<<
>>

9. Опасности, таящиеся в переводе

Когда имеют дело с языком, знание которого оставляет желать лучшего, усвоение смысла значимых единиц до­стигается лишь путем перевода на родной язык. В этом случае опасность состоиив том,, что может возникнуть ис­кушение приписать изучаемому языку функции своего родного языка.

Так, если одной и той же форме какого-ни­будь языка в моем родном французском соответствует в одном случаете sais», а в другом «je sache», я, вероятно, буду говорить в первом случае об изъявительном, во вто­ром же — о сослагательном наклонении, т. е. я буду скло­нен видеть в чужом языке черты того языка, которым я пользуюсь при описании первого. И даже тогда, когда в чужом языке встречаются формы, соответствующие фран­цузскому изъявительному или сослагательному наклоне­ниям, утверждать, что в этом чужом языке существует сослагательное наклонение, — значит искажать реальное положение вещей; аналогичная ситуация складывается, когда немец настаивает на различении номинатива Г hom- me и аккузатива Г homme во французском языкетолько на том основании, что сам он в одном случае говорит der Mann «мужчина», а в другом den Mann—«мужчину». Нельзя ут­верждать, например, что мы имеем дело с единственным и множественным числом, если речь идет о языке, в кото­ром отсутствует формальное различение этих категорий. Следует, таким образом, учитывать те опасности, которым мы подвергаемся при переводе каждой единицы чужого языка на наш родной язык, иными словами, при перечле- нении чужого опыта в соответствии со знакомыми нам мо­делями. Следует, далее, возвести в принцип положение, согласно которому мы не должны быть уверены, что в том языке, к исследованию которого мы приступаем, сущест­вуют все те различия, все те фонетические и грамматичес­кие категории, которые нам хорошо знакомы по нашему прежнему языковому опыту. Зато мы можем рассчиты­вать, что найдем в этом языке такие имеющие формальное выражение различия, о которых мы и представления не имели. Нас не должно удивлять ни отсутствие граммати­ческого времени, ни безразличие к выражению активно­сти и пассивности, ни отсутствие категории рода, ни раз­личие между одним понятием «мы», которое включает го­ворящего, и другим «мы», которое его исключает, как й между глагольными формами, обозначающими видимые явления, и другими, обозначающими то, что находится вне поля зрения. Не нужно думать, что во всяком языке предложение характеризуется наличием подлежащего, обязательно имеются прилагательные и проводится раз­личие между глаголом и именем. Короче говоря, однажды условившись называть конкретным «языком» («langue») то, что поддается некоторому определению (ср. § 1—14), мы не должны постулировать существования в данном языке моментов, не фигурирующих явным или неявным образом в нашем определении.

2-

<< | >>
Источник: В. А. ЗВЕГИНЦЕВ. НОВОЕ В ЛИНГВИСТИКЕ. Выпуск III. ИЗДАТЕЛЬСТВО ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Москва - 1963. 1963

Еще по теме 9. Опасности, таящиеся в переводе:

  1. 5.2. Государственный строй
  2. Глава IМЕНТАЛИТЕТ КАК СИСТЕМА СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ УСТАНОВОК
  3. ВВЕДЕНИЕ
  4. А. С. Пушкин
  5. Н. В. Гоголь
  6. КНИГА ТРЕТЬЯ
  7. 16 П, Я. Чаадаев, т. 1
  8. Оноре де Бальзак
  9. 1.В НАЧАЛЕ…
  10. 6.БОГ ФИЛОСОФОВ
  11. Античная философия
  12. Время бытияк 70-летию выхода в свет книги М.Хайдеггера "Бытие и время"
  13. Глава одиннадцатая Собственность в России. Тотальное огосударствление
  14. 5.2. Государственный строй
  15. Аполлодор и его друг
  16. Роль поэзии в воспитании стражей