<<
>>

§ 4. Государственный механизм

B 30-е гг. существенные изменения происходят и в механизме Со­ветского государства. Они были неразрывно связаны с развитием как общественного устройства, так и организации государствен­ного единства.

B Конституции CCCP 1936 г. было закреплено руководящее положение Коммунистической партии, ставшей монополистом в системе государственного управления. Bce партии, которые суще­ствовали еще в предыдущий период, тогда же и исчезли. Закон не запрещал создание и существование других, кроме ВКП(б), поли­тических партий. Статья 126 Конституции CCCP 1936 г. разреша­ла объединение граждани даже гарантировала право создания об­щественных организаций. Однако на деяе помыслить о создании какой-то иной политическойпартии было невозможно. Н.й. Бу­харин в одном из своих выступлений как-то даже весьма образно заявил: «У нас может быть только две парттш, однаувласти, дру­гая зарешеткой».

Само по себе партийное руководство государствам не является чем-то необычным, B любом буржуазном государстве партия, до­бившаяся положения правящей, формирует государственный ап- парат из своих людей. И приход другой партии к власти влечет за собой соответствующие перестановки в аппарате.Однако в усло­виях однопартийносш, сложивщейся в Советскомгосударстве, со­здавалась особая обстановка. Исчезли какая-дибо конкурентность и возможность критики со стороны других партий, а это приво­дило к известной бесконтрольности. Дело усугублялось тем, что критика внутри самой партии тоже была весьма затруднена, а со временем стала просто невозможной. Йменно в этих условиях И.В. Сталину удалось получить безграничную власть, употреблен­ную и против самой партии.

Формы партийного руководства государством были различны­ми. Иногда соз’давалйсь совместные партийно-государственные органы,как, например, ЦКК РКИ или политотделы MTC и сов­хозов. Чаще же применялся другой способ, когда партийные ру­ководители различных уровней становились и руководителями надлежащих государственных органов. Укоренялась практика и определенной подмены советского руководства партийным, когда директивы партии, как правило, оформлялись в государственном порядке, а иногда действовали и непосредственно.

Вместе с тем вряд ли можно согласиться с Т.П. Коржихиной, усматривающей нарушение демократии в том, что внутренняя и внешняя политика государства сначала определялась на съездах партии и пленумах ЦК, а потом проводилась через государствен­ные органы[113]. Ha то партия и правящая, чтобы направлять дея­тельность государства.

Советское государство, как и прежде, строится на основе принципа демократического централизма. Однако все больше уси­ливается централизация государственного управления. Это каса­ется не только организации государственного единства, о которой уже говорилось, но и всей структуры органов государства.

Принцип демократического централизма предполагает, как из­вестно, выборность органов власти и их подотчетность избирате­лям. B 30-е гг. происходят существенные изменения в избиратель­ной системе, знаменующие ее несомненную демократизацию.

Но­вая Конституция отменила классовые ограничения и различия для избирателей, ввела повсеместно прямые выборы и тайное голосо­вание. Bce эти принципы реально проводились в жизнь. Тем не менее реализация избирательных прав граждан затруднялась тем, что кандидатуры депутатов всех Советов предлагались, как пра­вило, партийными органами или согласовывались с ними и в сущ­ности исключали альтернативность выдвижения.

Советский государственный механизм, как и прежде, строил­ся на основе сочетания коллегиальности и единоначалия. Однако на практике коллегиальность все чаще и чаще подменялась волей одного начальника. При этом чем выше по статусу был орган, тем более сильной в нем была власть единоличного руководите­ля. Впрочем, такой йорядок не был нормативно закреплен, он по­степенно складывался на практике. B отличие от В.И, Ленина, И.В. Сталин на протяжении очень многих лет не занимал государ­ственных постов, а был лишь руководителем партии. Однако по­ложение Генерального секретаря ЦК ВКП(б) обеспечивало ему такую власть, которая сравнима с властью монарха. При этом Политбюро ЦК, стоявшее во главе партии (и, следовательно, го­сударства), орган коллегиальный, фактически тоже не перечило воле своего лидера.

Хотя в системе государственного управления по-прежнему со­хранялось сочетание. отраслевого и территориального начал, сле­дует отметить явное усиление отраслевого принципа. Шло стре­мительное образование все новых и новых отраслевых органов и разукрупнение прежних.

B связи с этим растет численность работников государствен­ного аппарата. Советское чиновничество постепенно складывает­ся в особую социальную группу, обладающую своими специфи­ческими интересами. Правда, поначалу аппарат еще пополняет­ся рабочими и крестьянами непосредственно от станка и сохи. Б годы массовых репрессий наиболее чувствительные удары бу­дут нанесены именно no специалистам, однако на численности служащих это отразится мало, их ряды будут быстро восстанав­ливаться.

Государство постоянно призывает и требует принятия мер по укреплению законности и правопорядка в управлении. Однако в некоторых органах, и прежде всего в системе органов НКВД, укореняются порядки, характеризуемые грубейшим беззакони­ем, нарушением самых элементарных прав человека и гражданина.

Органы власти и управления. Конституция CCCP 1936 r. ввела новое название для Советов всех уровней — Советы депу­татов трудящихся. Этим подчеркивались усилившаяся социальная однородность советского общества, отсутствие эксплуататоров и сближение социальной природы рабочих и крестьян, Прежняя формулировка — Советы рабочих, крестьянских и красноармей­ских депутатов как бы исключала интеллигенцию, хотя на прак­тике основная масса интеллигентов пользовалась избирательными правами. Новая формула, естественно, включала в себя и интел­лигенцию.

Конституция 1936 г. существенно изменила структуру и статус органов власти и управления, упростив и сделав болеечеткими. Она отказалась от громоздкой системы съездов Советов на всех уровнях. Укрепилось единство системы Советов.

В.Д. Гончаренко полагает, что съезды Советов были высокой формой демократизма, и их упразднение означало сужение демо­кратии и утверждение авторитаризма[114]. Вряд ли, однако, с этим можно полностью согласиться. Конечно, представительство насе­ления на съездах Советов было достаточно широким, но и новая система Советов не сужала сколько-нибудь значительно это пред­ставительство, A авторитаризм начал утверждаться отнюдь не после упразднения съездов Советов.

Нельзя вместе с тем согласиться и с Т.П. Коржихиной, прене­брежительно относившейся к съездам Советов: «Как высшие ор­ганы государственной власти, — писала она, — съезды Советов из-за низкой компетентности большинства делегатов, а отчасти из- за склонности к «митинговой демократии» не могли претендовать на выработку законов и все больше склонялись к простому одоб­рению решений партии»[115]. Конечно, сама многолюдность съездов и неквалифицированность их делегатов не позволяли отрабаты­вать на заседаниях каждое слово закона. Ho сила съездов состояла в том, что их делегаты приносили с собой живое дыхание масс, каждый делегат хорошо понимал, выгоден ли ему и его избирате­лям тот или иной закон.

. Высшим органом власти Союза по Конституции 1936 г. сіал Верховный Совет СССР. Он получил те права, которые раньше имели Всесоюзные съезды Советов и ЦИК Союза. Вер­ховный Совет воспринял от прежнего ЦИК двухпалатную струк­туру, отражающую многонациональность Советского государства, хотя название одной из палат немного изменилось: вместо Союз­ного Совета она стала называться Советом Союза, Сохранен был и принцип формирования палат. Одна из них — Совет Нацио­нальностей — включала в себя фиксированное число депутатов: по 25 or каждой союзной республики, по 11 от автономной рес­публики, по 5 от автономной области, .no 1 от национального ок­руга. Как и прежде, эти палаты бьши равноправны, причем их рав­ноправие подчеркивалось -теперь примерным равенством числа депутатов в каждой. Верховный Совет стал единственным законо­дательным органом Союза. Это же касается и Верховных Советов союзных и автономных республик. C прежней множественностью законодательных органов одного уровня было покончено, что само по себе создавало объективные условия для укрепления за­конности, для большего уважения к закону.

В.Д. Гончаренко считает, что монополия Верховных Советов на законодательство привела к ограничению демократии. Он се­тует, что над Верховными Советами теперь не стало такого ди­рективного и контрольного органа, как съезды Советов[116]. Вряд ли, однако, с этим можно согласиться. Думается, что депутаты Bep-

ховных Советов сами могли разобраться в нужности или ненуж­ности тех или иных законов. A что касается контроля над Сове­тами, то его, как мы уже отмечали, осуществляли соответствую­щие партийные органы, причем в объеме, скорее чрезмерном, чем недостато^шом.

Верховные Советы должны были избираться на четыре года и работать подобно прежним ЦИК в сессионном порядке. Верхов­ный Совет CCCP впервые был избран в декабре 1937 г. VIII съезд Советов, приняв Конституцию, поручил ЦИК разработать и ут­вердить новое Положение о выборах, в котором бы нашли свое отражение принципы избирательной системы, закрепленные Кон­ституцией. B июле 1937 r. ЦИК CCCP утвердил Положение и на­значил выборы в Верховный Совет Союза на 12 декабря 1937 г, A еще до этого, на февральско-мартовском Пленуме ЦК ВКП(б), был поставлен вопрос о подготовке избирательной кампании. До­кладчик — А. Жданов высказал определенную озабоченность ор­ганизацией выборов в новых условиях. Он допускал возможность, что ими воспользуются оппозиционные элементы, среди которых была названа церковь[117]. Правда, на практике эти опасения не оп­равдались.

Выборы были проведены как настоящий праздник. C тех пор такое отношение к выборам, притом ко всяким, стало традицией. Выборы состоялись с невиданной активностью граждан. Голосо­вало 96,8% избирателей.

12 января 1938 г. собралась первая сессия Верховного Совета СССР. Первое заседание Совета Союза открыл его старейший де­путат — академик А. Бах, Совета Национальностей — видный де­ятель Коммунистической партии Миха Цхакая.

Особенности работы Верховного Совета обусловили необхо­димость создания постоянно действующего органа. Им стал Пре - з и д и у м B e p X о в н о г о C о в e т а C C C P, который избирался на совместном заседании обеих палат. Президиум состоял из пред­седателя, его заместителей по числу союзных республик (следова­тельно, первоначально из 11), секретаря и 24 членов. Конституция исчерпывающе перечисляла полномочия Президиума Верховного Совета: Президиум созывает сессии Верховного Совета, дает тол­кование действующих законов, отменяет постановления Совета

Народных Комиссаров CCCP и CHK союзных республик в случае их несоответствия закону. Президиум Верховного Совета не явля­ется законодательным органом. Однако он имеет право издавать указы — своеобразные акты, правовая природа которых в Кон­ституции определена не была.

Конституция 1936 г. в качестве правительства сохранила C о в e т H а p о д н ы x K о м и с с а p о в C C C Р. Однако теперь он был лишен законодательных прав: CHK по Конституции имел право издавать постановления и распоряжения на основе и во ис­полнение действующих законов. To есть постановления и распо­ряжения Совета Народных Комиссаров теперь стали только под­законными актами. Совет Народных Комиссаров образовывался Верховным Советом CCCP в составе председателя, его заместите­лей и руководителей ведомств Союза, т.е. наркомов и председа­телей комитетов и комиссий.

Президиум Верховного Совета был избран, а новый Совнар­ком образован на первой сессии Верховного Совета в январе 1938 г. Первым председателем Президиума Верховного Совета стал М.И. Калинин, до сих пор многие годы бывший бессменным председателем Президиума ЦИК.

Вкачествеорганов отраслевого управления Кон­ституция, как и прежде, предусматривала народные комиссариа­ты. Было сохранено и деление наркоматов на три категории: об­щесоюзные, союзно-республиканские (которые раньше называ­лись объединенными) и республиканские.

Система'органов власти и управления союз­ных и автономных республик строиласьпоаналогиис общесоюзной, хотя, конечно, здесь были заметны отступления. Так, ни в одной из республик, в том числе в многонациональной РСФСР, Верховные Советы не были двухпалатными. Состав Сов­наркомов республик тоже отличался от состава CHK Союза.

Что касается м e с т н ы x C о в e т о в, то на их судьбе отрази­лось в первую очередь проведение сплошной коллективизации. Она привела к тому, что на селе сложились как бы два руководя­щих органа — сельсовет и правление колхоза. Нередко бывало, что территория их действия совпадала. Это породило на местах, да и кое у кого в центре, мнение, что сельские Советы становятся ненужными. Еще в конце 1929 г. появились предложения о лик­видации Советов в районах сплошной коллективизации и переда­че их функций колхозам. Стали даже говорить о немедленном от­мирании государства вообще,

Эти заблуждения встретили решительный отпор, и именно на Советы была возложена задача проведения коллективизации* B 1930-1931 гг. руководящие партийные и советские органы при­няли целую серию решений по этому поводу> Основная идея их состоит в том, чтобы улучшить состав местных Советов, изгнав из них противников коллективизации и избрав туда ее активных сто­ронников, Это и должно было обеспечить успешное преобразова­ние деревни*

Постановление Президиума ЦИК CCCP от 25 января 1930 г. подчеркивало, что основное содержание работы сельсоветов в связи с массовой коллективизацией — активное участие в про­цессе обобществления крестьянских хозяйств, в организации наи­лучшей работы колхозов, а также в ликвидации кулачества как класса.

B связи с проведением сплошной коллективизации на сельские Советы возлагалась специальная обязанность наблюдать за пра­вильным и целесообразным использованием земель колхозами и единоличниками* До сих nqp регулирование землепользования на селе в большой мере производилось земельными обществами, т.е* группой крестьянских дворов, связанных единством землепользо­вания* Теперь же, когда коллективизация объединила крестьян­ские дворы в сельскохозяйственную артель, земельные общества не могли функционировать и, по существу, отмерли, B тех же мес­тах, где коллективизация была еще не завершена, земельные об­щества порой становились тормозом, ибо в них в отличие от Со­ветов кулаки как землепользователи имели право голоса. Исходя иэ этого, постановление ЦК ВКП(б) и CHK СССР, принятое в феврале 1930 r*, официально закрепило ликвидацию земельных обществ и передачу их функций сельсоветам.

Новые задачи, вставшие перед местными Советами, потребо­вали укрепления их кадров. B эгих целях Президиум ЦИК Союза 31 января 1930 г* принял специальное постановление, разрешав­шее досрочно провести перевыборы сельских Советов и райиспол­комов в.районах сплошной коллективизации, а также везде, где требовалось очистить данные органы ог ее противников. Поста­новление указывало на необходимость большего вовлечения в сельсоветы батрацко-бедняцких слоев населения и актива колхоз­ников, с тем чтобы сельские Советы могли по-настоящёму встать во главе социалистического переустройства деревни.

Конституция CCCP 1936 г* существенно изменила конструк­цию местных советских органов. Теперь в областях, краях, райо-

нах вместо прежних съездов Советов стали избираться, как и в населенных пунктах, просто Советы. Их депутаты действовали на весь срок полномочий Советов. Исполкомы Советов стали теперь только исполнительно-распорядительными органами.

Изменились формы связи Советов с массами, с избирателями, отпали прежние секции, депутатские группы и т.п., включавшие в себя не только депутатов, но и привлеченный актив населения. Вместо этого при Советах создавались постоянные комиссии, в которые входили только депутаты. C одной стороны, это нововве­дение поднимало авторитет постоянных комиссий, с другой же — оно изолировало их от рядовых избирателей.

Постоянные комиссии стали создаваться теперь всеми Совета­ми, а не только их низовым звеном, как было с секциями. Они образуются лишь Советами, а не исполкомами, как это часто бы­вало раньше. Задачами постоянных комиссий были изучение и подготовка вопросов к сессии, контроль исполнения й вообще контроль.

B ходе сплошной коллективизации на селе были созданы, как уже отмечалось, и специфические чрезвычайные органы — полит- отделыМТСисовхозов. Политотделы, учрежденныевсоот- ветствии с решением январского (1933 г.) Пленума ЦК и ЦКК ВКП(б), своеобразно объединяли партийное и государственное руководство сельским хозяйством. Начальник политотдела MTC одновременно являлся заместителем директора MTC по политра­боте. Он подчинялся специально созданному политсектору об­ластного земельного управления и в то же время координировал свою работу с местным райкомом партии. Политсекторы облзем- управлений в свою очередь подчинялись политуправлению MTC Наркомзема СССР. Аналогичные органы были созданы и в систе­ме наркоматов совхозов.

Введение политотделов MTC и совхозов было вызвано той об- становкой, которая сложилась в деревне после начала коллекти­визации. Поспешность и нарушение добровольности при создании колхозов неизбежнО'Отразшшсь на качестве их организации и от­ношении колхозников к труду. B то же время выборные органы сельхоэартслей — правления, председатели колхозов не всегда проводили линию в интересах государства, а стремились зачастую оградить интересы колхозников, особенно при сдаче государству сельскохозяйственной продукции. Партийные организации колхо­зов и совхозов тогда были малочисленны и слабы и тоже не всегда правильно воспринимали государственные интересы. Вот все это требовалось преодолеть. Политотделы MTC и совхозов — органы, назначаемые из центра (даже начальники политотделов назна­чались непосредственно ЦК) и подчиненные строго по вертикали, призваны были преодолеть всяческий либерализм в деятельнос­ти сельскохозяйственных предприятий. Они должны были жестко проводить политику центра в колхозах и совхозах с тем, чтобы добиться от них работы в интересах государства.

Политотделы MTC были упразднены в ноябре 1934 г. специ­альным решением ЦК ВКП(б). B постановлении отмечалось, что они достигли определенных результатов за неполных два года своей деятельности, в том числе добились улучшения работы кол­хозов, МТС, повышения урожайности, ускорения хлебосдачи и т.д. Похоже, что это соответствовало действительности, но оче­видно и другое, что полный успех достигнут не был. Факты пока­зывают, что и в последующие годы еще не один раз издавались разного рода постановления и принимались мсры по укреплению сельского хозяйства, в особенности работы колхозов. Ho тогда, в 1934 г., наверное, нельзя было больше сохранять чрезвычайные органы руководства колхозами, Поэтому-то политотделы MTC были упразднены, а руководство партийными и комсомольскими организациями на селё стало осуществляться снова в уставном по­рядке.

По-другому сложилась судьба политотделов совхозов. Они в 1934 г. упразднены не были. Вообще, по мере возникновения на­добности в усилении централизованного руководства политотделы создавались и в других отраслях хозяйства.

B, условиях интенсивного развития промышленности и сель­ского хозяйства на основе сплошной коллективизации сложилась необходимость проведения строгого планирования всего народно­го хозяйства страны. Существовавшая ранее комиссия — Г о с - план CCCP при CTO — была преобразована в 1931 г. в комис­сию при Совнаркоме СССР, наделенную правами самостоятель­ного наркомата.

Усложнение руководства промышленностью в результате уве­личения числа предприятий и их размеров вызвало необходимость реорганизации управления отраслью. До сих пор руководство всей промышленностью было сосредоточено в одном наркомате — BCHX. Теперь Высший Совет Народного Хозяйства уже не мог справиться с этой задачей. A потому в 1932 г. он был разделен на три наркомата, которые стали осуществлять руководство круп­ными отраслями промышленности — тяжелой, легкой, лесной.

B последующие годы ход развития советской промышленности поставил вопрос о дальнейшем разукрулнении этих наркоматов.

Из Наркомата путей сообщения в 1931 г. выделился самосто­ятельный общесоюзный Наркомат водного транспорта. Наркомат торговли в 1930 г. был разделен на общесоюзный Наркомат внеш­ней торговли и союзно-республиканский Наркомат снабжения. Эта реорганизация означала новый этап в развитии отраслевого принципа управления хозяйством. Теперь каждой сложившейся отраслью руководил свой отраслевой орган — наркомат.

Важная реформа была проведена в области управления трудо- вымиотношениями.В 1933 г.былупразднен Наркомат тру- д а, а его центральный и местный аппарат слился с аппаратом ВЦСПС и иных профсоюзных органов. Это означало передачу функций весьма ответственного органа управления общественным организациям, т.е. расширение демократических форм руководст­ва трудовыми отношениями.

Развертывание Советским государством хозяйственно-органи­заторской и культурно-воспитательной работы, укрепление плано­вого начала в руководстве хозяйством отразились и на реоргани­зации структуры и деятельности финансовых органов.

B связи с кредитной реформой все дело кредитования было со­средоточено в Государственном банке. При этом Госбанк стал об­служивать лишь текущую эксплуатационную деятельность пред­приятий. Финансирование же капитального строительства поруча­лось специальным банкам долгосрочных вложений: Промбанку, Сельхозбанку и др.

Количественный и качественный рост числа объектов хозяй­ственного управления — заводов, совхозов, MTC потребовал из­менения не только системы хозяйственных ведомств, HO и форм их внутренней организации.

K этому времегш у нас сложилась преимущественно функци­ональная система управления производством. Эта система услож­няла руковбдство предприятиями, порождала обезличку и безот­ветственность. Одновременно управленческий аппарат чрезмерно разбухал, отвлекая специалистов от непосредственного производ­ства, нарастал вал излишней бумажной переписки, процветали пу­таница и волокита.

Решительный удар no функциональной системе наиес XVII съезд партии. Ha основе его резолюции в марте 1934 г. было издано по­становление ЦИК и CHK СССР, которое в корне изменило орга­низацию работы советского хозяйственного аппарата. Это поста-

новлеяие, ликвидировав функциональную систему построения ор­ганов хозяйственного управления, ввело производственно-отрас­левую и производственно-территориальную систему.

По новой системе органы управления сосредоточивали полное и всеобъемлклцее руководство определенными отраслями произ­водства или предприятиями, расположенными на определенной территории. Функциональные звенья частично сохранились (пла­новый отдел, финансовый отдел, отдел кадров), но они уже не могли самостоятельно руководить предприятиями* Такая реорга­низация позволила осуществить более действенное и оперативное руководство промышленностью, сельским хозяйством, торговлей.

Судебные и внесудебные органы. Конституция 1936 г. и при­нятый в 1938 г* специальный Закон о судоустройстве не внесли принципиальных изменений в с у д e б н у ю с и с т e м у. Они ско­рее обобщили уже накопившийся опыт.

Тем не менее некоторые заметные нововведения были провоз­глашены* Несколько поменялся порядок формирования народных судов* Для них вновь был введен принцип выборности непосред­ственно населением, правда, на практике пока что не проводив­шийся. Произошли перемены в статусе и формах деятельности верховных судов. Ключевым моментом здесь стали преобразова­ния, касающиеся положения Верховного Суда Союза. Ha протя­жении 1933-1936 гг, компетенция высшего судебного органа стра­ны расширяется. При создании Верховного Суда CCCP законода­тель считал основой его деятельности регулирование отношений Союза и республик в судебной сфере. Ho в названные годы Вер­ховный Суд CCCP постепенно превращается в обычный, хотя и стоящий во главе всей судебной системы судебный орган. Сначала, в сентябре 1933 г,, он получил право давать директивные указания верховным судам союзных республик по вопросам судебной прак­тики, обследовать судебные органы союзных республик. Он стал также отменять и изменять постановления, определения, решения и приговоры верховных судов союзных республик. Для этой рабо­ты была учреждена специальная судебно-надзорная коллегия*

Новая Конституция Союза подвела итоги эволюции статуса Верховного Суда, записав: «Верховный Суд CCCP является выс­шим судебным органом. Ha Верховный Суд CCCP возлагается надзор за судебной деятельностью всех судебных органов CCCP и союзных республик».

Единство и централизация судебной системы были закреплены и созданием в 1936 г/Народного комиссариата юстиции СССР, на

который было возложено, в частности, и управлениеюудамн всего государства.

Законодательство предусматривало осуществление правосу­дия только судами, и эТо действительно реализовывалось на прак­тике, когда речь шла о гражданских и общеуголовных делах. Од­нако при обвинении в контрреволюционных преступлениях дело обстояло иначе. Здесь применялась и в н e с у д e б н а я p e п p e с - сия. B 1934 г. в ходе создания НКВД CCCP при иаркоме внут­ренних дел было образовано так называемое Особое совещание (OCO), которое могло применять репрессию, подобно судебньщ органам, но без надлежащих процессуальных гарантий, даже без вызова самого обвиняемого. B Особое совещание входили замес­титель наркома внутренних дел СССР, уполномоченный НКВД CCCP по РСФСР, начальник Главного управления милиции, на­родный комиссар внутренних дел союзной республики, на терри­тории которой возникло дело. Ha заседаниях Особого совещания должен был присутствовать Прокурор CCCP или его заместитель.

Особое совещание заменило собой судебную коллегию ОГПУ. По справедливому мнению B.M. Курицына, это означало, вообще говоря, смягчение репрессии, ибо права OCO были меньше, чем у судебной коллегии, которая могла даже в узком составе (три члена) применять любое наказание вплоть до расстрела. OCO же, первоначально, могло назначать лишь ссылку, высылку или за­ключение в исправительно-трудовые лагеря сроком до 5 лет1. Правда, это послабление было скоро ликвидировано, уже в 1937 г. Особое совещание получило все репрессивные права вплоть до расстрела.

Очевидно, со временем OCO перестало справляться со все уве­личивающимся количеством дел. Поэтому в 1935 г. с явным пре­вышением власти приказом НКВД были созданы так называемые тройки, которые стали как бы филиалами OCO на местах. B них входили: первый секретарь соответствующего обкома партии, на­чальник областного управления НКВД и областйой прокурор. B 1937 г., в разгар массовых репрессий, эта конструкция была еще упрощена — из «троек» исключили представителей партийных органов, сделав «двойки». Впервые «тройки» были изобретены еще в пору сплошной коллективизации, причем не в центре, а на местах, местными партийными органами. Они не были санкцио­нированы законом и лишь молчаливо приняты к сведению Полит­бюро ЦК ВКП(б)1. B середине 30-х rr. создавалисьтакже мили­цейские «тройки» для борьбы с мелкими правонарушителями в городах, для очистки городов от нежелательных элементов.

B результате деятельности всех карательных органов число за­ключенных к концу ЗО-х гг. выросло в несколько раз, достигнув 1,9 млн человек. Следует отметигь высокий процент политзаклю­ченных — от 12,8 до 34,5% в разные годы[118].

Kypc на развитие централизованных начал в государственном руководстве привел к реорганизации прокуратуры. Пропаганда объясняла это необходимостью укрепления законности. Объек­тивно централизация прокуратуры действительно могла способст­вовать укреплению законности, хотя и не всегда достигала этой цели. B июне 1933 г. была организована Прокуратура СССР. Ha нее возлагались обязанности по надзору за соответствием посга- новлений и распоряжений ведомств, республиканских и местных органов Конституции и всему законодательству Союза/обязаннос- тя по судебному надзору, по возбуждению уголовного преследо­вания и поддержанию обвинения, надзору за законностью дейст- вий органОБ ОГПУ, милицищ угрозыска и исправительно-трудо­вых учреждений. B соответствии с эті-ш упразднялась Прокурату­ра Верховного Суда СССР, aee функции передавалисьПрохурору Союза. ■

Учреждение Прокуратуры CCCP завершало строительство системы прокурорских органов Советского государства. Однако полного единства эта система еще недостигяа, так как прокура- туры союзных республик находились лока что в ведении нарко­матов юстищшухотя общее руководство деятельностью республи­канских прокуратур оставалось за Прокурором Союза ССР. Да и сам Прокурор Союза находился как бы в двойном подчинении — не тодько ЦИК Союза, но и правительству, перед которым он был ответствен. Даже обапоетановления 1933 г. о создании Прокура­туры Союза были изданы совместно ЦИК и CHK Союза[119].

Образование в этот период специальньк судов на транспорте (железнодорожных линейных и водных транспортных) обусловило и создание специальных прокуратур железнодорожного и водного транспорта.

Конституция 1936 г. завершила централизацию системы проку­рорских органов страны, подчинив республиканские органам Сою­за. B то же время и статус прокуратуры повысился: она вышла щ подчинения правительства и стала зависеть только от высшего ор­гана власти Союза — Верховного Совета.

Централизация была полезна, но сама по себе она не могла ре­шить всех проблем, в том числе кадровой. Так, в 1937 г. лишь 9,3% следователей по Союзу имели высшее юридическое образование1.

ОГПУ-НКВД в данный период претерпели значительные из­менения и вошли в историю не всегда с лучшей стороны.

ОГПУ было создано после образования CCCP и занималось, по преимуществу, вопросами государственной безопасности, а также борьбой с политическими преступлениями. B 1934 г. при создании НКВД CCCP ОГПУ было включено в Наркомвнудед в качестве Главного управления государственной безопасности.

Советская внешняя разведка, которой занимались армей­ские разведывательные органы, была поставлена очень хорошо и давала порой удивительные результаты. Достаточно сказать, что сообщение об утверждении плана нападения на Советский Союз, знаменитого «плана Барбаросса», лежало на столе у Сталина уже через 11 дней после его подписания Гитлером. K сожалению, дан­ные разведки не всегда правильно воспринимались руководством страны, что, в частности, повлияло впоследствии и на неудачное начало Великой Отечественной войны.

Успехи советской разведки были обусловлены в большой мере тем, что она опиралась не только на платных сотрудников, но и на сочувствующих нам людей за границей, которые считали Совет­ский Союз знаменосцем великих идей и поэтому бескорыстно вы­полняли трудную и опасную работу. Среди заграничньш сотрудни­ков разведки были и белые эмигранты, которые работали отчасти из нужды, а отчасти в надежде заслужить возвращение на родину.

Из идейных побуждений нам' помогали и работники Комин­терна, считавшие Советский Союз родиной всех трудящихся.

K сожалению, и внешнюю разведку не обошли репрессии. Порой лучшие ее кадры погибали, а некоторые скрылись или даже перешли на сторону наших врагов.

Неплохо работала контрразведка. Ee усилиями, особенно в предвоенный период, были обезврежены целые подпольные орга­низации зарубежных разведок.

Однако наряду с борьбой против действительных врагов Со­ветского Союза в середине 30-х гг, НКВД закялся и придумыва­нием врагов, когда ни в чем не повинные люди вдруг станови­лись агентами японской, германской, английской и невесть еще каких разведок со всеми вытекающими отсюда последствиями. Многие коммунисты обвинялись в троцкизме, что тоже счита­лось преступлением не только против партии, но и против госу­дарства. K этому, правда, были некоторые основания, поскольку Л.Д. Троцкий, высланный в 1929 г. из СССР, действительно ак­тивно вредил не только лично Сталину, которого ненавидел, но и Советскому государству, пока в 1940 r, не был убит.

Многие советские граждане обвинялись в подготовке надуман­ных террористических актов, диверсий, вредительстве. Надо ска­зать, что какие-то основания для обвинения всегда находились. Например, на предприятиях нередко случались аварии, вызванные низким техническим уровнем рабочих, вчера еще пришедших из деревни, а также обычным разгильдяйством, Ho когда дело попа­дало в руки следователей НКВД, они мигом придавали ему поли­тическую окраску, хотя обычно никакого контрреволюционного умысла у обвиняемых не было. Большое распространение полу­чили дела об антисоветской пропаганде и агитации. Под нею по­нималась почти всякая критика существующих порядков. Это сплошь и рядом использовалось корыстными и недобросовестны­ми людьми,- когда хотелось, например, свалить начальника и за­нять его место или отнять квартиру у соседей.

Постановления Особого совещания лишь завершали цепь без­законий, творимых оперативными и следственными частями орга­нов НКВД, готовивших материалы для окончательного решения по конкретным делам.

Нельзя сказать, что все эти беззакония совсем не вызывали никаких протестов, и в первую очередь со стороны прокуратуры. Bo всяком случае, факты активного противодействия беззаконию отмечаются в первой половине 30-х гг, Однако известны случаи, когда прокурорское реагирование на произвол приводило к тому, что сами прокуроры оказывались за решеткой. Такая судьба по­стигла даже Прокурора Союза И.А. Акулова1.

Впрочем, в 1935-1937 гг. и сами прокуроры были втянуты в творящиеся беззакония, когда они были включены в пресловутые «тройки» и «двойки».

Вопрос об объеме репрессий 30-х гг. вызвал в публицистике широкие споры, некоторые авторы исчисляли количество репрес­сированных десятками и чуть ли не сотнями миллионов человек, B последние годы было точно установлено и проверено число по­страдавших от этих репрессий. За 1930-1953 гг. оно составило 3 778 234 осужденных всеми судебными и внесудебными органа­ми, а не 110 млн как утверждала одна из авторов; расстреляно было 786 098 человек[120]. Конечно, это тоже громадное число. Ho надо иметь в виду, что в массе осужденных были как невиновные, так и виновные в государственных преступлениях.

СисгориейНКВДтееносвязаноразвитие милиции. B 1930г. были упразднены народные комиссариаты внутренних, дел союз­ных и автономных республик, ведавшие весьма разнородными от­раслями управления: коммунальным хозяйством, пожарной охра­ной, борьбой с преступностью и т.д. Ha базе их структурных под­разделений были созданы отраслевые органы, непосредственно подчиненные совнаркомам республик, в том числе управления ми­лиции и уголовного розыска[121]. B1931 г. было издано Положение о Рабоче-крестьянской милиции Союза ССР, в котором впервые регламентировались ее организация и деятельность в масштабе всего Союза. Положение предусматривало более полное подчине­ние органов, милиции ее центральным органам. Централизация была усилена еще больше, когда в 1932 r. было создано Главное управление Рабоче-крестьянской милиции при ОГПУ, подчинив­шее республиканские управления милиции. При образовании в 1934 г. Наркомата внутренних дел CCCP Главное управление ми­лиции было включено в его состав. Централизация охраны обще­ственного порядка, с одной стороны, позволяла более планомерно и масштабно организовывать борьбу с преступностью, но с дру­гой — невольно сковывала инициативу местных работников, при­выкших ожидать директив центра.

При создании НКВД Союза ему бьши подчинены и другие ве­домства: Главное управление пограничных и внутренних войск, Главное управление пожарной охраны, Главное управление ис­правительно-трудовых лагерей и трудовьгх поселений, отдел ак­тов гражданского состояния. Позже в него вошли также Глав­ное управление шоссейных дорог, Главное управление геодезии и картографии, Главное архивное управление и др. НКВД очень разбух, к тому же ему приходилось руководить весьма разнород­ными сферами управления. Эщм объясняют выделение из соста­ва Наркомвнудела в начале 1941 г. Главного управления госу­дарственной безопасности, которое стало самостоятельным нар­коматом. -

B данный период были реорганизованы и контрольные орга­ны. По решению ХѴП съезда партии ЦКК-РКИ была упраздне­на. Вместо нее создавались самостоятельные Комиссия партийно­го контроля и Комиссия советского контроля при Совнаркоме СССР. Партийный контроль,' таким образом, был вновь отделен ет государственного.

B 1940 г. Комиссия советского контроля была ликвидирована и вместо нее создан Наркомат госконтроля. Это уже бьш сугубо чиновничий орган, безо всякого участия общественности. Главной его заботой был финансовый контроль. Об'общем совершенство­вании государственного аппарата, как это делала РКИ, он не за­ботился.

Вооруженные сйлы. Одним из важнейшихмероприятий Совет­ского государства явилась существенная перестройка вооружен­ных сил, вытекающая из необходимости создания вполне совре­менной армии. В результате проведенных экономических преоб­разований появилась возможность перевооружения Красной Ар­мии. Настоятельная потребность в этом диктовалась возникнове­нием на Западе и Востоке очагов мировой войны.

Техническое переоснащение армии быдо одним из первых ме- роприятий Советского государства по созданию сбвременных во­оруженных сил. Шла работа помодернизации старого оружия, со­зданию HOBbDC видов вооружения. Красная Армия обогащалась техникой. Ha западных и восточных границах страны разверну­лось сооружение укреплений. Наряду со строительством сухопут­ных войск совершенствовался и Военно-Морской Флот.

Массированное техническое оснащение армии требовало ско­рейшего овладения новыми видамивооружения всем личным со­ставом вооруженных сил страны. Задача подготовки технически грамотных кадров бойцов и командиров Красной Армии, умею­щих обращаться с современным оружием, стала государственной задачей. В соответствии с этим в целях ее реализации расширя- дось и улучшалось военноеобучение командного состава, особен­но технических, родов войск.

Организационные основы Красной Армии бьши закреплены в Законе об обязательной военной службе, принятом в 1930 г. Со­вершенствуя свои вооруженные силы, государство рассматривало их как средство сдерживания агрессора, как инструмент обеспе­чения всеобщего мира. Это было подчеркнуто переименованием Народного комиссариата по военным и морским делам в Нарко­мат обороны СССР.

1 сентября 1939 г., в день нападения Германии на Польшу, ко­торый считается днем начала Второй мировой войны, в нашей стране был принят новый Закон о всеобщей воинской обязаннос­ти. Он отражал реалии обстановки, вспыхнувшего пожара небы­валой войны, которую мы давно, конечно, ожидали и к которой готовились.

Новый Закон уже не предусматривал смешанной системы ком­плектования вооруженных сил, которая была принята военной ре­формой 1925 г. Теперь вся армия должна бьша строиться на кад­ровой основе, никаких территориально-милиционных частей не предусматривалось.

Изменения в общественном строе, закрепленные в Конститу­ции 1936 г., отразились и на принципах комплектования армии. Отказались от классового подхода к призыву в вооруженные силы, прежние ограничения по военной службе для нетрудовых элемен­тов были сняты. Теперь все военнослужащие и военнообязанные получали равные права и обязанности.

Вместе с тем изменился возраст призыва в вооруженные си­лы. Еще с 1936 г, он бьш снижен на 2 года: с 21 до 19 лет. Теперь Закон пошел дальше, он установил, что лица с полным средним образованием могут призываться с 18 лет. Отмерялась вневойско­вая военная подготовка, проводившаяся до сих'пор в вузах, гото­вившая командиров запаса. Увеличивался срок военной службы. Для большей части военнослужащих (рядовых сухопутных войск и некоторых других) он устанавливался в два года, но для неко­торых, и достаточно широких, категорий бьши предусмотрены три, четыре и даже пять лет. Наибольший срок, например, для рядового и младшего начальствующего состава кораблей и частей рабоче-крестьянского Военно-Морского Флота. Воинская служба подразделялась на действительную и состояние в’ запасе.

Вооруженные силы на протяжении всех тридцатых годов рос­ли количественно и качественно. B докладе на сессии Верховного Совета CCCP по проекту закона о воинской обязанности нарком обороны K.E. Ворошилов отметил, что численность армии и флота за девять лет выросла в три с половиной раза[122]. Закон 1939 r. по­зволил еще больше расширить воинский контингент. K началу Ве­ликой Отечественной войны наши вооруженные силы достигали 5,4 млн человек[123], т.е. были немногим меньше, чем к моменту окон­чания гражданской войны.

Вместе с численным ростом армии улучшался ее качественный состав. Культурная революция, всеохватное политическое воспи­тание молодежи позволили поднять образовательный уровень красноармейцев и командиров и воспитать в духе готовности за­щищать свою советскую Родину. Война приближалась, и молодые люди 30-х гг. были морально готовы к ней, способны воевать и побеждать.

Однако в конце 30-х гг. по личному составу вооруженных сил был нанесен сильнейший удар, но отнюдь не противником. Мас­совые репрессии коснулись и вооруженных сил, притом самой ценной их части — командного состава. Были арестованы бук­вально десятки тысяч командиров всех уровней, причем чем выше бьш йх уровень, тем больше был здесь процент арестованных и расстрелянных. Потери оказались огромными, что не могло не сказаться на состоянии армии в начале войны. Особенно постра­дали кадры политработников, а также вообще командиры-комму­нисты.

B предвоенные годы голо широкое техническое оснащение и перевооружение армии и флота. K.E. Ворошилов в своем докладе отмечал многократный рост числа танков, самолетов, орудий. Правда, новые современные типы военной техники, которые смо­гут сравняться по качеству с военной техникой наших будущих противников, а позже и превзойдут ее, только еще создавались. Массовое производство их началось перед самой войной или даже в ходе ее.

Страна усиленно готовилась к войне, однако полностью готова к ней не была.

<< | >>
Источник: О.И. Чистяков. История отечественного государства и права. Ч. 2; Учебник / Под ред. О.И. Чистякова. — 3-е >юд., перераб. и доп. — М.,2004. — 544 с.. 2004
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме § 4. Государственный механизм:

  1. 38. Механизм государства, государственный аппарат: понятие и их соотношение.
  2. 3.1. Концептуальные основы совершенствовании государственного регулирования пассажирского транспорта мегаполиса
  3. § 1. Государственный механизм
  4. Глава 4. КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД В ГОСУДАРСТВЕННОМ МЕХАНИЗМЕ РОССИИ (на основе анализа Конституций РФ 1978 и 1993 гг.)
  5. §3. Организация и деятельность местных органов государственного управления
  6. ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ МЕХАНИЗМА ГОСУДАРСТВА
  7. 6.1. Понятие и структура механизма (аппарата) государства
  8. 3.4.1. Структура механизма государства. Государственные органы, их виды 3.4.1.1. Механизм государства:понятие, признаки, принципы его построения и деятельности
  9. Тема 6. Функции и механизм государства.
  10. § 1. Государственный механизм
  11. § 3. Советский государственный механизм
  12. § 4. Государственный механизм
  13. § 3. Государственный механизм
  14. Современные проблемы механизма государства.
  15. Понятие, значение и структура механизма государства.
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -