87. Договоры и законы о выдаче

87. У нас в России[1] первым договором о выдаче является Договорная запись 19 октября 1649 г. с Швецией о выдаче перебежчиков, причем таковыми по договору почитались не одни преступники, но вообще все лица, бежавшие из одной страны в другую.

Точно так же и договоры, заключенные Россией в XVIII и первой половине XIX столетия, имели главным образом в виду не преступников, а политических выходцев и военных беглых.

Конвенции дают твердое основание для решения вопросов о выдаче между отдельными государствами; но заключаемые в разное время, при разнообразных политических условиях, эти конвенции при их взаимном сопоставлении представляют крайнее разнообразие, не имеющее никаких достаточных оснований: так, например, само число преступных деяний, относительно которых допускается выдача, колеблется в наших договорах между семью (первый договор с Нидерландами) и двадцатью семью (договор с Англией); еще более, конечно, различия представляют другие второстепенные условия выдачи[3]. Поэтому как в науке права, так и в законодательной практике все более и более развивается стремление регулировать эти международные отношения общими законами, которые внесли бы, как выразился Оксфордский конгресс членов института международного права 1880 г. в одном из своих положений, желаемое единство и твердость в эту столь важную отрасль международных отношений.

Такие постановления могут или содержаться в особых экстрадиционных законах, или же относящиеся до выдачи общие постановления могут быть вносимы в соответственные разделы уголовных и процессуальных законов.

Общие экстрадиционные законы появились прежде всего в Бельгии (первый Закон 1833 г., последний 1874 г.), а ныне таковые законы существуют также в Англии, Нидерландах, некоторых государствах Америки и в Швейцарии[4]. В Германии и Венгрии общие положения о выдаче внесены в уголовные кодексы.

В Уложении 1845 г. содержалось лишь краткое указание относительно выдачи в ст. 173, где говорилось, что русские подданные, совершившие у нас одно из преступлений, в этой статье указанных, и бежавшие за границу, по выдаче их нам судятся и наказываются по нашим законам. Действующее Уложение посвящает выдаче особую статью, допуская выдачу как по трактатам, так и без них, на основании взаимности[5].

________________________________________

[1] См. исторические данные у Никольского. Ранее указ, произведения; Мартене, ї 92.

[2] Нами с 1866 г. были заключены следующие трактаты: 7 апреля 1867 г. с Нидерландами (44962); 14 февраля 1869 г. с Баварией (46872); 14 мая 1871 г. с Италией (49600); 23 августа 1872 г. с Бельгией (51561); 12 декабря 1873 г. с Швейцарией (52865); 3 октября 1874 г. с Австро-Венгрией (55416); 9 марта 1877 г. с Испанией (57693); 1 августа 1880 г. второй договор с Нидерландами (61366а); 24 августа 1883 г. с Монако (1746); 1/13 января 1885 г. соглашение с Пруссией о выдаче преступников, учинивших посягательство против особы главы государства и против членов царствующих домов, а равным образом виновных в убийстве или приготовлении динамита, и 9 августа того же года такое же соглашение с Баварией, 21 января - 2 февраля 1887 г.

[3] Подробные соображения о необходимости выработки для каждой страны общего экс-традиционного закона приведены в монографии Бернара, т. II, глава 3. Он даже полагает возможным установление общего закона о выдаче для всех стран путем съезда дипломатических представителей; такую же мысль защищает Лист в своей статье в L. Z., И, 1882 г. и даже съезд германских юристов 1882 года. Ваг, с. 287, указывает, что ввиду заключенных Пруссией и Баварией с нами договоров, не соответствующих воззрениям германских юристов, им в 1892 г. сделано было предложение в Reischtag'e о выработке общего экстрадиционного закона, который предоставлял бы право заключения договоров только империи; но предложение было отклонено.

[4] Во Франции экстрадиционный закон был внесен в палаты в 1879 г., но не был принят; законы о выдаче напечатаны в приложении ко 2-му тому соч. Мартица.

[5] Оксфордским постановлением института международного права признано, что начало взаимности в вопросе о выдаче может быть требуемо политикой, но не вытекает из начал права.