Раздел 3. Служилые татары и новокрещены Посольского приказа

Особую категорию служащих Посольского приказа составляли служилые татары и новокрещены Посольского приказа. Служилые татары и новокрещены упоминаются в документах еще в XVI в. Главной обязанностью этой категории служащих было сопровож­дение российских дипломатических миссий в мусульманские стра­ны Азии.

B материалах делопроизводства Посольского приказа удалось выявить имена 34-х служилых татар и новокрещенов Посольского приказа. Прежде всего следует отметить, что практически все слу­жащие этих категорий имели татарское происхождение, о чем сви­детельствуют их имена и фамилии, а также само название этой ка­тегории служащих. Новокрещены Посольского приказа также явля­лись татарами, но после принятия православия их именовали ново- крещенами. Интересно, что в начале XVII в. еще не было вырабо­тано четкое разделение служащих на служилых татар и новокреще­нов, чему причиной являлись их совершенно одинаковые служеб­ные обязанности. Поэтому иногда новокрещенов Посольского при­каза именуют в документах служилыми татарами, как это было, например, в случае с новокрещеном М.Миляевым.

Интересной особенностью рассматриваемых категорий служа­щих Посольского приказа являлась служба в этом ведомстве лиц, состоявших в родстве друг с другом.

Основные служебные обязанности служилых татар и новокре- щенов Посольского приказа, примерная численность служащих этой категории и принципы выдачи им жалованья довольно четко сформулированы в деле по челобитной служилого татарина Т.Терегулова: «А преж сего при государе царе и великом князе Фе­доре Ивановиче всеа Русии и при царе Борисе было в Посольском приказе для турские, и крымские, и нагайские, и иных в мусуль­манские государства посылок служилых татар станичных голов че­ловек по десяти, а в ыное время и больши. A з головами было в станице в товарищех с лутчими человек по пяти, а с ыными по че­тыре и по три человеки. A коли им живет служба, тогды им и жа­лованье дают»126. Следовательно, общая численность служилых та­тар и новокрещенов Посольского приказа на рубеже XVI-XVII вв. должна была составлять около 40 человек. Надо полагать, что и при Михаиле Романове численность служилых татар и новокрещенов была близка к этому числу, а персональный состав этой категории служащих не претерпел заметных изменений в годы Смуты. B ци­тированном выше деле было записано: «А как государь... учинился на государстве, и по его государеву указу взяты из Розряду ис службы в Посольский приказ служилые татарове станичные голо­вы, которые преж сего были в Посольском же приказе для посылок в Крым, и в Нагаи, и в ыные в розные в мусульманские государ­ства»127.

И.Янбулатов, М.Миляев, И.Исеналеев, Я.Коротаев. Из перечис­ленных лиц лишь Я.Коротаев был взят в Посольский приказ «в нове», поскольку «умел татарской грамоте». М.Янглычев, по всей видимости, вскоре бьиі отставлен по причине старости. Помимо перечисленных станичных голов около 1614 г. в приказ бьиі взят Т.Терегулов, также служивший ранее в дипломатическом ведом­стве. Пометы напротив имен некоторых служилых татар помогают установить примерную датировку составления росписи: напротив имен Б.Исенчурина и А.Багильдеева было записано: «в Крыме»; возле имени Д.Комаева: «в Нагаех». Это позволяет предположить, что роспись составлялась после отправления посольства А.Лоды- женского в Крым (октябрь 1613 г.) и до возвращения в Москву из Ногайской Орды посольства И.Кондырева (июнь 1614 г.) Следова­тельно, составление этого списка следует датировать временным промежутком между октябрем 1613 г. и июнем 1614 г. Таким обра­зом, в первые годы царствования Михаила Федоровича числен­ность станичных голов Посольского приказа не превышала тради­ционного числа: «человек по десяти, а в ыное время и больши», а следовательно, прежним оставалось и количество служилых татар.

Кроме того, заметно, что подавляющее большинство станичных голов Посольского приказа служили в дипломатическом ведомстве как «до московского разорения», так и после него (за исключением, вероятно, периода «междуцарствия», когда они были переданы в ведение Разрядного приказа). Таким образом, можно отметить, что станичные головы Посольского приказа в рассматриваемую нами эпоху представляли собой самую стабильную часть штата этого ве­домства. Попытаемся частично восстановить списки служилых та­тар и новокрещенов Посольского приказа, служивших в 1604­1610 гг. и 1613-1619 гг.

B 1604-1610 гг.

станичные головы

А.Исенев, Д.Девлекозин, И.Исеналеев, Я Исенев, Б.Исенчурин, Д.Комаев, А.Нагаев, Б.Нагаев, Т.Терегулов, И.Янбулатов, М.Янг­лычев.

служилые татары и новокрещены

Б.Сабанин, И.Девлекозин, А.Бидеев, Т.Янгиреев.

B 1613-1619 гг. в Посольском приказе упоминаются: .

станичные головы

А.Исенев, Д.Девлекозин, И Исеналеев, Я.Исенев, Б.Исенчурин, Д.Комаев, Я.Коротаев, А.Нагаев, Т.Терегулов, И.Янбулатов, М.Янг­лычев.

служилые татары и новокрещены

Абдурахман, М.Бабашихов, Т.Бавкеев, К.Байберин, С.Беляев,

А.Бидеев, Г.Бидеев, К.Будалеев, Д.Емаев, И.Исенев, К.Кашаев, Т.Козяев, И.Майтяков, М.Миляев, И.Облешев, С.Очаков, Б.Са- банин, Д.Семенов, К.Черетаев.

Недостаточность данных о служилых татарах и новокрещенах Посольского приказа (особенно за 1604-1610 гг.) ограничивает воз­можности сравнительного анализа их списков по двум выделенным периодам (хотя можно отметить, что двое из четырех известных нам рядовых служилых татар первого периода продолжали служить в приказе после 1613 г. — Б.Сабанин и А.Бидеев). Однако, среди высшего звена этой категории служащих — станичных голов — мы видим высокую степень стабильности штата, приближающуюся к 91% (от подобного уровня стабильности в рассматриваемую эпоху был очень далек штат подьячих, толмачей и переводчиков Посоль­ского приказа).

Размер жалованья, получаемого служилыми татарами и ново- крещенами за службу в Посольском приказе, бьш ограничен до­вольно широкими рамками. Минимальный известный нам денеж­ный оклад служилого татарина или новокрещена был равен 12-ти рублям: с таким окладом упоминаются в начале своей службы Б.Нагаев, К.Кашаев, Д.Комаев, Т.Бавкеев. Минимальный помест­ный оклад для служилого татарина в начале XVII в. бьш равен 140 четям (у Б.Нагаева в 1604 г.) Подобный случай единичен, мини­мальный поместный оклад остальных служащих этой категории бьиі не ниже 250-ти четей. Максимальный денежный оклад имел в 1613/14 г. служилый татарин Б.Сабанин — 39 рублей; годовое жало­ванье прочих служилых татар и новокрещенов не превышало 33-34 рублей (А.Нагаев, Д.Девлекозин, Б.Исенчурин).

А.Нагаева, И.Янбулатова). По размеру поместных окладов служи­лые татары и ноцокрещены приближались к переводчикам; некото­рые из них имели более высокие поместные оклады, чем «старые» подьячие и переводчики. По годовым денежным окладам служилые татары и новокрещены занимали промежуточное положение между толмачами и переводчиками: нижний уровень оклада служилого татарина бьиі равен среднему окладу толмача, а верхняя рамка де­нежного жалованья служилого татарина была близка к среднему окладу переводчика. Интересно также, что, по соотношению де­нежного и поместного окладов, служилые татары и новокрещены были более близки к толмачам, чем к переводчикам. Если соответ­ствие между денежным и поместным окладами переводчиков^.в среднем подчиняется условной формуле «поместный оклад равен денежному окладу, умноженному на 10, плюс 50 или 100 четей», то для толмачей, служилых татар и новокрещенов в большинстве слу­чаев справедлива формула «поместный оклад равен денежному ок­ладу, умноженному на 20, плюс — минус 100 четей». Заметно, что у толмачей, служилых татар и новокрещенов, по сравнению с пере­водчиками, относительно небольшим денежным окладам соответ­ствуют относительно высокие поместные оклады. Это подтверждает мысль о том, что служилые татары и новокрещены занимали про­межуточное положение между толмачами и переводчиками: с пер­выми их сближал уровень соответствия между денежным жаловань­ем и поместным окладом, со вторыми — размер поместного оклада; по денежному жалованью служилые татары и новокрещены стояли между толмачами и переводчиками. Следует отметить также отно­сительно быстрый рост размера жалованья служилых татар и ново­крещенов. Так, Б.Сабанин, имевший в 1603/04 г. денежный оклад 13 рублей, спустя 10 лет, в 1613/14 г. числился в приказе уже с ок­ладом 39 рублей; Д.Девлекозин, служивший в 1610 r. с окладом 19 рублей, через пять лет, к 1615 г. уже выслужил оклад в размере 33-х рублей.

Основной обязанностью служилых татар и новокрещенов, как отмечалось выше, было сопровождение посольств «в розные в му­сульманские государства». Действительно, рассматривая биографии служилых татар и новокрещенов Посольского приказа, следует признать, что практически каждый из них был участником одной или нескольких миссий в страны мусульманского Востока. C дру­гой стороны, изучение столбцов и книг Посольского приказа дает основания утверждать, что практически каждый российский дип­ломат, отправлявшийся в мусульманские страны (кроме Персии) в ранге от гонца до посла имел в качестве сопровождающих лиц по­сольских служилых татар и новокрещенов. При выборе лиц, кото­рых следовало отправить за границу, учитывались различные фак­торы. B одном из дел по связям Московского государства с Ногай­ской Ордой сохранилась запись, позволяющая представить проце­дуру отбора руководством Посольского приказа служилых татар и новокрещенов ддя участия в посольстве за границу: «И пописаны новокрещены и служилые татарове, кого из них послать с Ываном Кондыревым в Нагаи. Новокрещены: 20 рублев — в Нагаи — Иван Янбулатов, а наперед сего в Haraex бывал; 18 рублев — Михайло Миляев, наперед сего не бывал нигде; Иван Исеналеев, сказал себе из чети 16 рублев. Татаровя: Даир Комаев — в Нагаи, сказал — за Коломенское сиденье пущен в четь в Галицкую, 12 рублев; 20 руб­лев — Миляй Янглычев»128. Таким образом, при отборе кандидатов для посылки за границу учитывался прежде всего размер жалованья и наличие соответствующего опыта.

B составе миссии служилые татары и новокрещены выполняли различные функции. Часто их направляли с посланником «для толмачества», несмотря на наличие в составе посольства толмачей и переводчиков. Так, в 1607 г. служилые татары Б.Сабанин и И.Дев- лекозин были приставлены к гонцу С.Ушакову «для толмаче­ства»129. B отдельных случаях служилые татары могли осуществлять также функции переводчиков, т.е. заниматься письменным перево­дом. B наказе С.Ушакову в 1607 г. было сказано, что после получе­ния ответной ханской грамоты он должен ее тайно распечатать и прочесть; в случае же, если прочесть грамоту самому не удастся, Ушаков должен был обратиться к служилому татарину Б.Са- банину130. Позднее, в 1613 г., в Посольский приказ был взят на службу служилый татарин Я.Коротаев, причем особо было отмече­но, что он «умеет татарской грамоте»131. Это также указывает на факт использования служилых татар и новокрещенов в качестве переводчиков. B целом же служилые татары и новокрещены на­столько часто выступали в качестве лиц, осуществляющих устный перевод, что даже в делопроизводстве Посольского приказа их не­редко именуют толмачами, что создает известные сложности при отнесении служащего к той или иной категории штата дипломати­ческого ведомства. Так, толмачами в столбцах по связям с различ­ными азиатскими странами именовались служилые татары и ново­крещены Б.Нагаев, Б.Сабанин, С.Беляев, К.Кашаев, Я.Исенев, К.Байберин, Г.Бидеев, И.Янбулатов, Т.Бавкеев, И.Исеналеев, М.Миляев, Д.Семенов, Д.Емаев, И.Майтяков.

Находясь за границей, служилые татары и новокрещены, как и толмачи, должны были «проведывать всяких вестей», чему способ­ствовало их владение татарским языком. Например, посланник И.Спешнев, находившийся в 1615-1616 гг. в Крыму, в своих отпис­ках в Москву сообщал сведения, добытые состоявшими при нем служилыми татарами132. Кроме того, служилые татары вместе с толмачами должны были развозить по дворам крымских мурз «государево жалованье». Служилых татар использовали и в качестве дипломатических курьеров: в 1610 г. П.Вражскому, ездившему в Ногайскую Орду, было предписано послать в Москву вперед себя с вестью кого-либо из служилых татар133. B 1614 г. отписка послан­ника А.Лодыженского была доставлена в Москву служилым тата­рином Я. Исеневым134. Нередки были случаи отправления служи­лых татар и новокрещенов с грамотами за границу, где уже находи­лись российские посланники. Подобные поручения выполняли С.Беляев, А.Багильдеев, К.Байберин, А.Нагаев, Д.Девлекозин, Г.Бидеев, Я.Исенев, И.Облешев, Б.Исенчурин, Т.Бавкеев, И.Янбу- латов. Курьерские обязанности исполняли также Д.Комаев, Д. Ема- ев и Д.Семенов, доставившие в 1615 г. из Посольского приказа в Казань наказы для посланников в Ногайскую Орду. B 1618 г. ново­крещен М.Миляев ездил с грамотой к приставам при шведских послах (это единственный известный случай, когда новокрещен был привлечен к делам, не относящимся к связям с азиатскими странами).

Иногда служилым татарам и новокрещенам Посольского прика­за доверяли самостоятельные дипломатические поручения. Напри­мер, в 1614/15 г. служилый татарин Девлекей Девлекозин и ново­крещен Кирилл Будалеев были отправлены с грамотами ко двору хивинского хана. B деле по их челобитной сохранилась обширная выписка об их миссии, содержащая подробное описание поездки в «Юргенскую землю», согласно которому Девлекозин «на посольстве у него [Арап-хана] был, государевы грамоты подал и речь от госу­даря... говорил по государеву наказу»135. Действия Д.Девлекозина на аудиенции у шаха свидетельствуют о том, что он был полномоч­ным дипломатом в ранге гонца.

Случаев отправления служилых татар и новокрещенов на подво­рья иностранных дипломатов, а также в различные приказы с па­мятями и отписками, обнаружить в материалах делопроизводства Посольского приказа не удается. Это отличает их от толмачей. B целом же следует отметить, что по своим служебным обязанностям служилые татары и новокрещены Посольского приказа были близ­ки к татарским толмачам.

Итак, служилые татары и новокрещены Посольского приказа были категориями служащих, подвергшимися наименьшим изме­нениям под влиянием Смутного времени. Общая численность и персональный состав служилых татар и новокрещенов практически не изменились за годы внутреннего и внешнеполитического кризи- ca Московского государства начала XVII в. B национальном плане служилые татары и новокрещены имели общее татарское проис­хождение и различались между собой по конфессиональному при­знаку: первые оставались мусульманами, вторые принимали право­славие. B начале XVII в. среди служилых татар уже наблюдается принцип наследственности службы в Посольском приказе. По раз­мерам жалованья, получаемого ими за службу, они занимали про­межуточное положение между толмачами и переводчиками Посоль­ского приказа. По своим служебным обязанностям служилые тата­ры и новокрещены были близки к толмачам татарского языка.