<<
>>

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ПРИМЕНЕНИЯ НАКАЗАНИЯ[896]

Некоторые вопросы применения наказания //Материалы Республиканского семинара по государственному обвинению. - Киев : Прокуратура УССР, 1972. - С. 69-87.

В свете исторических решений XXIV съезда КПСС большое значение приобретают вопросы дальнейшего укрепления законности в деятельности органов следствия, прокуратуры, суда и исправительно-трудовых учреждений.

«Любые попытки отступления от закона или обхода его, чем бы они не мотивировались, терпимы быть не могут» - отмечал в своем докладе на съезде Л. И. Брежнев[897]. Эти указания должны быть приняты к неуклонному исполнению всеми работниками прокуратуры. Имеют они прямое отношение и к вопросам применения наказания к лицам, совершившим преступления. Уголовное наказание должно применяться в строгом соответствии с требованиями закона, назначаться с учетом степени и характера общественной опасности совершенного преступления и личности подсудимого. Наказание должно быть справедливым, гуманным и целесообразным, и только при этих условиях оно обеспечит достижение целей специального и общего предупреждения, исправление и перевоспитание осужденного, воспитание как самого осужденного, так и других лиц в духе строгого соблюдения советских законов и правил социалистического общежития. В. И. Ленин указывал, что «предупредительное значение наказания обуславливается вовсе не его жестокостью, а его неотвратимостью»[898].

Именно неотвратимость наказания повышает его специально предупредительное и обще-предупредительное воздействие. Конечно, одним лишь наказанием невозможно уничтожить, искоренить преступность. В. И. Ленин писал, что «в борьбе с преступлением неизмеримо большее значение, чем применение отдельных наказаний, имеет изменение общественных и политических учреждений»[899]. Л. И. Брежнев в докладе на XXIV съезде КПСС указывал, что «наряду с применением мер наказания, предусмотренных законом, у нас проявляется все большая забота о профилактике преступлений, о том, как их предупредить, не допустить»[900].

Большая работа советского государства по профилактике преступлений, широкое привлечение общественности к этой деятельности не означает, что наказание перестает играть свою роль эффективного средства борьбы с преступностью. Уголовное наказание как наиболее острая форма государственного принуждения является и в настоящее время важным орудием борьбы с лицами, совершающими преступления. Причем, как указывается в Программе КПСС, в июльских (1966 г.) решениях ЦК КПСС и СМ СССР об усилении борьбы с преступностью, в нашей судебной политике следует применять суровые меры наказания к лицам, совершающим тяжкие преступления, к злостным преступникам - рецидивистам, и, в то же время, назначать лицам, совершившим преступления, не представляющие большой общественной опасности, наказания, не связанные с лишением свободы, широко осуществлять условное осуждение, применять там, где это возможно, вместо наказания меры общественного воздействия.

Действующая система наказаний, сложившаяся еще при В. И. Ленине, себя полностью оправдывает, хотя, конечно, ее нельзя рассматривать как нечто застывшее. Она совершенствуется и развивается. Вопросы наказания находятся в центре внимания законодателя. Так, Закон от 11 июля 1969 г. «О внесении изменений и дополнений в Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик» регулирует исключительно вопросы, связанные с применением наказания и освобождением от него. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 12 июня 1970 г. «Об условном осуждении к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду» вводит новый вид наказания в наше законодательство. Пленум Верховного Суда СССР многократно в своих руководящих разъяснениях направлял судебную практику на строжайшее соблюдение законов, определяющих применение наказания.

Придавая такое серьезное внимание проблемам наказания, и законодатель, и судебная практика исходят из того, что эффективность наказания во многом способствует снижению преступности, предопределяет в определенной мере ее динамику.

Назначение наказания - важный этап в деятельности суда, к нему должно быть приковано особое внимание и прокурора, выступающего в качестве государственного обвинителя. Следует при этом обязательно иметь в виду, что основой применения наказания является установление в действиях лица признаков определенного состава преступления, правильная квалификация деяния, в совершении которого признан виновным подсудимый. Преступление и наказание находятся в единстве. «Если понятие преступления предполагает наказание, то действительное преступление, - как писал К. Маркс, - предполагает определенную меру наказания»[901]. Отсюда следует, что если не установлено преступление, если ему дана неправильная юридическая квалификация, то нельзя говорить о применении наказания. Необходимой предпосылкой, необходимым условием применения наказания является совершение лицом преступления, прямо предусмотренного в уголовном законе. Поэтому лишь тогда, когда в ходе судебного разбирательства полностью доказано, что подсудимый виновен в совершении инкриминируемого ему преступления, только тогда, когда этому преступлению дана правильная квалификация, создается законная основа для применения наказания. Именно эти положения должен всегда иметь в виду прокурор, принимающий участие в деле. Проблемы применения наказания чрезвычайно многогранны и обширны и, совершенно очевидно, не могут быть здесь полностью освещены. Поэтому я остановлюсь ниже на некоторых из них, имеющих, как думается, большое практическое значение. Это вопросы применения лишения свободы, дополнительных наказаний, назначения наказания по совокупности преступлений и совокупности приговоров, учета при назначении наказания смягчающих и отягчающих обстоятельств, мотивировки наказания в приговоре.

воспроизводит ст. 23 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, указывалось, что осужденные к лишению свободы отбывают наказание в «исправительно-трудовой колонии или в тюрьме, а несовершеннолетние - в трудовой колонии для несовершеннолетних».

В новой редакции ст. 25 УК УССР, установленной Указом Президиума Верховного Совета УССР от 12 декабря 1969 г.[902] в соответствии с Законом СССР от 11 июля 1969 г. - «О внесении дополнений и изменений в Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик»[903], говорится, что «отбытие наказания в виде лишения свободы по приговору суда назначается в исправительнотрудовых колониях общего, усиленного, строгого и особого режимов или в тюрьме, а также в воспитательно-трудовых колониях общего и усиленного режимов».

В законе теперь содержится прямое указание на то, что вид лишения свободы назначается по приговору суда. Такое указание является конкретизацией общего принципиального положения, закрепленного в ч. 2 ст. 3 УК УССР, согласно которому «уголовное наказание применяется лишь по приговору суда». Это указание ориентирует суд на необходимость назначения при осуждении к лишению свободы вида исправительно-трудового учреждения.

Статья 25 УК УССР не только называет такой вид лишения свободы, как исправительно-трудовая колония, но и перечисляет их виды в зависимости от режима. Кроме того, закон трудовые колонии для несовершеннолетних называет теперь воспитательно-трудовыми колониями, что более удачно выражает значение задачи исправления и перевоспитания несовершеннолетних, отбывающих лишение свободы.

Исправительно-трудовые колонии являются основным видом исправительнотрудовых учреждений для содержании осужденных к лишению свободы, достигших совершеннолетия. Как указывалось на сессии Верховного Совета СССР, именно в исправительно-трудовых колониях содержится более 99 % осужденных к лишению свободы и что именно в них созданы условия, которые в наибольшей степени обеспечивают осуществление наряду с карой воспитательное воздействие на осужденных[904].

Отсюда вытекает важность правильного определения вида ИТУ в приговоре суда. Однако здесь допускается много ошибок, на что вынужден был обращать внимание неоднократно Верховный Суд СССР.

Верховный Суд УССР также неоднократно указывал на необходимость в каждом случае назначения наказания в виде лишения свободы определять вид ИТК или ВТК[905]. Поэтому и государственный обвинитель, требуя применения к подсудимому лишения свободы, обязан обосновать не только применение этого наказания, по и указать вид ИТУ, где это наказание должно отбываться.

Лишение свободы должно применяться на сроки, указанные и законе, к лицам, совершившим тяжкие преступления, к рецидивистам и другим преступникам, которых следует изолировать от общества в целях эффективного на них исправительно-трудового воздействия. Вместе с тем, как известно, УК УССР в ст. 25 устанавливает минимум лишения свободы на срок 3 месяца. В связи с этим чрезвычайно актуальным является вопрос об эффективности краткосрочного лишения свободы. Краткосрочным принято считать лишение свободы на срок от 3 месяцев до одного года. К краткосрочному лишению свободы следует относиться чрезвычайно осмотрительно, применяя его лишь в случаях, когда это действительно необходимо по всем обстоятельствам дела. Краткосрочное лишение свободы связано, естественно, с отрывом осужденного от семьи, от работы, от коллектива, от привычной микросреды и попаданием в совершенно новую обстановку ИТУ. Причем краткий срок пребывания в ИТУ исключает возможность осуществить достаточно эффективные меры по исправлению и перевоспитанию осужденного. Устрашение, которым, конечно, обладает и краткосрочное лишение свободы, действует далеко не на всех осужденных. Социологические исследования показывают, что среди «краткосрочников» достаточно велик рецидив, достигающий в ряде случаев 60 и более процентов[906].

И законодатель, и руководящие разъяснения Верховного Суда СССР стремятся в определенной мере ориентировать практику на ограниченное применение краткосрочного лишения свободы, конечно, не за счет назначения здесь длительных сроков лишения свободы, а путем назначения других более мягких наказаний (исправительных работ, штрафа) или условного осуждения.

Так, почти во всех санкциях статей УК, где предусматривается возможность применения лишения свободы на срок до одного года, наряду с этим наказанием, фигурируют исправительные работы, штраф или даже общественное порицание. Таким образом, в таких случаях законодатель прибегает к установлению альтернативных санкций, которые дают возможность суду применять вместо лишения свободы другие указанные в этих санкциях наказания. Даже тогда, когда в санкции предусмотрено лишь наказание в виде лишения свободы, суд имеет, при наличии к тому оснований, возможность перейти в порядке ст. 44 УК УССР к другому более мягкому виду наказания. Наконец, вместо краткосрочного лишения свободы возможно применение условного осуждения, предусмотренного ст. 45 УК УССР, а равно условного осуждения к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 июня 1970 г.[907].

Пленум Верховного Суда СССР неоднократно обращал внимание на необходимость мотивировать применение краткосрочного лишения свободы, особенно в тех случаях, когда статья УК предусматривает альтернативную санкцию. Так, указывая на необходимость применять суровые меры наказания к тяжким преступникам и рецидивистам, Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 31 июля 1962 г. «О некоторых недостатках в практике применения мер уголовного наказания»[908] в то же время отметил, что необходимо последовательно устранять из практики ошибки, связанные с необоснованным применением кратких сроков лишения свободы по делам о преступлениях, не представляющих значительной общественной опасности, за которые наряду с лишением свободы законом установлены другие виды наказания (без изоляции виновного от общества).

В отношении лиц, виновных в совершении преступлений, не представляющих значительной общественной опасности, либо являвшихся второстепенными участниками преступлений, необходимо с учетом характера совершенного деяния и личности виновного, вместо лишения свободы на краткие сроки, применять исправительные работы, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, штраф и иные меры наказании, не связанные с изоляцией от общества. К таким лицам, как указывает Пленум, следует шире применять и условное осуждение.

Таким образом, и законодатель, и практика руководящих судебных органов, требуя применение суровых мер наказания за совершение тяжких преступлений и к преступникам- рецидивистам, в то же время руководствуются принципом «экономии уголовной репрессии» при определении краткосрочного лишения свободы. Это означает, что краткосрочное лишение свободы может применяться лишь там и тогда, где и когда оно по обстоятельствам дела не может быть заменено другими более мягкими мерами наказания, не связанными с изоляцией лица от общества. Этим принципом «экономии судебной репрессии»[909] должен руководствоваться в каждом деле и суд, и прокурор, поддерживающий обвинение.

Заканчивая освещение данного вопроса, отмечу, что я не касаюсь вопросов, связанных с предложениями о совершенствовании краткосрочного лишения свободы, с повышением минимума этого наказания и др. вопросов, хотя активно и обсуждаемых в литературе[910], но выходящих за пределы нашего семинара.

<< | >>
Источник: М. И. БАЖАНОВ. Избранные труды / М. И. Бажанов ; [сост.: В. И. Тютюгин, А. А. Байда, Е. В. Харитонова, Е. В. Шевченко ; отв. ред. В. Я. Таций]. - Харьков : Право,2012. - 1244 с. : ил.. 2012

Еще по теме НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ПРИМЕНЕНИЯ НАКАЗАНИЯ[896]:

  1. VIII. Эмпирики XVIII в., как представители нравоучительной литературы, общенародного здравого смысла и защитники классовых интересов
  2. IX. Общие итоги второго периода в истории науки уголовного права в России
  3. IV. Уголовно-правовые учения русских политических писателей
  4. IV. Состояние науки уголовного права к началу шестидесятых годов XIX в.
  5. Библиографический указатель
  6. § 2. Понятие и виды (формы) злоупотребления правом
  7. ПОЛОЖЕНИЕ о ведомственных Комиссиях по борьбе с взяточничеством
  8. § 2. Преступления против мира и мирного сосуществования государств
  9. НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ПРИМЕНЕНИЯ НАКАЗАНИЯ[896]
  10. Параграф первый. Влияние теологии права
  11. РАЗДЕЛ III. ПРАВОВЫЕ АКТЫ И ДОКУМЕНТЫ 1822-1892 гг.
  12. СПИСОК ВИКОРИСТАНИХ ДЖЕРЕЛ ТА ЛІТЕРАТУРИ
  13. ВВЕДЕНИЕ