697. Возможно ли признание публичного конкурса недействительным? Если возможно, то по каким основаниям?

1. Рассматривая публичный конкурс как сделку, больше того - как договор, нельзя не прийти к положительному ответу на этот вопрос. Так, например, ФАС МО (см. постановление от 23.07.2001 N КА-А40/3717-01) признал недействительным "...конкурс на получение права на наземное эфирное телерадиовещание в части предоставления права на осуществление эфирного радиовещания на территории Москвы на частоте 103,4 МГц".

В учебной юридической литературе обязательства из публичного конкурса обыкновенно причисляются к категории обязательств из односторонних действий (односторонних сделок)*(826), но такой квалификации действия по объявлению публичного конкурса (постановки вопроса о том, сделка это или нет) ученые стараются избегать еще чаще, чем обсуждение вопроса о природе публичного обещания награды*(827). Причина вполне понятна: такое действие, как объявление публичного конкурса, само по себе еще не способно породить никаких обязательств; его юридический эффект заметен только тогда, когда оно объединяется в состав с некоторыми другими юридическими фактами*(828). С этими взглядами вполне мирно уживается описанное выше практическое воззрение, позволяющее применить к конкурсу правила о недействительности сделок. Нельзя сказать, что оно противостоит ученому взгляду, - напротив, оно вполне ему соответствует, ибо применить к какому-либо действию правила о сделках (больше того - о недействительности сделок) - отнюдь не равнозначно признанию этого самого действия сделкой. Ясно, что обращение судов к нормам о недействительных сделках в данном случае продиктовано, скорее, безысходностью, чем их содержательным согласием со "сделочной" квалификацией объявления публичного конкурса: именно нормы § 2 гл.

2. Что касается второй части вопроса - об основаниях признания конкурса недействительным - то на нее (в свете ст. 168 ГК и той цели, ради достижения которой суды, рассматривающие "публично конкурсные споры", обращаются к нормам о недействительности сделок) нужно ответить следующим образом: конкурс может быть признан недействительным по любым основаниям, установленным законом для признания недействительными любых вообще сделок. Так, например, упомянутый выше конкурс, касавшийся "права на осуществление эфирного радиовещания на территории Москвы на частоте 103,4 МГц", был признан недействительным из-за таких нарушений Положения об этом конкурсе, как 1) более позднее, чем положено, опубликование информации об условиях конкурса и 2) подведение итогов конкурса неуправомоченным лицом. То и другое суд счел одновременно нарушением законодательства (ст. 1057 и 1058 ГК), из-за чего и констатировал недействительность самого конкурса в форме его ничтожности по ст. 168 ГК, т.е. как сделки, не соответствующей требованиям закона. Такое решение - неизбежное логическое следствие избранного судами подхода к квалификации публичного конкурса, точнее, к тому, чтобы максимально избежать его квалификации, ограничившись лишь применением к нему норм о недействительности сделок.

698. Какова юридическая природа конкурса? Является ли конкурс односторонней сделкой или договором?

1. Постановлением ФАС МО от 25.09.2000 N КА-А40/4306-00 отмечается, что "...публичный конкурс по своей правовой природе является гражданско-правовой сделкой, влекущей при наступлении определенных юридических фактов (объявление о публичном конкурсе и участии в нем) возникновение у сторон гражданско-правовых отношений". Суд указал, что в установлении определенных условий при объявлении конкурса "...проявляется ...императивный характер гражданско-правовых норм, регламентирующих публичный конкурс как сделку".

Этой позиции противостоит другая, выраженная, в частности, в постановлении того же ФАС МО от 16.04.2001 N КА-А40/1503-01, указывающем, что "объявление о проведении публичного конкурса в силу п. 2 ст. 154 ГК является односторонней сделкой". Аналогичное утверждение содержится и в постановлении ФАС УО от 12.02.2003 N Ф09-234/03-ГК: "в соответствии со ст. 1057 ГК публичное объявление конкурса является односторонней сделкой, совершаемой под условием... При объявлении о проведении конкурса у организатора возникают обязанности принять от участников их предложения, соответствующие предъявляемым требованиям, оценить их, выявить лучшее и выплатить победителю обещанное вознаграждение... Однако эти обязанности возникают у организатора только при условии представления на конкурс двух и более заявок от приглашенных к участию в нем лиц".

2. Выше уже указывалось, что учебная и научная юридическая литература считают объявление публичного конкурса односторонним действием; реже - односторонней сделкой. Договорной квалификации нам неизвестно. В основном все согласны также и с тем, что как бы ни рассматривать объявление публичного конкурса, оно само по себе не порождает никаких обязательств. Вероятно, организатора конкурса можно считать связанным (наподобие того, как по п. 2 ст. 435 ГК связано лицо, сделавшее оферту, а по нормам гл. 56 - лицо, публично сделавшее безотзывное обещание награды) бременем ожидания откликов на сделанное им объявление.

Правовые последствия откликов на объявление о публичном конкурсе существенно отличаются от эффектов акцепта оферты и отзыва на публичное обещание награды.

Можно ли считать правоотношение, в содержание которого входит подобная сложносоставная обязанность, обязательством? Думается, вряд ли. Во-первых, обязательство предполагает удовлетворение имущественного интереса кредитора; действия же, из которых состоит процесс проведения конкурса, сами по себе ничьих имущественных интересов не удовлетворяют. Во-вторых, обязательство предполагает определенность своего содержания, т.е. того действия, которое подлежит совершению обязанной стороной, в то время как проведение собственно конкурса (сравнения и оценки представленных работ) осуществляется исходя из субъективизма его организатора*(829) и вовсе недоступно восприятию других лиц. Наконец, в-третьих, такая обязанность не допускает понуждения к ее натуральному исполнению: при достаточной степени настойчивости и твердости никто не может заставить организатора конкурса реально его провести; действиями каких-то иных лиц (например, судебного пристава-исполнителя) заменить эти действия также невозможно.

Таким образом, мы имеем - вне всякого сомнения - относительное правоотношение между организатором конкурса и лицами, представившими на конкурс свои работы (соискателями, лауреатами или конкурсантами); обязательственное оно или нет - вопрос, на который мы пока не готовы дать однозначного ответа.

Лишь только с момента объявления организатора о результатах конкурса у него возникают классические гражданско-правовые обязательства перед конкурсантами, признанными им победителями, -обязательство выплатить (выдать) победителям обещанные награды; соответственно, у победителей возникают права требования такой выплаты (выдачи). Если такое объявление и может быть признано сделкой, то это будет, конечно, сделка весьма необычная. Впрочем, вспомнив о целях, с которыми суды обращаются к нормам о недействительности сделок в публично-конкурсных спорах, мы поймем, что в "сделочной" квалификации этого объявления нет никакой практической надобности: то, к чему суды применяют нормы о недействительности сделок, осталось уже далеко позади. Это - само проведение конкурса: если таковое осуществлено с нарушением закона, то конкурс может быть признан недействительным. Отвечает ли признакам сделки процесс проведения конкурса? Никоим образом. Законодательство не возлагает на организатора обязанности информировать кого-либо ни о ходе проведения конкурса, ни о результатах его отдельных этапов, ни о критериях, которыми руководствовались члены жюри при сравнительной оценке работ, ни о чем другом. Все перечисленные выше действия являются внутренним делом организатора конкурса и не имеют выхода вовне; с юридической точки зрения они абсолютно идентичны нейрофизиологическим реакциям, происходящим в головном мозге человека в момент принятия им решения о совершении юридически значимого действия. Юридическое значение подобные - недоступные наблюдению других лиц (негласные, непубличные) - процессы (в том числе психические, мыслительные, чувственные у физического лица; процессы принятия решений органами юридических лиц и публично-правовых образований и т.д.) могут получить только в случаях прямо установленных законом. Суд, следовательно, имеет возможность применить нормы о недействительности сделок не к самому проведению конкурса, но, скорее, к внешне видимым актам поведения, которые свидетельствуют о полном или частичном уклонении организатора от выполнения прежде объявленных им условий конкурса (отказ в принятии представленных на конкурс работ, возвращение работ без рассмотрения или оценки и т.д.), т.е.

Мы пришли к противоречию: предположив, что объявление и (или) проведение публичного конкурса являются сделками, и установив, какие именно факты являются основаниями для применения судами норм о недействительности сделок в публично-конкурсных спорах, мы обнаружили, что такое применение не укладывается в рамки правил о недействительности сделок. Следовательно, наше первоначальное предположение - о сделочной природе актов объявления и проведения публичного конкурса - было неверным. Правы, стало быть, ученые, избегающие квалифицировать публичный конкурс в качестве односторонней сделки. Наши рассуждения свидетельствуют о том, что действия, составляющие конкурс в собственном (узком) смысле этого слова, являются юридически безразличными; объявление о результатах конкурса есть, несомненно, юридический поступок; юридическая же природа акта объявления самого публичного конкурса - акта, приводящего к связанности организатора бременем проведения конкурса, подлежит дополнительному выяснению в рамках специального исследования.