593. Вправе ли страховщик отказать в выплате страхового возмещения выгодоприобретателю, если ответственность владельца транспортного средства была застрахована, однако лицо, причинившее вред, не указано в полисе обязательного страхования?

1. Арбитражная практика в данном вопросе с течением времени претерпевала определенные изменения. Так, на протяжении 2005-2006 гг. суды в основном признавали правомерными отказы страховщиков в выплате страхового возмещения на том основании, что вред причинялся не страхователем, а иным лицом, чей риск наступления ответственности не был застрахован*(669).

Первая точка зрения основана на обычных, классических представлениях о гражданском праве в целом и институте страхования в частности. Вполне естественно, что суды, указывая на отсутствие договорных отношений между причинителем вреда и страховщиком, признавали правомерными действия страховщика, отказавшего в выплате страхового возмещения, поскольку последний не принимал на себя риск наступления гражданско-правовой ответственности причинителя вреда.

Вторая точка зрения обусловлена положениями Закона об ОСАГО.

По мнению КС РФ, принятие первого подхода не только выводило бы широкий круг владельцев транспортных средств - участников дорожного движения из сферы действия данного Закона, нарушая принцип всеобщности и обязательности страхования гражданской ответственности владельцами транспортных средств, но и не отвечало бы провозглашенным данным Законом целям защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами, создавало возможность для обхода обязательности страхования риска гражданской ответственности, приводило к отказу потерпевшим в выплате страхового возмещения на том лишь основании, что лицо, управляющее транспортным средством, не включено в страховой полис, что создавало бы неравенство, недопустимое с точки зрения принципа справедливости (п.

2. Логика, представленная в Определении КС РФ, не безупречна. Причинитель вреда, не указанный в полисе или в договоре страхования, не может быть стороной договора (ни на стороне страхователя, ни на стороне страховщика), поскольку не выразил своей воли на это.

Также необходимо обратить внимание на положения самого Закона об ОСАГО, которые вступают в противоречие с позицией, представленной в Определении КС РФ. Так, ст. 1 Закона определяет в качестве страхователя "лицо, заключившее со страховщиком договор обязательного страхования". Следовательно, причинитель вреда, не указанный в полисе и (или) в договоре, не может признаваться страхователем. В соответствии с этой же нормой страховой случай - наступление гражданской ответственности страхователя, иных лиц, риск ответственности которых застрахован по договору обязательного страхования, за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату.

В то же время недостатки логики КС РФ в части комментирования положений Закона обусловлены неудачностью формулировок самого Закона. Основная идея данного акта - защитить интересы участников дорожного движения в ущерб интересам страховщика и страхователя, за исключением прямо указанных случаев - совершенно верно понята и изложена высшей судебной инстанцией. Принимая во внимание тот факт, что КС РФ проверял конституционность самого Закона и признал его конституционным, позиция КС РФ в рассматриваемом вопросе представляется весьма последовательной.