ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Русский язык в начале III тысячелетия продолжает переживать бурный рост инновационных явлений, берущий начало в послед­них десятилетиях XX века. Непросто оценить этот феномен, находясь в самой гуще активных процессов, затрагивающих все уровни языковой системы и ее дискурсной реализации.

Так, было показано, что традиционный взгляд на русский язык конца

XX - начала XXI века как на «жертву» нескончаемого вала неоправдан­ных заимствований, окончательно подпавшую под гнет чужеродных ментальных, социокультурных и поведенческих моделей, грешит, по меньшей мере, односторонностью. Такой взгляд не учитывает встреч­ных тенденций постоянного возобновления национально-обуслов­ленных моделей языковой концептуализации мира в лексической и осо­бенно в грамматической сфере. В частности, удалось показать расши­ряющуюся активность таких традиционно русских способов языкового представления ситуации, как образное и конкретно-чувственное осмыс­ление идей существования, движения, нахождения где-либо в русской глагольной лексике, как безличные, пассивные и возвратные конструк­ции или специфически русские негационные синтаксические модели, не содержащие реального отрицания, в русской грамматике и пр., в кото­рых отражены наиболее фундаментальные способы познания и оцени­вания действительности и наиболее типичные модели поведения в мире русского слова.

Анализ значительного языкового материала в области лексических заимствований в «живой» русской речи также продемонстрировал лю­бопытные тенденции в апроприации массива иноязычной лексики лек­сико-семантической системой русского языка.

Исследование активных процессов в области словообразования по­казало. что современное русское словообразование, возможно, находит­ся в эпицентре инновационных тенденций в русской речи новейшего периода. Богатство и разнообразие словообразовательных моделей, ак­тивно включающих в область своего функционирования иноязычный «строительный материал» для слов и использующих поистине бездон­ный арсенал всевозможных способов окказионального словотворчества, дают значительный импульс для языкового обновления и расширения экспрессивных возможностей словообразовательной системы русского языка последних лет. Закономерно избранная для анализа область ме­дийного словотворчества выступает своего рода «творческой лаборато­рией». где апробируются самые разнообразные пути создания яркого, образного и семантически емкого русского слова, где являет себя во всей красе неиссякаемый креативный потенциал русского языка.

СМИ, демонстрирующие продуктивность тех или иных словообразова­тельных способов, моделей и деривационных средств, отражают полити­ческие и социально-экономические изменения в России начала XXI века, в частности расслоение населения в материальном и социальном плане, раз­витие рыночных отношений, изменение ценностных ориентаций, расши­рение сферы бизнеса, информатики, массовой культуры и т. д.

В ряду инновационных тенденций в морфологической сфере в цен­тре исследовательского внимания закономерно находилась такая неод­нозначная и динамично развивающаяся область русской грамматики, как числительные. Анализ варьирования форм русских количественных и собирательных числительных (типа три трое) выявил любопытные особенности их речевого варьирования в дискурсах разного типа. В частности, было показано, что при всем нормативном разнобое в реа­лизации указанных форм в речи носители современного русского языка все же ощущают различия между количественными и собирательными числительными, что обусловлено сохраняющейся и в наши дни реле­вантностью семантического фактора выбора единицы, в частности - указанием на совместное/несовместное действие, на сходство/несход- ство лиц в социально-психологическом отношении; с характеристикой явлений через количество лиц, имеющих к ним отношение; с нивелиро- ванием/актуализацией идеи пола и т. д. Действие семантического фак­тора (который в целом является достаточно сильным) чаще всего огра­ничивается действием стилистического, фонетического и собственно нормативного факторов, а также фактора речевой аналогии. В целом в современной русской речи отмечено преобладание количественных числительных, что справедливо связывается с их способностью выра­жать большее количество смысловых оттенков в сравнении с числи­тельными собирательными.

Изучение семиотических свойств современных моделей текстопорож- дения было осуществлено на материале научных и научно-технических текстов, но обнаруженные закономерности обладают значительной науч­ной валидностью и для дискурсов других типов, например художествен­ного. Было показано, что современный текст в эру информационных тех­нологий носит гипертрофированно именной характер, а его смысл струк­турируется определенным набором рекуррентных лексических единиц, которые следует рассматривать как результат интерпретации, моделиру­ющей интеллектуальную деятельность по осмыслению текста. Результаты анализа подтверждают тезис Ю.М. Лотмана о том, что текст обнаруживает

черты интеллектуального устройства. Моделью современного текста явля­ется, например, страница из Интернета, для обращения к которой нужно знать «код доступа» и использование которой сводится к выбору её эле­ментов. При этом фактически осуществляется диалог с текстом. Таким образом, современный текст играет активную роль по отношению к своей аудитории - формирует эту аудиторию и её представления, взгляды, идеи и другие информационные составляющие. Взаимодействие между текстом и его создателем и/или интерпретатором может быть объектом исследова­ния для лингвиста, и методики такого исследования могу т быть связаны с повторами текстовых элементов и другими активными процессами.

Исследование особенностей лексикографической фиксации новых слов также дало ряд интересных и примечательных результатов. Лекси­кографическая рефлексия общества над своим языком, в эпицентре ко­торой находится неография - социально востребованная кодификация новых слов, играет существенную роль в определении главных тенден­ций в развитии русского языка новейшего периода: ведь неологизмы должны рассматриваться не только как языковое явление, но и как яв­ление культуры. Важно, что актуальными на рубеже ХХ-ХХІ вв. оказы­ваются слова тематических групп компьютерных технологий, бизнеса, предпринимательства, финансовой и экономической деятельности, по­литики, а также слова, которые называют реалии жизни деклассирован­ных элементов общества и криминальных структур.

В целом проведенное исследование показало, что новые явления, возникающие в русском языке новейшего периода, вовсе не веду т к де­струкции языковой системы, но, напротив, высту пают как свидетель­ство ее креативного и адаптивного потенциала. При этом существуют определенные коммуникативные условия, которые как бы способствуют «включению» инновационных процессов в речевой практике: это или особый режим использования языка, например, эстетический или «иг­ровой», или особая коммуникативная среда (например, интернет- коммуникация), или даже особая социокультурная страта использова­ния языка (например, реклама, СМИ, политический дискурс). Все ука­занные факторы могут способствовать как существенному' количе­ственному скачку инноваций, так и повышению их качественного раз­нообразия.

Проанализированный языковой и текстовый материал свидетель­ствует, вопреки установившемуся расхожему' мнению, о том. что рус­ский язык вовсе не собирается «умирать», «захлебнувшись» в потоке неоправданных заимствований, в ситуации так называемого кризиса нормативности, а также неграмотности и языковой некомпетентности своих носителей. Надо отметить, что «энергия языка» ведет за собой тех. кто на нем говорит, а они, в свою очередь, также пытаются расши­рить его креативные и адаптивные возможности.