<<
>>

ВОПРОС О ЦЕНЗУРЕ ПЕРЕПИСКИ В РЕШЕНИЯХ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ И ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА С.              А. Куликов


Саратовский государственный университет, г. Саратов, Россия
Summary. The Constitution of the Russian Federation guarantees the right to the secrecy of correspondence as a component of personal privacy.
Moreover, this right is closely connected with a right to a qualified legal assistance, as far as detained, accused and imprisoned people are concerned. The article focuses on the conditions and mechanism of correspondence censorship as stipulated by the legislation of the Russian Federation. The author reveals existing collisions and analyzes Rulings of the Constitutional Court of the Russian Federation and the European Court of Human Rights on the issues of correspondence censorship.
Key words: personal privacy, correspondence censorship, right to legal assistance.
Одним из фундаментальных прав личности является право на неприкосновенность частной жизни. Это право воплощено в двух статьях Конституции Российской Федерации, которые гарантируют каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (часть 1 статьи 23), право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (часть 2 статьи 23), запрещают сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (статья 24, часть 1).
Право на тайну переписки в силу положений части 3 статьи 56 не является абсолютным, однако его ограничения, как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в его решениях, в том числе в Постановлении от 14 мая 2003 года № 8-П и Определении от 8 ноября 2005 года № 439-О, допустимы лишь при условии их адекватности и соразмерности и могут быть оправданы лишь необходимостью обеспечения указанных в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации целей защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
В соответствии с частью 2 статьи 23 Конституции ограничение права переписки допускается только на основании судебного решения.
Условия и механизм осуществления цензуры переписки устанавливаются в шести Федеральных законах.
Закон РФ от 2 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» [1], Федеральный закон от 15 июля 1995 г. № 120-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» [2], Уголовно-исполнительный кодекс РФ от 8 января 1997 г. № 1-ФЗ [3], Федеральный закон от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» [4], Федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» [5], Федеральный конституционный закон от 30 января 2002 N 1-ФКЗ «О военном положении» [6].
Цензура корреспонденции, получаемой и отправляемой осужденными, отбывающими наказание в исправительном учреждении, цензура переписки несовершеннолетних, содержащихся в специальных учебно-воспитательных учреждениях закрытого типа осуществляется соответственно администрациями исправительного учреждения, места содержания под стражей или учебновоспитательного учреждения.

Целью осуществления подобной цензуры является недопущение передачи сведений, направленных на инициирование, планирование, организацию или сокрытие преступления, вовлечение в его совершение других лиц.
Законодатель устанавливает пределы применения цензуры переписки.
Так, часть 4 статьи 15 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации от 08.01.1997 № 1-ФЗ предусматривает, что предложения, заявления и жалобы осужденных к аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, лишению свободы, смертной казни, адресованные в органы, осуществляющие контроль и надзор за деятельностью учреждений и органов, исполняющих наказания, цензуре не подлежат и не позднее одних суток направляются по принадлежности. Часть 2 статьи 91 УИК РФ переписка осужденного с судом, прокуратурой, вышестоящим органом уголовно-исполнительной системы, а также с Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации, уполномоченным по правам человека в субъекте Российской Федерации, общественной наблюдательной комиссией, созданной в соответствии с законодательством Российской Федерации, Европейским Судом по правам человека цензуре не подлежит. Переписка осужденного с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь на законных основаниях, цензуре не подлежит, за исключением случаев, если администрация исправительного учреждения располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке сведения как раз направлены на планирование или организацию преступления.
Подобные нормы содержатся в Федеральном законе «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ. Причем, защита права несовершеннолетних на свободную от цензуры переписку в этом законе даже усилена по сравнению с Уголовноисполнительным кодексом: согласно статье 10 Федерального закона «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» переписка несовершеннолетнего с адвокатом или иным лицом, оказывающим юридическую помощь на законных основаниях, цензуре не подлежит, за исключением случаев, когда администрация специального учебно-воспитательного учреждения закрытого типа располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке сведения направлены на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц. В этих случаях контроль почтовых, телеграфных или иных сообщений осуществляется по мотивированному решению администрации специального учебновоспитательного учреждения закрытого типа. Копия такого решения направляется прокурору, осуществляющему надзор за соблюдением законов соответствующим специальным учебновоспитательным учреждением закрытого типа.
Иные положения закреплены в Федеральном законе от 15 июля 1995 года № 103 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в соответствии с которыми переписка подозреваемых и обвиняемых осуществляется только через администрацию места содержания под стражей и подвергается цензуре; цензура осуществляется администрацией места содержания под стражей, а в случае необходимости лицом или органом, в производстве которых находится уголовное дело (части первая и вторая статьи 20); предложения, заявления и жалобы, адресованные в органы государственной власти (кроме прокуратуры, Уполномоченного по правам человека и Европейского Суда по правам человека), общественные объединения, а также защитнику, должны быть рассмотрены администрацией места содержания под стражей и направлены по принадлежности не позднее трех дней с момента их подачи (части 2 и 3 статьи 21).
Таким образом, получается, что законодатель исходит из недопустимости цензуры переписки осужденных с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь на законных основаниях, по общему правилу (цензура осуществляется только в качестве исключения в оговоренных законодателем случаях), а в отношении подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей (т.е. лиц, вина которых не доказана и в отношении которых обвинительный приговор не вступил в законную силу), наоборот - их предложения, заявления, жалобы подвергаются тотальной цензуре. Более того, здесь появляется еще один дополнительный субъект, который может осуществлять цензуру: «в случае необходимости» это может быть лицо или орган, в производстве которых находится уголовное дело.
Тем самым, кроме необоснованного ограничения права на тайну переписки статьи 20 и 21 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», позволяя администрации места содержания под стражей подвергать цензуре переписку обвиняемого в совершении преступления со свободно избранным им адвокатом (защитником), ограничивают права, гарантированные статьями 46 и 48 Конституции Российской Федерации, поскольку лишают обвиняемого возможности получить квалифицированную юридическую помощь, и противоречат статьям 6 и 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в их понимании Европейским Судом по правам человека.
Указанное противоречие правовых норм, регулирующих право переписки подозреваемых и обвиняемых, стало предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации [7]. В своем Постановлении он подчеркнул, во-первых, что обеспечение конфиденциальности сведений, содержащихся в такого рода корреспонденции, подлежит защите в силу положений Конституции Российской Федерации, которые гарантируют каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (статья 23, часть 1), запрещают сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (статья 24, часть 1).
И, во-вторых, Конституционный Суд РФ обратил внимание на часть 2 статье 48 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. Данное право, будучи одним из проявлений более общего права, гарантированного каждому статьей 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации, - права на получение квалифицированной юридической помощи, служит для этих лиц гарантией осуществления других закрепленных в Конституции Российской Федерации прав - на защиту своих прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом (статья 45, часть 2), на судебную защиту (статья 46), на разбирательство дела судом на основе состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3).
Согласно Постановлению Конституционного Суда «цензура переписки лица, заключенного под стражу, со своим адвокатом (защитником) возможна лишь в случаях, когда у администрации следственного изолятора есть разумные основания предполагать наличие в переписке недозволенных вложений (что проверяется только в присутствии самого этого лица) либо имеется обоснованное подозрение в том, что адвокат злоупотребляет своей привилегией на адвокатскую тайну, что такая переписка ставит под угрозу безопасность следственного изолятора или носит какой-либо иной противоправный характер; в таких случаях администрация следственного изолятора обязана принять мотивированное решение об осуществлении цензуры и письменно зафиксировать ход и результаты соответствующих действий» [7].
Аналогичной позиции по вопросу о цензуре корреспонденции подозреваемого или обвиняемого, адресованной адвокату, придерживается и Европейский Суд по правам человека. Например, в постановлении от 25 марта 1992 года по делу «Кэмпбелл (Campbell) против Соединенного Королевства» [8] и в постановлении от 5 июля 2001 года по делу «Эрдем (Erdem) против Германии» [8] отмечается, что цензура корреспонденции допустима, только если у тюремной администрации есть разумные основания подозревать, что в ней содержится недозволенное вложение; но даже при наличии таких оснований письмо может быть вскрыто только в присутствии самого заключенного, являющегося его автором, но не должно быть прочитано. Чтение таких писем допустимо в исключительных случаях - только если у администрации есть обоснованное подозрение в том, что такая переписка ставит под угрозу безопасность в тюрьме или по каким-то иным причинам имеет криминальный характер.
Так же в постановлении от 9 октября 2008 года по делу «Моисеев против России» Европейский Суд по правам человека указал, что переписка лица, находящегося под стражей, со своим адвокатом независимо от ее цели всегда является привилегированной; чтение писем заключенного, направляемых адвокату или получаемых от него, допустимо в исключительных случаях, когда у властей есть разумные основания предполагать злоупотребление этой привилегией в том смысле, что содержание письма угрожает безопасности пенитенциарного учреждения, безопасности других лиц или носит какой-либо иной преступный характер; практика же ознакомления администрацией следственного изолятора со всеми документами, которыми обменивались заявитель и его защита, является избыточным и произвольным посягательством на права защиты [9].
Подытоживая, необходимо отметить, что положения Конституции Российской Федерации, предписания Конвенции о защите прав человека и основных свобод, практика Европейского Суда по правам человека исходят из того, что необходимым условием защиты основных прав личности является недопустимость произвольного вмешательства государства в конфиденциальный характер отношений, гарантируемых Конституцией и международными Конвенциями, в частности при регулировании отношений, складывающихся в процессе получения подозреваемыми и обвиняемыми профессиональной юридической помощи адвоката (защитника), необходимо соблюдать разумную соразмерность между интересами общества и правами и свободами личности.
Библиографический список
  1. Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. № 33. Ст. 1913; Собрание законодательства РФ. 2011. №7. Ст. 901.
  2. Собрание законодательства РФ. 1995. № 29. Ст. 2759: 2011. №7. Ст. 901.
  3. Собрание законодательства РФ. 1997. № 2. Ст. 198; 2011. №7. Ст. 902.
  4. Собрание законодательства РФ. 1999. № 26. Ст. 3177; 2011. №7. Ст. 901.
  5. Собрание законодательства РФ. 2001. № 23. Ст. 2291.
  6. Собрание законодательства РФ. 2002. № 5. Ст. 375; 2011. № 1. Ст. 1.
  7. Постановление Конституционного Суда РФ от 29 ноября 2010 г. № 20-П по делу о проверке конституционности положений статей 20 и 21 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в связи с жалобами граждан Д. Р. Барановского, Ю. Н. Волохонского и И. В. Плотникова //Официальный сайт Конституционного суда Российской Федерации. URL: http://www.ksrf.ru (Дата обращения 28.04.2008).
  8. Решения Европейского Суда по правам человека // Сайт: Европейская Конвенция о защите прав человека:              право и практика. URL: http://www.echr.ru/documents/doc
  9. Приложение к Бюллетеню Европейского Суда по правам человека. Специальный выпуск. 2009. № 3.

<< | >>
Источник: Суменков Сергей Юрьевич и др.. Права и свободы человека: проблемы реализации, обеспечения и защиты: материалы международной научно-практической конференции 5-6 июня 2011 года. - Пенза - Прага: Научно-издательский центр «Социосфера»,2011. - 177 с.. 2011
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме ВОПРОС О ЦЕНЗУРЕ ПЕРЕПИСКИ В РЕШЕНИЯХ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ И ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА С.              А. Куликов:

  1. ВОПРОС О ЦЕНЗУРЕ ПЕРЕПИСКИ В РЕШЕНИЯХ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ И ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА С.              А. Куликов
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -