ИСПЫТАНИЕ УКРАИНОЙ

?pi U U U гр

Россией украинскую политическую нацию, украинский политический класс. Такая линия приветствуется Западом, спонсирующим Украину и перекупающим задолженность Украины России. До последнего времени Россия как бы не замечала подведения антироссийского фундамента под новую украинскую государственность, продолжая полагаться на прошлое, русских жен украинских руководителей и свою роль донора украинской экономики. <.> Вместо переговоров о

содержании и условиях стратегического партнерства, статусе русского языка, положении русских как одной из государст вообразующих наций на всей Украине или хотя бы в Крыму, вместо обсуждения темы двойного, "спящего" или общего второго гражданства, мы дали завести двусторонние переговоры на мелководье раздела черноморских кораблей (упаси нас Бог недооценивать работу государственной делегации: когда на ее стороне бывала настоящая, последовательная политическая воля, пусть не наша, она добилась соглашения о выводе ядерного оружия с Украины). Но больше двух сотен соглашений, заключенных между нами за последние пять лет, оказываются лишними в стратегии дальнейшего развития Украины. А экономический детерминизм посткоммунистической России сыграл с ней злую шутку, превратив ее как главного кредитора и нефте- газоэкспортера в заложника Украины: захочет - не заплатит, захочет - не пропустит (и не платит, и не пропускает). <.>

Цель России - исключение угрозы превращения Украины в плацдарм интриг против Москвы - лучше достигается межгосударственным союзом, под-тверждающим общность судеб наших народов.

Во-первых, надо убедить украинскую элиту, что она, как это есть на самом деле, более заинтересована в таком союзе, чем кажется заинтересованной Россия. Украинцев как единой, сформировавшейся нации нет и не было. На Восточной Украине как показывают последние опросы населения, растет неприятие обособленной украинской государственности вообще. Украина, как неисторическое образование, гораздо более делима, чем оказался делим Советский Союз <...>. Если бы на Западной Украине на самом деле не знали, из каких разных частей состоит нынешняя Украина, Чорновил не открестился бы сейчас от лозунга ее федерализации, который он выдвинул в надежде на раскол в советские годы. До тех пор, пока украинская старшина и вдохновляющее ее западноукра- инское "украинство" не придут к выводу, что, играя с Россией, они рискуют целостностью Украины, - до тех пор они, будут насильно продолжать эксперимент по выращиванию антирусской политической нации. <.>

Во-вторых, следует признать, что без жесткой терапии российско- украинские отношения не выздоровят. Вопрос о заключении федеративного договора между Украиной и Крымом - как гарантии для русского большинства в Крыму - должен быть поднят как условие подтверждения границ Украины в готовящемся договоре о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между нашими странами, а спор о принадлежности Севастополя признан отдельной проблемой в переговорах (российская делегация должна исходить из того, что в настоящее время Севастополь де-юре российский город, который де-факто управляется властями Украины. Правительству РФ необходимо не затягивать, а форсировать установление реальной границы с Украиной, предварив эту работу заявлением о выделении проблемы Крыма и Севастополя в отдельное рассмотрение).

раинской рабочей силы в Россию; установления режима неблагоприятствования Украине в использовании российской инфраструктуры для осуществления внешнеэкономических связей с другими странами СНГ, Азиатско- Тихоокеанского региона; постепенного установления экономической блокады Украины по образцу США-Куба. В конечном счете следует понимать, что хотя распад Украины - проблемный для России вариант, но лучше способствовать ему, чем терпеть постоянный вызов Украины и эрозию наших усилий в ближнем зарубежье. <...> Во всяком случае, федеративное (земельное) устройство Украины - единственная прочная, вневременная гарантия ее подлинной дружбы, сотрудничества и партнерства с федеративной Россией.

Наконец, в общенациональных интересах установление строжайшей дис-

U X Г U С" U

циплины в ведении отношений с Украиной, исключающей партийную и ведомственную конъюнктуру. Реализация жесткого курса на переговорах с Украиной требует от руководства России осторожных, но бескомпромиссных мер по ограничению беспрецедентного влияния проукраинского лобби в структурах власти РФ.

Надо иметь в виду, что парламентские (в 1998 г.) и президентские (в 1999 г.) выборы на Украине приближаются, а значит, эмиссары основных кандидатов и политических сил уже собрались в Москву в попытке произвести впечатление на избирателей востока и юга Украины. До сих пор большинство на Украине упорно голосовало за идею союза с Россией и за кандидатов, публично выражающих такие идеи. Нет сомнений, что все основные кандидаты в президенты вновь попробуют заручиться поддержкой русского и русскоязычного населения Украины. Однако, как нам кажется, не следует вновь наступать на те же грабли, определяя одного из соискателей как пророссийского кандидата и оказывая ему помощь. <.> Наиболее сильным из всех возможных сценариев поведения России во внутриукраинских делах, в условиях, когда нет влиятельных лидеров "русской идеи", могла бы быть попытка объединения пророссийских сил на почве отказа от участия в "чужих" выборах. Вероятно, впервые с 1991 г. это дало бы победу явному кандидату запада Украины. Тем больше было бы оснований считать такую победу пирровой - предтечей серьезного внутреннего конфликта, обособления востока и юга Украины, по крайней мере Крыма.

Без проверки на прочность нашей воли, без принуждения к дружбе мы не в состоянии достичь союза со старшиной, правящей бал в украинском государстве. <.>