5. О том, как видение есть вкушение,              искание, милосердие и действие  

Что такое твое видение, господи, когда ты смотришь на меня любящим взором, как пе видение тебя мною? Глядя на меня, ты, бог сокрытый, даешь мне видеть тебя. Человек может тебя видеть лишь настолько, насколько ты дашь ему тебя видеть, и видение тебя есть не что иное, как видение тобой видящего

14. тебя. На этом твоем образе я вижу, как готов ты, господи, показать свое лицо всем ищущим тебя: никогда не закрываешь глаз, никогда не отворачиваешься, и, хоть я отворачиваюсь от тебя, когда полностью поглощен чем-то другим, ты все равно не меняешься в своем взоре. Если ты пе смотришь на меня очами благодати, причипа тому я сам, потому что сам проложил между нами разделение, отвернувшись от тебя и обратившись к чему-то другому, что тебе предпочел. Но даже и здесь ты ничуть не отвращаешься от меня; твое милосердие следует за мпой, ожидая, не захочу ли я когда- нибудь снова обратиться к тебе и снова вместить твою благодать: если ты па меня не смотришь, это потому, что я пе смотрю па тебя, но отвергаю тебя и пренебрегаю тобой.

О бесконечпая милость, как песчастеп всякий грешник, оставляющий тебя, источник жизни, и ищущий тебя не в тебе, а в том, что само по себе ничто и осталось бы ничем, если бы ты ие вызвал его из ничто! Как безнадежеп тот, кто ищет тебя,— ведь ты и есть всякое благо,— но в своем искании отступает от тебя и отворачивает глаза! В самом деле, всякий ищущий ищет только благо, и всякий, кто ищет благо, но отступает от тебя, отступает от того, что ищет.

15. Всякий грешнпк блуждает вдали от тебя. Но стоит ему обратиться к тебе, ты без промедления предстаешь ему, и он еще не взглянет па тебя, как ты уже с отцовской любовью устремляешь на него очи твоего милосердия.
    И твое милосердие есть не что иное, как твое видение. Поэтому милосердие твое следует за каждым человеком всю его жизнь, куда бы он ни пошел, как взор твой никого не оставляет; пока человек жив, ты не перестанешь следовать за пим и мягким внутренним советом побуждать его, чтобы он оставил своп блуждания и обратился к тебе для счастливой жизни.

Ты, господи, спутник в моих странствиях; куда я ни направлюсь, твой взор неотрывно следует за мной.

IIo ведь твое видение есть твое движение. Значит, ты движешься вместе со мной и никогда не перестаешь двигаться, пока движусь я. Если я недвижим, и ты со мной, если поднимаюсь, ты поднимаешься, если нисхожу, ты нисходишь. Куда я ни обращусь, ты при мне, и во время скорби ты не оставляешь меня. Когда бы я ни призвал тебя, ты рядом, потому что мой зов есть мое обращение к тебе; ты не можешь покинуть того, кто обращается к тебе, да и никто не может к тебе обратиться без того, чтобы ты еще раньше уже пе был рядом: ты со мной еще раньше, чем я к тебе обращусь; ведь не будь ты рядом и не напоминай мне о себе, как бы я мог обратиться к тебе, неведомому, раз я совершенно ничего сам о тебе знать не могу?

Ты мой всевидящий бог, по твое видение есть дей- 10 ствие; значит, ты же все и делаешь! Так что не нам, господи, не нам, но твоему великому имени, amp;єоlt;;, я пою вечную славу; все, что у меня есть, даешь ты, да и удержать данное тобой я не смог бы, если бы ты сам меня не хранил. Ты подаешь мне все; ты господь могучий и милостивый, потому что все даришь; ты служитель, потому что все предлагаешь; ты попечитель, ты заботливый хранитель и защитник. И все это ты делаешь одним своим простейшим взглядом, вовеки благословенпый.