Шведы при короле Карле Густаве

Vivitur ex raptu'. Внутреннее беспокойство нации, обретшей брутальные черты в результате огромных побед, совпадает с появлением короля из нового рода, который был известен народу как храбрый генерал, а сейчас получил доступ к безмерным финансовым ресурсам.

Однако в действительности наибольшую ненависть из их соседей вызывали не принадлежащие к Швеции скандинавы, а именно датчане и норвежцы. Если бы им удалось присоединиться к шведам в самом начале Тридцатилетней войны, то, скорее всего, весьма значительная часть Германии на долгое время стала бы их добычей.

В смелости и быстроте своих натисков с их авантюрным характером этот «скандинавский Пирр» в высшей степени был созвучен своей дружине. В то же время нельзя думать, что Карл Густав был выпивохой, ведь он в большой мере обладал также и стойким даром дипломатического обхождения. В решающие минуты он даже мог затянуть лютеранское песнопение131. Но за пиршественным столом, где он поглощал много масла, первый тост короля Карла Густава произносился за здоровье всех рогоносцев132, и это вполне соответствовало настроениям, свойственным его окружению.

103.