2. Системология и борьба с преступностью.

Базовые характеристики преступности (сложность, многоуровневость, комплексность) как предмета научного исследования более всего тяготеют к правовой систематике. Обычно сложно организованные или системные объекты действительности, каковым является и преступность, обслуживаются тремя крупными методологическими направлениями: структурно-функциональным анализом, структурализмом и системным подходом.

106

Современное общество на удивление спокойно восприняло одну из ведущих тенденций своего информационного развития: в XX веке каждые 15 лет объем человеческих знаний удваивался. В период реформ этот процесс, безусловно, убыстряется, а при современном ажиотаже на юридическую профессию — и утраивается. Нужно выживать и действовать в непростых условиях. Преодоление «кошмара сложности» постепенно познаваемого мира, архаичной дисциплинарной организации науки, ставки только на дифференциацию и приращение знаний (по Гегелю — дурная бесконечность) видятся в проблемном методе, в систематизации накопляемых фактов. Философы предрекают скорый переход от дисциплинарных окостеневших парадигм к динамичным, быстро преобразующимся синтагмам, называют новую гносеологическую тенденцию «доминирующей формой развития современной науки».

Простейшие системные мысли (многослойность и сочетаемость юридических установлений, восприятие отраслей и других структур права только через призму взаимодействия с другими компонентами) стучатся и в юридическое мировоззрение: «ныне отчетливее становится также и та очевидность, что природа, организация, функционирование и эффективность действия права требуют его системного анализа. На смену относительно изолированному, дифференцированному изучению отдельных звеньев правовой системы приходит ее осмысление на высоком уровне» (Д.

Для дельного и результативного приложения системного метода к преступным проявлениям требуется приближение юридических представлений о системах к философским. Отечественной юриспруденции термин «система» давно привычен, и адресуется он широкому кругу правовых явлений. При этом: а) доминирует мнение, согласно которому система права отождествляется с его структурой, то есть со строением; б) практически игнорируется распространенный в философии взгляд на систему как на искусственное образование, на требование включенности среды объекта в содержание понятия его системы; в) ярко выражены ставки на статичность и автономность существования юридических явлений. Несколько крупных дискуссий, отшумевших в отечественном правоведении якобы по проблемам системы советского права в 1938— 1940,1956 и 1982 гг., фактически свелись к уточнению его структурирования, к разработке критериев выделения отраслей и их ти-

107

тульности. Это были, безусловно, очень заметные и полезные для юридического развития страны периоды. Но особого приближения к общенаучному, философскому пониманию системы не произошло. В итоге можно согласиться с С. С. Алексеевым, что термин ¦система права» недостаточно корректно используется в юридической литературе для обозначения «структуры права», т.е. набора его, права, элементов.

Системологические искания стимулируются в уголовном праве дополнительно и такими обстоятельствами, как его обеспечительное предназначение по отношению к так называемым созидательным отраслям права, бланкетный характер диспозиций статей Особенной части Уголовного кодекса, повышенный интерес и требовательность населения к карательным акциям государства. Мы приговорены в XXI веке раздвигать привычную дисциплинарную изгородь, укрупнять наши знания, принимать в расчет большее число фактов и условий (среду).