<<
>>

II.2.1. Концепт «судьба» и словарь стихотворного текста Ф. Сологуба (презумпция семантической изотопии)

Оперируя понятием презумпции семантической изотопии, мы рассмат­риваем изотопичность как определенным образом структурированное про­явление мифологического смысла. Презумпционность семантической изо­топии определяется индивидуально - авторским характером постижения тайны мифа и демифологизации как динамического проявления смысловой топики.

Словарь языка автора своеобразным, уникальным образом сохра­няет, консервирует такое семантическое состояние, когда в пределах еди­ного смыслового микропространства сосуществуют одновременно и ми­фологический топос, и его семантическая изотопия. Это амбивалентное сосуществование вполне соответствует тому, что М. М. Бахтин определил как амбивалентность производящего и производного начал (Бахтин 1990: 31). Словарь поэтического текста (равно как и поэзии Ф. Сологуба) не является исключением; более того, мы утверждаем, что для идиостиля Сологуба - поэта подобное состояние свойственно в значительной сте­пени, поскольку словарь его поэтического текста характеризуется тес­нейшими связями с фольклорными, мифопоэтическими традициями.

Словарь сологубовской поэзии, таким образом, мифологичен, про­являясь в движении - в постоянном выходе на уровень состояния де­мифологизации.

Познание этого сложного явления доступно далеко не каждой фи­лологической научно-исследовательской методике. Думается, это вполне под силу методу семантической изотопии и именно в аспекте ее пре­зумпции.

Напомним, что под презумпцией понимается «предположение, признаваемое истинным, пока не доказано обратное» (Ожегов, Шведова 1996: 572). Обычно используемое в судопроизводстве как терминологи­ческое, это понятие вполне может быть метафорически расширено и применимо к трактовке когнитивного движения (метода), обладающего объяснительной силой и представляющегося новым при интерпретации того или иного явления. Презумпция семантической изотопии предпола­гает возможность применения этого метода как семантического феноме­на, не только формирующего мифологическую топику словаря, но и оп­ределяющего ее изотопическое развитие, движение, реализацию в про­цессе речеупотребления.

Попытаемся проиллюстрировать сказанное рядом примеров.

Пример 1. Два солнца горят в небесах, Посменно возносятся лики Благого и злого владыки, То радость ликует, то страх. Дракон сожигающий дикий, И Гелиос, светом великий, -

Два солнца в моих небесах.

Внимайте зловещему крику, -Верховный идет судия. Венчайте благого владыку, Сражайтесь с драконом, друзья.

(«Два солнца горят в небесах...»)

Концепт «судьба» представлен здесь в косвенной (центростреми­тельной) форме выражения. Презумпционным в данном тексте является предположение ЯЛА о сосуществовании двух семантических изотопных планов - радости (благой владыка) и страха (злой владыка). Они относи-теьно паритетны, поскольку презумпционно сильны: это установливает-ся пресуппозиционально благодаря употреблению в абсолютном начале текста - синтаксической номинации «два солнца». Солнце - одно из главных мифологических начал жизни, и его «раздвоение» является ис­ходным импульсом расщепления мифа, его демифологизации в идио-стилевой ЯКМ автора («Два солнца горят в небесах»). Семантическая изотопия концепта «судьба» здесь представлена, с одной стороны, пла­ном «радость», с другой - «страх».

Мифологическим «ядром», соответ­ственно, является «Гелиос, светом великий» (полупредикативное син­таксическое наименование) и «Дракон сожигающий, дикий» (синтакси­ческое наименование с потенциальной предикацией в постпозитивном употреблении однородных атрибутов). Периферия концепта в данном случае формируется за счет употребления в тексте метаоценочных пе­рифрастических синтаксических номинаций, выступающих вначале кон-таминационно (форма «сиамских близнецов»): «Благого и злого влады­ки», а в финале расчлененно, причем «благой владыка» противопостав­лен (уже в расчлененной форме) словарной синтаксической номинации

«(с) драконом». Косвенно это противопоставление активизировано упот­реблением императивов «венчайте» и «сражайтесь», содержащих автор­ский метакомментарий. Демифологизация, таким образом, завершается авторским включением в концептное пространство, когда «судьба» (миф) встречается с активным отношением (текст). Пример 2.:

Кто на воле? Кто в плену? Кто своей судьбою правит? Кто чужую волю славит, Цепь куя звено к звену?

Кто рабы и кто владыки? Кто наемник? Кто творец? Покажите наконец, Сняв личины, ваши лики.

Но, как прежде, все темно. В душных весях и в пустыне Мы немотствуем и ныне, Цепь куя к звену звено.

Нет великого владыки. Празден трон, и нем дворец. Опечаленный творец Дал личины, отнял лики.

(«Кто на воле? Кто в плену?...) В данном случае мы предполагаем присутствие концепта «судьба», выраженного прямой (центробежной) формой словарной номинацией «судьба» в контексте синтаксического наименования «своей судьбою». Презумпция семантической изотопии данного концепта в приведенном

тексте также очевидна и определяется наличием в пресуппозиции двух изотопных вариантов «воля» и «плен» - альтернативных, оппозицион­ных, однако в текстовом пространстве вариант «воля» уходит в план подтекста, предоставляя возможность развернуться варианту «плен» в целом ряде (в основном) простых синтаксических номинаций: «чужая воля», «цепь», «рабы», «владыки», «наемники», «душные веси», «пус­тыня» и др. Основными демифологизированными семантическими вари­антами изотопии выступают экспрессивно маркированные синонимы «личины и «лики», первый с негативно-сниженной окраской, второй - с книжно-высокой.

Перед нами - очевидное изотопическое развитие основного топоса, изначально основанного на антитезе «воля - плен», которая представля­ется автору важнейшей формой демифологизированной реализации.

Таким образом, на уровне демифологизированного выражения концепта «судьба» мы неизбежно сталкиваемся с презумпцией семанти­ческой изотопии, предопределяющей одновременно и отсутствие непо­средственной мифологической номинации, и ее неизбежное присутствие в топике расщепленного исторически мифологического пространства. В этом заключается специфика проявления семантической изотопии в по­этическом тексте Ф. Сологуба как комплексном знаке семиосимволиче-ского типа.

<< | >>
Источник: Погосян Роман Георгиевич. КОНЦЕПТ «СУДЬБА» И ЕГО ЯЗЫКОВОЕ ВЫРАЖЕНИЕ В ПОЭТИЧЕСКОМ ТЕКСТЕ Ф.К. СОЛОГУБА. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Пятигорск, 2005. 2005

Еще по теме II.2.1. Концепт «судьба» и словарь стихотворного текста Ф. Сологуба (презумпция семантической изотопии):

  1. Погосян Роман Георгиевич. КОНЦЕПТ «СУДЬБА» И ЕГО ЯЗЫКОВОЕ ВЫРАЖЕНИЕ В ПОЭТИЧЕСКОМ ТЕКСТЕ Ф.К. СОЛОГУБА. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Пятигорск, 2005, 2005
  2. СОДЕРЖАНИЕ
  3. ВВЕДЕНИЕ
  4. ГЛАВА I. МИФОПОЭТИЧЕСКОЕ ОСНОВАНИЕ ИНТЕРПРЕТАЦИИ КОНЦЕПТА «СУДЬБА» В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ
  5. I.4. Определение и характеристика русскоязычного концепта "судьба"
  6. I.5. Проблема мифологического объема концепта «судьба» в поэтическом тексте Ф. Сологуба
  7. I.5.2. Мифологический потенциал концепта "судьба" (эпохи Сологуба)
  8. I.6. Проблема языковой структурации концепта "судьба"
  9. I.6.3. Номинационно - синтаксический ракурс семантической изотопии концепта "судьба"
  10. I.7. Возможность метапоэтической интерпретации изотопии концепта "судьба" в сологубовском тексте
  11. ГЛАВА II. РЕАЛИЗАЦИЯ СЕМАНТИЧЕСКОЙ ИЗОТОПИИ КОНЦЕПТА «СУДЬБА» В МИФОПОЭТИКЕ Ф. СОЛОГУБА
  12. II.1.4. Концепт «судьба» как сологубовский текст
  13. II.2. Семантическая изотопия концепта «судьба» как способ демифологизации в поэтическом тексте Ф. Сологуба