых роев в М ("мировой клепсидре") у частицы то появляется, то исчезает микроструктура и, следовательно, она не элементарна при её появлении и элементарна при её исчезновении . Отсюда значит, что элементарные (бесструктурные в классическом смысле) частицы в М при переходе в М в одних условиях "приобретают" микроструктуру, становясь составными частицами, а в других - сохраняют свою бесструктурность, стало быть, элементарность.

Теперь сказанное выше сопоставим с высказыванием самого Нагарджуны: "Ибо те вещи, происхождение которых взаимообусловлено, не имеют

самосущего: оно отсутствует по определению. Почему? Из-за зависимости от причин и условий. Ибо если бы существующие вещи имели самосущее, то они были бы беспричинны и безусловны. Но они не такие. Поэтому о бессамосущих говорится, что они пусты в силу бессамосущности. Значит, и моё высказывание в силу взаимозависимого происхождения лишено самосущности, но в силу бессамосущности оно пусто и достоверно" [курсив мой - Д.О.]. Из нашего сопоставления следует, что концепция взаимозависимого происхождения Нагарджуны не проливает дополнительного света на критерий элементарности частиц (в этом смысле не обладает необходимой эвристичностью данная концепция на своем первом грубом уровне - зависимости от причин и условий).

Если подвергнуть анализу этот критерий с позиции третьего тонкого уровня взаимозависимого происхождения Мадхьямики Прасангики - зависимости существования феноменов от обозначения мыслью, то, на наш взгляд, можно обнаружить возможную эвристичность этого положения буддизма. Дело в том, что когда вначале Вигнер конкретизировал понятие элементарной частицы посредством понятия неприводимого представления Р в Н, а позже Бранский конкретизировал его с помощью понятий ККД: ультрарелятивистского пакета, макро- и микроструктур и др., то они несомненно, как выразились бы прасангики, обозначали мыслью достоверные основы общеизвестных элементарных частиц, не противоречащих относительной достоверности и номинальному существованию. Говоря в общем, можно предположить, что рациональный смысл тонкого уровня взаимозависимого происхождения - зависимости существования феноменов от обозначения мыслью заключается в том, что семиотические (знаковые) средства играют эвристическую роль в постижении действительности. Дело в том, что любое знание, выраженное вербально, т.е. в языковой форме, является системой семантических и синтаксических значений дескриптивных и логических терминов. В свою очередь, любой дескриптивный термин включает в себя два компонента: собственно концепт (смысл) и его проекцию на обозначаемый термином объект (денотат). Как тут не вспомнить "проекцию ума" читтаматринов? Кроме того, структура дескриптивного термина, т.е. связь имени (номина) с обозначаемым им объектом (денотатом) без "подгонки" походит на взаимосвязь достоверной основы и данного ей наименования прасангиков . Между

тем, они говорят, что объекты существуют просто номинально. Но последнее у прасангиков означает отрицание всех других видов существования - истинного существования, самобытия, существования со стороны объекта. Позже вернемся к этому.

Речь выше шла только о дескриптивных терминах, ибо логические термины не имеют денотатов и по причине этого не являются именами, следовательно, не выражают концепты и не интенциональны.

Их роль в предложении - придание ему логической формы. Поэтому к номинальному существованию прасангиков они не имеют отношения. Материальной "оболочкой" (субстанцией) знания как идеального феномена выступает язык (речь или тексты). Мыслительные процессы, происходящие в сознании человека, опираются на речь как на субстанцию мыслей. Вместе с тем, речь состоит из слов и предложений, т.е. знаков, обозначающих мыслительные образы.

Геше Тинлей, обсуждая проблему поиска неделимой частицы как субстанционально существующего объекта, приходит к выводу о том, что в ходе этого поиска у ученых могут "возникать очень много терминов наименований (курсив наш - Д.О. По нашей терминологии, множество умозрительных концепций, иерархии метафорических теорий и функциональных моделей как в поиске общей ТЭЧ), но ни единого субстанционально существующего объекта" ученые не обнаружат. Этот вывод был бы достоверным по отношению к физическому вакууму (согласно квантовой клепсодинамике), а не по отношению к элементарным частицам. В то же время Геше Тинлей имплицитно признает эвристическую роль "терминов и наименований" в научном поиске, т.е. семиотических (знаковых) средств и систем в постижении мира . Эту роль красноречиво подтверждает "непостижимая эффективность" математики в естественных науках (теории групп в физике элементарных частиц вообще, теории представлений группы Пуанкаре в "пространстве" Гильберта в частности), граничащей с мистикой . Абсолютизация относительной самостоятельности знаковых структур привела Е. Вигнера к мистической непостижимой

эффективности математики в физике, а прасангиков (последователей Нагарджуны - Арьядеву, Шантидэву, Буддапалиту, Чандракирти и др.) - к номинальному существованию объектов, исключающих все другие виды их существования: истинного существования, самобытия, существования в силу собственных характеристик (Сватантрика), т.е. со стороны объекта.

