<<
>>

Фойницкий Иван Яковлевич (1847 - 1913)

российский ученый-юрист, ординарный профессор, товарищ обер-прокурора Уголовного кассационного департамента Правительствующего сената

Биографическая справка.

Фойницкий Иван Яковлевич родился 29 августа 1847 г. в Гомельском уезде Могилевской губернии. Учился в гимназии в Чернигове, затем в Могилеве, которую окончил с золотой медалью. В 1864 г. поступил на юридический факультет ИмператорскогоСанкт-Петербургского университета,закончив его успешно в 1868 г.

Проявив незаурядные способности во время учебы, И. Я. Фойницкий был оставлен в университете для подготовки к профессорскому званию. В период с 1868 по 1871 г. И. Я. Фойницкий читал курс уголовного права в Аудиториатском училище (позднее - Военно-юридическая академия). В 1871 г. защитив магистерскую диссертацию «Мошенничество по русскому праву (сравнительно-догматическое исследование)», был избран доцентом юридического факультета Санкт-Петербургского университета.

Сразу же после назначения на должность Иван Яковлевич был командирован за границу на два с половиной года. За это время он посетил Австрию, Англию, Германию, Италию, Швейцарию, Францию, работая в столичных библиотеках, слушал лекции в лучших университетах, изучал практику отправления правосудия и исполнения наказания. Во время командировки он досконально изучил зарубежные пенитенциарные системы. Все свои впечатления он подробно записывал, позже они были опубликованы под названием «Письма из-за границы» в «Судебном вестнике».

По возвращении на родину вопросы пенитенциарные и уголовно­процессуальные окончательно сформировали сферу его научных интересов.

Начиная с 1873 г. И. Я. Фойницкий проводил курсы уголовного права и тюрьмоведения в Санкт-Петербургском университете. Тогда же он читал курс уголовного судопроизводства в Императорском училище правоведения и курс энциклопедии права в Императорском Александровском лицее.

Одновременно с преподавательской деятельностью по приглашению министра юстиции принимал самое активное участие в подготовке сборника статистических сведений Министерства юстиции.

В это же время проводилась работа по созданию Юридического общества при Санкт-Петербургском университете, одним из инициаторов которого являлся И. Я. Фойницкий. Его перу принадлежит проект Устава этого общества. Ученый в разные периоды занимал различные посты - от секретаря совета до председателя уголовного отделения Юридического общества. С 1889 г. он был избран членом Международного союза уголовного права, принимал участие в его съездах в Брюсселе, Берне, Париже, Линце. В 1890 г. И. Я. Фойницкий выступил одним из организаторов проведения Санкт-Петербургского международного пенитенциарного конгресса.

Венцом его научной деятельности стала защита докторской диссертации «Ссылка на Западе в ее историческом развитии и современном состоянии» в 1881 году, после чего он получил степень доктора уголовного права.

В 1892 г. при университете им был создан музей уголовного права, а немного позднее кабинет уголовного права, в котором была собрана одна из самых богатых в Европе коллекций книг по криминальной проблематике.

С мая 1896 года и до конца жизни он состоял в звании заслуженного ординарного профессора по кафедре уголовного права и судопроизводства в Санкт-Петербургском университете. В период 1897-1898 гг. он занимал должность декана юридического факультета университета.

В 1900 г. по Высочайшему повелению он принимает должность обер- прокурора кассационного департамента по уголовным делам Правительствующего сената. Несколько лет И. Я. Фойницкий посвятил работе в качестве гласного в Петербургской городской думе. Он стоял у истоков учреждения в России особых судов для малолетних и открытия первого ювенального суда в Санкт-Петербурге.

Перу И. Я. Фойницкого принадлежит около 60 научных работ по проблемам уголовного права, тюрьмоведения, криминалистики, уголовного процесса.

Иван Яковлевич Фойницкий скончался 19 сентября 1913 г.

и был похоронен на Новодевичьем кладбище в Санкт-Петербурге.

Основные труды

Фойницкий И. Я. Мошенничество по русскому праву: Сравнительное исследование. - М.: Изд-во Современного государственного университета, 2006. - 664 с.

Фойницкий И. Я. Тюремная реформа и тюрьмоведение (Вступительная лекция, прочтенная в С.-Петербургском университете 8 января 1874 г.) // Журнал Гражданского и Уголовного Права. - СПб., 1874. Книжка 1 (Январь - февраль). - С. 185-206.

Фойницкий И. Я. Русская карательная система. - СПб.: тип. В. Безобразова и К°, ценз. 1874. - 48 с.

Фойницкий И. Я. Ссылка на Западе в ее историческом развитии и современном состоянии. - СПб., 1881. - 338 с.

Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. - СПб.: Тип. Министерства путей сообщения, 1884. - Т. 1. - 624 с.

Фойницкий И. Я. Защита в уголовном процессе как служение общественное. - СПб.: Типо-литография А. М. Вольфа, 1885. - 66 с.

Фойницкий И. Я. Уголовное право. Учение о наказании: Лекции,читанные в 1-й половине 1886 г.. - СПб.: Типолитография Х. Ш. Гельперн, 1886. - 450 с.

Фойницкий И. Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. - М.: Городец, 2000. - 464 с.

Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. - СПб.: Типография М. М. Стасюлевича, 1897. - Т. 2. - 400 с.

Пенитенциарные идеи в научном наследии И. Я. Фойницкого

Иван Яковлевич Фойницкий стоял у истоков формирования отечественной юриспруденции, написал большое количество работ по уголовному праву, тюрьмоведению, криминалистике, уголовному процессу. Русская тюрьма и ссылка как конечный пункт исполнительной системы уголовного права стали предметом интереса И. Я. Фойницкого задолго до написания его классического труда «Учение о наказании». Другая его работа «Учение о наказании в связи с тюрьмоведением» - результат многолетней юридической практики, нескольких научных работ, лекционных курсов по уголовному праву и тюрьмоведению. Крайне интересные данные были собраны им в архивах Министерства юстиции, Государственного совета.

Автором приводятся статистические данные относительно приговоренных к лишению свободы. Так, в местах заключения по состоянию на 1 января 1885 г. находилось 94 515 заключенных, к 1 января 1886 г. - 99 973. Поступило же в них в течение 1884 г. 728 000 человек, в 1885 г. - 727 500, включая, кроме приговоренных к уголовным наказаниям, добровольно

следующих за ними жен и детей, а также подследственных, пересыльных и заключенных за административные проступки[96]. Документы этих учреждений позволили автору описать положение заключенных в тюрьмах, ссыльных в поселениях Сибири, проанализировать материалы о смертной казни. Кроме того, ученый много внимания уделял анализу мер, которые не предусматривали тюремное заключение: телесных наказаний,

имущественные взысканий, поражение в правах.

Труд И. Я. Фойницкого «Ссылка на Западе в ее историческом развитии и современном состоянии» посвящен исследованию ссылки как карательной и административной меры, занимавшей видное место в системе наказаний современного автору общества. В работе рассматривается понятие ссылки на Западе, ее составные элементы и виды, приводятся различные доводы за и против изгнания и политической высылки, а также за и против ссылки как наказания за общеуголовные преступления. Исследуется ссылка по римскому праву и следовавшим ему законодательствам, а также по английскому и французскому праву, в частности рассматривается изгнание и высылка в Америку, ссылка в Австралию, Гвиану и Новую Каледонию, описываются общественные движения против ссылки.

Изучив историю наказаний в России и за рубежом, ученый смог пролить свет на основные вопросы пенологии как учения о наказании. Широкий круг тем и огромный статистический материал в сочетании с теорией наказания сделали труды И. Я. Фойницкого невероятно ценными по своему значению.

В работе «Учение о наказании в связи с тюрьмоведением» И. Я. Фойницкий в объемных трех частях изложил свои воззрения на право наказания, исследуя субъект, предмет и содержание наказания.

Фундаментальность его труда заключается в том, что им приводится развернутый анализ теорий, господствовавших тогда в государственно- правовой мысли: теории устрашения, теории общего предостережения, теории психического принуждения, теории исправления и др. При рассмотрении идеи целесообразности как продукта исторического развития наказания автор дал детальную характеристику и проводит сравнение различные систем наказаний: римской, древнегерманской, английской, западноевропейской, русской, системы канонического права. Очень много места в работе ученый отводит исследованию так называемые карательные мер и видов наказания.

И. Я. Фойницкий указывал, что право наказания в субъективном смысле (jus puniendi) означает власть запрещения известные действий под угрозой наказания, преследования нарушителей таких запретов и применения к ним уголовной угрозы. Оно распадается на право уголовного преследования, право определения наказания и право исполнения его[97].

В этой связи автор задавал вопросы о том, насколько эффективно такое наказание, насколько виды наказания, определенные в законе, позволяют достигать его цели? И почему стало нормальным попирать евангельскую заповедь любви и прощения, заменяя ее противоположным порядком наказания?

Иван Яковлевич Фойницкий признавал, что наказание представляет собой принуждение, применяемое к учинившему преступное деяние[98]. Такое принуждение может иметь различные формы физического и психического воздействия на личность преступника.

Под преступным деянием автор понимал отрицание преступником того порядка жизни, который был установлен между людьми в результате совместного общежития. Ученый справедливо признавал, что каждый установившийся общественный и государственный строй может существовать только при условии его защиты от нарушения. Если нарушение произошло, а нарушения неизбежны в любом обществе, то порядок должен быть восстановлен, иначе он разрушится.

Наказание всегда сопряжено с причинением или обещанием причинить наказуемому какое-либо страдание.

Поэтому всякое наказание влечет за собой лишение какого-нибудь блага, ранее принадлежащего приговоренному, то есть его свободы, чести, правоспособности, телесной неприкосновенности, имущества, иногда даже жизни. Но вряд ли, по мнению автора, природа наказания может исчерпываться только этим. В этой связи автор поднимал вопрос, почему кражам нужно противопоставлять лишь тюрьму, розги, а не устройство, например, в голодные годы народных столовых, не раздачу съестных припасов и т. п.? Поэтому И. Я. Фойницкий считал, что охрана правопорядка не может быть достигнута исключительно мерами объективными. Немалую роль в этом процессе призваны играть и так называемые субъективные меры.

И. Я. Фойницкий предпринял попытку разграничить уголовные и неуголовные деяния и наказания за них. Так, ученый вспоминал, что еще во времена Петра I должника побуждали к уплате долга отправлением его на каторжные работы[99]. Отделение гражданского права от уголовного он считает безусловным достижением прогресса.

По мнению И. Я. Фойницкого, вопрос о праве наказания следует рассматривать в контексте изучения вопросов о субъекте наказания и об объекте наказания, что напрямую связано с выявлением основ права наказания, целей и свойств наказания.

Рассматривая наказание как правовой институт, И. Я. Фойницкий считал, что в его основании лежат потребности человека, для удовлетворения которых он (человек) нередко совершает противоправное деяние.

Совокупность характерных черт каждого вида потребностей формирует и специфические признаки наказания. Все потребности он дифференцировал на несколько видов:

1) потребности материального существования, которые, по мнению ученого, являются первопричиной всех противоречий между людьми. «.... исход их зависит от величины опасности, угрожавшей существованию, и не останавливается перед самыми насильственными мерами, направлявшимися против личности противника»[100]. Их влияние просматривается в том, что преступников стараются так или иначе отделить от других лиц, то есть гарантировать для последних возможность безопасного существования[101];

2) потребности, лежащие в чувственной, сенсуальной стороне человеческой природы. «Обида, наносимая человеку, чувствуется им как вторжение в сферу его личности, как оскорбление его полноправия, и это чувство вызывает рефлекс в виде отплаты за обиду»[102]. Эти потребности вызывают к жизни месть и ее более развитые формы и поэтому созвучны принципу талиона. Автор анализирует распространенные в то время теории: теория непосредственного чувственного возмездия (Спасович); теория религиозного возмездия (Иох, Шталь); теория наказания как космической необходимости нравственного порядка (Гуго Гроций, Вольф); теория наказания как нравственного воздаяния (Кант). По мнению И. Я. Фойницкого, представители этих теорий справедливо указывают на личные сенсуальные потребности как на одно из оснований кары, но неверность этих теорий состоит в том, что они абсолютизируют значение этих потребностей, рассматривают их как исключительные основания наказания, игнорируя все другие. Это приводит к однобокому рассмотрению вопроса о соответствии между карой и виной[103];

3) потребности, лежащие в его стороне умственной, интеллектуальной[104].

Под такими потребностями Иван Яковлевич понимал диалектический, математический, экономический способы уравнения («...интеллектуальные основания породили систему выкупа и тальона, то есть систему зачета (уравнения) обиды благом. »[105]) между нанесенным вредом и репрессией.

Говоря о так называемой государственности наказания, ученый определял, что наказание - это не только право, но и обязанность государства восстанавливать нарушенные преступным деянием общественные интересы.

Таким образом, И. Я. Фойницкий определял следующие специфические признаки наказания как государственно-правового института:

1) наказание назначается и выполняется во имя общих государственных интересов, а не для удовлетворения каких-нибудь отдельных интересов;

2) применение наказания рождает публичные отношения между государством и наказуемым;

3) наказание должно быть одинаковым для всех, исключая сословные, имущественные, классовые различия;

4) меры наказания должны устанавливаться только государством;

5) наказание влечет за собой отрицательные последствия не только для преступника, оно не выгодно и государству[106].

Исходя из государственно-правовой природы наказания следует помнить, что наказание не следует отождествлять с:

1) божьим возмездием за грехи;

2) невыгодными последствиями, наступающими вследствие пренебрежения законами природы;

3) угрызениями совести и внутренним беспокойством, то есть деятельным раскаянием;

4) мерами самообороны;

5) иными мерами, принимаемыми для охраны и удовлетворения частных интересов, например, мерами гражданского взыскания (штрафы, неустойка и т. п.);

6) общественным порицанием;

7) самоуправством, личной расправой за преступления[107].

Говоря о наказании как об институте принуждения, он обращал внимание на детерминированность его условиями государственной действительности в конкретный исторический период: «...государства теократические применяли у себя иные наказания и в ином объеме, чем государства полицейского уклада; карательная система и объем наказуемых деяний в последних в свою очередь существенно отличается от существующих в государствах правового типа»[108].

Исходя из государственно-правовой природы и целей наказания ученый вывел ряд его свойств:

1) справедливость, то есть оно должно применяться только к виновному лицу, быть соразмерным как совершенному деянию, так и субъективной виновности;

2) целесообразность, то есть оно должно достигать те цели, которые им определяются;

3) восстановимость, то есть при его назначении государство не в праве лишать лицо тех благ (например, жизни), которые возвратить невозможно;

4) экономичность, то есть необходимо выбирать такой вид наказания, который позволит достичь целей наказания с наименьшими затратами для общества;

5) чувствительность, то есть наказание должно быть неотвратимым для преступника[109].

Совершенно логичным и целесообразным считал автор включение в содержание этой книги, ранее описанные в отдельном произведении «Ссылка на Западе в ее историческом развитии и современном состоянии» свои представления о содержании наказания в виде ссылки, ее видах и назначении.

Говоря о тюремном заключении, Иван Яковлевич не ограничивался только выведением теоретической конструкции понятия «тюремное заключение», а подробно изучал его свойства, задачи и историю становления. Весьма ценный материал представляют те разделы работы, в которых дается описание и оценка тюремных систем (филадельфийская, одиночного заключения, келейного заключения, система прогрессивности и др.).

Анализ всей структуры пенитенциарной системы И. Я. Фойницким направлен на поиск оптимальных условий исправления и объяснение теоретической базы, на основе которой должна строиться работа тюрем, ссыльных поселений и других мест отбывания наказаний. Автор обращал внимание на то, что сложности, которые испытывает освобожденный преступник при поиске честного труда, не могут быть поставлены ему в вину. Эти обстоятельства затрудняют исправление и толкают его на путь рецидивиста, что только осложняет общую криминальную обстановку.

К мерам исправления заключенных И. Я. Фойницкий относил тюремную работу, образование, дисциплину, воспитание, архитектуру и даже гигиену.

Трудно не заметить созвучность тезисов, высказанных ученым, современным представлениям о мерах исправления осужденных.

Исследуя природу так называемой тюремной работы, ученый указывал, что «...тюрьма как мера наказания, не может ограничиваться содержанием арестанта без всякого дела...», «.тюрьма не должна быть жилищем более комфортабельным, чем хижина свободного рабочего», «.Безделье развращает арестантов и делает весьма трудным надзор за ними, без которого невозможно никакое исправительное влияние тюремных мер»[110].

И. Я. Фойницкий считал, что тюремная работа должна сформировать у заключенных привычку честного и систематического труда. Она должна

способствовать накоплению у них практических знаний и навыков, что станет непременным условием честного существования после освобождения. Род тюремных занятий необходимо определять в зависимости от задач тюрьмы как меры борьбы с преступностью. Кроме того, привлекая арестантов к труду, необходимо «исключить вредные последствия конкуренции тюремной работы для свободного производства»[111]. Ученый также обращал внимание на то, что тюремный труд должен быть обязателен для всех заключенных, а продолжительность рабочего дня не должна превышать 10 часов, ибо такая продолжительность вредит успехам тюремной деятельности.

Тюремное образование, как он его представлял, направлено на развитие интеллекта, расширение научных, нравственных, технических познаний арестанта, а тюремное воспитание способствует развитию его характера, передаче ему энергии, необходимой для применения нравственных начал, полученных путем образования[112].

Под тюремною дисциплиной автор понимал совокупность мероприятий, имеющих задачей поддержание порядка и спокойствия в стенах тюрьмы[113]. Существенным условием для тюремной деятельности выступает поддержание постоянного и бдительного надзора за арестантами со стороны тюремного начальства.

По мнению И. Я. Фойницкого, тюремный надзор состоит в наблюдении за поведением и работой заключенных незаметно от них.

Для облегчения надзора за арестантами вполне оправданным является запрет вносить в тюрьму те вещи, которые могут повлечь угрозу тюремному порядку (побегу, нападению на надзирателей и т. д.). Находясь в тюрьме, арестант полностью оказывается во власти тюремного начальства, только с его согласия допускаются его сношения с внешним миром[114].

Надзор играет важную роль и в деле предупреждения вредного влияния одних арестантов на других. В этом вопросе, по мнению ученого, важную роль играет одиночная система заключения и классификация заключенных с целью устранения арестантского сообщества, объединяющего их для борьбы с тюремным порядком и для совершения новых преступлений[115].

Этой проблеме русской тюремной системы И. Я. Фойницкий уделял особое внимание. Он достаточно критично оценивал деятельность комиссии под руководством графа В. А. Соллогуба, развивающей артельные начала в тюремном пространстве. Теоретические основы для этого эксперимента были

заложены в научном труде Н. М. Ядринцева «Русская община в тюрьме и ссылке»[116].

И. Я. Фойницкий писал, что «.нельзя признать успешными попытки этой комиссии как можно прочнее объединить арестантов в потребительно­производительные артели: при побеге одного отвечают все, за хорошую работу награды даются всем и т. д.[117]. Он считал, что такая консолидация арестантского населения приводила к тому, что тюремное начальство стало сталкиваться в тюрьме только с артелями, а не с отдельными их членами, то есть заключенные, создавая прочные корпорации, выступают коллективной силой против руководства учреждений.

Наличие тюремной общины и сегодня является одной из проблем пенитенциарной системы, поэтому меры противодействия ей, предложенные мыслителем еще в XIX в., не утратили своей актуальности и по сей день. Среди них он называл строгое соблюдение законности самим тюремным начальством, знакомство заключенных с правилами внутреннего распорядка учреждения, правами и обязанностями арестантов. За законопослушное поведение - активное применение к ним мер поощрения, за правонарушения - привлечение их к строгим дисциплинарным взысканиям[118].

Говоря о мерах дисциплинарного воздействия, автор признавал, что они полностью согласуются с воспитательными задачами тюремной деятельности и воспитания. Описав дисциплинарные взыскания, применяемые в различных пенитенциарных системах, И. Я. Фойницкий соглашался с мерами, предложенными на Стокгольмском пенитенциарном конгрессе (1878 г.): выговор; лишения (запрет чтения, работ, мебели, перевод в другое помещение (темное или светлое) с постелью или без. Касательно отказа арестанту в приеме пищи однозначного решения в позиции ученого не просматривается.

Под тюремным воспитанием И. Я. Фойницким понимал «совокупность мер тюремной деятельности, объединяющая тюремную работу, тюремное образование и тюремную дисциплину, направленных на воспитание арестантов в духе начал, требуемых целями общежития»[119]. Говоря о важности воспитательных мер, ученый отдельно выделял вопрос о практике применения условно-досрочного освобождения. На тот момент было известно два вида условно-досрочного освобождения: условное и безусловное. В первом случае за примерное поведение арестанта решение об его освобождении принимала тюремная администрация, и такой вид являлся скорее воспитательной мерой. Во втором случае освобождение

осуществлялось судом по представлению тюремного начальства и являлось разновидностью помилования[120].

Важное значение для реализации мероприятий надзора, по мнению ученого, имеет поддержание удовлетворительных санитарно-гигиенических условий в местах лишения свободы.

Соблюдение чистоты было признано необходимым условием, как в санитарных, так и в воспитательных целях, то есть тюрьма давала важные уроки опрятности не только во время заключения, но и для постпенитенциарного периода[121].

Относительно арестантской пищи были сделаны следующие заключения: во-первых, она должна быть скромной и суровой, чтобы не вызывать соблазна у свободных людей; во-вторых, ее качество должно быть удовлетворительным, чтобы не нанести вреда здоровью; в-третьих, размер арестантского пайка должен определяться не стоимостью, а количеством питательных веществ.

Обеспечение арестантов одеждой тоже являлось обязанностью пенитенциарного учреждения. Одежда заключенных не могла быть изящной, а должна была соответствовать санитарно-гигиеническим нормам.

Ученый не мог обделить своим вниманием и вопрос о тюремной архитектуре. Тем более что интересы гигиены тогда требовали достаточного простора помещений (не менее 2,5-3, 5 куб. саж. воздуха на человека). Конечно же, нельзя было не учитывать при устройстве тюремных замков и требований надзора[122].

И. Я. Фойницкий поднимал очень важный вопрос о подготовке кадров для пенитенциарной системы. Изучив историю этого вопроса на материалах Франкфуртского (1848 г.) и Стокгольмского (1872 г.) пенитенциарных конгрессов, он считал недостаточной наличие у персонала лишь практических навыков работы и исключение какой бы то ни было теоретической подготовки. В этой связи он поддерживал идею о целесообразности создания школы тюремщиков. Достаточно критично он оценивал практику привлечения в тюремную систему полицейского персонала и отставных военных, которые, как он считал, не имеют никакого представления о задачах, лежащих на тюрьме[123].

Анализируя организационно-управленческую структуру низового звена тюремной системы, исследователь отмечал, что на протяжении длительного периода времени деятельность тюрем определялась произволом местных

властей. Губернские правления глубоко не вникали в содержание работы их администрации, круг своих обязанностей ограничивали, главным образом, назначением смотрителей тюрем, контролем за обеспечением изоляции преступников, предотвращением их побегов.

Придавая исключительное значение рассмотрению данной проблемы, ученый подчеркивал необходимость четкого распределения обязанностей между тюремными надзирателями.

По мнению И. Я. Фойницкого, проблема закрытости тюремной системы от общественности начала решаться с созданием различных вспомогательных учреждений, так называемых наблюдательных тюремных советов, комиссий. Такой совет или комитет «пенитенциарного содействия» должен был состоять из лиц безупречной нравственности, действовать под наблюдением высшего тюремного управления.

В круг вопросов, подлежащих рассмотрению наблюдательными тюремными советами, входило посещение камер, прогулочных двориков, библиотек и т. д., прием заявлений и жалоб от арестантов, представление предложений по вопросам помилования, условно-досрочного освобождения, постпенитенциарный патронат, трудоустройство, юридическая помощь заключенным.

Таким образом, можно отметить, что в научном наследии И. Я. Фойницкого представлен достаточно подробный анализ института наказания как социального явления. Значительное внимание уделено отечественной системе исполнения наказаний, включая вопросы ее исторического развития. Автором дается обобщение имеющейся в России в тот период информации, касающейся генезиса института наказания.

Теория наказания занимала одно из важных мест в системе воззрений мыслителя. В его работах были заложены прогрессивные теоретические тенденции развития системы уголовного наказания в виде лишения свободы.

Если проанализировать все аргументы, выдвигаемые ученым, то их можно аккумулировать в следующие положения:

- право наказывать вытекает из чувственных, нравственных и умственных свойств природы человека;

- поскольку в обществе существует принуждение, постольку должно существовать и наказание;

- наказание является средством защиты государства от преступлений;

- наказание необходимо для поддержания правового порядка в государстве;

- если существует правопорядок, то в силу этого должно существовать и уголовное правосудие, которое должно судить и наказывать преступников, подтверждая и охраняя таким путем правовые нормы.

Данные положения тесным образом соприкасаются с другой стороной теории наказания, а именно с целями наказания. Исходя из ответа на вопрос о целеполагании наказания, ученый дифференцировал теории наказания на 66

абсолютные, относительные и смешанные. К абсолютным он относил те теории, авторы которых видят в наказаниях исключительно только воздаяние за совершенное преступление (теория материального возмездия И. Канта, теория диалектического возмездия Г. Гегеля, теория «непротивление злу насилием» Л. Толстого и др.). Под относительными теориями он понимал те, которые в наказании видят целесообразность и полезность (теория полезности И. Бентама, теория предупреждения Грольмана и др.). Теории же, представители которых пытаются найти «золотую середину» между первыми и вторыми, он определял как смешанные (теория психологического принуждения А. Фейербаха, теория справедливости П. Росси, теория заглаживания вреда К. Велькера и др.).

Взгляды И. Я. Фойницкого позже легли в основу так называемой интегративной теории, согласно которой к целям наказания следует относить устрашение, общую и частную превенцию. Под специальным же предупреждением он понимал исправление осужденного до нравственного его возрождения.

Главная мысль, пронизывающая научные труды И. Я. Фойницкого, может быть сформулирована так: видеть в преступнике человека, воспитывать его трудом, развивать его самосознание.

Много места в его воззрениях занимают суждения о необходимости классификации преступников, дифференциации и индивидуализации исполнения наказания и пр. , что является вполне созвучным современным представлениям о целях и видах наказания.

Регулярное участие ученого в работе международных тюремных конгрессов позволило ему побуждать тюремное ведомство к активным действиям в решении многих проблем пенитенциарной системы. В частности, решительней стал использоваться труд арестантов как средство их исправления, был расширен круг лиц, привлекаемых к работе с заключенными, стали разнообразнее формы воздействия на сознание заключенных.

Смысловые конструкции И. Я. Фойницкого, несмотря на смену научных парадигм, никогда не умирали, они стали той питательной основой, на которой вот уже более ста лет существует особый юридический менталитет. А значение его идей относительно понимания цели наказания в виде ориентиров на исправление преступника, на восстановление уважения и доверия к нему граждан, на восстановление чести и достоинства пострадавшего, на восстановление справедливости вряд ли сегодня можно преувеличить.

1.6.

<< | >>
Источник: История пенитенциарной мысли: учебное пособие / под общей редакцией О. Ю. Ельчаниновой. Самара: Самарский юридический институт ФСИН России,2018. - 350 с.. 2018

Еще по теме Фойницкий Иван Яковлевич (1847 - 1913):

  1. Фойницкий Иван Яковлевич (1847 - 1913)
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -