<<
>>

§ 32. Зависимость Юма от Беркли

Юмовская концепция абстрагирования, сегодня, впрочем, уже нет необходимости это подчеркивать, ни в коем случае не тождественна берклевской. Тем не менее она настолько родственна последней, что в общем-то понятно, как Юм мог в начале 5 своей экспозиции в VII разделе Трактата прийти к тому, чтобы приписать Беркли свой собственный тезис.

«Один великий философ, — говорит он, — оспаривал общепринятое мнение относительно данного вопроса и утверждал, что все общие идеи суть не что иное, как идеи частные, присоединенные к некоторому тера ю мину, который придает им более широкое значение и заставляет их вызывать при случае в памяти другие единичные [идеи], сходные с ними... я признаю это [положение] одним из величайших и значительнейших открытий, сделанных за последние годы в области наук»[75]. Конечно, это не совсем воззрение Беркли, koto- is рый не приписывает, как это хочет представить Юм, лишь общим именам способность делать сопровождающие единичные представления репрезентантами всех прочих единичных представлений. Согласно Беркли, общие имена могут репрезентативно функционировать сами по себе, без соответствующих единич- 20 ных представлений, и единичные представления также могут функционировать без имен, и наконец, оба могут одновременно иметь место, причем имя в связке с репрезентативным представлением не получает никакого преимущества. И все же основное

остается: общее заключается в репрезентации, а последнюю Юм явно понимает как представительство являющейся единичности в отношении других единичностей, которые, как выражается Беркли, психически «внушаются » («suggeriert »)[76] посредством первой единичности, или, как говорит Юм, вызываются в памяти. Таким образом, все наши возражения касаются и Юма, причем его даже в большей степени, так как у Беркли буквальное понимание представительства и вызова репрезентированных единичных представлений, кажется, не до конца прояснено, в то время как у Юма оно выступает во всей отчетливости и ясности.

§33. Юмовская критика абстрактных идей и ее мнимый результат. Его пренебрежение основными феноменологическими пунктами

Таким образом, у Юма в основном жив дух берклевского учения. Однако Юм не просто воспроизводит его, он продолжает его, он пытается придать ему более точную форму и в особенности углубить его психологически. В этом отношении не так заслуживают внимания аргументы Юма против учения об абстрактных идеях, как ассоцианистско-психологические размышления, которые он присовокупляет к ним. Эти аргументы не выходят в самом существенном за пределы берклевского круга мыслей и совершенно неоспоримы, если верно установить цель доказательства. Невозможность абстрактных идей в смысле локковской философии, т. е. абстрактных образов, возникающих посредством выделения признаков-идей из конкретных образов, полностью доказана. Сам Юм резюмирует свои результаты в утверждении: «Абстрактные идеи сами по себе единичны, хотя в качестве представителей они могут стать и общими. Образ в нашем уме есть только образ некоторого единичного предмета, хотя применение его в наших рассуждениях таково, как если бы он был общим»[77]. Это утверждение юмовская критика не могла, естественно, доказать. Она доказывала, что абстрактные образы невозможны, и к этому она могла присоединить заключение, что если мы несмотря на это говорим об общих представлениях, которые принадлежат общим именам как их значения (или осуществления значений), к конкретным образам должно было бы еще присоединяться нечто, что доставляло бы эту общность значения. Это привходящее не может (если правильно продол-

жить это размышление) заключаться в новых конкретных идеях, следовательно, не может заключаться и в именах-идеях; конгломерат конкретных образов может служить не более как для того, чтобы делать представимыми как раз конкретные объекты, обра- 5 зы которых он содержит. Если мы не упустим теперь из виду, что общность акта значения (будь это общность интенции значения или общность осуществления значения) есть нечто, что ощутимо присутствует в каждом отдельном случае, когда мы понимаем общее имя и осмысленно относим его к созерцанию, и что к) отличает это общее представление непосредственно и очевидным образом от единичного созерцания, то остается только сделать вывод: это различие должно создаваться модусом сознания, модусом интенции. Появляется новый характер подразумевающего акта, в котором подразумевается не просто являющийся в созер- 15 цании предмет, не предмет лишь высказанной идеи (Wort-Idee) и не предмет сопутствующей конкретно осуществленной идеи (Sach-Idee), но, например, экземплифицированные в последней качество и форма, и причем понятые вообще как единство в смысле вида.

2о Юм, однако, остается зависимым от берклевской мысли о репрезентации и делает ее совершенно поверхностной, так как он, вместо того чтобы обратить внимание на характер значения (в интенции значения и в осуществлении значения), погружается в генетические связи, которые придают имени ассоциативное от- 25 ношение к предметам. Он не упоминает ни единым словом и не приходит к той действенной ясности, что общность проявляется в субъективном акте переживания (Erleben), и причем, как было подчеркнуто, в каждом единичном введении в действие общего значения. От его внимания также ускользнуло, что то, что при зо этом выявляется, обнаруживает резкие дескриптивные различия: сознание общности имеет характер то родовой (generell) общности, то универсальной общности, или оно окрашивается каким- либо другим образом в соответствии с теми или иными «логическими формами». 35 Для «идеологической» психологии и теории познания, которая хочет свести все к «впечатлениям» (ощущениям) и ассоциативным связям идей (к образам фантазии как поблекшим теням «впечатлений»), модусы сознания, акты в смысле интенциональ- ных переживаний, конечно, неудобны. Здесь можно вспомнить о 40 том, как Юм тщетно бьется с belief и все снова и снова впадает в заблуждение, приписывая это свойство акта идеям в качестве [их] интенсивности или чего-либо аналогичного интенсивности. Так и «репрезентация» должна быть сведена каким-либо образом к чему-то осязаемому. Это должен теперь выполнить генети- 45 ко-психологический анализ; он должен показать, каким образом

мы можем употребить простой единичный образ, который мы переживаем, «выходя за пределы его собственной природы», «как будто он был бы общим»[78].

Только что приведенный оборот речи в особенности характеризует неясность юмовской позиции. Этим как будто Юм соглашается по существу со своим великим предшественником Локком в том, что теория общих идей — если бы подобные идеи были возможны — осуществила бы свою цель. Он не замечает, что локков- ские общие идеи, как частицы, оторванные от конкретных содержаний, сами представляли бы опять отдельные единичности и что ситуация их неразличимости от других им подобных (будь они отделены от конкретных идей или же присущи им) еще не придает им всеобщности мысли.

Он не замечает, что для этого нужны были бы особые акты, особые модусы актов, в которых нечто подразумевается, или модусы актов придания значения. Даже при допущении локковских абстрактных идей (Abstrakta) требовалась бы форма универсального мышления, чтобы единым образом интендировать бесконечный объем не представленных реально (reell) единичностей. Точно так же род, как тождественное единство в сознании, конституировался бы для нас лишь в акте мышления родовой общности. И т. д. Объективное отношение равенства, которое существует, но не обнаруживает себя субъективно, не может все же иметь никакого отношения к осознанию чего-то равного как единичного; именно мысль и ничто другое может поставить единичное в мыслительное отношение к сфере равенства.

<< | >>
Источник: Гуссерль Э.. Логические исследования. Т. II. Ч. 1: Исследования по феноменологии и теории познания / Пер. с нем. В.И. Молчанова. — М.: Академический Проект,2011. — 565 с.. 2011

Еще по теме § 32. Зависимость Юма от Беркли:

  1. Берлинский этап становления (завершения) ОТО.
  2. Успехи исследований в Дубне и Беркли
  3. §1. Формирование политики администрации У. Клинтона в отношении АТЭС ипроект «Нового тихоокеанского сообщества».
  4.   [ЛЮДВИГ ФЕЙЕРБАХ. ИСТОРИЧЕСКИЙ ЭТЮД] 1868 
  5.   БЕРНАРД МАНДЕВИЛЬ И ЕГО «БАСНЯ О ПЧЕЛАХ»  
  6.   ПРОСТРАНСТВО  
  7. УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН[112]
  8. § 30. Продолжение. Аргументы Беркли из области проведения геометрического доказательства
  9. § 32. Зависимость Юма от Беркли
  10. ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ВЕРОЯТНОСТИ: ВЕРОЯТНОСТЬ КАК ПРЕДРАСПОЛОЖЕННОСТЬ*
  11. И.З. Шишков ФОРМИРОВАНИЕ И ОСОБЕННОСТИ КУЛЬТУРЫ И ФИЛОСОФИИ НОВОГО ВРЕМЕНИ
  12. AM. Блок УСТАРЕЛ ЛИ КАНТ?
  13. И.З. Шишков КРИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ИММАНУИЛА КАНТА
  14. Античная философия
  15. ЧЕЛОВЕК И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ В ФИЛОСОФСКОЙ КОНЦЕПЦИИ Н. Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО
  16. Указатель слов к разделу «Орфография»
  17. Воровские метаморфозы золота
  18. Моя жизнь *
  19. УКАЗАТЕЛЬ СЛОВ К РАЗДЕЛУ «ОРФОГРАФИЯ»
  20. Концептуализация предлогов в философском и поэтическом тексте