2.3.2. Чертово (нечистое) место

Чистому месту противопоставлено нечистое место, чертово. В ментальности верующего крестьянина антиподом святого и божьего является разного рода нечисть и черт. Чертями называли всякую нечисть: черт подпольный – домовой, водяной черт – водяник, бес полуденный – полудница, леший, дух и т.д.

Все места, имеющие дурную славу, считались нечистыми, плохими, худыми: Худой Ельник, руч., д. Б.Уря (Кан.)

Среди мотивов чертовых топонимов Приенисейской Сибири выделяются следующие: 1) место обитания черта; 2) место гибели одного или нескольких людей; 3) место, где всегда что-нибудь случается; 4) место аварий; 5) место в озере или на реке, где никто не может достичь дна; 6) глухое безлюдное место; 7) место, где «видели» черта или лешего; 8) места, неудобные для ведения хозяйственных работ.

Исследователи приходят к выводу, что «перевод идеи сверхъестественного в плоскость оценки хозяйственной значимости объекта можно считать концептуальным для бытовой версии картины мира, которую эксплицирует русская топонимия» [Березович 1998: 182]. В общем списке топонимов Приенисейской Сибири названия, мотивированные именами мифических персонажей, занимают немного места, но ощущается их культурная значимость.

Чертово логово, пок. (Аб.); Чертов мост (Аб.); Чертова, гора (Бер.) – притаились черти; Чертики, омут на р. Куртюль (Бал.); Чертово, озеро (Бал.) – большая глубина; Чертово, оз. (Бал.); Чертов омут (Ем.) – место, где было много утопленников; Чертов, лог (Богуч.) – черти живут, черт пытался утопить женщину; Чертов мост (Бир.) – опасен тем, что находится за поворотом; Чертов мост (Бир.) –всегда что-нибудь случается; Чертов мост, постоянно настилают на мосту доски, а грунт «уходит» (Н.-И.);

Чёртова яма, место на р. Кача (Ем.) – имеет большую глубину, ок. 3 м; Чёртово, оз. (Абан.) – считается бездонным; Чёртово городище, ур. на п. бер. Ен.; Чёртовы рога, скала (Ем.) – разделяется так, что похожа на два рога. Синонимичные именования черта – бес, духи, леший: Бесовы поля, принадл. староверам, которые, ругаясь, говорили: «Бес, бесовы головы»; Духовичи, место, где бродили духи (Бер.); Лешачий, лог (Бал., Кан.); Лешачье болото, д. Пермяково (Кан.).

Наряду с чертовыми топонимами сохранились шайтанские названия, оставшиеся от местного дорусского населения. В их мотивации осознается «перевод» (тюрк. «бес, сатана») на систему мифологических представлений русских, но шайтанские названия не вызывают таких переживаний, как чертовы. Встречаются в северных районах Красноярского края: Шайтанский, о-в; Шайтан, оз. (Тур.); Шайтанское, с. на оз. Шайтан (Тур.). С образом шамана также связывались представления о нечистом, но мотивация осознается на бытовом, конкретном уровне: Шаман, оз., покос (Бир.) – раньше ясашный знахарь жил. Встречаются в центральных и южных районах, близких к Хакасии.

Место захоронения или гибели человека в сознании жителей становится опасным местом возможного проявления сверхъестественного. Для обозначения кладбища в деревнях часто используется метонимический перенос названия с близлежащих объектов: Челпан, гора, кладбище на ней (Бал.); На горе, кладбище (Бал.). Жители окрестных деревень именуют кладбище по названию той деревни, к которой оно относится: Даурское (Бал.); Еловское (Бал.) – или по национальной (религиозной) принадлежности: Татарское (Бал.).

В названиях мест захоронения используются апеллятивы могила, крест: Могильник, новое кладбище (Ман.); Слёзная Могила, место захоронения партизан, погибших в борьбе с Колчаком (Ман.); Могильная гора, там кладбище (Бал.); Филимонов крест (Б.-У.) – место, где похоронены супруги Филимоновы. Расположение близ кладбища может быть отмечено в названиях географических объектов: Могильный, руч. близ кладбища (Уж.); Могилошный бор, за кладбищем (Тас.). Кладбище ассоциируется с трауром, черным цветом: Чёрная балка, небольшой овраг в 2 км от д. В нем колчаковцы расстреливали партизан (Коз.)

Основные номинативные модели номинации нечистого места: характеризующая (худой); выражающая отношение к мифологическим персонажам и религиозным символам (чёртов, лешачий, шайтанский, шаман, могила, крест).

Таким образом, представления человека о чистом и нечистом месте довольно широко репрезентированы в топонимии Приенисейской Сибири. Представления о нечистом месте выражены преимущественно чертовыми названиями, несущими смысл присутствия сверхъестественного и опасного.

Ядром семантического поля ‘нечистое место’ являются топосемемы: худой, чёртов. На периферии находятся топосемемы: бес, духи, леший; ещё дальше на периферии: могила, могильный крест.