<<
>>

ДЮНКЕРКСКИЕ СОБЫТИЯ

«Дюнкеркское чудо» — так многие военные историки ва Западе именовали спасенне от полного разгрома британской экспедиционной армии и части французских войск в конце мая — начале июня 1940 с. Действительно, эвакуация морем с полей Флаид- рни в недельный срок ЗЖ-тысячиой союзной группировки нз-под носа у немцев казалась невероятным делом.
Изучению этого события посвящено немало книг и статей Большинство исследователей сходится на том, что своим спасением нз дюнкеркского «мешка» союзные войска обязаны прежде всего приказу германского командования от 24 мая 1940 г., приостановившему наступление немецких танков на рубеже Гравлин, Сент-Омер, Эр, Бетюн в тот момент, когда до Дюнкерка оставалось каких-нибудь 20 км н победа над противником казалась обеспеченной. В отношении же причин, по которым немецкое военное руководство приняло решение от 24 мая, были выдвинуты разные толкования.
До 1960 г., когда впервые в наиболее полном виде были опубликованы документы гитлеровского командования, относящиеся к военной кампании против Франции , в дюнкеркской проблеме было много неясного. Тем более, что ее основательно запутали немецкие генералы. Чтобы реабилитировать себя, доказать свою военную непогрешимость, они в 1945—1947 гг. пустили версию о единоличной ответственности Гитлера за «стоп-приказ» от 24 мая, остановивший наступление танков перед Дюнкерком. Причем сначала это связывалось с дилетантизмом Гнтлера в военных вопросах. Так появилась одна из легенд об «утерянных победах». Родоначальником ее был не кто иной, как командующий группой армнй «А» Рундштедт, представивший в интервью Б. Лиддел Гарту события под Дюнкерком в превратном свете .
Для мотивировки появлення «стоп-приказа» Гитлера вскоре были выдвинуты причины, которые связывались с его стремлением заключить мир с Англией. Возникла легенда о «золотом мосте» через Ла-Манш, которая выгораживала уже Гнтлера. Ее подхватили некоторые буржуазные историки 4. Появились различные модификации этой легенды. Ей сопутствовало столько нелепых и диких выдумок, что разобраться в них неискушенному читателю было очень трудно или просто невозможно. Однако опубликованные еще в ходе Нюрнбергского процесса документы, относящиеся к дюн-керкской проблеме, заставили многих исследователей, в том числе Б. Лиддел Гарта, пересмотреть свон взгляды и отказаться от упомянутой версии. После издания в 1960 г. основных документов, отражающих действия гитлеровского командования в период с 24 мая по 4 июня 1940 г., с дюнкеркской проблемы был снят покров таинственности.
Несостоятельность легенды немецко-фашистских генералов о «дюнкеркском чуде», сотворенном одним Гитлером в поисках благосклонности Англии, была убедительно раскрыта историками ГДР .
В советской историографии по этому вопросу было представлено мнение ряда историков, что под Дюнкерком Гитлер преднамеренно позволил английской экспедиционной армии эвакуироваться, чтобы улучшить тем самым шансы Германии на заключение мира с Англией .
В настоящее время в распоряжении исследователей имеется достаточное количество документов командования вермахта и воспоминаний участников военной кампании 1940 г., чтобы, сопоставив их с действительным ходом военных действий, получить верное представление об истинных замыслах и мероприятиях военного руководства
фашистской Германии в период дюнкеркских событий. *
К 20 мая 1940 г., на десятый день военной кампании против Франции, немецкому командованию удалось выполнить одну из основных задач плана войны против Франции («Гельб») — глубоким ударом танковой группы Клейста через Арденны на Аб- виль рассечь стратегический фронт союзников.
В результате этого 1-я французская, британская экспедиционная и бельгийская армии, а также остатки 9-й и часть сил 7-й армий, насчитывавшие в общей сложности около 45 соединений, оказались отрезанными в Северной Франции и Фландрии от основных союзных сил. 9-я и 2-я французские армин, по которым пришелся главный удар группы армий «А», прекратили свое существование. В образовавшуюся брешь в союзном фронте хлынул поток немецких танковых, моторизованных, а за ними пехотных дивизий. На северном крыле Западного фронта в это время 18-я и 6-я немецкие армии вышли на рубеж р. Лис и захватили на ней несколько плацдармов.
Весь дальнейший ход войны на Западе для германского командования зависел от того, насколько быстро ему удастся ликвидировать отрезанную группировку противника н воспрепятствовать созданию французами прочного фронта обороны по рубежу рек Сомма, Эна до северной оконечности линии Мажино,
В день прорыва немецких танков к Ла-Маншу главным командованием сухопутных войск был в общих чертах составлен план второго завершающего этапа кампании, получивший вскоре наименование операции «Рот». Он предусматривал проведение с рубежа Соммы и Эны глубокого обходного маневра в тыл линии Мажино , 21 мая этот план был представлен в штаб верховного главнокомандования и получил одобрение Гнтлера.
22 мая войска группы Клейста повернули от Соммы на север и северо-восток. Ее 19-й танковый корпус под командованием Гудериана наносил удар от Абвиля на Кале и Булонь, справа от него действовал 41-й танковый корпус. На 14-й моторизованный корпус возлагалась задача прикрывать до подхода пехотных дивизий тыл группы Клейста на рубеже Соммы от Перонна до устья реки.
Справа от группы Клейста действовал 15-й танковый корпус (в дальнейшем преобразованный в танковую группу Гота), нанося удар на Сент-Омер.
К вечеру 22 мая танки 19-го корпуса, встречая слабое сопротивление противника, вышли в район Булони. Но на правом фланге танковой группы Клейста, в районе Арраса, три английские бригады совместно с частью сил 3-й француз- ской механизированной дивизии при поддержке 70 танков нанесли контрудар в южном направлении. Он пришелся по флангу 7-й танковой дивизии Роммеля и дивизии СС «Мертвая голова», застигнутым врасплох. В ходе наступления англичане нанесли немцам чувствительные потери .
В связи с этим командующий 4-й армией Клюге вынужден был изъять из состава группы Клейста 9-ю танковую дивизию и моторизованную дивизию СС особого назначения («V») для усиления немецкой группировки у Арраса и ликвидации воз-никшего там кризисного положения. Командующий группой армий «А» Рундштедт отдал приказ о временной приостановке наступления танковых войск в направлении Булони и Кале на рубеже Сен-Поль, Этапль до «прояснения обстановки в районе Appacd» . 6-я армия Рейхенау получила приказ усилить натиск на противника левым флангом, «чтобы помочь 4-й армии» ш.
Создав значительное превосходство в силах над союзниками в районе Арраса, немцы вынудили англичан отступить 23 мая в район Бетюна. До 21 мая британская экспедиционная армия фактически не вела крупных боев и сохраняла свою боеспособность. Под Аррасом англичане продемонстрировали, что они могут стойко и упорно сражаться даже при наличии небольших сил.
События под Аррасом оказали довольно сильное психологическое воздействие на вемецкое верховное командование. В разгар боев в этом районе Гитлер позвонил в штаб группы армий «А» в Шарлевиль и в нервных тонах потребовал принять меры к тому, чтобы ускорить переброску на запад через «танковый коридор» отставших пехотных дивизий для высвобождения моторизованных войск, временно обеспечивавших южный фланг и тыл немецкого ударного клина по р. Соммеи.
В ставке Гитлера опасались контрудара союзников по южному флангу немецкой ударной группировки в сочетании с встречным ударом с севера, что могло сорвать осуществление всего плана войны против Франции.
В оценке положения на левом фланге ставка Гитлера расходилась во мнении с главным командованием сухопутных войск, которое не видело никакой угрозы для наступавших танков с юга. Опасения Гитлера, йодля и Кейтеля за южный фланг разделял и Рундштедт . И эти опасения были вполне обоснованными. Ведь немецкие танки две недели действовали в отрыве от пехоты, оставшейся далеко в тылу.
Решительные встречные контрудары союзников с севера и юга через «танковый коридор», ширина которого на линии Аррас—Перонн составляла около 40 км, могли захлопнуть немецкие танковые и моторизованные дивизии в громадной ловушке и поставить их в исключительно тяжелое положение. Именно в этом состояла суть плана союзного главнокомандующего Вейгана, принятого 22 мая . Однако осуществить его так и не удалось. Отсутствие целеустремленного руководства, нерешительность, удивительная неповоротливость и медлительность всех звеньев французского командования, исключительно плохая координация действий союзных войск, разногласия в лагере союзников привели к тому, что наступление англичан под Аррасом не было поддержано ударом с юга силами 3-й группы армий генерала Бессона м. В связи с этим начальник штаба группы Клейста писал: «На южном оборонительном фронте по реке Сомме в этот день (22 мая.— В.Д.) было спокойно. По непонятным причинам англо-французские попытки прорыва с севера не были поддержаны вспомогательными ударами через Сомму. Тем легче танковая группа Клейста приняла рискованное решение о постановке широких целей для наступления на север» ,
В день падения Арраса 19-й и 41-й танковые корпуса получили приказ овладеть Булонью и Кале, затем повернуть на восток и захватить плацдармы на канале Аа и Ла-Бассе, чтобы создать предпосылки для окончательного уничтожения союзных войск под Дюнкерком.
Общая задача группы армий «А» была сформулирована в приказе ОКХ, отданном в ночь с 22 на 23 мая, следующим образом:
«Группе армий «А» по достижении рубежа Бетюн, Сент-Омер, Кале повернуть фронт наступления подвижных соединений на рубеж Армантьер, Ипр, Остенде, а пехотным дивизиям в кратчайший срок выйти на рубеж Лан, Сент-Омер, чтобы отсюда следовать за подвижными соединениями в северо-восточном направлении» . Группа армий «Б» должна была активными действиями сковать противника, экономно расходуя свои силы.
Продвигаясь дальше на север и восток, немецкие танковые войска впервые с начала кампании столкнулись с очень неприятным для них обстоятельством — местным господством авиации противника. Это объяснялось тем, что базы немецкой авиации оказались далеко в тылу, перебазирование самолетов на захваченные французские аэродромы не было еще осуществлено. Английская же авиация получила возможность действовать против войск противника непосредственно с территории Англии. «Группа Клейста,— отмечал в связи с этим Гальдер,— впервые сообщила о превосходстве противника в воздухе» 17.
23 мая танки Гудериана блокировали Кале и Булонь. Его 1-я танковая дивизия после передачи осады города 10-й танковой дивизии начала наступление на Гравлин, находящийся примерно в 20 километрах от Дюнкерка, и овладела четырьмя плацдармами на восточном берегу канала Аа. Войска 41-го корпуса вышли на канал на участке Эр, Сент-Омер. Командир этого корпуса решил продвинуть свои танки 24 мая через канал до рубежа Мервиль, Азбрук, Кассель, чтобы лишить противника возможности создать на этом водном рубеже новый фронт обороны . Генерал Клейст одобрил это решение. В соответствии с приказом ОКХ он намеревался нанести удар на восток в направлении Дюнкерка, используя максимальное количество сил. В связи с этим он просил командующего 4-й армией возвратить в танковую группу временно изъятые из нее соединения, посланные под Аррас. Наступление было назначено на 15.00 24 мая . Но оно не состоялось.
23 мая Рундштедт и Клюге пришли к единодушному мнению о необходимости временно отложить наступление 4-й армии на 25 мая, чтобы подтянуть войска и дать им небольшую передышку для подготовки к завершающим боям .
Непосредственными причинами этого решения явились следующие обстоятельства. Прежде всего в результате непрерывного двухнедельного наступления, во время которого было пройдено около 600 км, в группе Клейста вышли из строя до 50% боевой техникиSI. Танковые соединения были разбросаны на большой территории. Две моторизованные дивизии 44-го моторизованного корпуса на Сомме еще не были сменены пехотными дивизиями. Следовательно, настоятельно требовалось подтянуть и перегруппировать войска группы Клейста. К этому надо добавить, что не до конца еще прояснилась обстановка под Аррасом, где было сковано около пяти немецких дивизий; по данным воздушной разведки, противник нацеливал крупные силы на северный и южный фланги 4-й армии.
Но все это, так сказать, местные причины. Весь комплекс проблем, вставших перед немецким командованием, был значительно сложнее. Сражение в Северной Франции и во Фландрии вступило в свою критическую стадию. Нужно было принять принципиальное решение о дальнейшем ведении операции по разгрому отрезанных армий противника. При этом важнейшее значение для немцев приобретала, с одной стороны, экономия сил и предоставление оперативной паузы танковым войскам для подготовки и проведения второго завершающего этапа военной кампании, а с дру-гой,— проблема сохранения и даже наращивания темпов наступления, чтобы избе-жать затяжных боев на севере и исключить опасность стабилизации союзного фронта на рубеже Соммы и Эны. Вермахту предстояло еще решить основную задачу всей кампании — после ликвидации северной группировки союзных войск окончательно сокрушить Францию и устранить для Германии угрозу второго фронта при последующем ее нападении на Советский Союз. Для гитлеровских стратегов это составляло центральную военно-политическую проблему на первом этапе второй мировой войны. С ее решением они связывали успех главного акта всей войны — агрессии против СССР, достижение основных политических, экономических и военных целей германского империализма. Приблизившись вплотную к осуществлению главной задачи войны на Западе, гитлеровское руководство стремилось во что бы то ни стал о избежать повторения марнских событий 1914 г., когда Германия не смогла разбить Францию и оказалась вынужденной вести борьбу на два фронта.
Немецко-фашистские стратеги торопились с проведением второго этапа военной кампании против Франции еще и по другим причинам. Они, в частности, опасались, что активное выступление французского народа против захватчиков могло сорвать все их планы. Пример Парижской коммуны служил им грозным напоминанием. Онн отдавали себе отчет в том, что развитие воеино-политической обстановки — это уравнение со многими неизвестными. «Мы,— писал Гальдер,— не приветствовали бы революционные изменения во Франции. Но если там будет создан «Народный фронт», нам трудно будет отвергнуть его предложения о мире. Если же мы все-таки отвергнем, «Народный фронт» и националисты объединятся» .
Все эти соображения дают ключ к пониманию событий, развернувшихся под Дюнкерком.
К 24 мая три союзные армии были прижаты к побережью в треугольнике Маль- дегем, Валансьенн, Гравлин. Бельгийские войска (около 17 дивизий) оборонялись на рубеже Мальдегем, Менен. Южнее, перед Лиллем, оборону удерживали четыре английские дивизии. В южной вершине треугольника на участке Кондэ, Валансьенн, Лан действовали соединения 1-й французской армии. На западе по линии канала Аа, Эр, Ла-Бассе позиции занимали французская 68-я пехотная дивизия и несколько английских импровизированных групп. Для укрепления западного фланга союзной группировки с восточного участка фронта были сняты и срочно подтягивались 2-я, 44-я и 48-я английские дивизии .
24 мая командование 1-й группы армий готовилось к нанесению удара на юг в со-ответствии с планом Вейгана. Для этого создавались две ударные группы. Первая в составе 5-й и 50-й английских пехотных и 25-й французской механизированной дивизий должна была нанести удар на Перонн, а вторая (2-я и 5-я севёроафриканские дивизии) — на Бапом. Однако эта операция приняла чисто локальный характер, так как английское командование, начавшее подумывать об эвакуации войск в Англию еще с 17 мая, не желало отрывать свои дивизии слишком далеко от побережья.
Опасаясь французских контрударов с юга, немецкое командование сразу же после осуществления прорыва на Маасе начало всемерно усиливать левый фланг ударной группировки за счет резервов ОКХ. К 24 мая из 42 дивизий резерва ОКХ в прорыв было введено 12 дивизий . Все они были направлены на южный фланг. Кроме того, ударный клин н южный фланг наступающей группировки были усилены за счет войск группы армий «Б».
В результате осуществления этих мероприятий к 23 мая состав группы армий «Б» сократился с 29 до 21 дивизии, в то время как группа армий «А» непомерно возросла: она включала 71 дивизию (в том числе все танковые) . Они были объединены в 22 корпуса и 5 армий. ОКХ стало серьезно опасаться, сможет лн командование груп-пы армий «А» «достаточно подвижно и энергично руководить войсками» . Поэтому Браухич решил 23 мая возложить на группу армий «Б» «единое руководство последним актом битвы на окружение» и подчинить ей 4-ю армию . Этого настойчиво добивался уже на протяжении нескольких дней командующий группой армий «Б» генерал Бок. Такая перестройка руководства войсками позволила высвободить штаб группы армий «А» и ряд ее соединений для подготовки наступления через Сомму в южном направлении, пока войска Бока будут заняты ликвидацией север-ной группировки союзников.
24 мая, когда немецкие танковые войска, остановившиеся на рубеже Гравлин, Бе- тюн, Лай, приводили себя в порядок и подтягивались отставшие части, в Шарлевиль на совещание с Рундштедтом прибыл Гитлер в сопровождении йодля. Это совещание сыграло важную роль в принятии немецким командованием решения, которое во многом повлияло на исход сражения под Дюнкерком. На нем командование группы ар-мий «А» высказало серьезные сомнения в отношении разработанного генеральным штабом плана разгрома северной группировки союзников.
Гальдер предлагал использовать танковые дивизии Клейста и Гота в качестве молота, а пехотные дивизии 18-й и 6-й армий как наковальню. В создавшейся обста-новке это казалось штабу Рундштедта в оперативном отношении рискованным, а в стратегическом, имея в перспективе второй этап военной кампании,— очень сомнительным. Прежде всего надо было учесть, что боеспособность танковых дивизий пала до 50%. Серьезные опасения внушало и другое обстоятельство. Местность во Фландрии, во многих местах заболоченная, прорезана широко разветвленной системой каналов. 23 мая союзники начали затопление районов южнее Дюнкерка, лежащих ниже уровня моря. Это давало им возможность усилить оборону наиболее угрожаемых направлений и сильно затрудняло действия немецких танковых войск. Надо было учесть также большие трудности ведения боев танками в многочисленных городах и населенных пунктах, лежавших на их пути и превращенных союзниками в опорные пункты.
Английская армия, хотя и находилась в тяжелом положении, могла еще оказать значительное сопротивление. При этом надо было ожидать, что в стремлении спасти войска Горта английское командование бросит на их поддержку крупные силы авиации, а также флота. Конечно, в конце концов экспедиционную армию, как и войска французов и бельгийцев, ожидал неминуемый разгром. Но в штабе группы армий «А» не было полной уверенности, что это произойдет с малыми потерями в танках. Немецкое командование не могло пойти на дальнейшее серьезное ослабление танковых войск. Ведь именно на их массированном использовании строился весь план сокрушения Франции. А впереди еще предстояло широкое наступление в глубь страны противника. Нельзя было сбрасывать со счетов и возможность нанесения французами одного или нескольких контрударов с юга .
