<<
>>

§ 5. О перспективах реформирования уголовного процесса на базе внедрения информационных технологий

Содержащиеся в УПК РФ положения о применении информационных технологий и технических средств не соответствуют современному уровню развития информационных технологий и возможностям по сокращению бюрократических процедур в уголовном процессе при обеспечении гарантий прав и свобод субъектов уголовного процесса, вследствие чего многие научно-технические достижения остаются без практического применения.

В настоящее время в уголовном процессе России имеют место тенденции по упрощению уголовно-процессуальной формы, которым необходимо противопоставлять стремление к ее адекватному и экономному применению[193]. Произошедшие изменения в современном информационном обществе настоятельно требуют разработки уголовно-процессуальных норм, регламентирующих копирование, изъятие, сохранение, обработку, передачу и представление в суде электронной информации, имеющей доказательственное значение, а также, что наиболее важно, - модернизации уголовно-процессуальных форм с учётом информационных технологий таким образом, чтобы они отвечали классическим требованиями к уголовнопроцессуальной форме. Однако правовое регулирование информационного обеспечения уголовного процесса до сих пор носит фрагментарный и непоследовательней характер, отсутствуют общие положения об использовании информационных технологий, само понятие технических средств; критерии допустимости использования технических средств за редкими исключениями также не находят своего отражения в процессуальном законодательстве.

При этом необходимо осознавать важность правового регулирования уголовно-процессуальной формы информационных технологий, т.к. ее несоблюдение влечет за собой определенные правовые последствия, в том числе признание доказательства недопустимым, что может привести к вынесению оправдательного приговора, основанного не на установленной невиновности подсудимого, а на недоказанности его вины вследствие исключения признанных недопустимыми доказательств обвинения из списка доказательств по уголовному делу.

Несмотря на отсутствие в ст. 5 УПК РФ легального определения понятия «технических средств», в контексте закона неоднократно используются формулировки о технических средствах. В действующем УПК РФ можно выделить несколько видов уголовно-процессуальных форм с «информационными» элементами:

1) регламентирующие общий порядок применения техники в ходе производства следственных действий и специальный порядок, относящийся к отдельным следственным действиям;

2) определяющие порядок применения технических средств при ознакомлении с материалами уголовного дела участников уголовного судопроизводства;

3) определяющие условия применения технических средств в судах первой, апелляционной и кассационной инстанций;

4) определяющие возможность применения технических средств для изготовления различных процессуальных документов.

Кроме этого, необходимо отметить, что, исходя из содержания действующего УПК РФ, условно можно выделить следующие группы норм непосредственно об использовании технических средств, таких, как средства фиксации, средства для протоколирования, средства, конструктивно предназначенные для установления необходимых сведений, и средства проверки и контроля.

Таким образом, исходя из существующего несоответствия фактического и нормативно обусловленного использования информационных технологий в уголовном процессе, представляется необходимым констатировать, что действующее уголовно-процессуальное законодательство нуждается в актуализации по обозначенным направлениям.

В этой связи, на наш взгляд, можно обозначить следующие основные направления развития уголовно-процессуального законодательства:

1. расширение пределов допустимости доказательств и появление новых источников фактических данных;

2. расширение перечня традиционных следственных действий, разработка дополнительных гарантий соблюдения законности при их производстве;

3. использование компьютерных систем при принятии процессуально

-197

значимых решений .

Рядом последовательно внесенных изменений в УПК РФ разрешены основные вопросы, связанные с изъятием, копированием и хранением материальных носителей информации в электронной форме.

Вместе с тем [194] вопрос о критериях электронных доказательств в уголовном процессе до настоящего времени остается дискуссионным. Однако представляется логичным, что в первую очередь необходимо закрепление основных принципов использования информационных технологий, а также регламентация уголовно-процессуальной формы действий, производимых с

198

использованием информационных технологий .

11. В настоящее время электронный документооборот в публичной сфере права используется достаточно редко, но за последние годы назрела тенденция как к увеличению электронного документооборота, так и решению вопроса о собирании доказательств в электронном виде. Предполагаем, что в ближайшее время электронные виды доказательств станут наравне с доказательствами, выполненными в типографической форме, после чего будет последовательным осуществление ухода от собирания доказательств только в типографической (бумажной) форме и перехода к электронному документообороту. Однако данный переход будет связан с рядом проблем. Одной из которых, на наш взгляд, будет являться формализация (форма выражения доказательств в электронной форме). В первую очередь, необходимо расширение общего понятия «доказательства», а также определение «электронных доказательств», критериев их относимости, допустимости и достоверности. Следует отметить, что признаки «электронного доказательства» и критерии их вовлечения в процесс доказывания по уголовному делу до настоящего времени отсутствуют, и при возникновении сомнений в авторстве, целостности и неизменности компьютерной информации, а также иных ее характеристиках назначается компьютерно-техническая экспертиза. Осознавая наличие возможности изготовления протоколов следственных действий в электронной форме, дачи и последующей фиксации показаний свидетеля, потерпевшего, эксперта и [195] других лиц в электронной форме, возможности приобщения к материалам дела вещественных доказательств в электронной форме, необходимо дополнить ст. 74 УПК РФ «Доказательства» конкретным указанием на такую форму доказательств - «электронную».

В качестве таких доказательств в электронной форме могут быть представлены не только документы, подписанные электронно-цифровой подписью должностного лица, но и аудио- и видеозаписи следственных действий, опыт применения которых был нами приведен в параграфе 5 главы 1. К мнению о возможности

199

использования таких доказательств приходят и отечественные ученые . Кроме этого, в связи с изменением формы доказательств представляется необходимым добавление в текст нормы и дополнительных общих критериев допустимости доказательств. С учетом приведенных суждений предлагается целесообразным изложить ч. 1 ст. 74 УПК РФ «Доказательства» в следующей редакции:

«1. Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения и информация, отраженные в документах, процессах, предметах или объектах, полученные с соблюдением процессуальной формы, установленной настоящим Кодексом и доступные для верификации и установления аутентичности, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

1.2. Доказательства могут быть представлены в рукописной, типографской и электронной формах. Под электронной формой доказательств понимается файл, содержащий текстовую, графическую [196] информацию, аудио-, видеоинформацию и (или) их сочетание. Юридическая сила электронных доказательств равнозначна юридической силе доказательств, представленных в иной форме.»

Кроме этого, законодательство должно содержать указание на равную юридическую силу доказательств, включая электронные документы, составляемые сторонами в ходе досудебного производства в связи с фиксацией хода и результатов совершаемых ими действий, направленных на получение доказательственной информации. При этом необходимо отметить, что любой способ документирования допустим, если он обеспечивает надежность сохранения и передачи доказательственной информации, представленной в электронном виде, и возможность исследовать и оценить аутентичность этой информации и верифицировать ее[197]. В перспективе технические средства копирования, хранения, передачи электронной информации сделают ненужными бумажные уголовно-процессуальные документы, то есть возможен переход исключительно на электронный документооборот.

Кроме того, необходимо указание в законе на возможность составления протоколов следственных действий и судебного заседания в электронной форме с использованием технических средств с внесением соответствующих изменений в статью 83 УПК РФ «Протоколы следственных действий и судебного заседания».

Помимо этого, использование в уголовном процессе информации в электронной форме предполагает существование четких способов определения ее подлинности. Как справедливо отмечает В.Б. Вехов, вопросы о возможной фальсификации информации возникают периодически, по мере внедрения новых технологий для обеспечения выявления, раскрытия и

расследования преступлений и являются своего рода «закономерными» оппонентами новшеств, например, аналогичные проблемы возникали и в 60-е гг. прошлого века при внедрении киносъемки и звукозаписи, и в 80-е гг. при внедрении видеозаписи. «...Практически в любой протокол можно при желании внести определенные изменения при недобросовестности должностного лица» . Обозначенные опасения, безусловно, должны быть разрешены в тексте УПК РФ, однако на сегодняшний день статья, регламентировавшая бы удостоверение подлинности электронных доказательств, отсутствует. В связи с этим необходимо регулирование, в первую очередь, основных начал проведения следственных действий и иной деятельности с использованием информационных технологий и электронных документов путем формулирования норм о гарантиях подлинности электронных доказательств, например, о ее неизменности, защите от возможных посягательств и доступности для последующего изучения, депонировании электронных копий, обязательном участии специалиста при проведении следственных или судебных действий, связанных с копированием, депонированием, осмотром, изъятием электронной

информации.

Электронные носители информации являются одним из наиболее распространенных и одновременно сложных для изъятия объектов. По смыслу действующего законодательства под «электронным носителем информации», который может быть изъят в ходе следственного действия, следует понимать внутренний накопитель на жестком магнитном диске, оптические диски различных видов, магнитно-оптические диски, карты памяти различных форматов, USB флэш-накопители, гибкие магнитные диски, интегральная микросхема памяти, оперативное запоминающее устройство ЭВМ, постоянное программируемое запоминающее устройство [198]

ЭВМ, оперативное запоминающее устройство периферийных устройств, иные носители. Из содержания статей 81, 81.1, 182, 183 УПК РФ вытекает, что понятием «электронный носитель информации» охватывается весь указанный перечень устройств. Соответственно производство их изъятия возможно как в форме обыска, так и в форме выемки. Многие практические работники полагают, что электронные доказательства (электронные письма на почте, флеш-накопители, телефоны и др.) следует регулировать специальными нормами в УПК РФ, не ограничиваясь существующим правилом об обязательном присутствии специалиста при проведении следственных действий с таковыми.

В этой связи необходимо согласиться с мнением С.В. Зуева и К.И. Сутягина, которые предлагают «электронное копирование информации» определить в качестве самостоятельного следственного действия в УПК РФ, тем самым посредством перечисления требований к данному следственному действию установить одновременно и требуемые критерии в отношении «электронных доказательств»[199].

Наиболее адекватным средством фиксации действий участников оперативно-розыскного мероприятия или следственного действия могла бы быть видеозапись, то есть электронный документ. Основное требование к носителю информации, представленной в электронном виде, состоит в том, чтобы при его исследовании можно было подтвердить корректность действий следователя, равно как и фиксация тех сведений, обнаруженных участниками следственного действия, которые иным путем не могут быть представлены суду в силу объективных причин.

Такое же широкое распространение информационных технологий при сборе и оценке доказательств имеет место и в судебных стадиях уголовного процесса. Специальное понятие «электронное правосудие», под которым

понимается электронный документооборот или способ осуществления правосудия, основанный на использовании информационных технологий[200] [201], стало общепризнанным на языке права. Электронная система правосудия предусматривает аудио- и видеопротокол, электронный архив и электронное вынесение решений[202].

Следует отметить, что информационные технологии, используемые для организации деятельности должностных лиц и органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, в нормативно-правовых актах не рассматриваются обстоятельно, однако фактически их использование повсеместно сопровождает уголовно-процессуальную деятельность как на досудебных, так и на судебных стадиях уголовного процесса. К таким информационным технологиям можно отнести электронные системы делопроизводства в судах, электронную цифровую подпись, электронное уголовное дело и др.

Электронная форма является удобной для осуществления и иных процессуальных действий. Например, реализации права прокурора по мотивированному письменному запросу ознакомиться с материалами находящегося в производстве уголовного дела (п. 2.1 ст. 37 УПК РФ) посредством получения их в электронной форме. Электронные копии документов, полученные путем сканирования бумажного носителя[203] [204], получили наименование электронного образа документа . Но применение электронного образа документа ограничено только рамками электронного документооборота. В отношении электронного образа документа, как и в отношении заявления о преступлении в электронной форме, возникает проблема по обеспечению легитимности. Действенным способом преодоления настоящей проблемы является использование электронной подписи.

По мнению П.С. Пастухова, стандартизированные наборы услуг населению в различных сферах в виде так называемых «административных регламентов» уже стали реальностью. В частности, подобным «административным регламентом» регламентировались действия сотрудников дежурных частей органов внутренних дел на стадии возбуждения уголовного дела . Следующий шаг состоит в переводе деятельности сотрудников правоохранительных органов по досудебной подготовке материалов уголовного дела к рассмотрению в суде в электронный формат. Таким образом, происходит переход от письменного судопроизводства в телекоммуникационную сеть[205] [206].

На переходе на электронный документооборот настаивает и А.Ф. Абдулвалиев, считающий, что модернизация уголовного судопроизводства должна заключаться в отказе от бумажных процессуальных документов и переходе на ведение уголовного дела в электронной форме. По мнению этого автора, переход на электронную форму производства по уголовному делу должен, в первую очередь, упростить собирание доказательств и составление процессуальных документов[207] [208] [209].

В качестве перспективной технологической инновации с криминалистических позиций представляется возможным также рассматривать использование общедоступных компьютерных программ и устройств для электронного видеопротоколирования хода и результатов следственных действий и судебного заседания. Кроме того, в ходе анкетирования сотрудников следственных органов и органов дознания было выявлено, что 91% опрошенных считает перспективным замену бумажного уголовного дела электронным делом (для качества и сроков производства расследования) . В этой связи представляется необходимым установление общих начал осуществления электронного документооборота в уголовном процессе в отдельной статье УПК РФ.

Особую актуальность представляет разрешение вопроса о применении общедоступных компьютерных программ и устройств при значительном объеме материалов дел, количестве следователей, эпизодов преступлений, потерпевших, подсудимых и пр. Отечественной практике известны примеры разрешения подобных дел с применением общедоступных компьютерных программ и устройств. Такое уголовное дело, например, было рассмотрено в 2006 году Верховным судом Республики Татарстан в отношении организованного преступного сообщества «29-й комплекс», где в

качестве обвиняемых предстали 32 человека . Судебное разбирательство производилось с участием коллегии присяжных заседателей, однако, поскольку уголовно-процессуальное законодательство запрещает исследовать с участием присяжных данные, способные вызвать их предубеждение в отношении подсудимых, возникла проблема с представлением фотоснимков из протоколов осмотра мест происшествий и из заключений судебно-медицинских экспертиз, на которых, кроме окружающей обстановки, были зафиксированы обезображенные трупы. В связи с этим шокирующие изображения расчлененных трупов, частей тела и т.п. с использованием программы Windows Paint были извлечены из отсканированных фотографий, и с разрешения судьи фотоснимки демонстрировались уже в “допустимом” виде. Техническая оснащенность судебного разбирательства включала в себя наличие микрофонов, проектора и проекционного экрана, дистанционного пульта для управления материалами. Интересным представляется и то, что при длительном времени рассмотрения дела существовала вероятность того, что некоторые исследованные материалы могут быть забыты присяжными, в связи с чем государственный обвинитель сопровождал свою речь презентацией с напоминанием ранее исследованных материалов и ссылками на страницы материалов дела.

Следует заметить, что мнение об эффективности использования информационных технологий в процессуальной форме экспертных

214

заключений не только находит свое отражение в научной литературе , но и подтверждается результатами анкетирования. Так, 81% опрошенных практических работников следствия положительно оценили возможность [210] [211]

введения в уголовное судопроизводство процессуальной формы экспертных заключений, осуществленных «устным» путем (в ходе видеоконференцсвязи), но записанных на видеопленку или зафиксированных иным электронным носителем информации, а 55,4% считают необходимым дополнение бумажного протокола допроса

свидетелей/обвиняемого/потерпевшего видеозаписью допроса (также приобщаемого к материалам уголовного дела) .

В этой связи возможно включение в УПК РФ норм, ,регламентирующих применение общедоступных компьютерных программ и устройств в судебном заседании с участием присяжных заседателей при значительном объеме материалов дел, а также количестве подсудимых.

Другой важной стороной информационного обеспечения деятельности следователей является организация помощи в аналитической работе по формированию решений и заключений на основе анализа имеющейся информации. Очень часто молодые следователи не владеют достаточным опытом в раскрытии и расследовании сложных многоэпизодных преступлений, и в этом им могут оказать помощь информационные системы, способные накапливать опыт и генерировать новые знания, то есть системы искусственного интеллекта.

Все активнее в деятельность правоохранительных органов внедряются автоматизированные рабочие места (АРМ) эксперта-криминалиста, оперативного работника, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и судьи, а также мобильные компьютерные комплексы для работы в «полевых» условиях[212] [213]. Это объективный процесс, поскольку «по мере возрастания уровня технической оснащенности органов дознания и следствия, - писал Р.С. Белкин, - расширяется ассортимент технико-криминалистических средств, входящих в соответствующие наборы общего назначения» . Однако включение в УПК РФ норм об использовании автоматизированных рабочих мест дознавателей, следователей, прокуроров представляется излишним и, на наш взгляд, должно найти отражение в соответствующих специальных федеральных законах.

Как нами неоднократно упоминалось в исследовании, деятельность по производству предварительного расследования носит не только познавательный, но и аналитический характер. Аналитический характер деятельности подразумевает анализ и синтез большего массива информации, сопоставление и поиск противоречий, причинно-следственных связей между обстоятельствами, доказательствами и лицами, участвующими в деле. Для решения задач по анализу имеющейся доказательственной информации могут быть использованы системы искусственного интеллекта.

Методология использования систем искусственного интеллекта в настоящее время достаточно разработана в отечественной науке. В общенаучном смысле такие системы формируют и предлагают решения на основе знания предметной области, умения обобщать, накапливать, приобретать, применять и воспроизводить новые знания. Источником знаний в рамках системы искусственного интеллекта являются: результаты математического моделирования, опыт специалистов, нормативные акты и литература, реализованные ранее следственные действия, генерируемые системой новые знания и выводы.

помощью компьютерных технологий: дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград: ВА МВД России, 2003. 237 с.; Яковенко И.Н. Современное состояние и перспективы использования информационных технологий в раскрытии и расследовании преступлений: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2005. 23 с.

217 Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. От теории - к практике. М., 1988. С. 38.

Однако, несмотря на то, что в настоящем исследовании нами отстаивается и обосновывается эффективность внедрения в уголовнопроцессуальную деятельность информационных технологий и технических средств, необходимо отметить, что аналитическая деятельность следователя носит не только интеллектуально-мыслительный, но и творческий характер. Кроме того, осмелимся утверждать, что и интуитивный подход также имеет место быть в деятельности следователя. В связи с чем полная замена аналитической деятельности следователя системами искусственного интеллекта, безусловно, невозможна, хотя нельзя отрицать, что использование таких систем может облегчить задачу большего массива информации, например, по многоэпизодным уголовным делам.

Контрольный элемент в уголовном процессе проявляется в двух аспектах: во-первых, в постадийном построении самого юридического процесса, а во-вторых, в специальных институтах контроля, который, в свою очередь, включает: ведомственный контроль, прокурорский надзор и судебный контроль . Необходимо отметить, что каждый из видов контроля обеспечивает проверку законности и обоснованности решений и действий должностных лиц на определенных стадиях, имея свою специфику. Так, ведомственный контроль осуществляется руководителем следственного органа, начальником органа дознания, но необходимо отметить, что у субъекта контроля и контролирующего субъекта в такой ситуации существует общая процессуальная заинтересованность, что обусловлено их общей ведомственной принадлежностью; в такой ситуации можно предположить, что подобный контроль не будет являться безусловным гарантом соблюдения прав участников уголовного процесса. В свою очередь, прокурорский надзор, являясь вневедомственным и «отделенным» от интересов следственных органов, также имеет процессуальную

218 Еникеев, З.Д. Механизм уголовного преследования: Учебное пособие / З.Д. Еникеев. - Изд-во Башкирск. ун-та. - Уфа, 2002. - С. 95-98.

заинтересованность, обусловленную объединением в лице единого органа - Прокуратуры - необходимостью достижения целей уголовного преследования посредством обвинительного интереса, который является общим со следственными органами. Еще один вид контроля - судебный контроль является независимым, ввиду того, что ни ведомственно, ни процессуально не связан с двумя вышеобозначенными видами контроля. вед В связи с чем нам представляется обоснованным утверждать, что ввиду специального статуса суда именно посредством судебного контроля возможно наиболее широкое обеспечение законности и защиты прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

Таким образом, исходя из целей и задач контроля, информационные технологии, используемые для контроля деятельности должностных лиц и органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, можно определить как совокупность средств, приемов и методов обработки и передачи информации, направленных на оптимизацию организации контрольной и надзорной деятельности, а также способствующих эффективности взаимодействия лиц, участвующих в уголовном процессе.

Отсутствие нормативно-правового регулирования уголовнопроцессуальной формы использования информационных технологий в форме контроля представляется «незаслуженно» оставленным без внимания законодателя. Так, например, использование общей специализированной системы руководителем следственной группы, создаваемой в порядке ст. 163 УПК РФ, позволило бы сделать более эффективным взаимодействие участников следственной группы и способствовать более прозрачному управлению и контролю со стороны ее руководителя. Особую актуальность необходимости законодательного закрепления упомянутые идеи приобретают в свете того, что зачастую создаются межведомственные следственные группы (или следственно-оперативные группы). По мнению И.А. Попова, форма взаимодействия заинтересованных служб правоохранительных органов в форме следственных групп призвана обеспечить: высокий уровень организации взаимодействия следователя, в производстве которого находится уголовное дело, с другими участниками следственно-оперативной группы, своевременный обмен информацией между членами группы и оперативность ее реализации, расследование уголовного дела в максимально сокращенные сроки, согласованное планирование следственных действий, оперативно-розыскных и

-219

организационных мероприятий .

Аналогично можно предположить, что наличие общей специализированной системы будет иметь положительное значение и для производства дознания группой дознавателей в порядке ст. 223.2. УПК РФ, в соответствии с ч. 2 которой также возможен межведомственный состав участников - «к работе группы дознавателей могут быть привлечены должностные лица органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность».

Формирование материалов дела не только в бумажном виде, но и в форме электронного уголовного дела, несомненно, упростит реализацию ст.

158.1. УПК РФ, в соответствии с которой восстановление утраченного уголовного дела либо его материалов производится по постановлению руководителя следственного органа, начальника органа дознания, а в случае утраты уголовного дела или материалов в ходе судебного производства - по решению суда, направляемому руководителю следственного органа или начальнику органа дознания для исполнения. Это, в свою очередь, позволит не прибегать к применению ч. 4 ст. 158.1. УПК РФ, а именно не освобождать обвиняемого в случае, если по утраченному уголовному делу истек предельный срок содержания под стражей.

219 Попов И.А. Следственная группа как одна из форм коллективного метода расследования преступлений: современное состояние и перспективы развития // Вестник Московского университета МВД России. 2013. № 3. С.119-124.

В заключение следует отметить, что эффективное применение информационных технологий для контроля деятельности должностных лиц и органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, невозможно, если основываться исключительно на регулировании ведомственными актами. Необходимо законодательное закрепление руководящих правил порядка применения информационных технологий контроля. Кроме этого, реализация контрольных полномочий прокурора при утверждении обвинительного заключения (или акта) будет значительно упрощена введением электронного уголовного дела, а также Единой автоматизированной информационнокоммуникационной системы прокуратуры Российской Федерации. Помимо этого, бесспорно, что имеющееся регулирование информационных технологий, содержащееся в гл. 45.1. и 47.1. УПК РФ, регламентирующее производство в суде апелляционной и кассационной инстанций, оставляет достаточно много вопросов у правоприменителя, что также требует своего законодательного решения.

Таким образом, можно сделать вывод, что высокие информационные технологии могут предоставить участникам уголовного процесса возможность удовлетворять возросшие требования. Для успешного внедрения и использования современных технологий требуется реформирование всей системы уголовного судопроизводства. Для этого, на наш взгляд, необходимо развитие уголовно-процессуального законодательства в следующих направлениях:

создать базовые правила и нормы работы с единой информационной системой и закрепить их в УПК РФ;

расширить пределы допустимости доказательств и появления новых источников фактических данных;

расширить перечень традиционных следственных действий, разработать дополнительных гарантий соблюдения законности при их производстве;

использовать компьютерные системы при принятии процессуально значимых решений.

119

123

129 Об электронной подписи: Федер. закон от 06.04.2011 № 63-ФЗ (в ред. от 23.06.2016) : принят Гос. Думой Федер. Собр. Рос. Федерации 25 марта 2011 г.: одобр. Советом Федерации Федер. Собр. Рос. Федерации 30 марта 2011г. // Собр. Законодательства Рос. Федерации. - 2011. - № 15, ст. 2036; 2016. - № 26 (Часть I), ст.

140

141

142

153

154

156

161

192

<< | >>
Источник: МЕДВЕДЕВА МАРИЯ ОЛЕГОВНА. УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ФОРМА ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 5. О перспективах реформирования уголовного процесса на базе внедрения информационных технологий:

  1. Приложение 2
  2. Глава 7. Основные формы переходного периода и пути их реализации
  3. К правовому государству и гражданскому обществу
  4. Примечания
  5. Первые шаги ювенальной юстиции в России
  6. ОГЛАВЛЕНИЕ
  7. § 5. О перспективах реформирования уголовного процесса на базе внедрения информационных технологий
  8. § 3. Основы правового регулирования деятельности полиции Эстонской Республики
  9. Библиографический список использованных источников
  10. Введение
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -