Магистраторское право (jus homorarium)

Консервативность Законов XII таблиц наряду с имеющейся практикой lex и plebiscitum компенсировалась также jus homorarium.

Сущность магистраторского права Активная и разносторонняя деятельность римских магистраторов всех уровней и имеющиеся у них широкие правотворческие полномочия привели к созданию так называемого магистраторского права (jus honorarium), которое являлось совокупностью выработанных практикой деятельности преторов и курульных эдилов правовых норм и исков.

Самой эффективной магистраторской деятельностью в этой сфере была работа преторов и предоставленные им возможности

издавать эдикты и тем самым вносить в право что-то новое. Наи­большая активность преторского правотворчества приходится на период 250—80 гг. до н.э.

Со временем сложилось такое явление, как преторское право (jus praetorium или ius honorarium). Оно было представлено со­вокупностью правовых предписаний, направленных на регламен­тацию частноправовых отношений в римском обществе и соз­данных в процессе активной деятельности светских знатоков права (juris prudentes) и администраторов — преторов. Последние были выборными должностными лицами аппарата городского управ­ления, которые с 366 г. до н.э. наделялись широкими админи­стративно-судебными полномочиями («органы мира и поряд­ка в городе»).

Преторское право характеризовалось динамизмом и опера­тивностью реагирования на постоянно изменяющиеся общест­венные отношения, а также гармоничным соединением норм национального (квиритского, цивильного) права и права наро­дов. Об этом красноречиво свидетельствуют положения Дигест: преторское право — это право, «которое ввели преторы для со­действия цивильному праву или для его дополнения или для исправления в целях общественной пользы» (D.

Магистраторское право было представлено создаваемыми но­сителями почетных (honor) выборных должностей особых решений как по общим вопросам правового регулирования, так и по кон­кретным делам. Такие решения именовались эдиктами (edictum, объявление, предписание, приказ) и представляли собой распо­ряжения высших должностных лиц аппарата городского управ­ления, имеющее разовое или годичное действие и направленное на регулирование конкретной сферы общественных отношений. Они так и назывались — «законами на год» (lex annua).

Виды эдиктов В зависимости от субъектов создания эдикты подразделялись следующим образом.

1. Эдикты преторов (album praetoris)^[41]. Они отличались гиб­костью, динамизмом и оперативностью реагирования на любые изменения общественных отношений, предложения по совершен­ствованию правового регулирования, ежегодно выдвигаемые пре­торами в своих предвыборных программных документах — эдик-

тах, после вступления на должность становящихся официаль­ным источником права. Их действие ограничивалось территорией, находящейся в юрисдикции соответствующего магистрата и го­дичным сроком его полномочий.

Преторские эдикты отличались тем, что изменить законов преторы не могли, но своими нормами (толкованием) они при­водили к тому, что древний квиритский закон фактически пере­ставал действовать. Такая ситуация носила название «голого пра­ва» («nudum jus Quirium»).

2. Эдикты эдилов (edicta aedilicia). Они содержали правовые нормы, вырабатываемые в практике деятельности эдилов (плебей­ских, курульных, цереальных магистратов, выполняющих функции полицейского управления) и направленные на разрешение текущих вопросов оперативного управления городской жизнью, а также на обеспечение публичного порядка в общественных местах. Сло­жившая в ходе такой деятельности правовая практика получила название права эдилов (jus aedilicium).

3. Эдикты городского префекта (edictum praefectus urbi). Та­ковыми были распоряжения префекта Рима, направленные на разрешение тех или иных вопросов, как правило, хозяйственно­го свойства, возникающих в процессе оперативного управления городской жизнью.

Схожим по характеру и природе с эдиктами римского префек­та были провинциальные эдикты (edictum provinciale), которые издавались наместниками провинций с учетом местных условий.

Также эдикты могли быть: перенесенными (edictum tralaticium), представляющими собой заявление магистрата, в котором со­держалось обещание претора о том, что он будет придержи­ваться в своей деятельности принципов и практики своего предшественника; новыми (edictum novum), закрепляющими неиз­вестные ранее, но в данных условиях рациональные положения юридической практики; непредвиденными (построенными на об­стоятельствах конкретного случая, либо применения правовых предписания в отношении отдельных личностей) и др.

Наиболее совершенные из предлагаемых ежегодно преторами форм регламентации общественных отношений (edictum novum) переходили из эдикта в эдикт (edictum tralaticium) и с течением времени становились неотъемлемыми элементами действующе­го права.

Постепенно обновление законодательства, по причине его уже достаточно всесторонней и высокой разработанности, стало уже довольно затруднительным делом. К тому же складывающаяся система политической и государственной власти оставляла все

меньше места для создания и внедрения в общественные отно­шения каких-либо существенных новаций правового регулиро­вания. Поэтому с 67 г. н.э. широкие правотворческие полномочия преторов были существенно ограничены постоянным эдиктом (edictum perpetuum). К 131 г., когда все эдикты преторов уже прошли свою систематизацию, сенатом был одобрен так назы­ваемый «Вечный эдикт», который претор при вступлении в долж­ность должен был принимать руководством к действию, не про­являя при этом никакой инициативы.

Итак, с изъятием у преторов правотворческих прерогатив, а также с явным игнорированием властью деятельности народных собраний на фоне активизации императорской канцелярии рим­ское общество в рассматриваемый период постепенно теряло возможность влиять на развитие права и, как показала история, уже безвозвратно. Динамизм права стал постепенно замедляться.

5.6.