Все эти проблемы явились предметом подробного обсуждения на совещании в Шарлевиле. Здесь Рундштедт развил идеи, совершенно противоположные плану Браухича—Гальдера. Об этом свидетельствует следующая запись в дневнике боевых действий группы армий «А» от 24 мая: «В 11.30 прибывает фюрер, и командующий группой армий знакомит его с обстановкой. Фюрер целиком и полностью соглашается с мнением, что восточнее Арраса должна наступать пехота, в то время как подвижные войска могут быть задержаны на достигнутом рубеже Лай, Бетюн, Эр, Сент-Омер, Гравлин, чтобы «перехватить» противника, теснимого группой армий «Б». Он придает этому мнению особенный вес в связи с тем, что вообще необходимо сохранить танковые войска для последующих операций и что дальнейшее сужение района окружения повлечет за собой крайне нежелательное ограничение действий авиации»30.
Как из этого видно, Рундштедт предлагал, чтобы наступление на союзную группировку было проведено с востока пехотными дивизиями, а танковые войска, остановленные на рубеже Гравлин, Сент-Омер, Эр, Бетюн, Лан, служили стеной, к которой будут прижаты войска противника, теснимые с востока. При этом он выразил опасение, как бы «войска Клейста не были смяты отступающими англичанами» 3|.
Наряду с этим были рассмотрены возможности широкого использования авиации в сражении по разгрому противника во Фландрии. Геринг еще 23 мая убеждал Гитлера возложить на ВВС задачу до конца расправиться с англичанами. Единственное, что сухопутным войскам останется сделать после авиации, говорил он,— это занять территорию32. Гитлер одобрительно отнесся к этим планам Геринга33.
Сразу же после совещания с Гитлером Рундштедт отдал известный «стоп-приказ» по войскам группы армий «А». Он гласил:
«По приказу фюрера наступление продолжать восточнее Арраса частями 8-го и 2-го армейских корпусов во взаимодействии с левым крылом группы армий «Б» в се- веро-западном направлении. Но в районе северо-западнее Арраса не выходить значительными силами за рубеж Ланс, Бетюн, Эр, Сент-Омер, Гравлин (рубеж канала). На западном крыле главная задача состоит в том, чтобы сомкнуть все подвижные силы и заставить противника разбиться об указанный выгодный для нас оборонительный рубеж» 34.
Вечером 24 мая последовала директива ОКВ № 13 за подписью Гитлера. Этот документ показывает истинные замыслы немецкой ставки под Дюнкерком. Ближайшей целью операций, говорилось в нем, является уничтожение франко-англо-бельгийских войск, окруженных в Артуа и Фландрии, посредством концентрического наступления северного крыла немецких войск, а также быстрое занятие и охрана побережья моря. При этом задача авиации состоит в том, чтобы сломить всякое сопротивление окруженных частей противника, воспрепятствовать эвакуации английских войск через пролив и обеспечить южный фланг группы армий «А»35. Таким образом, решением ставки Гитлера задача уничтожения союзных войск под Дюнкерком не снималась и при-остановка наступления на окруженную группировку не предусматривалась. Оно должно было теперь вестись с востока силами группы армий «Б» и с юго-запада 2-м и 8-м армейскими корпусами группы армий «А».
Еще ранее, на совещании в Шарлевиле, Гитлер отменил приказ Браухича о передаче Боку руководства всей операцией под Дюнкерком и подчинении группе армий «Б» 4-й армии. Он квалифицировал этот приказ как «неверный не только в военном, но и в психологическом отношении», йодль в связи с этим отмечал, что немецкое командование охватил «кризис доверия» 36.
При решении всех этих вопросов между Гитлером, Кейтелем, йодлем и Рундш- тедтом, с одной стороны, Браухичем, Гальдером и другими представителями коман-
*<• L. Ellis. Op. cit., p. 383.
H.-A. Jacobsen. «Der Halt-Befehl», S. 851.
R. Asprey. Op. cit., p. 104.
Гальдер, узнав вечером 24 мая о результатах совещания в Шарлевиле, писал в дневнике: «В указанном районе (под Дюнкерком.— В. Д.) судьбу окруженной армии противника должна решить авиация». Против предложений Геринга возражал командующий 2-м воздушным флотом Кессельринг и начальник штаба ВВС Ешоннек. Они считали, что одна авиация не сможет воспрепятствовать эвакуации английских войск. Однако Геринг не согласился с ними н настоял на своем (.4. Kesselring. Sol- dat bis zum letzten Tag. Bonn, 1953, S. 77—78).
«Dokumente zum Westfeldzug 1940», S. 120.
Ibid, S. 121.
«Jodl Tagebuch», 24.5.1940.
дования сухопутных войск, с другой,— произошли резкие столкновенияtT. 25 мая Гальдер писал в своем дневнике: «День снова начинается неприятными дебатами между фон Браухичем и фюрером о плане дальнейшего развития операции по окружению противника... Получается все наоборот. Я хотел группу армий «А» сделать молотом, а группу армий «Б» — наковальней. А выходит так, что группа армий «Б» делается молотом, а группа армий «А» наковальней. Поскольку перед группой армий «Б» находится укрепленный фронт противника, то такой план операции будет связан с огромными жертвами и потерей большого количества времени, ибо действия авиации, на которую возлагаются все надежды, зависят от метеорологических условий».
Браухич уговаривал Гитлера оставить в силе прежний план операции, доказывая его целесообразность и полную надежность. На это Гитлер возразил, что он предоставил свободу принять решение о возобновлении наступления с Запада Рундштедту, но последний отрицательно относится к этой идее, так как намерен сохранить и привести в порядок танки для предстоящего наступления в южном направлении33. Вечером 24 мая Браухич направил командованиям групп армий «А» и «Б» телеграмму, в которой отменялось решение ОКХ на продолжение операции от 23 мая. Перед группой армий «Б» ставилась задача продолжать наступление войсками правого фланга и центра на рубеж Остенде, Рубе, а южным флангом — в направлении Лилля. 4-я армия группы армий «А» должна была продолжать наступление войсками правого фланга на участке Секлеи, Ла-Бассе, Бетюн, а левым флангом удерживать пока линию Бетюн, Эр, Сент-Омер, Гравлин .
Тогда Гальдер решил действовать в обход главной ставки. В расчете на то, что ему удастся склонить на свою сторону Рундштедта и его штаб и побудить их снова бросить в бой танки Клейста и Гота, он послал 25 мая следующую дипломатично составленную телеграмму командованию группы армий «А»: «В дополнение к распо-ряжениям, содержащимся в приказе ОКХ от 24.5.40, разрешается продолжать наступление до рубежа Дюнкерк, Кассель, Эстуар, Армантьер, Ипр, Остенде. Соответственно сужается полоса боевых действий авиации...» Формально это указание ничем не нарушало директивы ОКВ. Но в такой форме оно всю ответственность за наступление танков взваливало на Рундштедта, а ОКХ оставалось как бы в стороне.
Когда начальник оперативного отдела штаба группы армий «А» полковник Блю- ментрит ознакомил с полученной телеграммой начальника штаба (генерала Зоден- штерна) и командующего, они пришли к единодушному мнению не спускать указаний ОКХ в 4-ю армию, основываясь на предоставленном им Гитлером праве самим принять решение о ведении дальнейших боевых действий . Как свидетельствует дневник штаба группы армий «А», Рундштедт при этом заявил, что подвижные войска сначала «крайне необходимо» подтянуть и развернуть, «если вообще потребуется их дальнейшее продвижение вперед» . Он считал, что задача, поставленная перед его войсками в плане «Гельб» для первого этапа кампании, в основном выполнена и ликвидация окруженной группировки может быть осуществлена пехотными дивизиями группы армий «Б». «...Битва в Северной Франции,— гласила запись в дневнике группы армий «А» от 25 мая,— приближается к своему концу. Кризисов больше не может возникнуть, не считая осложнений чисто местного характера. Задача группы армий «А» может рассматриваться как в основном выполненная» . Телеграмму главного командования сухопутных войск от 25 мая Рундштедт и его штаб оставили без внимания.
Танки Клейста и Гота не сдвинулись с места ни 24, ни 25, ни 26 мая. Англичане воспользовались этой неожиданно представившейся им возможностью для укрепле- ния фронта обороны на западе и подготовки своей армии к эвакуации. Отказавшись от проведения плана Вейгана и оставив 26 мая выступ фронта у Лилля, англо-французское командование начало отвод своих войск к морю в район Дюнкерка под защитой сильных заслонов, созданных на флангах союзной группировки. В тот же день английское командование приступило к осуществлению операции «Динамо», как условно именовалась эвакуация экспедиционной армии.
Так дальнейшее развитие событий опрокинуло расчеты штаба Рундштедта и ставки Гитлера. На протяжении 25 и 26 мая войскам группы армий «Б», натолкнувшимся на упорное сопротивление противника, не удалось выполнить возлагавшейся на них задачи. Их продвижение было очень незначительным. Не добились заметных успехов "и войска 4-й армии, наступавшие к востоку от Арраса .
«Общая картина изменилась незначительно. Войска на внутреннем фланге 6-й и 18-й армий фон Бока несколько продвинулись вперед, но медленно и с потерями. Клюге силами 2-го армейского корпуса вышел в район Ла-Бассе. Танки и моторизованные соединения по высочайшему приказу стоят как пригвожденные на высотах между Бетюном и Сент-Омером; наступать им запрещено. Из-за этого ликвидация окруженных войск противника может продолжаться еще несколько недель. Это наносит большой урон нашему престижу и нашим дальнейшим планам»,— писал Гальдер в своем дневнике 26 мая.
К этому надо добавить, что немецкая радиоразведка обнаружила сосредоточение довольно значительной группировки войск противника южнее Соммы и усиленный радиообмен между нею и соединениями 1-й французской армии, действовавшими в районе Лилль, Дуэ, Сент-Аман, что могло быть признаком подготовлявшейся операции по деблокированию окруженных войск .
Все это, особенно медленное продвижение войск группы армий «Б», серьезно встревожило германское командование . Возникла реальная опасность того, что бои на севере примут затяжной характер. В журнале боевых действий группы армий «Б» имеется следующая характерная запись от 26 мая:
«В 13.30 начальник оперативного отдела штаба группы армий еще раз напоминает начальнику оперативного отдела генерального штаба сухопутных войск о том, что командование группы армий считает настоятельно необходимым начать наступление 4-й армии с рубежа Гравлин, Эр, чтобы по крайней мере овладеть рубежом Дюнкерк, Кассель. Командование твердо убеждено, что тогда битва будет закончена в кратчайший срок, иначе образуются предположительно три крупных центра сопротивления, а именно в районе Брюгге, в районе Лилль — Ипр и в районе Дюнкерк, ликвидация которых потребует больше времени н сил» .
Утром 26 мая Рундштедт выехал в группу Клейста, а затем Гота, чтобы на месте ознакомиться с обстановкой и выяснить возможности возобновления наступления. Именно в это время командование группы армий «А» приходит к выводу о необходимости как можно быстрее завершить бои в Северной Франции, чтобы обеспечить свободу для проведения операций на юге . Вскоре об этом был поставлен в известность Гитлер. В результате в середине дня 26 мая ставка вермахта приказала возобновить наступление танками на Дюнкерк, «чтобы воспрепятствовать эвакуации войск противника» . ОКХ отдало группе армий «А» приказ: «В короткий срок, используя танкн, продвинуться в направлении Дюнкерка настолько, чтобы обеспечить воздействие ар-тиллерии по улицам и железнодорожно-путевым сооружениям города и воспрепятст-вовать эвакуации частей противника также и в ночное время» .
Между Байелем и Армантьером должны были наступать две-три танковые дивизии в направлении Ипра и далее на Остенде, чтобы, соединившись с группой ар-мий «Б», «также воспрепятствовать здесь погрузке войск противника на суда и про-извести охват фланга всей группировки войск, находящихся в Бельгии». В наиравле- нии Торхаута приказывалось нанести удар силами двух танковых дивизий с задачей отрезать группировку противника, сопротивлявшуюся южнее Лилля .
Однако войскам группы Клейста, занявшимся ремонтом и приведением в порядок танков, потребовалось еще 16 часов для того, чтобы перейти в наступление. 19-й танковый корпус после боев за Кале и Булонь вообще оказался неспособным выступить танковыми дивизиями 26 мая .
Первый же день наступления на рубеже Гравлин, Бетюн принес немецкому командованию серьезные разочарования. Противник стойко держался, танковые войска несли тяжелые потери; как и ожидало ОКВ, особенности местности и наличие большого количества населенных пунктов в полосе наступления групп Клейста и Гота со-здали серьезные трудности для действий танков. 28 мая в дневник боевых действий 19-го танкового корпуса после посещения Гудерианом передовых частей была внесена характерная запись: «Общий вывод командира корпуса: наступление танками на болотистой местности следует рассматривать как неверное. Бесцельная потеря наших лучших солдат... Представляется более целесообразным удерживать достигнутый рубеж и полностью использовать возможности 18-й армии для наступления с востока» .
К такому мнению вынуждены были волей-неволей прийти Клейст и другие представители командования немецких сухопутных войск, тем более что капитуляция 28 мая полумиллионной бельгийской армии облегчила 18-й армии выполнение ее задачи. 29 мая Браухич дал командующему 4-й армией указание о замене танковых соединений подходящими пехотными частями . К 31 мая все танковые соединения были сняты с фронта 4-й армни и начали готовиться к операции «Рот». Завершение разгрома дюнкеркской группировки ОКХ возложило на командование 18-й армии, ко-торой были подчинены 26-й, 9-й, 10-й армейские и 14-й моторизованный корпуса. Причем ей предписывалось экономно использовать силы и средства, сберегая их для предстоящей операции «Рот».
Немецким войскам так и не удалось существенным образом воспрепятствовать эва-куации союзных войск. С 26 мая по 4 июня из Фландрин в Англию было перевезено около 280 тыс. человек, из них 139 732 англичанина и 139 077 французов и бельгийцев. До начала операции «Динамо» в Англию эвакуировалось 58,5 тыс. английских солдат И 814 человек из состава войск Франции и Бельгии. Общее количество спасенных составило 338 226 человек, из которых 239 555 человек были вывезены из Дюнкерка и 98 671 человек прямо с необорудованного побережья . 40 тыс. французских солдат попали в немецкий плен. Общие потери англичан составили 68 111 человек. Немцы захватили на полях Фландрии около 700 танков, около 2460 орудий, 6400 противотанковых ружей, 11 тыс. пулеметов, около 45 тыс. автомашин и 20 тыс. мотоциклов.
В спасении союзной группировки участвовало около 850 различных кораблей и судов, в том числе 693 английских. Из последних 224 были потоплены и такое же количество повреждено . С воздуха эвакуацию прикрывала английская истребительная авиация, совершившая с 27 мая по 4 июня 2739 самолето-вылетов и сбившая з районе Дюнкерка 130 немецких самолетов. Потери англичан составили 302 самолета.
Таким образом, документы немецкого командования и весь ход военных событий в мае — июне 1940 г. не подтверждают тезиса о «преднамеренном» стремлении ставки Гитлера и штаба Рундштедта позволить англичанам беспрепятственно эвакуироваться из Дюнкерка. Нет никаких данных об этом ни в документах ОКВ и ОКХ, ни в дневнике Гальдера, ни в записях Йодля, ни в воспоминаниях других руководителей вермахта. Обычно в доказательство этой неверной оценки замыслов ОКВ приводится приписываемое Гитлеру высказывание на совещании в штабе Рундштедта 24 мая о необходимости пойти на мир с Англией. Как показали последующие иссле- дования, эти сведения покоились на слухах5Г. Участники совещания в Шарлевиле — генералы Зоденштерн и Блюментрит засвидетельствовали, что ничего подобного Гит» лер 24 мая не говорил .
Нелогично было бы предполагать, что какой-нибудь полководец стал бы щадить армию противника, которому он хотел бы навязать выгодные для себя условия перемирия. Этого тем более нельзя было ожидать от Гитлера. По свидетельству его адъютанта, генерал-лейтенанта Энгеля, в период рассматриваемых событий он постоянно твердил о необходимости уничтожить англичан, чтобы «сделать Англию более уступчивой в вопросе заключения мира»53. Именно поэтому в директиве ОКВ № 13 от 24 мая перед германскими вооруженными силами была поставлена задача полностью разгромить окруженную во Фландрии англо-франко-бельгийскую группировку войск. В этом, собственно, и состояла главная цель плана «Гельб», к осуществлению которого вермахт приступил 10 мая .
Что же касается конкретных путей достижений этой цели, то здесь возникла серьезная борьба мнений, в ходе которой победила точка зрения Рундштедта, поддержанного Гитлером, Йодлем, Герингом и др. В результате и появился известный приказ ОКВ от 24 мая, приостановивший наступление танковых групп Клейста и Гота на рубеже Гравлин, Сент-Омер, Бетюн. К основным военно-полнтическим причинам отдачи этого приказа можно отнести следующее:
стремление как можно быстрее покончить с Францией, чтобы обеспечить тыл вермахта для последующего нападения на Советский Союз;
расчет на то, что войска группы армий «Б» (18-я и 6-я армии) наступлением с востока и юго-востока смогут во взаимодействии с армейскими корпусами 4-й армии сломить сопротивление союзных войск, выйти к Дюнкерку и, прижав англо-фран- ко-бельгийскую группировку к «танковому барьеру» на западе, окончательно уничтожить ее;
ставка на использование авиации, с помощью которой Геринг надеялся воспре-пятствовать эвакуации английской армии и обеспечить разгром всей дюнкеркской группировки противника;
неблагоприятные для действий танковых войск условия и характер местности во Фландрии;
опасения, что противник нанесет контрудар по южному флангу группы армий «А» с рубежа Соммы с целью воссоединения с окруженной группировкой.
Анализ решений и действий немецко-фашистского командования в период боев во Фландрии и Артуа позволяет прийти к выводу, что своим спасением английская экс-педиционная армия обязана не благосклонности Гитлера, а прежде всего крупному военному просчету руководства вермахта. И в этом просчете повинны в равной степени как Гнтлер, так и его генералы, в первую очередь Кейтель, йодль, Геринг, которые, как пишет генерал Варлимонт в своей книге «В главной ставке вермахта 1943— 1945», полностью поддержали решение «фюрера» . Это подтверждается и свидетельством фельдмаршала Кейтеля, который, будучи начальником штаба верховного глав-нокомандования, больше чем кто-либо другой в ту пору был посвящен в тайны гитлеровской политики и стратегии. «В то время как основные силы войск Западного фронта совершали великий поворот на юг...,— писал он,—в Северной Франции и
Бельгии происходили капитуляция бельгийского короля и погрузка на суда англичан в Дюнкерке. Правда, катастрофа, которая могла произойти с ними, была не полной, хотя следы бегства на дорогах, ведущих к Дюнкерку, представляли собой картину, пожалуй, самого ужасающего разгрома, какую я когда-либо видел или мог себе представить... И если, несмотря на это, основной массе английских солдат удалось по-грузиться на корабли и спасти свою жизнь..., то только потому, что неверная оценка противника и местности помешала танковой группе фон Клейста овладеть Дюнкерком кратчайшим путем с запада.
Ради восстановления исторической истины, я хочу здесь кратко изложить то, что мне известно об обстоятельствах принятия этого решения, потому что объяснение представителей генерального штаба сухопутных войск и командующих — как я слышал иа процессе 62 — несправедливо взваливают ошибочное решение на Гитлера. Я присутствовал на том решающем докладе главнокомандующего сухопутными войсками, когда от фюрера потребовали решения по этому вопросу, так как опасались принять на себя ответственность за возможный успех операции. Эту ответственность взвалили на него, хотя в других случаях не проявлялось обычно желания быть зависимым от него и принимать его советы.
Каждый вспомнил затопление Фландрской низменности между Брюгге, Ньюпор- том и Диксмюдом — обстоятельство, которое в 1914 г. явилось преградой для не-мецкого северного фланга и застопорило его движение. Подобные же условия местности имеются южнее и юго-западнее Дюнкерка, где вытянутая низменность, пересеченная тысячами рвов, лежит ниже уровня моря. С запада перед этой низменностью находилась танковая армия Клейста, готовая по двум или трем дорогам пересечь эту зону... Фюреру была доложена эта обстановка и указано, что танковые войска на этой низменности из-за многочисленных рвов и каналов будут привязаны к дорогам и таким образом при наличии — как можно было ожидать — серьезного сопротивления и заграждений не смогут использовать свою боевую мощь. Это могло бы привести, если бы противник принял соответствующие меры, о чем никто, естественно, не мог заранее знать, к затяжным боям за проходы, в худшем случае к повороту назад и к необходимости обхода непроходимых районов, к неизбежной в этом случае потере времени.
Так фюреру подложили решение, и он, которого действительно нельзя упрекнуть в недостаточной смелости, решил, что лучше не предпринимать этого рейда, а предпочесть надежную, хотя и очень узкую правобережную полосу и обходной путь . Если бы командующие, от которых зависело решение, были уверены в своем деле, они бы никогда не спрашивали разрешения, а действовали бы. Не подлежит сомнению, что приказ фюрера в конечном итоге был неверным» .
Мы привели столь длинную выдержку из воспоминаний Кейтеля потому, что она проливает свет на закулисную сторону деятельности высших звеньев военного руко-водства фашистской Германии в период дюнкеркских событий. Она дает ключ к раз-гадке того, что произошло на совещании в Шарлевиле. Ясно, что, приняв 23 мая решение об остановке танковых войск, Рундштедт руководствовался не только соображениями «великого поворота на юг». Он опасался завязнуть с танками иа Фландрской низменности, понести большие потери. Эти опасения передались и руководителям ОКВ.
Поэтому Рундштедт ловко переложил ответственность на Гитлера, прикрывшись его «стоп-приказом».
Надо сказать и о других просчетах германского командования и причинах, способствовавших успешной эвакуации англичан из дюнкеркского «мешка». В первую очередь следует отметить, что к началу дюнкеркского сражения буквально все звенья военного руководства германской армии на Западе были скованы планами и практи-ческими мероприятиями по подготовке наступления на юг Франции. Ориентированные сверху на второй этап военной кампании, командиры соединений стремились максимально экономить силы и средства, сознательно избегали тяжелых боев. Это в еще большей степени снизило боевой порыв войск, изнуренных непрерывными 15-дневными маршами и боевыми действиями.
Успешное завершение войны против Франции германское командование видело в быстрейшем повороте всей немецкой ударной группировки на юг. Поэтому оно вынуждено было еще до ликвидации дюнкеркского «котла» начать перегруппировку войск для проведения операции «Рот», снять к 31 мая с севера значительные силы, в том числе все танковые дивизии, и переключить с 2 июня все усилия авиации на юг (хотя за два последних дня, с 2 по 4 июня, англичане эвакуировали с континента 50 тыс. человек, или 14% войск).
Многие военные руководители фашистской Германии, особенно Рундштедт, преждевременно стали придавать дюикеркскому плацдарму второстепенное значение. Это отчасти было следствием неправильной оценки намерений противника и численности английских войск (она определялась в 100 тыс. человек) . Учитывая большие трудности эвакуации морем в короткий срок под воздействием противника такой массы войск, руководители вермахта полагали, что союзники до последнего патрона будут удерживать дюнкеркский плацдармНо тем не менее они рассчитывали сломить сопротивление противника и захватить Дюнкерк в несколько дней.
Важной объективной причиной, способствовавшей успеху операции «Динамо», явилось то, что немецкая авиация оказалась не в состоянии воспрепятствовать эвакуации. Части 2-го и 3-го воздушного флотов немцев были уже к этому времени сильно измотаны непрерывными боевыми действиями; некоторые их авиационные соединения сохранили до 50% боевого состава; наряду с бомбардировкой войск в районе Дюнкерка с них не снималась задача поддержки южного фланга группы армий «А» и нарушения коммуникаций во Франции. Сип на выполнение этих задач не хватало, перебазирование авиационных частей на бельгийскую и французскую аэродромную сеть еще не было осуществлено, а радиус действия многих типов немецких самолетов не позволял наносить бомбовые удары по Дюнкерку с баз, расположенных на территории Германии. Технический уровень того времени не позволял бомбардировщикам осуществлять прицельное бомбометание по судам и кораблям в ночное время, когда проводилась эвакуация основной массы сил противника. Полной неожиданностью для немецкого командования явилось использование англичанами необо-рудованного побережья для посадки войск (до 35%) иа суда, что распылило усилия авиации (как и артиллерии) и значительно снизило ее эффективность. В довершение ко всему над Северной Францией, Бельгией и Германией с 28 по 31 мая стояла нелетная погода (в эти дни было эвакуировано около 185 тыс. человек). На-конец, важное значение имел тот факт, что английская авиация, действовавшая с баз в южной Англии (особенно только что вступившие в строй «Спитфайры», превос-ходившие по своим тактико-техническим данным немецкие истребители), оказала сильное сопротивление немецким военно-воздушным силам. Фактически она установила в период дюнкеркских событий местное господство в воздухе над районами погрузки войск на суда. Командование вермахта переоценило свои силы и недооценило возможностей противника, стойкости и организованности английских войск в период дюнкеркских событий.
Таким образом, никакого «чуда» под Дюнкерком не было.
160 ПРИКАЗ ОКХ ОТ 23 МАЯ 1940 г.
Главное командование сухопутных войск. 23 мая
Генеральный штаб сухопутных войск. 0001
Оперативный отдел 1а.
Группа армий «Б»
Противник, оставшийся к северу от полосы нашего прорыва, окружен в районе Гент, Турне, Дуэ, побережье. Южнее рубежа р. Сомма, р. Эна наши войска вынудили противника перейти к обороне. На участке Абвиль, Амьен (оба пункта включительно) в нашем распоряжении имеются предмостные укрепления.
Главное командование сухопутных войск считает своей ближайшей задачей продолжать сжимание кольца окружения, обеспечивая возможность переправы через р. Сомма в ее нижнем течении.
Группе армий «Б» левым крылом нанести удар в направлении Сек- лена и, повернув фронт наступления на север, последовательно овладевая французскими укреплениями от их южного фланга к северному, отбросить на север части противника, расположенные южнее и восточнее Лилля.
На остальных участках фронта сковывать противника активными действиями. При этом учитывать необходимость экономного расходования сил. О высвобождающихся соединениях немедленно докладывать главному командованию сухопутных войск.
Крупные города Фландрии, сохранению которых политическое руководство придает важное значение, по возможности не подвергать разрушению.
Группе армий «А» по достижении рубежа Бетюн, Сент-Омер, Кале повернуть фронт наступления моторизованных соединений на рубеж Армантьер, Ипр, Остенде, а пехотным дивизиям в кратчайший срок выйти за рубеж Ланс, Сент-Омер, чтобы отсюда следовать за моторизованными соединениями в северо-восточном направлении. На юге полосы обеспечить движение по переправам через р. Сомма в ее нижнем течении, а по прибытии достаточных сил расширить предмостные укрепления. Восточнее Амьена для защиты переправ через р. Сомма выставить оборону на участке Амьен, Руа, Нуайон, как только для нее высвободятся достаточные силы. По возможности захватить плацдармы на противоположном берегу рек Элетт и Эна.
5. Разграничительная линия между группами армий «Б» и «А»: Кар- вен, стык каналов Дель и Ла-Бассе, Фурне (юго-западнее Лилля).
Главное командование сухопутных войск, генеральный штаб сухопутных войск, оперативный отдел, № 5848/40, совершенно секретно, только для командования. 161 ТЕЛЕФОНОГРАММА ОКХ ОТ
Телефонограмма Передал: капитан Клейзер Принял: капитан Нодэ. Группе армий «Б».
24 МАЯ 1940 г.
Штаб главного командования сухопутныхвойск, 24 мая 1940 г. 1 час 05 минут.
В целях обеспечения единого порядка управления войсками на последнем этапе операции по окружению противника приказываю:
24.5. с 20.00 переподчинить штаб 4-й армии в оперативном отношении командованию группы армий «Б». Вместе со штабом 4-й армии в подчинение группе армий «Б» переходят все соединения армии, а также части резерва главного командования сухопутных войск, действующие севернее линии Юи, Динан, Филипвиль, Авен, Ле Като, Бапом, Альбер, Амьен (все пункты для группы армий «Б» включительно). С учетом этой линии и в соответствии с порядком, определяемым груп-пой армий «Б», группе армий «А» передать в распоряжение группе армий «Б» следующие штабы, соединения и части:
штаб 40-го армейского корпуса с корпусными частями;
штаб 42-го армейского корпуса с корпусными частями;
дивизии: 87-ю, 9-ю, 33-ю, 267-ю, 27-ю пехотные и 13-ю мотопехотную; группе армий «А» в кратчайший срок высвободить 13-ю мотопехотную дивизию, сменив ее 6-й пехотной;
переподчинение частей из состава резерва главного командования су-хопутных войск — по договоренности между самими группами армий.
По вопросам материального обеспечения, комплектования и награждений за все перечисленные соединения — как входившие ранее в состав 4-й армии, так и поступающие в ее распоряжение согласно пункту 1 — по-прежнему отвечает группа армий «А».
Замысел главного командования остается тем же, который изложен в телеграмме от 22.5 под грифом: главное командование сухопутных войск, генеральный штаб сухопутных войск, оперативный отдел, № 5845/40, совершенно секретно, только для командования (см. пункт 2). Задачи, поставленные этим приказом группе армий «А», с 20.00 24.5 относятся — в части, касающейся района севернее теперешней временной разграничительной линии — к группе армий «Б». Указанную в пункте 1 временную разграничительную линию продолжить на юг для распределения полос разведки через следующие точки: восточная окраина Амьена, Сен-Жермен-ан-Ле (западнее Парижа).
Если возникнут соображения о необходимости тех или иных изме-нений в начертании временной разграничительной линии, указанной в пункте 1, то разрешение на эти изменения запрашивать у главного командования сухопутных войск.
Группе армий «Б» в кратчайший срок доложить состав тех частей резерва главного командования сухопутных войск, которые перейдут из полосы группы армий «А» в оперативное подчинение группы армий «Б».
Начальнику связи обеспечить радио- и проводнупусвязь между штабом группы армий «Б» и штабом 4-й армии.
Главное командование сухопутных войск, генеральный штаб сухопутных войск, оперативный отдел (Пб) № 5852/40, совершенно секретно, только для командования. «Dokumente zum Westfeldzug 1940», S. 117—118.
<< | >>
Источник: В. И. ДАШИЧЕВ. БАНКРОТСТВО СТРАТЕГИИ ГЕРМАНСКОГО ФАШИЗМА. ИСТОРИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ. ДОКУМЕНТЫ И МАТЕРИАЛЫ.ТОМ I. ПОДГОТОВКА И РАЗВЕРТЫВАНИЕ НАЦИСТСКОЙ АГРЕССИИ В ЕВРОПЕ 1933—1941. 1973

Еще по теме ДЮНКЕРКСКИЕ СОБЫТИЯ:

  1. «ВЕЗЕРЮБУНГ» — АГРЕССИЯПРОТИВ ДАНИИ И НОРВЕГИИ
  2. ДЮНКЕРКСКИЕ СОБЫТИЯ
  3. РАЗГРОМ ФРАНЦИИ (ОПЕРАЦИЯ «РОТ»)
  4. ОЧЕРК ВОСЬМОЙ
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -