<<
>>

А. ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ КАБАРДИНСКИХ ДРЕВНИХ ОБРЯДОВ. 1844 ГОД[202]

I. Разделение кабардинского общества, или племени, на сословия, включая и класс крепостных людей

1. Кабардинское общество разделяется на одиннадцать сословий и степеней узденских, включая и класс крепостных людей:

а) князья, происшедшие от князя Инала, потомка Казия: Джембулат, Мисост и Атажука; от Джембулата сыновья — Бек-Мурза и Кайтука, наследники которых при­няли фамилию по именам своих отцов, и потому теперь в Кабарде четыре княже­ские фамилии: Бек-Мурзина, Кайтукина, Мисостова и Атажукина [203];

б) уздени первой степени, происшедшие от родоначальника Генардука:Анзоровъгу Куденетовы и Коголковы, каждого из них именуют тлехотлеш или коц; уздени Тамбиевы равны с ними, но только фамилия их сама по себе особо [204];

в) княжеские уздени называются бесленъуорк; к этому классу также причислены по приговору незаконнорожденные от князей, называемые тумак;

г) уздени третьей степени принадлежат к первостепенным узденям; название им — уорк-шаотяехусо;

д) вслед за ним уздени, называемые пшехао;

е) отпущенники от князей и узденей, называемые азад х;

ж) княжеский бесяенъ-пшитяъ;

з) узденскийук, или крестьянин, который господину своему платит годовую дань и работает ему не всегда, а только в назначенные дни года, называемые оку;

и) узденский второго рода крестьянин, называемый тяохосшао[205], который весьма мало уплачивает своему господину и работает ему менее, чем вышеозначенный ук;

й) дворовые люди, которые живут при своем господине, исполняя все его при­казания, называются яагунипит[206];

к) служанка и прислуга: первую ъощтунаут, а последнего — яигава [207].

II. Права и обязанности каждого классаи отношение одного сословия к другому, включая и духовенство

2. Князь как от своего узденя, так и от прочих, которые в его владении находятся, в каждый год с баран-коша получает для пищи по барану и барашку; дань эта на­зывается меяжаго.

3. Князь, по обряду, имеет право на время требовать от узденских табунщиков лошадей для езды себе и товарищам, с тем чтобы, не изнуряя их, возвратить обратно.

4. Когда к князю приедет другой князь, как то: из-за Кубани и других мест, — князь показывает гостю квартиру у своего узденя, пшехао, и сколько бы приезжий ни про­жил, пшехао должен кормить его со всеми при нем находящимися; полученные же князем от навещающих его подарки, как то: платье и конская сбруя, отдаются им тому узденю, у которого гость квартировал и продовольствован был со всей свитой h

5. Кабардинцы, отправившиеся в партии против других горских народов, для наказания или по другим причинам, если останутся победителями и возвратятся с добычей, состоящей из людей, скота и прочего, то они обязаны старшему князю, хотя бы он и не был в партии, дать одного человека из лучших; когда же людей в добычу не достанется, отдается ими, чего такой стоит, скотом и прочим; остальная добыча делится по частям между теми, кто был в партии.

6. Князь имеет право посылать по собственным делам узденя своего с наставле­нием, что делать там, куда он отправляет его.

7. Князья, имеющие своих дворовых людей, властны продавать их, дарить или разбивать семьи из Кабарды в другие места; а если проданные, подаренные или остающиеся принесут в судебном месте жалобу, то она не принимается.

8. Когда князь узнает, что есть у кого хорошая охотничья собака или барсучье нагалище, то он вправе взять и то и другое; удостоверясь в доброте собаки, он пла­тит хозяину по усмотрению своему.

9. Когда князь умрет и останутся на нем кому бы то ни было долги, которых при жизни он не уплатил, то все иски по ним остаются без внимания, и наследники ни за что не ответствуют [208].

10. Когда князь расположится жениться, то за невесту платит по желанию и со­стоянию его узденя [209].

11. Князья женятся на княжеских дочерях, уздени на узденских, вольные на воль­ных, холопья на холопках; чагары берут по желанию родителей невест своего зва­ния или из холопок.

Чагарам также предоставляется жениться на дочери вольного или холопа [210].

12. Князю назначается калым за дочь: лучший панцирь, стоящий двух крестья­нок; другой панцирь, пониже добротой, ценою, однако же, не менее как в одну хо­лопку; налокотники, стоящие одной крестьянки; еще налокотники и шишак, стоя­щие одной крестьянки; сабля ценою в служанку; сабля похуже, пять лошадей, из которых лучшая стоила бы непременно одной служанки, а прочие похуже и без цены, но только на выбор. Когда прописанных вещей и лошадей не окажется, то платят служанками [211].

По народному условию после прекращения чумы, 1807 года июля 10-го, по убав­лении калыма на следующие разряды:

при взятии в замужество княжеской дочери, князь платит за невесту из девушек 500 руб. серебром, на скот — по оценке или оружием, а ежели будет вдовая, то калы­ма 300 руб.[212]

Уздень первой степени за девицу платит калыма 350 руб., за вдову — 200 руб., по оценке на скот, лошадей и вещами [213].

Меньшие уздени за девку — 220 руб., за вдову — 150 руб. серебром.

Вольные за девку — 150 руб., за вдову — 100 руб. серебром [214].

За девок из черного народа платится калыма 160 руб. серебром и венчают их по ре­лигии, с согласия родственников, отстраняя самовольство прежних времен, когда девки уходили замуж без позволения хозяев, за что народ хотя и полагал виновных с при­житыми детьми возвратить тем владельцам, от которых они бежали, но это оставлено без исполнения, дабы не подвергнуть всей стороны разорению и не произвести бунта [215].

До чумы всякий крестьянин отдавал своих дочерей в замужество без позволения господина; теперь же, в таком случае, помещик имеет право отданную без его со­гласия с прижитыми детьми отобрать от мужа [216].

Холоп, отдавая дочь за холопа, брать за нее калыма не может, а получает таковой господин его. Дворовый, имеющий дочерей, при выдаче их в замужество полученньш калым, заключающийся в 160 руб. серебром или 16 штуках скота за каждую, отдает своему господину все, кроме одной штуки скота, которая дается дочери на платье [217].