Таким образом, эвристическая функция тонкого уровня взаимозависимого происхождения прасангиков - зависимости от обозначения мыслью заключалась бы в эффективности знаковых структур, выбранных на основе основополагающих научных принципов, адекватных постигаемой реальности и, в свою очередь, отобранных на основе эффективных философских принципов. По отношению к физике сказанное сводится к выбору фундаментального теоретического закона на основе фундаментальных теоретических принципов (или принципа), обладающего эффективными объяснительной и предсказательной функциями. Новая формула как математическая знаковая структура выбирается из множества новых математических структур (как правило, из новых разделов математики) не на основе чисто формальных соображений, а на основе содержательных допущений - теоретических принципов. Воистину как утверждает П. Дирак: "Изящная математика сама по себе не является достаточным основанием для того, чтобы теория оказалась истинной. Мы все-таки должны учиться искать фундаментальные принципы природы"1. Так сказать, плодотворный поиск фундаментальных принципов природы направляется "серьезной" философией (В. Гейзенберг). На наш взгляд, мера этой "серьёзности" определяется эффективностью философских принципов в выборе фундаментальных теоретических принципов из множества умозрительных принципов. Поэтому выбранный В.П. Бранским квантовый принцип относительности (КПО) на основе философского принципа - принципа онтологического негеоцентризма (или немакроцентризма), серьёзно претендует на роль фундаментального теоретического принципа будущей общей ТЭЧ.

Думается, не будет ошибкой наше утверждение о том, что этот принцип на стадии программного исследования ККД выдержала проверку методом потенциальной дедукции. Дело в том, что преяеде (т.е. в рамках суперполевого подхода к ТЭЧ) независимые фундаментальные проблемы физики частиц, такие как проблемы внутренней симметрии, фейнмановского взаимодействия, локальной калибровочной инвариантности, элементарности, калибровочных эффектов (асимптотической свободы и конфайнмента, хиггсова поля и хиггсова механизма генерации масс, грандсимметрии и суперсимметрии и др.), классификации элементарных частиц, виртуальных частиц и физического

вакуума и др., оказались в квантовой теории относительности (КТО) связанными (как сказали бы прасангики они имеют взаимозависимое происхождение) и получают решение из одного источника - КПО. В последнем смысле, если можно так называть, буддийский принцип взаимозависимого происхождения в смысле методологического требования проблемной простоты ("правила гордиева узла" (В.П. Бранский) могла бы сыграть селективную функцию в отборе теоретических принципов в научном познании.

В ходе построения КТО и её, так сказать, контуров В.П. Бранским были введены в научный обиход много новых немакроскопических понятий и представлений ("терминов и наименований", по Геше Тинлею) типа: "квантовой системы отсчета" (КвСО), "мировой клепсидры" (М), "индукционно-редукционного процесса" (ИРП), "ультрарелятивистского пакета", "микроструктуры", "макроскопизации" и др. В свою очередь, эти новые понятия и представления (тем более в силу своего немакроскопического характера) требуют, если можно так выразиться, "макроскопизации" и интерпретации. Это требование, согласно Прасангике, гласило бы примерно так: связать эти термины и наименования, данные ("обозначенные") мыслью с достоверными основами, которым они присвоены. В связи с этим ещё раз подчеркнем, когда в Мадхьямике Прасангике постулируется номинальное существование, под последним имеется в виду не только одно лишь наименование, а его связь с достоверной основой, т.е. с денотатом. Следовательно, общеметодологическое значение мадхьямического принципа взаимозависимого происхождения в его тонком уровне - зависимости существования феноменов от обозначения мыслью заключается в требовании последовательного проведения семантической, эйдетической и эмпирической интерпретации (в общем, физической интерпретации) теоретической гипотезы (математической схемы) в физике, т.е. в конечном счете опытного обнаружения (и потому достоверной) основы для наименования, иначе, сам искомый объект. Согласно нашей первоначальной задаче, таковым является физический вакуум.

Вернемся теперь к элементарным частицам. Согласно квантовой клепсо динамике, они возникают в результате индукционно- редукционного процесса в мировой клепсидре. ИРП в М как нефейнмановское взаимодействие в количественном отношении описывается обобщенным уравнением Вигнера. В нем присутствуют в качестве достоверной основы для обозначения мыслью (по Прасангике) не сами частицы, а групповые свойства частиц. Последние определяют, вопреки мнению Демокрита (он предполагал, что "истинно элементарные"

- неделимые объекты типа атомов должны быть абсолютно стабильными), изменчивость (взаимопревращаемость) элементарных частиц. Если быть более точным, то квантованная группа Пуанкаре Р в квантованном "пространстве" Гильберта Н объясняет сочетание изменчивости частиц с отсутствием у них макроструктуры. Таким образом, теоретико-групповой механизм взаимодействия позитивно разрешает одну из неразрешимых антиномий Канта: в равной степени можно доказать как то, что "истинно" элементарные частицы существуют, то и то, что их нет.

Если обратить наше внимание к среднему уровню взаимозависимого происхождения прасангиков - зависимости существования феноменов от частей, то нам необходимо проанализировать в свете ККД так называемые "композиционные" модели "элементарных" частиц, принадлежащих "ядерной аристократии". Рассмотрим, к примеру, общеизвестную кварковую модель адронов . Сразу заметим, сам термин "кварк" для обозначения гипотетической частицы заимствован Мюрреем Гелл-Маном из романа Джеймса Джойса "Поминки по Финнегану", в котором он обнаружил такую строку: "Три кварка для мистера Марка", т.е. совершенно произвольно, причем, как сказали бы прасангики, когда достоверная основа для обозначения мыслью этим словом была абсолютно неизвестна науке и противоречила относительной достоверности и номинальному существованию. Поэтому главной проблемой новой теории - квантовой хромодинамики (КХД) стала проблема реального существования кварков . Дело в том, что кварки - частицы не встречающиеся в свободном состоянии. Они удерживаются внутри "бесцветных" адронов как в "плену" и практически невозможно освобождение кварков и глюонов из адронного плена. Такое "пленение" частиц внутри составной частицы называется конфайнментом.

Из сказанного вытекает, что кварки (и глюоны, связывающие их в

адроне), как сказали бы прасангики, не обладают самобытием (самосущностью), существуют в зависимости от целого, т.е. от адрона, частями (элементами) которого они являются. По Прасангике, адрон пуст, ибо его существование зависит от частей-кварков и глюонов. Следовательно, адрон внутренне как бы "разделено" на противоположные части, одна из которых представлена кварками, другая глюонами (так называемым глюонным конденсатом). "Внутренняя связь аддитивных кварков в адроне, - пишут Г.М. Верешков, JI.A. Минасян, В.П. Савченко, - как предполагается в настоящее время, обусловливается особенностями глюонного вакуумного конденсата" . Следовательно, в КХД глюонный вакуумный конденсат определяет целостность адрона. В физике сильных взаимодействий так называемые вакуумные конденсаты представляют собой области перестроенного вакуума с ненулевой энергией. Значит, в вакууме КХД нарушаются исходные симметрии, сопровождающиеся возникновением вакуумных конденсатов с ненулевой плотностью энергии. Чем не зависимое происхождение прасангиков - возникновение от зависимости от причин и условий Нагарджуны? Более того, по современным (суперполевым) представлениям такие свойства как спин, заряд, масса, цвет и др. возникают в зависимости от взаимодействий с определенным типом вакуумных конденсатов. Все возможные вакуумные конденсаты, стало быть, выполняют как бы функцию макроусловий относительно которых проявляются свойства элементарных частиц.

Вакуумный глюонный конденсат, исходя из сказанного выше, является частью адрона. Вместе с тем, можно утверждать, что любой физический объект как целое в качестве одной из частей содержит определенное состояние физического вакуума. "Вакуумно-глюонный конденсат выступает как конкретно-всеобщая часть целого, является той связью, через которую кварки и адроны раскрываются и как часть и как целое в одном и том же отношении и в одно и то же время" . Исходя отсюда, диалектическое тождество части и целого, по мысли авторов статьи, дает методологическое обоснование конфайнмента кварков. Следуя в некотором роде мадхьямической холистской традиции, они утверждают о возможности существования в природе объектов, обладающих структурой, элементы которой ни при каких обстоятельствах не могут быть отделены от них в качестве объектов, обладающих самобытием (самосущностью) или то же и что самостоятельным субстанциональным

существованием. Таким образом, концепция конфайнмента кварков, следуя за мыслью J1.A. Минасян и др., не тривиально обобщает диалектическое соотношение категорий целого и части, что означает тот факт, что в мире микрочастиц из понятия "состоит из" однозначно не следует "делима на". Это значит, в КХД не рассматриваются кварки и адроны как самостоятельные субстанции, а постигаются их свойства в зависимости от макрообстановки (макроусловий), т.е. вакуумно- глюонного конденсата. Как считают Минасян и др., так как в физике высоких энергий масштаб процессов, происходящих в ней, много меньше размеров адрона, то глюонный конденсат можно приближенно принять как макроскопический объект (классическое поле). В свете этого, модель конфайнмента носит изобразительный характер и в целом модель физического вакуума как макроскопической составляющей единого самодействующего суперполя тоже наделена реальностью, т.е. изобразительным статусом. По мысли Минасян и др., ибо, вакуум, порождая макросоставляющую суперполя не исчезает, а продолжает играть роль конкретно-всеобщей части целого, по отношению к которой проявляются такие характеристики микрообъектов, как масса, заряд, спин, цвет и др. В общем, модель физического вакуума, как представляют Минасян и др., имеющей объективный аналог и играющей эвристическую роль в постижении микромира и его объектов и в этом смысле совпадает в основном с моделью шуньяты в смысле взаимозависимого происхождения Прасангики, последователи которой считают реалистической.

Теперь сказанное выше рассмотрим в свете квантовой клепсодинамики. В ней рассматривается так называемый хроногеометрический эффект Зеемана (ХЭЗ), который объясняет превращения (в том числе, множественное рояедение) элементарных частиц, т.е. их изменчивость и многообразие посредством понятия нефейнмановского взаимодействия (ИРП). В числе одного из главных преимуществ ККД перед суперполевым подходом в общей ТЭЧ можно назвать то, что она с помощью ХЭЗ строит естественную теоретическую классификацию элементарных частиц1, обладающей довольно мощными

объяснительной и предсказательной функциями. При этом можно обнаружить независимое совпадение некоторых предсказаний ККД с предсказаниями различных калибровочных теорий. К последним можно отнести предсказания существования хиггсова частицы, скалярных глюонов, лептокварков, гравитино, гравитона и др. Это обстоятельство вполне объяснимо некоторой схожестью квантового принципа относительности (КПО) и принципа локальной калибровочной инвариантности (ПЛКИ), выполняющих фундаментальные функции в этих теориях.

Согласно ККД, в верхней части или поле мировой клепсидры происходит напомним, теоретико-групповая редукция (ТГР), результатом которой является возникновение наблюдаемого спектра элементарных частиц. Между тем, не все мультиплеты претерпевают процесс ТГР до самой верхней границы клепсидры в силу "остаточной" вырожденности по отдельным фундаментальным характеристикам или ограниченной редукции по ним; также внезапно исчезают они, "свертываясь" на промежуточных стадиях ТГР. Поэтому эти мультиплеты не подвергаются экспериментальной редукции и соответствующие им частицы будут ненаблюдаемыми, образуя конфайнмент1. Ненаблюдаемые частицы остаются вырожденными по конкретному значению "цвета" (или "метацвета") и находятся как бы на грани между бытием и небытием: как выразились бы прасангики, они не обладают самобытием, лишены субстанционального существования, так как соответствующие им частицы не существуют в свободном виде. Эти частицы существуют в зависимости от причин и условий, от целого и других частей, т.е., по Прасангике, имеют взаимозависимое происхождение как компоненты "свертывающихся" мультиплетов.

Если обратиться к клепсодинамической классификации элементарных частиц, то можно представить ранее упомянутый нами хиггеов механизм генерации масс частиц, участвующих в калибровочно-инвариантном фейнмановском взаимодействии, следующим образом. При локализации лептонов в макропространстве-времени Минковского М они "теряют" массы и обмениваются безмассовыми векторными флавонами в вырожденном вакууме, образованного из безмассовых скалярных флавонов, т.е. так называемых голдстоуновских частиц. В силу спонтанного нарушения симметрии вакуума (по Прасангике, причин и условий) лептоны и векторные влавоны поглощают скалярные флавоны. В результате возникают массивные лептоны, векторные флавоны (промежуточные бозоны и безмассовый фотон) и скалярный флавон

(хиггсова частица). Стало быть, в зависимости от макроскопизации одной нижней строчки клепсодинамической классификации элементарных частиц1, как говорится, на свет появляется квантовая флаводинамика (КФД) (Вейнберг, Салам и др., 1958-1968). Таким же образом можно истолковать взаимоотношение подсемейств частиц самой верхней и второй сверху строчек этой классификации. Эти интерпретации приведут соответственно к возникновению квантовой мезодинамики (КМД) (Юкава и Сакураи и др., 1935-1960) и квантовой хромодинамики (КХД) (Гелл- Ман, Вейнберг и др., 1965-1974) . Значит, "горизонтальная" макроскопизация клепсодинамической классификации элементарных частиц (горизонтальных строчек табл. 4) приводит к последовательному возникновению ранее нами часто упоминаемой иерархии с несколькими поколениями метафорических теорий суперполевого подхода к общей ТЭЧ, стремящегося сохранить неизменным понятие макроскопического пространства-времени Минковского М. В свою очередь, "вертикальная" макроскопизация её приводит к сложной иерархии функциональных композиционных моделей. "Клепсодинамической основой такой иерархии, - пишет В.П. Бранский, - является существование частиц с различным режимом конфайнмента. Частицы, подчиняющиеся более строгому "пленению", кажутся "более фундаментальными", а менее строгому - "менее фундаментальными". С этой точки зрения кварки являются лишь разновидностью "плененных" частиц. Специфика этой разновидности состоит в том, что к ней относятся частицы с наиболее либеральным режимом "пленения"" . Выходит, что для "разглядывания" частиц со строгим режимом "пленения" нужна очень мощная "лупа", т.е. количество энергии, достигающих астрономических масштабов. По сравнению с более фундаментальными композиционными частицами, так сказать, "сконструированных", из частиц, находящихся в нижней строчке клепсодинамической классификации элементарных частиц (так возникают кварковая модель адронов, преонная модель кварков и лептонов и др.), свободные частицы (к примеру, электрон) должны казаться менее фундаментальными и в этой связи они должны "состоять", в свою очередь, из подобных кваркам или преонам несвободных частиц. Более того, сами кварки состоят из целой иерархии субкварков-преонов разного уровня (согласно табл. 4, последние представлены как метахромоны ("метацветные" частицы), которые должны изучаться по "идее" квантовой

преодинамикой) . Сказанное выше как бы служит основанием иллюзии сложности элементарных частиц, их неисчерпаемости (вспомним ленинский принцип: "Электрон так же неисчерпаем, как и атом"), неприложимости к ним старых представлений бесструктурности, точечности и т.п. Клепсодинамическая трактовка конфайнмента, если можно так выразиться, рассеивает эту иллюзию. Дело в том, что процедура макроскопизации в ККД является не чем иным, как особым вариантом количественной проверки немакроскопических изобразительных моделей посредством функциональных моделей (даже целой иерархией последних). В этом смысле как раз композиционные модели фундаментальных частиц относятся к их числу.

Если вернемся к холистской концепции конфайнмента кварков JI.A. Минасян и др., то в свете ККД она представляет собой не элемент реалистической теории и её кварковая модель адронов не является изобразительной, а в действительности первая является фрагментом иерархии метафорических теорий суперполевого подхода к общей ТЭЧ и вторая - "рядовой" функциональной композиционной моделью (а не привилегированной) из целой иерархии таких моделей. В свою очередь, их концепция физического вакуума как макросоставляющая (вроде классического поля в виде изобразительной модели "вакуумно-глюонного конденсата как конкретно-всеобщей части любой целостности, через которую кварки и адроны раскрываются и как часть и как целое" (единого самодействующего суперполя и его модель - так сказать, из той "когорты", о чем сказано выше. Более того, Минасян, Верешков и Саченко являются "скрытыми" сторонниками своеобразного культа физического вакуума в физике частиц на рубеже ХХ-ХХІ веков , весьма похожего на культ эфира в классической физике на рубеже ХІХ-ХХ веков.

Теперь попытаемся рассмотреть калибровочные эффекты с клепсодинамической интерпретацией в свете Прасангики. В квантовой теории калибровочных полей конфайнмент, хиггсово поле и хиггсов механизм генерации масс, грандсимметрия (проблема происхождения заряда) и суперсимметрия (проблема происхождения спина) как

калибровочные эффекты не находят должного физического (и наглядного) объяснения как в квантовой клепсодинамике. Из сказанного ранее ясно, что процедура макроскопизации в ККД выполняет эту функцию, связывая немакроскопические изобразительные модели процессов, происходящих в мировой клепсидре, с функциональными моделями этих же процессов в метафорических калибровочных теориях. Именно процедура макроскопизации как интерпретация физического смысла функциональных моделей вышеперечисленных калибровочных эффектов указывает на прасангиковские достоверные основы этих эффектов, попутно "онагляживая" их. По Прасангике, стало быть, калибровочные эффекты типа конфайнмента и др. существуют только номинально (они, так сказать, бессамостны, лишены самостоятельного субстанционального существования или самобытия (и самосущности)) как наименования, присвоенные их достоверным основам, обнаруженным, как выразились бы прасангики, в ходе абсолютного и относительного анализов, проведенных ККД. Выше мы постарались воспроизвести основные моменты этих анализов.

Значит, метафорическое объяснение посредством метафорических теорий и их функциональных моделей немакроскопических явлений и процессов является чисто номинальным (формальным) объяснением, только лишь затрагивая количественную сторону последних. Поэтому такое объяснение должно дополняться содержательным (физическим) объяснением, т.е. физической интерпретацией формализованных систем.

Вновь вернемся к физическому вакууму, но рассмотрим его уже через призму Прасангики. Проведенный нами анализ физического вакуума с точки зрения ККД показал, что это понятие в ККД имеет двойственный смысл. Первый смысл данного понятия связан с "пустой" квантовой системой отсчета (КвСО). Следовательно, он как результат вторичного квантования на основе квантового принципа относительности (КПО) есть не особая физическая среда (вроде вакуумно-глюонного конденсата, например), а, благодаря "бесстраекторному" движению того микрообъекта, с которым связана КвСО, является, с точки зрения КлСО, своеобразной "флуктуирующей" пустотой. Эта "блуждающая" пустота настолько "живая", что создает ощущение некой внешней физической среды. А второй его смысл связан с "мировой глобулой" (Г), возникшей в результате макроскопизации ИРП (так как макроскопизация связана с акаузализацией, то дискретная клепсидра превращается в непрерывную глобулу, а не в непрерывный биконус ("мировой биконус")), т.е. совокупностью виртуальных частиц, заполняющих эту глобулу. Заполненная этими частицами глобула Г выглядит с макроскопической точки зрения как некоторая "физическая среда", которую можно

обозначить мыслью "вакуумом", ибо в ней отсутствуют реальные частицы . В действительности вакуум в ККД как некоторая физическая среда ("мировая глобула"), как основа для обозначения мыслью (по Прасангике) не достоверна, ибо он противоречит двум его характеристикам: он не наблюдаем подобно классическому эфиру (не существует как внешний объект и в силу этого противоречит относительной достоверности) и хотя вакуум общезначим (существует его культ, о чем неоднократно упоминали), но лишен субстанционального существования (самосущности) в силу в зависимости от совокупности виртуальных частиц (своеобразных санскрита-дхарм, лишенных самосущности в Прасангике) .

Вакуум как совокупность виртуальных частиц, претерпевающих различные взаимодействия в мировой глобуле, является вспомогательным (функциональным) умозрительным конструктом, а интерпретирующая его макроскопическая модель - функциональной. В свою очередь, вакуум как "пустая" КвСО ("флуктуирующая" пустота в КлСО) является реальным теоретическим конструктом, а его немакроскопическая модель - изобразительной. Как утверждали бы прасангики, в этом смысле вакуум имеет достоверную основу для обозначения мыслью, не противоречащих его трем, указанным ранее, характеристикам. Стало быть, вакуум в первом смысле (как "пустая" КвСО) удовлетворяет наиболее "продвинутому" уровню взаимозависимого происхождения Прасангики - зависимости его от своего наименования. Согласно ранее упомянутой нами цитаты великого Цонкапы, утверждающей о том, что представление о пустоте как сущности взаимозависимости указывает на возможность протекания процессов в пустоте, функциональная по своей природе модель пустоты Прасангики смогла бы сыграть эвристическую роль в становлении квантовой клепсодинамики и возможно сыграет эту роль в становлении общей ТЭЧ.

Сейчас попытаемся подвести некоторые итоги нашему компаративистскому анализу понятий "физического вакуума" и "шуньяты" буддийской философии. Согласно "драгоценнейшему из всех учений" Мадхьямике Прасангике (Будда), её понимание Шуньяты (в данном случае с большой буквы) является конечным воззрением о пустоте буддизма, т.е. носит в силу своей достоверности (с позиций прасангиков)

реалистический характер, а все остальные воззрения о пустоте - метафорический. Имеются в виду воззрения Вайбхашики, Саутрантики, Читтаматры и Мадхьямики Сватантрики1, а модели пустоты, связанные с ними, носят функциональный статус. Надо полагать, что модель пустоты, представленная Мадхьямикой Прасангикой, является изобразительной (так думают все прасангики), т.е. адекватной качественной определенности не самой пустоты, а пустотности всех феноменов. (В этом смысле, на наш взгляд, модель пустоты Прасангики носит функциональный характер). Таким образом, с одной стороны, имеется иерархия метафорических воззрений о пустоте и связанных с ними иерархия её функциональных моделей, в целом отражающих эволюцию идеи пустоты от низших школ буддизма до его высших школ. С другой стороны, имеется иерархия метафорических (даже в несколько поколений) физических теорий (от РКМ и КТП до теории суперструн) и связанных с ними функциональными моделями "физического вакуума". Следовательно, из сопоставления ("исследования параллелей", по Фр. Капре) параллельно выстроенных двух рядов функциональных моделей (и метафорических теорий) "физического вакуума" и буддийской шуньяты вытекают, что:

имеется диспозиция метафорических теорий и воззрений и функциональных моделей с обеих сторон (диспозиция "метафорическое- метафорическое" и "функциональное-функциональное");

при определенных условиях последние могли бы сыграть (взаимно) - эвристическую роль по отношению друг к другу (вернее, играют ретроэвристическую роль, т.е. "задним числом", ибо творцы тех или иных метафорических физических теорий и лежащих в их основе вовсе не подозревали (или не обращали должного внимания) о существовании таких же воззрений и моделей в буддизме, а сами последователи- ортодоксы тех или иных буддийских школ не всегда правильно (умело и уместно) использовали те или иные достижения современной физики для обоснования Дхармы);

исследование параллелей мслсду буддийскими воззрениями и современной физикой чревато обнаружением мслсду ними эвристических (и антиэвристических) точек соприкосновения, обобщение которых могло бы выполнять конструктивно-эвристическую функцию по отношению к формирующейся общей ТЭЧ;

- ортодоксы тех или иных школ буддизма, как правило, считают

воззрения и модели своих школ достоверными и реалистическими, т.е. конечными истинами (например, о пустоте). Также творцы тех или иных метафорических физических теорий и их функциональных моделей принимают их за истинные (метафоризм, т.е. отождествление метафорических теорий с истинными) и изобразительные. Иначе говоря, возникают диспозиции: "истинное-истинное" при метафоризме с обеих сторон и "изобразительное-изобразительное" при функциональных моделях также с обеих сторон. В этом случае их "эвристическое" взаимодействие (и взаимовлияние) всегда контрпродуктивно (как это видно из нашей критики неомистицизма Фр. Капры); - продуктивное взаимодействие между ними возможно при следующих диспозициях: "истинное буддийское воззрение (Прасангика в определенных пределах) - метафорическая теория" (квантовые теории калибровочных полей) и " изобразительная модель (к примеру, пустоты в этом воззрении) и функциональная модель (модель вакуума в этих теориях); "метафорическое буддийское воззрение (Вайбхашика, Саутрантика, Читтаматра, Сватантрика и Прасангика)1 и метафорическая физическая теория (иерархия в несколько поколений таких теорий суперполевого подхода к общей ТЭЧ)" и "функциональная модель (соответствующие модели пустоты в этих воззрениях, рассмотренные нами ранее) - функциональная модель (иерархическая система таких моделей пустоты, начиная с "моря электронов" Дирака, кончая моделями пустоты как

совокупности виртуальных частиц в М или в Г (мировой глобуле))" ;

"метафорическое буддийское воззрение (например, Прасангика) - истинная физическая теория (квантовая клепсодинамика при её экспериментальной верификации в будущем)" и "функциональная модель (к примеру, пустоты в Прасангике) - изобразительная модель ("пустая" КвСО, "флуктуирующая" в КлСО, к примеру в ККД)" при обосновании интерпретации и "достоверное буддийское (или любое другое) философское воззрение (отчасти о пустоте Прасангики) - истинная физическая теория (ККД в пределах оговоренных условий)" и "изобразительная модель (пустоты в Прасангике, оговоренной в основном тексте) - изобразительная модель (пустоты в ККД)" при взаимном обосновании друг друга.

Проведенное исследование позволяет выделить из буддийской Дхармы о Шуньяте так называемый принцип пустоты (или пустотности всего и вся) как постижение сущности махаянского взаимозависимого происхождения, имеющий без сомнения философско-онтологическое содержание. Последний обладает эвристическим потенциалом (при определенных ограничениях) в формировании общей ТЭЧ при выборе из множества умозрительных моделей (в основном принадлежащих классу вспомогательных функциональных моделей) физического вакуума, построенных огромным множеством вариантов (и подходов) общей ТЭЧ, его изобразительной модели (адекватной физической реальности и качественной определенности "физического вакуума" и также имеющей объективный аналог и играющей эвристическую роль).

Хотя с первого взгляда кажется, что проведенный нами компаративистский анализ множества вариантов (и подходов) физического вакуума (Л.Г. Антипина, В.П. Бранского, А.А. Гриба, Л.А. Минасян, A.M. Мостепаненко, Я.Б. Зельдовича и др.), в основном представляющих два альтернативных подхода (суперполевой и клепсодинамический) к нему. Это с одной стороны, а, с другой стороны, буддийских учений о пустоте (Вайбхашики, Саутрантики, Читтаматры и Мадхьямики) не имеет отношения к основной проблеме данного исследования - эвристической роли философских принципов в формировании новой теории, то в более глубоком рассмотрении его выявляется следующее:

исследование параллелей (компаративистский анализ) между буддийскими воззрениями о пустоте и множеством вариантов квантовых теорий и моделей физического вакуума позволяет обнаруживать между ними эвристических (и антиэвристических) отношений, обобщение которых могло бы выполнять конструктивно-эвристическую функцию в становлении общей ТЭЧ;

указанная выше функция заключалась бы в выборе одной из числа возможных (реалистической или номиналистической1) интерпретаций физического вакуума (А.А. Гриба, В.П. Бранского, JI.A. Минасян, A.M. Мостепаненко и др.). Данная ситуация выбора сильно напоминает проанализированный нами случай с СТО: поиск правильной физической интерпретации преобразований Лоренца, т.е. придать так называемому местному времени t' буквальный физический смысл (что и сделал один Эйнштейн из троих: Лоренц и Пуанкаре выбрали контракционную гипотезу). В нашем случае дело имеем с окончательно не сформировавшейся общей ТЭЧ и, стало быть, судьба физического вакуума зависит от физической интерпретации (реалистической или номиналистической) природы вакуумных виртуальных частиц (аналог местного времени в СТО), т.е. от истолкования результатов метафорической (гибридной) теории. Здесь выполнил бы возможную эвристическую (селективную) функцию сформулированный нами на основании вышеозначенного компаративистского анализа буддийский принцип шуньяты (пустоты).

В свете сказанного выше, в выборе реалистической или номиналистической интерпретации из множества возможных интерпретаций физического вакуума посредством буддийского принципа шуньяты наибольшие шансы имеются у модели (теории) физического вакуума, возникшей в рамках формирующейся квантовой теории относительности (КТО). В КТО физический вакуум как совокупность виртуальных частиц, взаимодействующих в «мировой глобуле» является вспомогательным (функциональным) умозрительным конструктом, а его интерпретирующая макроскопическая модель - функциональной (сторонники реалистической интерпретации вакуума: Л.А. Минасян, A.M. Мостепаненко и др. выдают эту номиналистическую интерпретацию за реалистическую и его функциональную модель за изобразительную). Значит, в действительности вакуум в КТО как некоторая физическая среда («мировая глобула») не существует, т.е. по Прасангике, как основа для обозначения мыслью не достоверна (виртуальные частицы являются «номинальными объектами»), ибо противоречит, несмотря на

общеизвестность, двум её характеристикам: абсолютной и относительной достоверности1. Следовательно, на основании буддийского принципа шуньяты (в интерпретации Прасангики) выбираем не реалистическую, а номиналистическую интерпретацию физического вакуума (в отличие от местного времени в СТО, имеющего реальный смысл, виртуальные частицы в КТО реальностью не обладают). Это, с одной стороны. С другой стороны, согласно КТО, вакуум как «пустая» КвСО («флуктуирующая» пустота в КлСО) является реальным теоретическим конструктом, а его немакроскопическая модель - изобразительной. В этом смысле, согласно Прасангике, вакуум обладает достоверной основой для обозначения мыслью, не противоречащих его трем характеристикам. Таким образом, прасангиковское представление о пустоте могла бы сыграть эвристическую роль в выборе номиналистической модели физического вакуума, отрицающей заполненную виртуальными частицами КлСО (якобы изобразительной модели с точки зрения реалистической интерпретации физического вакуума). Здесь аналогия последней с классическим эфиром налицо. Устраняя модель вакуума с виртуальными частицами как изобразительную (как функциональная она остается) КТО «внедряет» на его «макроскопическое место» «блуждающую» в нем «пустую» КвСО (изобразительную не макроскопическую модель физического вакуума). Тем самым номиналистическая интерпретация вакуума КТО восстанавливает «справедливость», нарушенная им в связи с утстранением реалистической модели на макроуровне, «внедряя» ее на микроуровне. По-видимому, такова диалектика взаимосвязи изобразительных и функциональных моделей вообще, вакуума в особенности.

Говоря в общем, прослеживая концепции пустоты-вакуума с античности до наших дней, можно заметить следующее: пустота Демокрита как условие движения атомов - заполненное пространство Аристотеля как условие движения тел; пустое (абсолютное) пространство Ньютона - заполненное эфиром (и "эфирными вихрями") пространство Декарта (и Лейбница); несколько позже идея абсолютно пустого пространства связывается с неподвижным эфиром как абсолютной системой отсчета. Между тем полевые представления в физике являются

развитием эфирных представлений на базе принципа близкодействия, отрицающие представление о пустоте в смысле абсолютного пространства Ньютона. Подобно тому как СТО кладет конец культу классического эфира, КТО кладет конец культу классической системы отсчета. Чуть позже это "святое место" классического эфира займет физический вакуум (целая иерархия его представлений от РКМ до теории суперструн). Таким образом, в эволюции понятия пустоты-вакуума возникают периодические кризисы. Нынешний кризис его связан с преодолением культа физического вакуума на рубеже XX-XXI веков. На смену заполненной виртуальными частицами классической системе отсчета приходит "пустая" квантовая система отсчета, т.е. как говорится, на новом "витке спирали" возвращаемся в известном смысле к демокритовской (изначальной) пустоте (что, однако, не означает возврата к ньютоновскому абсолютному пространству).

<< | >>
Источник: Очиров Д.Э.. Методологическая физика. -Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2004- 346 с.. 2004

Еще по теме Клепсодинамический подход к физическому вакууму и шуньята Мадхьямики Прасангики.:

  1. Суперполевой подход к физическому вакууму и буддийское учение о пустоте (Читтаматра и Мадхьямика).
  2. Клепсодинамический подход к физическому вакууму и шуньята Мадхьямики Прасангики.