ПРУССКИЕ ТРАДИЦИИ

В апреле 1958 года в Западной Германии побывал первый заместитель главы правительства Анастас Иванович Микоян. Проинструктированный в Москве, он начал переговоры с канцлером ФРГ Конрадом Аденауэром в атакующем стиле — напомнил о том, что кайзеровская Германия после Октябрьской революции оккупировала значительную часть России и поставила советское правительство в трудное положение.

Аденауэр легко парировал его слова:

—Не забывайте, пожалуйста, что кайзеровская Германия в немалой степени помогла Ленину и его сторонникам прийти к власти, предоставив большевикам немалую сумму — двадцать миллионов марок золотом!

Канцлер не упустил случая напомнить и о секретных военных контактах рейхсвера и Красной армии, и о позорном разделе Польши Сталиным и Гитлером.

После беседы канцлер давал завтрак в честь советской делегации. Министр иностранных дел Генрих фон Брентано доложил канцлеру, что накануне на ужине Микоян выступил с речью, полной нападок на Федеративную Республику.

Канцлер сказал Анастасу Ивановичу:

—Послушайте, господин Микоян, я слышал о вашей вчерашней речи. Вам не следует этого делать у меня. Иначе вы вынудите меня отвечать вам очень резко, чего я хотел бы избежать.

Микоян ответил, что считает свою предстоящую речь очень дружественной.

—Дорогой господин Микоян,— предложил хитрый канцлер,— посмотрите, с какой речью я выступлю.

Конрад Аденауэр, словно в знак особого доверия, прочитал ему выдержки из своего выступления. А потом попросил и Микояна показать его выступление, чтобы убедиться, действительно ли оно дружественное. Микоян, поколебавшись, сунул руку в карман и вытащил текст. Аденауэр внимательно выслушал перевод и попросил вычеркнуть некоторые острые фразы. Анастасу Ивановичу ничего не оставалось, кроме как согласиться. После этого они спустились на нижний этаж, где в банкетном зале уже собрались остальные гости.

Аденауэр удивленно взглянул на Микояна:

—Я тоже однажды заглядывал в «Капитал», но совершенно не понял его.

—Я и сам понял только со второго раза,— признался Микоян.

Неизвестно, поверил ли Аденауэр в то, что его собеседник действительно освоил этот серьезнейший научный труд. Судя по тому, что всю свою взрослую жизнь делал и говорил Микоян, Марксовы идеи так и остались для него тайной за семью печатями.

Западногерманский канцлер Аденауэр не без юмора описывал, как к нему явился советский посол Андрей Андреевич Смирнов, чтобы передать очередную порцию недовольства Москвы. Посол заговорил о том, что советское правительство обеспокоено разговорами западногерманских генералов о продолжении традиций немецкой армии. Аденауэр ответил, что ему такие высказывания немецких генералов неизвестны. Но он, напротив, помнит свой визит в Москву и выстроенный при встрече почетный караул.

—Выправка советских солдат и их подчеркнуто чеканный строевой шаг, по-моему, были вполне в духе прусской и царской традиций,— заметил канцлер.— Вот такого рода традиции как раз и не культивируются в бундесвере.

Тогда советский посол перешел к разговору о том, что в Федеративной Республике появляется очень много тенденциозных публикаций и фильмов, искаженно изображающих советскую действительность. Смирнов привел в пример три приключенческих фильма, которые незадолго до этого демонстрировались в ФРГ,— «Врач из Сталинграда», «Тайга», «Шелковые чулки». Аналогичная картина и в области литературы, говорил посол: издается много книг, отравляющих атмосферу.

—Что было бы, если бы Советский Союз стал платить той же монетой?— внушительно заявил посол.— Ведь материала для этого предостаточно. В советском народе во времена войны и оккупации накопилось столько ненависти, что было бы совсем нетрудно вновь разбудить ее, прибегнув к соответствующим публикациям. Но к чему бы это привело?

Канцлер был готов и к такому повороту беседы.

—Иногда происходят очень странные вещи,— задумчиво сказал Аденауэр.— Сегодня утром я получил письмо от одного очень умного человека, который озабочен тем, что в Федеративной Республике показывают слишком много советских фильмов, которые являются пропагандистским материалом в пользу Советской России. А вчера руководитель моего ведомства печати фон Эккардт принес мне сводку последних нападок советской прессы на Федеративную Республику, хотя я его об этом не просил. Позволю себе передать ее теперь вам, господин посол.