Дочерей княжеских, узденских и дочерей вольных людей насильно не брать; прежде было не так: кто, бывало, какую девку заметит, мог взять ее даже разбоем, из-за чего происходили беспрестанные ссоры и даже убийства. Прежде за подобное самоуправство виновный платил сродникам только калым. Теперь же это изменено и без согласия родственников и венчания муллой своего аула никто ни у кого девки похитить не имеет права; тот же, кто, презрев это постановление, возьмет жену буй­ством, а посторонний мулла примет участие в этом беспорядке, то первый из них подвергается штрафу, объясненному ниже статьей 101-й.

13 [218]. Когда князь вступит в брак, то жену должен поместить на год у своего узде­ня; по прошествии же года, он берет ее в свой дом, а узденю дает целое семейство в уплату за содержание жены своей. B случае же невозможности со стороны князя уплатить семейством, уздень получает от него сто баранов.

B пользу того узденя или чагара, у которого находиться будет княжеская жена в продолжение первого года ее замужества, остаются все лошади, на которых она к нему привезена.

14. Из полученного князем калыма за дочь свою дается его узленям часть, которая лелится по степени важности кажлого из них.

15 h По переселении князей на лругое место, уздени, им приналлежащие, перехо- лят с ними и живут в недальнем расстоянии от их аулов; переселение это относится единственно до Кабарды, а когда князья пожелают перейти в другие места, за Кубань или далее, то узденья остаются в Кабарде; народ не должен допускать их переселе­ния, хотя бы они и сами пожелали последовать с князьями. Самому же князю дается свобода одному выходить из Кабарды, куда пожелает.

Когда уздень обижен князем или не получит следующих ему подарков, то может переселиться на другое место.

По народномуусловию после чумы:

уздень не имеет права переселиться во владение другого князя; всякий должен жить близ своего (князя), ежели не вместе, собственным аулом.

Отпущенным на волю князьями и узденями людям не дозволяется уходить ИЗ HX аулов в другие; они должны жить в них как сами, так и происшедшие от них дети, не перенося имущества.

Узденский уздень после смерти своего узденя может по своему произволу остать­ся у родственников умершего или его князя; в другое же место ехать и к иной фами­лии OH отойти не может.

16. Отца и мать князя ругать воспрещается узденям, и сам князь не имеет права ругать узденя по матери и отцу [219].

17. Уздени насильственно не служат князьям, а по собственному желанию, и тогда только, когда от своего князя получают узденскую дань сполна. Дань эта за­ключается: первостепенному узденю из 15 предметов, из коих непременно семей­ство людей, 500 или более баранов, часть земли, разные железные вещи и пр.; но более это делается по общему согласию [220].

Уздень 3-й степени получает дань от узденя 1-й степени из 7 предметов; в числе их необходимо одно семейство или выбранные из него два человека, 100 баранов, панцирь с нарукавниками и налокотниками, ружье, сабля, пистолет и ежегодно же­ребенка. Прочие уздени получают такую же дань от своих князей.

18. Bo время нахождения узденя при князе внутри Кабарды он получает сверх узденской дани еще разные подарки, например, лошадей, крестьян, железные вещи [221].

19. B бытность князя в чужих краях, за Кубанью или в другом месіе, он наделяет узденей своих из подарков, которые получает, смотря по степени достоинства каждого.

По народному условию после чумы, князь не имеет права требовать обратно от узденя подарков, ему данных с давних времен; но узденю не воспрещается добро­вольно возвращать их.

20. Уздени всех степеней, получив от своего князя, по обычаю, дань, по требо­ванию князя находятся при нем из каждой степени по одному вооруженному. Если бы князь пожелал ехать за Кубань к разным горцам или в Дагестан, уздени следу­ют за ним, и ежели князь получит там подарки, то делит их с узденями, сообража­ясь с услугами всякого из них. Если между ними будет находиться первостепенный ^здень], хотя бы младше прочих летами, то он получает из раздаваемых подарков лучшую часть.

21 х. Когда князь едет в Россию, Персию, Турцию или другие отдаленные места и с ним первостепенный уздень, то этому дается особенное от князя место, как почет­ному человеку, хотя бы находились в сопровождении князя люди летами старше по­мянутого узденя.

Он имеет перед ними преимущество и награждается более прочих, которые между собою как в наказаниях, так и в уважении у князя во всем равны и во время нахождения в свите имеют право ожидать наград, соответствующих заслугам.

22 [222]. Первостепенные уздени, где бы ни находились, по извещении князя, явля­ются к нему для совета и находятся при нем, сколько ему угодно.

23 [223]. Уздени пшехао, т. e. княжеские, исполняют все то, что князь прикажет. Они не суть холопья, но и не равняются с настоящими узденями; они служат князю еже­дневно и безотлучно, наблюдая домашний порядок, унимая по приказанию князя всякие невежества и дерзости, наблюдая, чтобы все были послушны. Князь защи­щает, по обряду, их от всяких несправедливых обид, вступается за них, взыскивает с обидчиков. Народ обязан сносить терпеливо все, что князь сделает правильно или неправильно, и не может выходить из повиновения. Если взыскание будет непра­вильно, то за это отвечает сам князь, а не уздень пшехао [224].

B дополнительном обряде: когда уздень пшехао поссорится в доме князя, с него за то штрафа никакого не полагается.

24. Княжеские уздени, беслень-уорки [225], должны, с каждого двора по одному, вся­кий день находиться с князем, верхом на собственной лошади и со своим оружием, а в случае необходимости снабжать тех и других, исполняя все приказания князя беспрекословно. Когда кто из тех беслень-уорков будет убиг в горах, то с виновного взыскивается по статье 90.

25. Князья, по обычаю народному, права не имеют обижать узденей без при­чины.

26. Узденям 3-й степени за обиду от князей, узденей и равных ему [226] производить удовлетворение саблей и лошадьми.

27. От князей незаконнорожденные тумаки, причисленные к разряду узденей 3-й степени, если отправляются по собственному делу и будут кем-нибудь обижены BO время следования, то получают штраф наравне с узденями 3-й степени; если же они занимают экзекуторскую должность и посланы от суда, то в пользу их взыскивается за обиду, им нанесенную, штраф наравне с князьями.

28. Уздени, чагары и прочие вольные люди, подвергшиеся несправедливой обиде со стороны своего князя, имеют право уйти тайно к князю, какому пожелают, или первостепенному узденю и просить разбирательства. Князь или первостепенный уздень обсуживает дело и по окончании уговаривает господина, чтобы он обходился лучше; проситель возвращается по-прежнему к господину. Обстоятельство это может повториться несколько раз, если господин будет продолжать притеснения свои [227],

29. Когда женится уздень, он оставляет на время жену в доме чагара или оку, где происходит гулянье; чагар или оку в таком случае платит музыканту быка и штуку товара, какая случится [228].

30. Уздень волен делать чагаров из холопьев, дав на первый раз для домашнего обзаведения пару волов, пару коров, котел и восемь тулуков [229].

31. Каждому чагару дозволяется иметь у себя холопьев, но, по правам народным, он не может их продать или подарить без согласия на то господина; на других тако­го же состояния променять ему не воспрещается, однако же не иначе как с позволе­ния своего господина.

32. Когда чагар имеет холопьев и с позволенья своего господина захочет продать их, тогда он избирает трех покупщиков, в числе коих был бы сам господин, и предо­ставляет на волю холопу, кому из них он назначает себя в продажу.

33. Если холоп или чагар иметь будет подаренный им от родственника скот, то князь или уздень не вправе отнимать его; но дабы кто не сказал напрасно, что он имеет подаренную скотину, тогда как господин утверждает, что она собственная его, холоп или чагар к оправданию своему обязан указать подарившего ему ту скотину родственника, который тогда вызывается и обязан присягнуть в справедливости по­казания; а если он не пожелает сделать этого, то правда остается на стороне госпо­дина, и этот приобретает полное право отобрать скотину у чагара или холопа, чего не может учинить, если вызванный родственник присягнет.

Когда чагар за женой получит подаренный ее родственниками скот, то господин пользоваться им не вправе, а при продаж :apa скот остается у его жены, сколько

бы ни народилось его от подаренного в течение времени. C холопьями поступается точно так же.

При женитьбе чагар или дворовый дает на первую ночь жене корову из собствен­ности; сколько бы от этой коровы ни произошло приплоду в течение времени, HH муж, ни господин не вправе отбирать, а все остается в пользу жены, даже при про­даже мужа, чагара или холопа, другому господину. Дворовым господин дает такую скотину, если они оной не имеют, и таким же порядком она остается всегда жене.

34. Кто из крестьян имеет дочерей, обязан при выдаче их замуж отдать господину за каждую из получаемого калыма по 3 скотины или по 4; господин может брать посредственных, не выбирая лучших. Господин обязан при выдаче девки замуж сде­лать ей шелковый кафтан, а в случае неисполнения этого не добирает одной скоти­ны, которая поступает в уплату за кафтан.

35. Когда брат умершего чагара берет вдову в супружество, то платит в пользу родственников жены одного быка сверх прежде уплаченного за нее калыма (это на­зывается физь-штажичав).

36. Если чагар до того обеднеет, что будет не в состоянии господину своему уплатить положенной подати, то должен служить у господина во дворе наравне с холопьями; скота же господин не вправе отбирать у него и, когда он от своего скота получит прибыль, на которую в состоянии купить себе жену, господин его не может удержать у себя и должен отпустить с женой, чтобы жил по-прежнему особо; чагар же платит за это господину годовую дань.

37. Чагар, нажившийся в доме у господина до такой степени, что в состоянии за­вести собственное хозяйство, волен отойти и забрать весь скот, который он привел к господину; а то, что приобрел из господского в бытность у него в доме, оставляет все без изъятия у господина.

38. Уздень, имея в доме холопьев (и среди них есть чагар), не может отпустить на сторону холопьев, а должен освободить преимущественно перед ними чагара, хотя бы этот беднее был холопьев.

39 L По взятии кого из холопов или чагар где-либо в плен господин вносит по­ловину выкупной суммы, а другую половину платят родственники пленного.

40. Крестьяне одного семейства, состоящего из нескольких братьев, живущих вместе, не могут разделиться, не дав господам по 40 баранов с ягнятами каждый. Кто не имеет баранов, тот делиться не вправе. Это сделано для того, чтобы не расходи­лись врозь, а жили вместе; потому что через раздел они беднеют и уже не в состоя­нии ни исполнять работ, ни уплачивать должного господину [230].

B дополнительном обряде:

при разделе чагар, касательно платежа господину, существуют разные постанов­ления: иные дают господину пару быков, другие — холопку, некоторые — сто баранов или пять лошадей, а по неимению оных и рогатого скота делаются ими с господами условия с принятием на себя разных обязанностей.

41. Когда уздень обидит в чем-либо своего чагара, который будет просить на него в том разбирательства, то обиженный остается свободным от услуг пока кончится разбирательство; остающиеся же чагары нимало не должны ослушиваться господ, а обязаны служить им обыкновенным порядком L

42. Чагары платят господину своему годовую подать и работают по нижеследую­щему народному положению:

1) холоп или чагар, имеющий для пашни две пары волов, обязан отдать своему господину в год три пары обмолоченного проса, но при неурожае или недостатке не дает ничего; а тот, который будет пахать одной парой, отдает господину на том же основании одну арбу при урожае и достатке; когда же в пашне будет три пары, то господин берет четыре арбы проса, после отделения чагаром или холопом в пользу свою потребного количества проса на семена.

Крестьяне сколькими быками производят хлебопашество, столько арб проса обязаны отдать своему господину [231];

2) из крестьян каждый дом семенами господина ежегодно засевает земли на один тулук проса; господину же возвращает готовым. B работе, к прокормлению, при­пасы должны быть от господина в достаточном количестве; когда же господин до­ставлять их не будет, то крестьяне от работы в пользу его освобождаются;

3) в сенокосное время крестьяне должны господину работать — три дня косить, а два убирать скошенное, потом класть в копны с помощью дворовых холопьев и воз­ить сено в кутаны или дома; дворовым же холопьям и крестьянам перевозить только то, что они накосили и в копны поставили.

Холопья, в первый раз поступившие на работу муллы, и крестьяне, из которых есть холопья или дворовые люди, баранщики и табунщики, для узденей не косят; во­обще, если господин не захочет косить по каким-либо причинам или даст припасов для прокормления рабочих, то крестьяне обязаны дать ему с каждого двора по семи арб готового сена в уважение тому, что избавлены были от кошения сена в его пользу;

4) дров давать господину по восьми арб с двора; делать это, если возможно, из гор, смотря по местоположению; когда же окажется препятствие, то каждый дом обязан доставить взамен господину пятнадцать толстых брусьев, годных к строению, перевозя их зимой на быках (волоком);

5) когда было прежде позволение кабардинцам ездить на Линию [за Мажарскою] [232] солью, то всякий, кто поедет из господских крестьян на собственных своих бьп^ах, обязан был отдать господину половинную часть соли [233], после отделения себе из нее по сапетке с быка; а кто быков не имел и ездил на выпрошенных у другого, тот госпо­дам ничего не давал; отправляющийся за солью на собственных конских арбах тоже господину отдавал по одной сапетке с арбы; за чужих же лошадей не платил ничего;

6) кто будет ковать железо, отдает из сделанных в год по одной полосе господину;

7) в случае, если узденю 1 понадобится большой дом с кухней, крестьяне обязаны безоговорочно выстраивать ему таковой, а женщины их — мазать, возить глину и месить ее вместе с дворовыми женщинами 2;

8) огородные плетни делают крестьяне обще с дворовыми людьми; полоть траву в саду обязаны по три раза в год крестьянские женщины, а равно и вымазывать дома3;

9) плетни около своего дома, где окажется надобность, должны делаіъ крестьяне с дворовыми людьми 4; колья и хворост привозят на крестьянской скотине;

10) во время двух годовых праздников, Рамазана и Курбана, крестьяне обязаны варить господам бузу из своего проса, но в посуде господской;

11) крестьяне, имеющие пчел, в первые три года ничего не дают господам; по прошествии же трех лет, когда от одной сапетки составится три, все отдаются го­сподам. Когда в хороший год будет более трех сапеток, то все, превышающее три сапетки от одной, остается в пользу крестьянина. B случае неудачи и малого числа роев господам отдается только одна матка или две сапетки; три сапетки, отдаваемые господину, не должны браться им по выбору из всех, а назначаются те, которые вы­ведены из одной сапетки;

12) прислугу и волов прибывших к господам гостей женского пола обязаны про­кармливать крестьяне 5;

13) они же (крестьяне) дают господам в поездку лошадей, но только в то время, когда они свободны; если же они понадобятся хозяину для поездки или по другим надобностям, то крестьяне не дают лошадей и господа не вправе брать их насильно, дабы отдать за калым, ехать куда-нибудь по торговым видам или для кузнечной работы. Когда из взятых на время лошадей будет какая украдена, загнана или падет от другого случая, то господин обязан заплатить за нее крестьянину, которому она принадлежит;

14) кто из крестьян зарежет рогатую скотину собственную, а не подаренную жене крестьянина, тот обязан половину спины с боками, свежей и сырой, доставить го­сподину. Эта часть мяса называется ясва-бго. Равно с барана, сварив переднюю лопат­ку, он (крестьянин) должен принести господину;

15) во время Рамазана, т. e. поста, всякий крестьянин со двора должен в одну ночь приносить господину кушанья и напитки, соответствующие его состоянию, но не превышающие средств его;

1 B обрядах: не узденю, а князю (§ 19, об устройстве домов узденям).

2 B обрядах: дворовым людям одним.

3 Про дома в обрядах умолчано, а указано только: «по одной женщине из дома в лето один раз чистить траву».

4 B обрядах о дворовых холопьях не упоминается.

5 § 14.

16) кто из крестьян имеет баранов, обязан давать господину с каждого двора по одной лопатке копченой баранины единожды в год, в декабре, до наступления поста;

17) после уборки хлеба, по возвращении с работы, каждый крестьянин должен дать господину со двора по кувшину бузы и по одному большому просяному чуреку;

18) при варении бузы в большом или малом количестве крестьянин обязан от­нести один кувшин таковой своему господину;

19) если господин пожелает строить вновь дом, крестьяне обязаны его поставить, а старое и вообще, что будет годиться от старого дома, остается в пользу крестьян;

20) господину, отправляющемуся на поминки к родственнику, арбы с волами крестьяне должны давать по очереди.

Поусловию после чумы:

43. C бедных, в аулах живущих, людей,о которых будут свидетельствовать владе­лец, хозяин аула и эфенди, не требовать положенных народом податей.

44. Из аула обществом выбирается один крестьянин для сообщения народу обо всем, что требуется к исполнению; избранный на этот предмет исключается из народной по­дати, а ежели он чагар или ок, то господское положение платит наравне с прочими \

45. Холопья исполняют в полной мере все приказания господ и работают, что велено, безоговорочно [234].

46. Когда по приказанию господина с баранов его стригут шерсть, то, сколько бы из нее ни оказалось белой и прочих цветов, сколько нужно назначается господину и его детям; остальное же делится на равные части (с включением в дележ господина и детей) дворовым людям.

47. Когда режется скот для пищи господина, шкуры делятся по частям на дворо­вых людей для выделки чувяков и ремней [235].

48. Господин в зимнее время, когда режет для пищи баранов, обязан ежегодно давать овчины на две шубы для дворовых людей; в противном случае они вправе ему не работать.

49. Bo время сенокоса, если дворовые люди режут баранов, овчины остаются в пользу косцов [236].

50. Bo время продажи господином дворовых людей семьей кому-либо из кабар­динцев, если они (дворовые) не согласятся идти к покупателю, господин должен отыскать трех покупщиков из узденей, и семья та без всяких уже отговорок обязана избрать из них одного 5.

51. Кто имеет пчел, сеет просо и водит баранов, должен отдать из меда и проса десятую часть, из баранов — сороковую, из рогатого скота — третью и сороковую часть из товаров и денег; все это получает эфенди и делит по частям: одну берет себе, другую — дьякону, а третью — бедным, остальное же делит поровну; в случае нужды и сам валий требует пособия от народа L

52. Обижать эфенди и мулл, живущих в аулах, воспрещается; напротив того, вся­кий должен их защищать, а тем более главный эфенди, присутствующий в махтеме.

53. Запрещается кабардинцам брить бороды, курить трубки и сеять табак.

54. B праздник Жум не явившегося в мечеть на богомолье хозяин аула штрафует пятью рублями серебром [237].

55. Владелец земли получает с каждого дома по барану в год за сенокос; за во­дворение на его земле он также берет по барану с дома. Это, впрочем, не относится до князей, а только до их узденей, вольных и чагар.

56. Когда кто, избегая погони со стороны князя, намеревающегося убить его, для обороны в крепком месте выстрелит и убьет у князя лошадь, то не подлежит взыска­нию за убитую лошадь, а также не подвергается мщению; он обязан только запла­тить князю за лошадь, а жизни лишиться не должен.

57. Bo время народного сборища по делам аул становился кошами врозь, и у кого родится сын, тот дает на пищу своему аулу корову; в случае отказа он платит штраф. Когда таковых коров соберется столько, что невозможно их аулом израсходовать, то излишние сберегаются на будущее сборище.

58. 1) Господин вправе выбрать из крестьян, чагар табунщика, но при этом дает ежегодно табунщику по выбору лучшего жеребенка от одной из тех маток, которых он пас; одежда у табунщика своя; из подати его уменьшается одна арба проса, а когда зимой господин режет кобылу для пищи, то внутренность и шея отдаются табунщику, за исключением самой незначительной части, отдаваемой господину из внугренности;

2) когда князь имеет свой табун-кош и табунщика, то уздени его должны пасти табуны свои вместе с княжеским [238];

3) годовому ночному караулу при табун-коше платится за пастьбу лошадей: кто имеет более четырех кобыл — с каждого двора по стригуну; из означенного караула при табуне княжеский табунщик берет быка за то, что он избирает караульщиков при табуне; это делается для того, чтобы нетрудно было найти годовой караул за награждение, превышающее то, которое получают за другой труд, и потому многие стараются попасть в число годовых караульщиков при табун-коше; назначение та­ковых зависит от главного табунщика. При табунах князей в карауле состоит дворов тринадцать и сорок, более или менее 4;

4) получающий по стригуну с дома платит прочим табунщикам, с ним находя­щимся, в год двадцать пять баранов и корову, два раза варит бузу в таком количестве, чтобы в каждой варке было не менее пяти пудов меду и достаточное число припасов, к бузе принадлежащих. Лошади, приставшие к табуну, когда не сыщется их хозяин, остаются в пользу княжеского табуна.

59. Когда пристанут к баран-кошу чужие бараны, то отарщик обязан о них объя­вить повсюду; в случае неотыскания им хозяина они остаются в пользу баранщика, а хозяин коша не имеет на них никакого права.

60. За пастьбу рогатого скота, принадлежащего аулу, по обоюдному согласию производится с каждого двора плата пастухам поровну, несмотря на число скота, к каждому двору принадлежащего.

61. Старший смотритель при пчельнике князя или узденя выбирает себе помощ­ника, который дает ему быка за избрание его на это место. Пчельники за присмотр получают каждый по пуду меда h

III. Какие дела и преступления в Кабардинском обществе должны быть

рассматриваемы адатом

62. Bce преступления, выше сего поясненные, и те, о которых будет говориться в следующих статьях: смертоубийство, взаимные обиды, брань, ссоры, ослушание князей и узденей, неповиновение своим господам крестьян и дворовых людей, во­ровство лошадей и прочее, — рассматривались и решались посредством адата, сооб­ражаясь с обычаем народным, смотря по важности дела [239].

IV. Общий обряд, суд по обычаям, или адату

63. Описываемым обрядом, т. e. адатом, или обычаем народным, управлялись все народные дела в Кабарде до чумы; потом 1807 года июля 10-го сделано, по настрой- ству духовенства, с согласия князей и узденей, в отмену прежних обычаев по закону Магомета нижеследующее народное условие [240]:

64. B Кабарде прежде были две махтемы, т. e. два суда: одна в Мисостовой и Ата- жукиной, другая в Бек-Мурзиной и Кайтукиной фамилиях; одна другой не препят­ствуют в разбирательствах и всякая судит свои народы; это положение изменяется только в таком случае, если окажутся просьбы, по которым не требуется ответчиков; дело может бьггь тогда решено по одному прошению подателя его [241].

65. Махтема есть суд, в коем старший судья — валий [242], а после него два или три князя; прочие же из узденей, чередуясь по три месяца, сменяют Друг друга; князья в суде очереди между собою не ведут. Bcex членов — двенадцать, в том числе секретарь и валий г.

66. Прежде учреждения махтемы решенные дела, хотя бы неправильно, не воз­обновляются.

67. C учреждения махтемы сколько окажется нерешенных дел — разобрать и дать обиженным удовлетворение, исключая те дела, которые касаются черного народа; таковые решать и усмирять ослушников возлагается на одного валия при депугате от черного народа. Ha будущее же время всякое дело в Кабарде решать по шариату, кроме дел, касающихся до черного народа, который не согласен на это [243].

68. Имения, оставшиеся после умерших неразделенными за сорок лет до махте­мы, дозволяется разделить по наследству, кому что следует.

69. Никому не дозволено тайно просить кади о своем деле; ответчик и истец должны излагать просьбу свою в одно время и требовать решения, а добивающийся заранее от кади, какой конец он положит его тяжбе, подвергается оштрафованию двадцатью рублями серебром. Кади, удовлетворивший непозволительному лю­бопытству просителя, штрафуется на равную с ним сумму, и оба штрафа делаются собственностью валия [244].

70. По явке просителя и ответчика к кади он приказывает для доказательства по­ставить свидетелей, которые должны явиться через 15 дней; когда же к этому сроку свидетели не будут, то имевшему обязанность представить их отказывается в прось­бе, хотя бы после пятнадцати дней он и привел их.

71. Дело, решенное шариатом (третейским судом) или по согласию, не возоб­новляется даже по просьбам, и вторичного разбирательства по нему не делается [245].

72[246]. Дело, решенное одним эфенди, не может по неудовольствию, изъявленному одной стороной, рассмотрено быть другим эфенди. B дела кабардинцев воспреща­ется вмешиваться посторонним эфенди из кумыков или других племен, под опасе­нием штрафа в 100 руб. серебром за каждый раз.

73. Дело, решенное муллой, которому дозволено входить в разбирательство тяжб, остается неприкосновенным, как будто бы оконченное в махтеме, и никто оному противиться или перерешать не может г.

74. По решению шариата виновный обязан заплатить просителю в назначенный срок; не выполнивший этого подвергается продаже имущества и, сверх того, с него взыскивается 20 руб. серебром штрафа [247].

V. Права и обязанности каждого сословия показаны во II разделе этого положения

VI. Наследственное право всех состояний

75. Когда после умершего князя или узденя останутся дети, имение достается им, а если детей не останется, то поступает родственникам [248].

76. После умерших чагар имение малолетних детей для сбережения следует отда­вать братьям и другим ближайшим родственникам, а узденям в имение, скотоводство и детей не вмешиваться; таким же порядком поступать и с дворовыми холопьями [249].

77. После смерти чагара жену его брат может взять себе в супружество, заплатя калым в пользу родственников жены, как значится в ст. 35, и родственники не могуг воспретить брату жениться на ней [250].

VII. Раздел имений

78. После умершего князя или узденя, если останется сын и две дочери, сын по­лучает две части, а дочери по одной.

Жене после мужа, когда остались дети, отдается восьмая часть, если же их нет, то четвертая; в остальном дележ происходит, смотря по степени родства.

VIII. Обряд духовных завещаний и исполнения по ним

79. Если кто-то умер до утверждения этого положения и приказания, данные его детям или родственникам, т. e. духовные завещания, еще не исполнены, то немед­ленно приступить к исполнению вместе с объявлением сего постановления [251].

80 [252]. При желании всякий, кто в здравом рассудке, имеет право назначить при сви­детелях вместо себя душеприказчика или опекуна, которого зовут васси. Завещатель поручает ему распорядиться детьми до совершенного возраста их, Опекун по смер­ти завещателя берет все имущество и доходы под сохранение свое, потом с воли умершего распоряжается погребальным обрядом; если умерший остался кому долж­ным и этот явится с законными доказательствами, душеприказчик уплачивает долг, а ежели без доказательств, то подвергает судебному разбирательству; оставшиеся же дети на себя не принимают долга. B обязанности васси входит также позаботиться об очищении грехов покойного, в числе коих считаются упущение при жизни бо- гомолия, несоблюдение Рамазана или жертвоприношения по примеру Авраама или же нанесение другому обиды словами; за успокоение души по всем этим предметам назначаются, смотря по состоянию, взносы от 300 до 500 руб. серебром; деньги эти делятся между муллами, нищими и аульным эфенди на равные части.

Сверх того завещатели при жизни назначают сумму для пересылки в Мекку, кто сколько пожелает, и душеприказчик обязан избрать благонадежного человека, с которым отсылает их туда. Ha припасы для поминовения назначаются бараны по произволу завещателя. При поминовении собираются эфенди, муллы и прочий на­род, кто пожелаег. Это называется садака: после смерти муллы читают Алкоран в продолжение сорока дней, за что получают лошадь с седлом и прибором, потом воздвигают памятник покойнику, которого платье отдается муллам и нищим.

Если в числе оставшихся после умершего детей есть совершеннолетние, то душе­приказчик им отдает из имения по равным долям, что каждому на часть приходится; а то, что приходится на малолетних, он берет себе и хранит до тех пор, пока они возмужают (все это относится только до мужского пола).

IX. Отношение детей к родителям, права последних на первых

81 h Дети по закону Магомета и обряду должны быть родителям покорны и по­слушны; сопротивление воле родителей — тяжкий грех, а по обряду — стыд; впрочем, азиатский народ вообще, а в Кабарде князь и узденья по большей части, не воспи­тывают детей при себе, а отдают их до совершеннолетия аталыку или кормилице, которые не учат ничему, а делают их чуждыми родителям и даже им непослушными. Додержав воспитываемых у них молодых князей или узденей до совершенных лет, аталыки (для мальчика) и кормилицы (для девочки) доставляют их к родителям, за что получают угощение и большую награду; кроме того, родственники воспитываемых, смотря по состоянию, дарят аталыку или кормилице кто служанку, кто 100 баранов, иной — железные вещи, другой — лошадей или несколько штук рогатого скота.

Подвластные также считают себя обязанными делать подарки. Если дети княже­ские, то, женившись, они живут врозь с родителями, а узденские остаются с отцом и матерью.

82 [253]. Княжеский сын отдается до совершенного возраста лучшему узденю, кото­рый по окончании воспитания возвращает его в дом одетым в богатое платье, на хорошей лошади с седлом и оружием. Возвратившись к себе в дом, молодой князь делает воспитателю своему соразмерное награждение и уезжает, потому что ника­кой князь в Кабарде с отцом жить не может.

Когда князь отдает на воспитание своему узденю или черному сына своего, то дела­ется пир, и музыканту, играющему на нем (гегуако), князь дает лошадь — и конец дарам.

X. Взаимное отношение мужа к жене и обратно

83. 1) По закону Магомета и обряду муж и жена должны друг друга любить. Муж обязан для жены иметь в достаточном количестве платье, кушаки и прислугу. Есть такие чета, которые живут хорошо в продолжение всей жизни, сохраняя старый обычай, го­сподствовавший в Кабарде. До старости лет муж к жене своей не входит днем и живет в особой кунацкой — несохранение этого обряда считается бесчестием. Жена, если живет с мужем в несогласии, может бьггь им отослана к своим родственникам. После увольне­ния ее по закону Магомета она не должна выходить за другого в продолжение чегырех месяцев и десяти дней. Ежели она не имеет родственников и будет нуждаться в одежде и пище, то муж должен ей доставить и то и другое. При разводе муж в присутствии эфен­ди и двух свидетелей должен сказать три раза слово талака, т. e. отказ \

По дополнительным обрядам:

2) если чагар заплатит калым за жену из собственности и потом разведется с нею, то может ее сделать свободной, чему уже тогда господин препятствовать не вправе. Дворовый человек, женясь на девке такого же состояния и заплатив за нее калым из господского имения, не может без воли господина дать свободу жене своей, разводясь с нею, если бы даже по каким-нибудь сделкам и вступил до того в сословие чагар [254];

3) всякий уздень волен холопку отдать мужчине, ему принадлежащему, кому за­благорассудит, с тем, однако же, чтобы прижитые дети принадлежали ему, узденю; поэтому он имеет право во всякое время отнять женщину у того, кому дал, а когда за эту холопку будет взят калым, то узденю до нее и детей дела нет, и она делается законной женою [255].

ч; чагар, заплатившии за жену калым из собственного имущества без помощи своего узденя, вправе прогнать ее или отпустить, в чем ему препятствия не чинить;

5) когда господин помогает чагару в платеже калыма за жену, чагар не вправе со­слать жену или отпустить ее;

6) чагар или холоп, взявший в жены служанку своего господина, обязан ходить ночевать к ней в дом, где она живет, а к себе не брать; родившиеся от них дети при­надлежат господину — ни мать, ни отец не могут таковых называть сыном или до­черью; дети со своей стороны также не называют их родителями, потому что жена, этим образом взятая, не считается законной;

7) когда господин женит своего дворового человека (холопа), то калым уплачи­вает сам господин, и поэтому дворовые люди никак не могут разводиться с женами, как это делают другие.

Если же из числа тех жен окажется какая поведения распутного или воровкой и муж жить с нею не согласится, то господин берет ее к себе и делает служанкой, воз­вращает родителям или требует данный за нее калым, а женщину продает; все, по продаже взятое свыше заплаченного им калыма, разделяет на две части, из которых одну берет себе, а другую отдает тому, от кого будет взята девка;

8) служанка, или унаут, всегда остающаяся при господине, если изберет себе хо­лостого крестьянина (его именуют коренитя, т. e. ненастоящий муж) и господин на то согласится, то принимает его у себя, как жена мужа; рожденные от них дети при­надлежат одному господину, и мнимый муж не может их присвоить себе; в против­ном случае господин может ему приказать никогда к ней не показываться, а детей вправе дарить, продавать и разбивать врозь; всех дочерей он может иметь у себя унаутами, т. e. служанками, а сыновей — яигавами^ т. e. прислужниками х.

XI. Mepa наказаний за ослушание князей и узденей

84. Ежели князь по каким-либо причинам захочет от узденей или чагар взять баранту, а уздень или чагар в том воспротивится и у князя баранту на пути захочет отнять назад, то как ослушник платит штраф князю — одну хорошую лошадь и пару волов; в баранте же делается народное разбирательство: если князь хотел взять ее неправильно, она отбирается и отдается по принадлежности хозяину, который все- таки вносит сказанный штраф, хотя бы и был прав, за неповиновение князю.

85. Если кто воспротивится отдать князю по желанию его охотничью собаку или барсучье нагалище на основании 7-й статьи обрядов, то с него взыскивается пара быков.

86. Если подерутся два человека, чьи бы ни были, в присутствии князя, на улице или во дворе дома, тогда зачинщик драки платит^щтраф князю — одну холопку за то, что не соблюдал благопристойности к князю и рсмелился драться при нем.

87. Чагар, не выполнивший обязанности по 20 пунктам, объясненным выше, в ст. 42, а также по статьям 34,39,40 (п. 1), 58 (п. 1), 106 и 107, обязан заплатить своему господину быка за каждое отступление.

B дополнительном обряде:

88. Если чагар упустит время, назначенное для внесения подати или к работам господским, то штрафуется по положению парою или двумя парами быков, смотря по упущению.

89. A когда чагар ослушается посланного от господина для взыскания штрафа, то он подвергается двойному штрафу.

XII. Mepa наказаний за преступления всякого рода

90. Если уздень ншехао с кем-нибудь будет ссориться и убьет его, князь всту­пается и, в случае неудовлетворения родственников убитого по обычаям, он игцет мщения за кровь и берет с виновного за одного убитого три семьи, в каждой из ко­торых должно быть но девяти душ; из этих трех семейств князь отдает две ближним родственникам убитого, а третью берет себе. Когда случится, что убийца не имеет такого количества душ, то собственное семейство его и все имущество подвергается ограблению и продается но разным местам. Если убийца из узденей, то все наказа­ние, которому он подвергается, состоит в том, что он делается узденем князя, кото­рому принадлежал убитый уздень h

91. Из находящихся с князем всякий день с каждого дома по одному чагару если кто будет убит в ссоре, то за него с виновного взыскивается десять душ в пользу род­ственников убитого, а князь из них не пользуется ничем.

92. Похитивший лошадь из княжеского табуна, если будет в том обличен, пла­тит князю штраф в восемь лошадей и дает назад украденную с прибавлением пары быков и служанки.

93. Кто к какому князю едет из других мест и, не доезжая до жилища князя, будет ограблен на дороге, а воры откроются, то с них взыскивается за бесчестье восемь лошадей и холонка за то, что ограбили едущего к князю.

94. Позволивший себе иметь прелюбодеяние со служанкой князя платит хоро­шую холопку князю.

95. Когда князь, находясь у карабулаков, назрановцев, ингушей или у тагаурцев, пошлет но какому бы то ни было делу, а посланный будет ранен и приказание князя останется невыполненным, виновный нлатит князю пятнадцать разных предметов — лошадьми, саблями, ружьями, шашками, пистолетами или тому подобными, но так, чтобы каждая штука непременно имела ценность одной крестьянки.

96. За крестьянина госнодского, убитого другими такими же по мщению или другому поводу, сходно азиатскому обычаю платится два человека, из них один от­дается тому госїюдину, кому принадлежал убитый, а другой — семейству его.

97. Таким же порядком, когда холопья господ убьют чужого холопа, то платят за убитого человека двух: одного — господам, а другого — семейству убитого.

98. Князь, убив в ссоре своего узденя, обязан сына его или брата (малолетних) взять в дом и содержать на всем своем иждивении до совершенного возраста; ког­да же они возмужают, он им дает лошадей, шашки, ружья, весь конский прибор, полную одежду, носле чего отпускает в дом, и тем кончается вся вражда. Этот обряд называется тлече-житкан [256]

По дополнительным обрядам:

99. Когда украдут у княжеского баранщика барана и виновный будет открыт, то он платит баранщику, у кого украл, 20 баранов за одного; этот штраф поступает в пользу баранщика, а хозяину до него дела нет.

100. B коше узденском и черного народа баранщик в свою же пользу получает от уличенного вора по десяти баранов за каждого.

По народномуусловию после чумы:

101. Прежнее самовластие князей, заключающееся в больших поборах с наро­да, наложении штрафов, безнаказанном убийстве и прочем, уничтожено с учреж­дением махтемы; теперь оно ограничивается сбором порции с народа, скотом, для членов махтемы, занимающихся народными деламих.

102. Кто, противясь положению по ст. 12, возьмет у кого девку без согласия род­ственников и венчания муллы, буйством, подвергается штрафу в 100 руб. серебром [257], а если в это дело вмешался посторонний мулла, то он штрафуется тридцатью рубля­ми серебром.

103. Уздень, в ссоре с князем ранивший его лошадь по нечаянности, обязан удо­влетворить князя пятью душами крестьян, пятью лошадьми и пятью железными штуками [258].

104. Когда уздень, поссорившись со своим чагаром, его убьет, то обязан семей­ству убитого дать человека или брата убитого отпустить на волю.

105. Укравший у своего узденя чагар отдается господину по предварительному отобранию у него краденного; если же у вора будут братья или другие родственники и пожелают выкупить его от господина, то платят за то 150 руб. серебром или все, что у них осталось по оценке из скотины.

106. Холоп или чагар, в какой-нибудь обиде на господина своего не просивший защиты у князя на основании 41-й статьи и бежавший за Кубань или в Чечню, мо­жет, если отыщется, быть продан господином по произволу, и родственники за него не имеют права вступиться, потому что он беглец; и если он до совершения побега жил с ними, то имение остается в пользу их.

По всем показанным выше статьям [259] мера наказания в Кабарде у князей и узденей заключается в денежном штрафе, который бывает двух родов: до обычаям и адату, всегда в пользу князей и узденей; наказание по закону показано н^гже сего.

107. Если кто без причины кого-либо убьет, то по закону также лишается жизни[260].

108. Если кто нечаянно убил, то за кровь платит 1500 руб. серебром ближайшему наследнику.

109. Имеющий жену и уличенный в прелюбодеянии по закону лишается жизни, но тот же поступок, совершенный холопом, подвергает его наказанию ста ударами; это называется ход-тазир.

110. Женщина, не имеющая мужа и учинившая прелюбодеяние, тоже наказыва­ется ста ударами.

111. Укравший из-под сохранения или караула лишается рук и ног.

112. Если кто чрезвычайно пьянствует, тому в наказание дается 70 ударов.

113. Кто мужчину будет обличать в прелюбодеянии, а женщину назовет б... и не докажет ясно обвинения посредством двух свидетелей, наказывается 80 ударами.

114. За прочие маловажные поступки по закону облагают денежным штрафом, а иногда содержанием под стражей.

115. Лжесвидетелей сажают лицом к хвосту на лошадь или ишака и водят по многолюдной улице, называя его анафемой.

116. Когда из двух князей, поссорившихся между собой, один убьет другого и ви­новный будет в доме узденя из фамилии Куденетовых, то родственники убитого не вправе при нем мстить за кровь убитого, покуда убийца не выедет из дома Кудене- това; жить же ему позволяется в нем не более одной недели, покуда он приготовится ехать в Чечню или в другое место, для приискания себе надлежащего убежища х.

117. B том месте, где проживают первостепенные уздени, никакой князь не впра­ве барантовать в наказание из кошей и аулов.

118. Если первостепенный уздень поедет со своим князем, который при встрече с другим князем будет стрелять в него, подвергаясь сам его выстрелам, и если сопро­вождающий князя первой степени уздень, вступившись за него, убьет другого князя, то он не подвергается мщению, а падает оно на князя, за которого заступился его уздень.

119. Первостепенные уздени имели право вступаться в обиде за черный народ и в махтеме должны были ходатайствовать за него во всяком случае.

120. KorAa4KTo из первостепенных узденей дает кому-нибудь слово в таком случае, где идет дело о жизни, тогда слово это ни из князей, ни из узденей — никто не дол­жен нарушить под опасением значительного штрафа.

121. Если будет взята добыча у других племен, кабардинцам подвластных, в виде наказания за ослушание, то из нее давать первостепенному узденю без всякого рас­чета лучшую лошадь, независимо от пая, ему следуемого; впрочем, это делается тог­да только, когда кто-либо из первостепенных узденей будет находиться в партии.

122. Если князь имеет первостепенного узденя, то эгот дарит ему лучшую ло­шадь, когда выдает дочь свою замуж.

123. Первостепенные уздени без согласия князя своего не вправе но вступлении в брак отдавать жену свою, как делают прочие h

124. Если князь или уздень ударит первостепенного узденя, то виновный платит обиженному лучшую холопку, хорошую лошадь, саблю, вызолоченный шишак, на­локотники, панцирь лучшей доброты и, сверх того, сзывает большое количество людей, варит бузу, угощает народ и у приглашенного им на этот случай обиженного первостепенного узденя нросит прощения, отдавая все тут же вышеозначенное и холопку.

125. Кто украдет лошадь у первостепенного узденя со двора или из табуна и в том будет уличен, платит ему но три лошади за каждую.

126 [261]. Ежели из членов трех фамилий кабардинских князей, сходно азиатскому обычаю, двое сговорятся с помощью подданных истребить кого-нибудь из третьей, а этот секретно проведает об умысле, то должен немедленно отправиться иод за­щиту какого-нибудь Анзорова; тогда замышлявшие его погибель князья не могут причинить ему никакого вреда, хотя бы и захватили оставшихся людей в его жили­ще. Князья и уздени всех степеней, узнав о злоумышлении, им угрожающем, также являются под защиту Анзорова.

127. Кто из черного народа, будучи обижен своим господином, явится с прось­бою к Анзорову, получает удовлетворение по обряду, если жалоба его окажется справедливой [262].

Февраля 24-го дня 1844 года

Kp. Нальчик

<< | >>
Источник: Ф.И. Леонтович. Кавказ: Адаты горских народов. — Нальчик,2010. Вып. IV. — 384 с.. 2010

Еще по теме А. ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ КАБАРДИНСКИХ ДРЕВНИХ ОБРЯДОВ. 1844 ГОД[202]:

  1. А. ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ КАБАРДИНСКИХ ДРЕВНИХ ОБРЯДОВ. 1844 ГОД[202]
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -