Имеет ли место эксплуатация труда?

Настал момент задать следующий вопрос: что все это означает для Марксовой теории эксплуатации труда при капитализме? Вспомним, что Маркс называет капиталистической эксплуатацией.

Тем не менее мы только что убедились, что капитал обладает своей собственной производительностью. Он превращает простой труд в сложный, т.е. более производительный. Конечно, продукт (в физическом смысле слова — как материальная вещь) создается рабочими руками. Но этим рукам, несомненно, помогает капитал, он влияет на их деятельность, он добавляет рукам силы, умения, быстроты. Из наших условных расчетов видно, что появление ОПС — это заслуга не рабочих рук, а капитала. Поэтому рабочие руки в таком случае не могут претендовать на полный продукт труда. "Прибавочный продукт" справедливо достается владельцу капитала. "Эксплуатация труда", как понимал ее Маркс, не лежит в природе капиталистического уклада хозяйствования.

Но как же быть с фактами ужасающей бедности трудящихся в Европе XIX в.? Неужели же это нормально и справедливо?

Тут нас снова подстерегает "ловушка муравейника".

Ведь одно дело — реальная бедность рабочих, но совсем другое дело — теория, которая объясняет, что при капитализме это неизбежно, потому что капиталисты всегда присваивают без оплаты часть рабочего времени. Такая теория — лишь одно из возможных объяснений наблюдаемых фактов. Но возможны и другие объяснения.

Наше нравственное чувство не может примириться с мыслью, что нужда и горести большой массы честных и трудолюбивых людей отвечают человеческой справедливости. Не может наша душа принять и такого подхода: мол, это, может быть, и несправедливо, но так уж устроено Природой.

Вопрос о причинах бедности трудящихся масс в XIX в. непрост. Попробуем все же поискать ответ на него, опираясь на то, что было сказано в предшествующих главах.

Почему бедные были бедны?

Рассмотрим этот вопрос с различных сторон.

Вслед за Марксом мы приняли, что 6 часов простого труда соответствуют прожиточному минимуму. Здесь и речи не было о какой-то зажиточности и достатке для семьи рабочего. Чуть выросли цены на хлеб, мясо, картофель — вот вам нужда, недоедание и все такое. Вероятно (в наших числах), заработную плату следовало бы установить на уровне ценности не 6 часов, а хотя бы 8 или 9 часов простого труда при 12-часовом рабочем дне.

Чтобы повысить заработную плату, нужно несколько условий. Во-первых, нужно, чтобы капиталист этого захотел. Этому могут помочь государство (издав соответствующий закон) или профсоюзы (угрожая забастовками). Однако если повышение заработной платы понизит норму прибыли на капитал так сильно, что она окажется стабильно ниже обычной нормы прибыли, капиталист предпочтет вовсе закрыть эту мастерскую и направить свой капитал в другой, более выгодный, бизнес.

Если какого-то конкретного капиталиста заставили повысить оплату труда (которая была очень низка), а норма прибыли при этом осталась для него приемлемой, значит, он получал сверхприбыль за счет недоплаты своим рабочим. Это то, что при желании можно было бы назвать "эксплуатацией труда". Но в таком случае причина ее — не в природе капиталистического строя, как утверждал Маркс, а в жадности капиталиста, как говорили Годскин, Брей и их друзья (хотя они считали, что всю прибыль капиталист получает не по праву).

Наконец, есть ведь еще одна возможность для роста заработной платы без причинения капиталисту убытков: повышение производительности труда путем усовершенствования элементов капитала (в нашем примере — "машинки ').

Ниоткуда не вытекает, что "необходимое время" (в нашем примере) должно быть не выше 6 часов простого труда, обеспечивающих лишь "воспроизводство рабочей силы". Даже Рикардо, и тем более Смит, говорил, что "минимум средств существования" — это не прожиточный минимум, он включает такой уровень потребления, который соответствует нравам и обычаям данного народа. Сегодня это называют "потребительской корзиной". Она не является таким набором потребительских благ, который задан раз и навсегда. Граница его нечетка и склонна подниматься.

Наконец, ниоткуда не вытекает, что оплата труда обязательно должна быть на уровне "потребительской корзины", даже широко понимаемой. Например, можно в "корзину" включить личный автомобиль и ежегодный отпуск на Средиземном море. Но нет такого закона природы, согласно которому оплата труда не может превышать даже подобный уровень потребления. Почему бы рабочий не мог получать за свой труд такую плату, которая позволяла бы ему не только потреблять в объеме ' корзины", но и сберегать часть своего дохода?

Во многих странах Запада сказанное является реальностью наших дней. И понятно, отчего это стало возможно. Оттого, что производительность труда в наше время во много-много раз выше, чем она была в начале и середине XIX в. Значит, бедность трудящихся классов в те времена была связана с тогдашним уровнем производительности труда. Наверняка было много случаев, когда капиталист мог бы платить своим рабочим больше, но не считал это нужным. Однако весьма вероятно, что очень и очень часто капиталисты даже под давлением внешних сил не могли бы платить своим рабочим существенно более высокую плату за труд: это означало бы конец их бизнеса, а для тех же рабочих — потерю работы и даже такого скудного источника заработка.