453. Как соотносятся нормы ст. 393 ГК с правилами ст.15 и 1064 ГК, которые подобно ей предусматривают право на возмещение убытков и вреда?

Президиум ВАС РФ (постановление от 14.07.1998 N1529/98) разъяснил, что при удовлетворении требования о взыскании убытков следует руководствоваться ст.393 ГК только в том случае, если причинение убытков стало следствием нарушения обязательства.

Верно и обратное: нарушение прав истца, вызванное неисполнением ответчиком договорного обязательства, позволяет кредитору воспользоваться правом на взыскание убытков, но исключает возможность применения им вещно-правового способа защиты прав (см. постановление Президиума ВАС РФ от 01.07.1997 N1205/97).

Статья15 ГК является общей нормой, регламентирующей институт возмещения убытков в качестве универсальной меры (общего правила) гражданско-правовой ответственности. Нарушение всякого субъективного гражданского права, умаление охраняемого гражданским законом интереса или нематериального блага, выраженное в денежной форме, называется убытками. Обязательное возмещение убытков – один из краеугольных камней гражданского права, один из аспектов проявления его компенсационной функции. Статьи же 393 и 1064 ГК суть нормы специальные, регламентирующие так называемую договорную и внедоговорную ответственность. Договорная ответственность – это ответственность за нарушение обязательственных (и шире – относительных[323]) прав; внедоговорная – ответственность за нарушение иных (абсолютных) субъективных прав, правоспособности и иных элементов правопорядка. В силу принципа lex speciale derogat lex generale арбитражные суды при взыскании убытков должны руководствоваться в первую очередь нормами ст.393 и 1064 ГК как нормами специальными (в зависимости от случая), и лишь в недостающей части – нормой, общей для случаев как договорной, так и внедоговорной ответственности (ст.15 ГК)[324].

Откровенно неправильное решение принял ФАС ВСО (постановление от 14.11.2003 NА74-1334/03-К1-Ф02-3917/03-С2), указавший, что «статья 393 ГК определяет обязанности должника по возмещению убытков, возникших во исполнение как договорных, так и внедоговорных обязательств». Во-первых, возникнуть «во исполнение» каких-либо обязательств убытки никак не могут, а во-вторых, в рассматривавшемся деле вовсе не шло речи о нарушении ответчиком каких-либо (в том числе – внедоговорных обязательств). Основанием к иску послужил отказ ответчика (муниципального образования в лице городского Комитета по управлению имуществом) от передачи в собственность истца земельного участка, обязанность передачи которого возникла из обстоятельств, перечисленных в ст.36 ЗК. Тезис об обязательственно-правовой природе такой обязанности, мягко говоря, сомнителен и требует, во всяком случае, всестороннего обоснования[325].