Задать вопрос юристу

Заключение

Маршал Уиллик в 1983 году предсказал, что когда весь бизнес одной фирмы будет компьютеризирован, организация и компьютер станут представлять собой одну сущность[614]. А по словам Рэймонда Курцвейла, когда-нибудь уже вначале этого века интеллект машин превзойдет интеллект людей.

В течение четверти века машины будут владеть всем диапазоном человеческого интеллекта, эмоций и навыков, от музыкальных и прочих творческих способностей до физического движения. Они будут претендовать на то, что у них есть чувства и, в отличие от виртуальных личностей дня сегодняшнего, будут обосновывать такие притязания очень убедительно[615]. На наш взгляд, до этого ещё как минимум достаточно далеко, исходя из технологических соображений, как максимум - пока невозможно обеспечить достижение целей деятельности юридических лиц посредством использования юнитов искусственного интеллекта.

Впрочем, многое, еще вчера казавшееся фантастикой, сегодня становится реальностью. Так, в Японии венчурная инвестиционная компания Deep Knowledge назначила изготовленного на базе ИИ робота по имени Витал в свой совет директоров в 2014 году[616].

В любом случае, научная проработка обозначаемого круга вопросов совершенно необходима.

Анализ состояния и качества законодательства Российской Федерации и зарубежных государств в части регулирования искусственного интеллекта показывает практически полное отсутствие референтных примеров такого регулирования, за редчайшим исключением (Япония), но в ряде государств мира (Великобритания, Германия, Индия, Китайская Народная Республика, Объединенные Арабские Эмираты, Сингапур, Соединённые Штаты Америки, Франция, Южная Корея, Япония) приняты и действуют программно-концептуальные документы, предопределяющие приоритетность создания, развития, внедрения и урегулирования технологий искусственного интеллекта, либо активно ведется законопроектная работа на этапе обсуждения.

Комплекс научных проблем, обобщённо охватываемых понятием «искусственный интеллект», давно уже вызывает очень большой интерес у всех интересующихся развитием науки[617], а у многих - и обоснованные опасения.

Сегодня (как между теоретиками, так и между и практиками) ведутся активные дискуссии вокруг искусственного интеллекта по множеству вопросов из самых разных областей. При этом наиболее активные дебаты идут между пессимистами, вообще отрицающими возможность создания искусственного интеллекта, и теми, кто считает, что таковой уже создан[618]. По словам Пола М. Черчленда и Патриции Смит Черчленд, «классический искусственный интеллект едва ли будет воплощён в мыслящих машинах; предел человеческой изобретательности в этой области, по-видимому, ограничится созданием систем, имитирующих работу мозга»[619]. Ник Бостром подчёркивает, что в таких дискуссиях существенные разногласия внутри второй группы касаются времени ожидаемого появления полноценного искусственного интеллекта и того вида, в каком такой искусственный интеллект будет представлен[620].

Расширение и усложнение связей и взаимодействий с роботами может оказать глубокое влияние на физические и моральные отношения в человеческом обществе[621].

Интенсивное развитие технологий и юнитов искусственного интеллекта обусловливает необходимость адекватного развития соответствующего законодательного обеспечения в этой области, что достаточно затруднительно без надлежащего понимания и адекватной интерпретации термина «искусственный интеллект», без классификации видов и форм искусственного интеллекта и описания особенностей его применения, без исследования детерминируемых такими технологиями и юнитами рисков и проблем, чему и была посвящена настоящая монография.

Появление искусственного интеллекта ставит новые вопросы, на которые сегодня в современной юридической науке и практике пока ещё нет ни релевантных, ни даже примерных, прикидочных ответов.

Согласно Рекомендации Парламентской Ассамблеи Совета Европы № 2102 (2017) от 28.04.2017 «Слияние с технологиями, искусственный интеллект и права человека»[622], законодателям становится всё труднее адаптироваться к современным скоростям интенсивного развития науки и технологий и к диктуемой этими обстоятельствами необходимости своевременно создавать необходимые правила и стандарты (пункт 3).

Развитие аппаратных систем и программного обеспечения искусственного интеллекта происходило и происходит в рамках и в процессе решения множества важных задач и вопросов[623].

Стив Возняк, соучредитель компании Apple, так описал отличия существующего (на сегодня) искусственного интеллекта от мозга человека: «Искусственный интеллект ожидает приказа для того, чтобы понять, каким образом ему решать ту или иную задачу. Мозг сам понимает, как её нужно решать»[624]. Но это сегодня, а уже в обозримом будущем всё может измениться. Более того, уже сегодня функционируют автономные системы, оснащённые искусственным интеллектом.

Как пишут Майкл Хеншоу, Йост ван Барневельд и др., «в мире, в котором всё чаще используются роботы, мы неминуемо столкнёмся с юридическими вопросами, касающимися владения данными, конфиденциальности, безопасности и ответственности. Изменения в законодательстве, учитывающие риски, которые создаются роботами, требуются для обеспечения безопасности общества и безопасности граждан»[625].

Стюарт Рассел и Питер Норвиг отмечают, что сегодня «в области искусственного интеллекта решается... ответственная задача: специалисты в этой области пытаются не только понять природу интеллекта, но и

создать интеллектуальные сущности» . Уже активно обсуждается т.н. трансгуманизм (копирование или иная интеграция человеческого мозга в «машину»[626] [627]), мягко говоря, вызывающий очень много вопросов с точки зрения биоэтики и права.

Управлять сферой общественных отношений, как обоснованно указывал Г.В. Мальцев, невозможно, не регулируя эти отношения[628].

И без надлежащего нормативного правового, технического нормативного, биоэтического и в целом этического урегулирования рассматриваемой предметно-объектной области никак не обойтись. Юнит искусственного интеллекта всегда должен быть фидуциаром человека.

В регулировании искусственного интеллекта, в силу его специфики, должны быть задействованы следующие системы нормативной регламентации (в сложных их интерреляциях):

1) нормативно-правовое регулирование, в том числе - имплементирующее нравственно-этические нормы в этой сфере:

- международное публичное право;

- национальное законодательство;

2) техническое нормативное регулирование;

3) нормы биоэтики и этики в целом;

4) нормы lex mercatoria;

5) акты саморегулирования.

При этом техническое нормативное регулирование по объективным причинам, полагаем, занимает (должно занимать) доминирующее значение в части предотвращения рисков причинения вреда вследствие функционирования юнитов искусственного интеллекта.

Считаем также необходимым отметить, что заложенные в основу настоящего диссертационного исследования исходные научные гипотезы:

1) гипотеза о принципиальной невозможности единой гомогенной (однородной и однопорядковой) правосубъектности для различных по функционально-целевому назначению и (заложенным и приобретённым) способностям юнитов искусственного интеллекта и о невозможности в обозримом будущем признания и атрибутирования полнообъёмной (сопоставимой с правосубъектностью взрослого не поражённого в правах человека) правосубъектности в отношении юнитов искусственного интеллекта, кроме случая эксплуатации таковых в открытом дальнем космосе или на других планетах; 2) гипотеза о редуцированности значения и веса нормативного правового регулирования в сфере искусственного интеллекта, о сложных интерреляциях нормативного правового и иного (помимо права) регулирования в этой сфере, - подвергнувшиеся в рамках диссертационного исследования проверке, нашли своё подтверждение, превратившись в элементы авторской научной теории.

В январе 2017 года международная юридическая фирма Dentons по заказу фирмы Grishin Robotics (основатель - Д.С. Гришин) разработала и представила концепцию первого в России законопроекта о робототехнике[629]. В феврале 2017 года Председатель Государственной Думы ФС РФ В.В. Володин заявил, что в течение пяти лет в России будут приняты законы о взаимоотношениях людей и роботов, регулирующие права и обязанности как роботов, так и их создателей[630]. А в октябре 2017 года было объявлено, что в России уже несколько рабочих групп работают над «расчисткой в правовом поле пространства для развития цифровой экономики»[631]. Время покажет, насколько эффективны будут эти меры.

По результатам проведённого диссертационного исследования разработаны следующие предложения о внесении изменений в законодательство Российской Федерации.

Дополнить статью 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации (Четвёртой части) новыми пунктами 5 и 6 следующего содержания:

«5. Права на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом гражданина, внесшего существенный личный творческий вклад в создание такого результата, при использовании технологий искусственного интеллекта, обеспечивших техническое или информационно-консультационное содействие или помощь, принадлежат этому гражданину.

6. Права на результат интеллектуальной деятельности, созданный комплексом программных и программно-аппаратных средств искусственного интеллекта автономно, то есть в условиях отсутствия существенного личного творческого вклада человека, принадлежат:

1) производителю этого комплекса;

2) в случае заключения производителем комплекса программноаппаратных средств искусственного интеллекта, имеющим на него права, соответствующего лицензионного договора на использование указанного комплекса или его возможностей с физическим или юридическим лицом - лицензиату по указанному договору;

3) в случае предоставления производителем комплекса программноаппаратных средств искусственного интеллекта, имеющим на него права, открытой лицензии на использование указанного комплекса или его возможностей, в смысле статей 1286.1, 1368 и последнего абзаца пункта 1 статьи 1259 настоящего Кодекса, - гражданину, личный творческий вклад которого имел существенное значение как основа для создания этого результата интеллектуальной деятельности, или при отсутствии такового, переходят в общественное достояние.»

Дополнить статью 2 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ (ред. от 29.06.2018) «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» новым пунктом 21 следующего содержания[632]:

«21) искусственный интеллект - автономный комплекс программных или программно-аппаратных средств[633] (юнит) с человекокомпьютерным интерфейсом[634], представляющий собой виртуальную вычислительную систему[635] или оснащённую средствами “технического”

зрения (восприятия воздействий (сигналов) на сенсорные электронные аналоги органов чувств[636] [637]) и средствами непосредственного

самостоятельного взаимодействия с физической реальностью

(актуаторами[638]) и с цифровой реальностью[639] [640] [641] киберфизическую

642 643

систему , с программно-технически и математически эмулированными

и обеспеченными способностями (возможностями) биоподобных[642] когнитивных[643] и антропоморфно[644]-интеллектуальных[645] рече

мыслительных действий[646] (функций[647]), обучения и самообучения, самоорганизации[648] и самотестирования, творческой (эвристической)

деятельности[649], в том числе на основе накопленных и «исторических» данных и данных мониторинга[650];».

В «сухом остатке» эта предлагаемая нами к закреплению норма- дефиниция будет звучать так:

«21) искусственный интеллект - автономный комплекс программных или программно-аппаратных средств (юнит) с человекокомпьютерным интерфейсом, представляющий собой виртуальную вычислительную систему или оснащённую средствами “технического” зрения (восприятия воздействий (сигналов) на сенсорные электронные аналоги органов чувств) и средствами непосредственного самостоятельного взаимодействия с физической реальностью (актуаторами) и с цифровой реальностью киберфизическую систему, с программно-технически и математически эмулированными и обеспеченными способностями (возможностями) биоподобных когнитивных и антропоморфно-интеллектуальных рече-мыслительных действий (функций), обучения и самообучения, самоорганизации и самотестирования, творческой (эвристической) деятельности, в том числе на основе накопленных и «исторических» данных и данных мониторинга;».

Полагаем, что на данном этапе (по крайней мере, на ближайшие 2-3 года) больше пока никаких законодательных изменений здесь не требуется, в том числе и в отношении правосубъектности юнитов искусственного интеллекта.

Единственное, что требует столь же безотлагательного внесения изменений в законодательство Российской Федерации, - это смарт- контракты, вопросы ответственности за военное применение автономных систем вооружений, оснащённых искусственным интеллектом, и вопросы ответственности за последствия причинения вреда беспилотными транспортными средствами, управляемыми искусственным интеллектом, но хотя эти темы и были затронуты нами в наших работах, таковые были нами обоснованно оставлены за рамками авторской научной концепции и заявленной темы.

<< | >>
Источник: МОРХАТ Петр Мечиславович. ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА В СФЕРЕ ПРАВА ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ: ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание учёной степени доктора юридических наук Москва 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме Заключение:

  1. + 13. аудиторское заключение: структура, назначение, виды заключений
  2. 4. Порядок заключения и ведения договора ДМС Подготовка и заключение договора
  3. Брак: понятие, условия и порядок его заключения; препятствия к заключению брака; прекращение брака. Недействительность брака
  4. 110. Может ли быть удовлетворен иск лица, претендующего на статус субабонента, о заключении договора энергоснабжения в отсутствие согласия на заключение такого договора со стороны энергоснабжающей организации?
  5. 187. Предполагает ли заключение договора коммерческого представительства возможность для представителя изменять условия договора, заключенного во исполнение поручения, и исполнять обязанности перед третьим лицом от собственного имени?
  6. 2.1. Заключение договора
  7. N 3 Заключение эксперта
  8. 7.1. Виды аудиторских заключений
  9. Статья 77. Заключение эксперта
  10. 9.1.4. Заключение
  11. 7.2. Состав аудиторского заключения
  12. 5.3.6. Заключение
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -