<<
>>

3.3. Готекая проблематика в отечественной историографии второй половины 1950-х — 1980-х гг.

В работах советских археологов первого послевоенного десятилетия по-прежнему превалировал «автохтонистский» на готскую проблему. Мнение о принадлежности Черняховской культуры славянам-антам, высказанное Б.А.

Рыбаковым еще в период борьбы с фашистской идеологией 9*, поддерживалось многими другими русскими и украинскими археологами. Однако в 1950-60-е гг. в отечественной науке происходят события, которые существенно изменяют ситуацию с источниками по готской проблеме.

Здесь, прежде всего, нужно назвать научный подвиг Е.Ч. Скржинской, которая подготовила перевод «Гетики» Иордана, впервые в полном объеме опубликованной на русском языке в 1960 г. ". Публикацию открывает большая вводная статья об Иордане, обобщившая результаты изучения этого важнейшего источника и личности самого историка в отечественной и зарубежной науке 10°. Е.Ч. Скржинская разработала подробный комментарий к «Гетке», не имеющий аналогов в европейской науке |01. Она признала историческую реальность государства Германариха, но при этом отметила его недолговечность |02. Впервые в советской исторической науке исследовательница пишет о том, что это государство охватывало обширные территории в Причерноморье и включало в свой состав разные этнические элементы. Е.Ч. Скржинская поставила важный вопрос о необходимости анализа «Гетики» в комплексе с независимыми данными археологических изыскании. [453] [454] [455] [456]

С момента публикации «Гетика» стала настольной книгой отечественных ученых, занимавшихся готской проблемой[457] [458].

Существенные сдвиги в изучении интересующей нас проблематики во второй половине 50-х гг. XX в. происходят и в отечественной археологии. Причем, как это ни парадоксально, они во многом оказались результатом официальной «славянской» концепции Черняховской культуры. Именно это обстоятельство стало главной побудительной причиной к проведению маес- совых раскопок Черняховских памятников в 1950-60-е гг.

Надо напомнить, что в годы «хрущевской оттепели» иной становилась и научная атмосфера — неприятие германского элемента в культурах юга Восточной Европы уже не было столь однозначным, как в первые послевоенные годы |04.

Поэтому в 1957 г. в Киеве было проведено совещание по проблемам Черняховской культуры и ее роли в истории ранних славян [459]. На нем возникли серьезные разногласия по вопросу об этнической принадлежности носителей Черняховской культуры. Одни исследователи (М.Ю. Брайчевский, В.П. Петров, Б.А. Рыбаков, Э.А. Сымонович и др.) придерживались традиционного для советской науки подхода: Черняховская культура отражает определенный этап формирования восточных славян и никакого отношения к готам не имеет. Другие ученые (Ю.В. Кухаренко; Э. А. Рикман, М.А. Тиханова, П.Н. Третьяков) видели в древностях Черняховского типа культуру смешанного населения, среди которого присутствовали германцы, славяне, скифы, сарматы, фракийцы. И лишь один М.И. Артамонов определенно высказался тогда в пользу готской принадлежности Черняховской культуры. Его главный аргумент состоял в том, что хронологически и территориально она соответствует известному по письменным сведениям Готскому царству [460] [461] [462] [463]. Он допускал, что помимо готов среди его населения были- сармато- аланы, геты и даки, балты и славяне 10'. Но в отличие от других советских археологов МЛ. Артамонов максимально сместил акцент в сторону готов и других восточногерманских племен, которым: он отводил решающую роль в исторических процессах, завершившихся созданием черияховской культуры. Следует обратить внимание на то, что в отличие от большинства отечественных археологов М.И. Артамонов не усматривал какой-либо ее связи с достоверно славянскими раннесредневековыми культурами |08. Таких взгляни)

дов исследователь придерживался до конца жизни

Киевское совещание и разгоревшаяся па нем дискуссия позитивно повлияли на дальнейшее изучение готской проблемы в отечественной науке. Потребовалось не менее десятилетия для того, чтобы взгляды сторонников той или иной концепции при обрели более завершенный вид.

В 1967 г. во Львове, а в 1981 г. в Каменец-Подольске [464] [465] были проведены еще два совещания по Черняховской проблематике. Они показали еще большее размежевание взглядов советских ученых в вопросе об этнической принадлежности Черняховских памятников.

В 1960—70-е гг. увидели свет первые монографические публикации Черняховских памятников в рамках отдельных регионов или всей культуры 11'. Начали изучаться не только отдельные поселения и некрополи этой культуры, но и целые микрорайоны, что открывало новые перспективы для исследования социально-экономического строя отставившего ее населения. Были получены точные данные о площади некоторых Черняховских поселений н их планировке, типах и размерах жилищ, в том числе так называемые «большие дома», явно не имевшие истоков в местных домостроительных традициях ш. Был поставлен вопрос о локальных вариантах Черняховской культуры.||3. Под давлением'фактов в 1950-60-е гг. большинство советских археологов отказались от искусственно завышенной ее датировки вплоть до VII в., ограничив время ее существования 111 — IV вв. Публикации новых материалов постепенно меняли ситуацию в исторической оценке Черняховских древностей, сложившуюся в нашей науке еще в 1930-е гг.

В те годы были изданы итоговые исследования, содержащие попытки осмысления интересующей нас проблемы на новых материалах, а главное — уже на несколько иной методологической основе, нежели в 1930—40-е гг. В 1960 г. Е.В. Махно издала первую сводную карту памятников Черняховской культуры, позволившую в основных чертах определить ее ареал ||4. Социально-экономические основы жизни Черняховского населения были детально изучены в монографии М.Ю. Брайневского 1ь. Исследователь принципиально не признавал присутствия готов среди племен лесостепной Черняховской культуры, а позже разработал альтернативную концепцию «антского царства» Мб, которое, как и Готское королевство, представляло собой классический образец варварских государств, когда осуществлялся переход [466] [467] [468] [469] [470] от первобытнообщинного строя к феодализму с отчетливыми, признаками рабовладения.

Позже он рассматривал Черняховскую культуру в качестве одной из цивилизаций-сателлитов Римской Империи !17.

В книге В.П. Петрова, посвященной этногенезу славян, обращалось внимание на черты универсализма-в Черняховской культуре 11 s. Отдавая дань старой советской традиции, исследователь оговаривался, что процесс становления Черняховской культуры происходил независимо от появления готов в Причерноморье. Тезису об их господстве он противопоставлял список покоренных Германарихом народов, в котором не упомянуты анты, а также свидетельство Иордана, в котором- нет указаний на сколько-нибудь длительное господство готов, что могло бы быть условием для создания культуры элитной верхушки 1|9. По этой причине Черняховскую культуру он также считал антской. Но при этом В.П. Петров обнаружил в Черняхове столь много римских влияний, что предложил рассматривать эту культуру как своего рода варварскую модификацию античной цивилизации.

П.Н. Третьяков считал вопрос о готах и их варварском государстве на Черноморском побережье одной из наиболее темных тем древней истории Восточной Европы. В его книге сочетались устоявшиеся «клише» советской археологии 1930-40-х гг., существенно принижавшие историческую роль готов, и подлинно новаторские идеи, родившиеся в процессе профессионального осмысления нового археологического материала |2°. Под давлением фактов исследователь со временем вынужден был признать, что готы оказались во главе сильного варварского государства, объединившего различные племена на значительных пространствах ш. П.Н. Третьяков дал весьма детальную оценку уровня социально-экономического развития населения [471] [472] [473]

Черняховской культуры ш. Он считал, что Черняховская культура, прежде всего, являлась продуктом провинциально-римского ремесла и торговли |23. Ее население он охарактеризовал как «несложившуюся народность», процесс консолидации которой из разноэтничных элементов был прерван на самых начальных стадиях вторжением гуннов ш.

Исследователь археологических памятников Днестро-Дунайского-региона Э.А.

Рикман не согласился с мнением И.Н. Третьякова о формировании в рамках Черняховской культуры единой народности |із. Он обратил внимание на сообщение Аммиана Марцеллина о том, что готы, устремляясь в битву, «издавали шум иа различных языках». Исследователь выступил в поддержку концепции полнэтничности черняховской культуры.' На его взгляд, в ТП-1Ѵ вв. в Лоднестровье сложился готский племенной союз, в период существования которого происходило оформление черняховской .культуры. Он обратил внимание на распространение на поселениях черняховцев наземных «больших домов», типичных для германских племен, что явилось наглядным результатом их вклада-в формирование этой культуры [474] [475] [476] [477] [478] [479].

В 1960-е - начале 70-х гг. выходят исследования В.В. Кропоткина, посвященные находкам римских монет и римского импорта на территории черняховской культуры . Составленные им своды имели большое значение для- понимания уровня экономического развития и денежного обращения в Черняховском обществе, характера его торговых связей с Империей.

Как уже указывалось, Б.А. Рыбаков еще с конца 1930-х гг. неоднократно излагал свои взгляды на готскую проблему в связи с занимавшим его вопросом этногенеза и ранней историей славянства. В завершенном виде его концепция наиболее полно представлена в книге «Язычество Древней Руси», где немало страниц посвящено готам и «державе» Германариха 128. Академик принципиально нс доверял описанию «державы» Германариха у Иордана. Он утверждал, что готы занимали лишь неширокую прибрежную полосу в Причерноморье и Приазовье. При этом он считал, что пространство между Днестром и Днепром не было заселено готами; этот промежуток принадлежал древним славянам-антам ,29. Правда, его ссылка на сообщение Иордана (Get., 35), упомянувшего антов на пространстве от «Данастра до Данапра», явно страдает анахронизмом, так как оно относится к времени жизни Иордана, когда готов в этом районе давно уже нс было.

Б.А. Рыбаков одним из первых отечественных исследований обратился к анализу списка «северных народов» у Иордана.

На его взгляд, сам по себе этот источник нс имеет никакого отношения к готской империи Германариха, а значит, не может указывать на ее размеры ш. Исследователь акцентировал внимание на том, что в перечне Иордана не упоминается ни один народ, с которым реальные готы совершали совместные походы, а вместо этого поставлены такие народы, имена которых ни в каких достоверных источниках больше не встречаются. Но это легко объяснимо, так как Иордан приводит сведения не времени «Готских войн» III в., а эпохи Эрманариха (IV в.).

Б.А. Рыбаков неоднократно выражал свою точку зрения по вопросу об этнической принадлежности Черняховской культуры. Он выделил в ней две зоны: северную лесостепную и южную прибрежную. Первая область Черняховской культуры, по его мнению, не только нс была населена готами, но и не принадлежала им 131. Только вторую, причерноморскую зону он считал допустимым связывать с гревтуягами-остроготами І32. Здесь надо

128 Рыбаков Б.Л. Язычество Древнеіі Руси. М., 19S7. С. 25-38.

129 Там же. С. 26-27.

130 Там же. С. 29-38.

131 Там же. С. 28,37-38.

132 Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества ХІІ-ХШ вв. М., 1982. С. 41-46. Также решал вопрос об этнической принадлежности причерноморской группы Черняховских памятников и М.Ю. Брайчевський. См.: Брайчевськіш М. Ю. Утверждение христианства на Руси. К., 1989. С. 6.

напомнить, что на многих лесостепных Черняховских памятниках, например, в известном биритуальном могильнике Компанийцы, присутствуют характерные восточногерманские элементы (их анализ будет дан выше в V главе).

Итоговое заключение Б.А. Рыбакова о «державе» Германариха по существу сводится к ее негативной оценке. Кажется, он совсем не случайно назвал остроготского короля готским конунгом, хотя источники однозначно именуют его риксом ш. Ученый ограничил его владения небольшими областями в Приазовье и на Нижнем Днепре ш. В отечественной историографии книга Б.А. Рыбакова была последним крупным исследованием, где так односторонне интерпретировались данные Иордана о королевстве Эрманариха.

Сторонником полиэтничной концепции Черняховской культуры всегда оставался В.В. Седов ljS. Он признавал, что в IV в. именно готы создали на юге Восточной Европы государственное образование во главе с Германа- рихом, который подчинил себе многие другие народы. Ученый полагал, что Черняховская культура была образованием, обусловленным, прежде всего, развитием провинциально-римской ремесленной деятельности. Результатом этих процессов стало формирование на обширной территории от нижнего Дуная до Днепровского лесостепного Левобережья Черняховской культуры - провинциально-римского образования с полиэтничным населением |36. По его мнению, основную его массу составляли потомки местных ираноязычных племен н славяне, заселявшие Днепровско-Подольский регион. Отсюда его гипотеза о Черняховской культуре как зоне преимущественно славяно-иранского симбиоза, конечным результатом которого стало появление славян- антов |37. В последних работах В.В. Седов, как ранее М.Ю. Брайчевский, склонялся к гипотезе, что, возможно, антами было создано предгосударст- [480] [481] [482] [483] [484] венное политическое объединение, типологически сопоставимое с готской «державой» |38. Надо заметить, что эта смелая гипотеза не нашла подтверждения в исторических источниках, да и анты впервые упоминаются в связи с событиями сразу после падения «державы» Эрманариха (Get., 246-247);

В 70-80-е гг. XX в. в отечественной науке продолжались дискуссии на тему «Черняховская культура и готы». Своеобразным катализатором их возобновления послужили раскопки на Волыни и- в Западной Белоруссии памятников вельбарской (поморско-мазовецкой-или гото-гепидской) культуры, ранее известных лишь на территории Польши. Здесь, прежде всего, надо назвать открытие Ю.В. Кухаренко могильника Брест-Тришин, которое объективно показало, с какой культурой готы пришли в Северное Причерноморье |39. М.А.Тиханова также окончательно склонилась к мысли о гото-гепидском происхождении черияхонской культуры |40. К 1980-м гг. завершаются исследования, посвященные анализу отдельных локальных вариантов Черняховской культуры [485] [486] [487] [488] [489] [490] [491]. К этому времени увидели свет труды по экономике и культуре Черняховского общества: изучена Черняховская металлургия ||2, гончарство 14\ украшения, позволившие уточнить хронологию памятников ш, систематизированы погребальные обряды [492]. Эти исследования не просто содержали публикации материалов поселений и могильников, но также и результаты их глубокого археологического анализа, превратившие их в первоклассный исторический источник.

С конца І 960-х гг. выходят в свет первые работы МЛ». Щукина по Черняховской тематике, который в следующие десятилетия становится лидером ее изучения в отечественной науке |46. Далеко не случайно большинство из них были посвящены вопросам хронологии Черняховской культуры, так как именно в этом направлении талантливый ленинградский археолог прозорливо увидел перспективы дальнейшего исследования готской проблемы. В вопросе изучения происхождения Черняховской культуры М.Б. Щукин развивал идеи М.И. Артамонова, М.А. Тихановой и Ю.В. Кухаренко, но продвинулся гораздо дальше. Ему удалось убедительно показать этнокультурные истоки отдельных локальных вариантов Черняховской культуры в виде так называемых «генетических секвенций» ,47.

В 1980-е гг. помимо работ археологов вновь появляются исследования по готской проблематике, выполненные на основе анализа письменных и лингвистических источников. А.Р. Корсунский и антиковед из ГДР Р. Гюнтер в своей книге не обошли стороной и вопрос об остроготах Эрманариха, хотя их больше интересовали везитоты Атанариха 118. Соавторы пришли к заключению, что готское общество в IV в. достигло высокого уровня социального развития, возможного при родо-племенном строе, но это‘не означало еще появления государства |49. Не менее важным представляется анализ социального строя вестготов, проведенный А.Р. Корсунским 15°. Сторон-

146 Щукин М.Б. О трех датировках Черняховской культуры // КСИА АН УССР. 1967. Вып.112. С. 8-13; Он же. Вопросы хронологии Черняховской культуры и находки амфор // СА. 1968. № 2. С. 41-51; Он же. Черняховская культура и явление кельтского ренессанса (к постановке проблемы) // КСИА. 1973. Ле 133; Он же. Современное состояние готской проблемы и черняховская культура// АСГЭ. 1977. Вып. 18. С. 79-91; Он же. К вопросу о верхней хронологической границе Черняховской культуры // КСИА. 1979. № 158. С. 17- [493] [494] [495] [496] ником отождествления Черняховской культуры и государства Эрманариха был известный ленинградский археолог Г.С. Лебедев |51. Великолепное знание скандинавских материалов, в том числе и героических саг, позволило ему высказать ряд весьма интересных суждений. В перечне «северных народов» у Иордана Г.С. Лебедев усмотрел латинский перевод готской героической песни и даже попытался реконструировать ее форму |э2.

Идею археологов о готской принадлежности черняховской культуры развил крупнейший российский лингвист В.Н. Топоров ,5:'. Для ее подтверждения он напомнил о серии рунических готских надписей, найденных на Черняховских и синхронных им памятниках, а также некоторые гидрони- мические данные Восточной Европы и лексические заимствования из готского в праславянском 154. По убеждению В.Н. Топорова, с готами было связано первое в Причерноморье предгосударсівенное объединение — «империя» Эрманариха, границы которой простирались от Днестра до Волги, от Северного Причерноморья до истоков Днепра 135. По его словам, готы были первыми из германских племен, кто охотно, довольно быстро и плодотворно стал осваивать античную культуру. Статья В.Н. Топорова еще раз показала неисчерпаемость темы древних германцев в Причерноморье.

Работа В.Н. Топорова сразу вызвала резкую критику со стороны академика Б.А. Рыбакова и В.П. Будановой. Б.А. Рыбаков отнес В.Н. Топорова к числу тех ученых, которые «по непонятной доверчивости... восприняли эту державу Гермаиариха как историческую реальность конца IV в.» І56. Не менее резкой критике подвергла статью В.Н. Топорова и В.П. Буданова. На наш взгляд, статья В.Н. Топорова, несмотря на ее острую критику со стороны

ы Лебедев Г.С. Эпоха викингов в Северной Европе. Л., 1985. С. 165-166; Он же. Русь п чудь, варяги и готы (итоги и перспективы нсторико-археодогического изучения славяно- скандинавских отношений в 1 тыс. н.э.) // Историко-археологическое изучение Древней Руси. Итоги и основные проблемы. Л., 1988. Выл. 1. С. 79-99.

152 Лебедев Г.С. Эпоха викингов в Северной Европе... С. 166.

133 Топоров В.Н. Древішс германцы в Причерноморье: результаты и перспективы // Балто- славянские исследования. М., 1983. С. 227-263.

154 Там же. С. 234-235,246-249.

155 Там же. С. 232.

156 Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси...С. 29-30.

ученых, придерживавшихся традиционных для советской науки подходов к готской проблеме, продемонстрировала очевидные преимущества комплексного использования различных источников для ее дальнейшего-изучения.

В 1980-х гг. выходит в свет серия публикаций В'.П. Будановой о готах в Северном Причерноморье, завершившаяся изданием ее книги — первого монографического- исследования по готской проблеме в советской исторической пауке І5‘. Ню собраны и проанализированы практически все данные позднеантичной традиции об остроготах-гревтунгах и везиготах-тервингах. Само понятие «государство Эрманариха» она считает крайне неопределенным из-за отсутствия конкретности в источниках. Под ним она понимает существование в Северном Причерноморье в ГѴ в. союза, племен, власть в котором была сосредоточена в руках готских вождей ,58. Эту дефиницию вряд ли сейчас можно признать удачной. Аммизн Марцеллин, а позже и Иордан знают в Причерноморье IV в. лишь regnum Эрманариха и ни разу не упоминают о каком-либо «союзе племен». Известно, что между двумя этими понятиями — большая разница, так или иначе отражающая сам механизм возникновения ранних потестарных образований ,59.

И в обсуждаемой книге, и в последнем обобщающем исследовании 160 Эрманарих безосновательно именуется «готским конунгом», возглавившим союз племен (как ранее у Б.А. Рыбакова). На наш взгляд, употребление этого средневекового титула (др.-норв. Konungr) в. отношении готского правителя IV в. представляется неоправданным хотя бы потому, что этого слова не знает готский язык 161. Для римлян Эрманарих был гех, а для готов — reiks І62. [497] [498] [499] [500] [501] [502] [503] [504]

Напомним, что эта титулатура отражена в распространившейся у готской знати моде на имена, заканчивавшиеся на -гіх |63.

По заключению В.П Будановой, к появлению готов автохтонное население Восточной Европы в отличие от Империи отнеслось в целом спокойно. Она допускает, что иногда постоянные перемещения приводили к столкновениям, например, со спадами, гепидами, однако они носили локальный характер. Исследовательница не соглашается с теми учеными, которые считают, что продвижение готов с севера на юг сопровождалось истреблением или подчинением встречавшихся на их пути племен, так как это не находит в письменных источниках ни прямого, ни косвенного подтверждения |64. Между тем археологические источники весьма красноречиво свидетельствуют об обратном. В середине III в. разгрому подвергся Танаис и некоторые другие античные города, причем в слоях разрушения Танаиса найдены умбоны от щитов центральноевропейского происхождения как раз времени готской миграции (ступень Вз/Сіа). Одновременно в дельте Дона появляются поселения типа Рогожкино-ХІІ с характерным керамическим комплексом. К этому времени прекращается жизнь позднескифских городищ на Нижнем Днепре и в Крыму. В их верхних слоях найдены оспинки последних неиоіре- бенных защитников lfi5. Весьма показательно и то, что на зарубинецко- пшеворских поселениях Западной Волыни появляются слои с вельбарскими материалами |66. Но главное даже не в этом — в 111 в. весьма радикально изменяется вся культура разноплеменного населения Восточной Европы от Карпат до Дона — к концу' века она приобретает в той или иной степени выраженный черияховский облик при сохранении некоторых субстратных черт. Этот археологический феномен совпадает со временем появления в Восточной Европе готов и других восточных германцев, а также с последующей эпохой так называемых «Готских» или «Скифских» войн. [505] [506] [507]

В.П. Буданова не исключает исторической реальности короля остроготов Эрманариха. По ее мнению, «государство Эрманариха» существовало в 350-376 гг. Но где жили эти готы, - замечает исследовательница, — неизвестно |67. Итоговый вывод В.П. Будановой звучит весьма пессимистично: «традиционная концепция «государства Эрманариха» уже не может быть признана адекватной комплексу свидетельств древних авторов об этом «государстве». В то же время современная источниковая база еще не позволяет построить качественно новую и вполне доказуемую концепцию 16*.

Если исходить из данных лишь письменных источников, то с определенными поправками с этой весьма строгой оценкой и можно было бы согласиться. Тем более что пополнения корпуса нарративных источников по истории государства Эрманариха явно не предвидится, а значит и надежды на построение ожидаемой новой концепции весьма близки нулю. Однако стремительно увеличивающийся фонд археологических источников по истории Восточной Европы IV в. с каждым годом внушает все больший оптимизм. С одной стороны, В.П. Буданова признает, что в отличие от письменных — это практически неисчерпаемый фонд источников, позволяющий «обеспечить историческому исследованию более материализованный характер» |69. В то лее время она оставляет его в стороне, предпочитая оперировать ссылками на разновременную и порой устаревшую археологическую литературу. Отсюда становится понятным резюме В.П. Будановой: «Вопрос об археологических материалах, которые можно было бы связать с готами, до настоящего времени остается дискуссионным» 17°. На наш взгляд, это, конечно, не так. В последней четверти прошлого века ни у кого из специалистов не было сомнений в том, что с вельбарской культурой связаны готы на их северной прародине, с памятниками типа Брест-Тришин — готы времени их

“7 Буданова В.П. Готы в эпоху Великого переселения народов... С. 135. 5S Там же. С. 136.

69 Там же. С. 19.

70 Там же. С. 20-21.

миграции на юг, .а с Черняховской культурой — готы времени обретения ими юікной,. причерноморской,родины.

В:П: Буданова справедливо заметила, что тотскаяшроблема относится к тем темам; которые' несут большую идеологическую нагрузку т. При ее1 изучении «всегда существовала опасность давления определенных мировозз-. ренческих. представлений на интерпретацию тех или. иных' событий» 172. В этом- смысле- ее работа не стала исключением; Написанная в- 1980-х гг., концептуально-и. методически она во многом еще была выполнена; в духе отечественной исторической науки предшествующего этапа и таковой осталась даже во втором издании 1999 г.. |,л. Отсюда заметная тенденция приуменьшить роль готов в истории нашей страны, как впрочем, и масштабы- государства Эрманариха, а также устаревшая историческая; терминология1 вроде «союза племен», никак не соответствующая характеру остроготской политик. Отсюда преобладание в книге анализа источников;над их синтезом, что само по себе не может привести. к конструктивным результатам в изучении того или иного исторического явления, По-видимому, нс случайно исследовательница даже не попыталась рассмотреть вопрос о месте этого regnwn в истории нашей страны, не говоря уж о; его соотношении с раннесредневековыми варварскими королевствами готов в Западной Европе.

Книга В.П; Будановой показала, что в 80-е гг. XX в. изучать готскую проблематику' лишь на основе анализа традиционных литературных источт ников — дело' малопродуктивное. К этому времени стало очевидно* что не письменные, а археологические источники потенциально несут в себе информацию, позволяющую ученым по-новому взглянуть на старую проблему. Во всяком случае, они дают основания для реконструкции этнополитической ситуации на юге Восточной Европы в IV в. независимо от позднеантичной нарративной традиции, как, впрочем, и от всего накопленного за два века историографического опыта осмысления государства Эрманариха,

171 Там же. С. 47.

172 Там же. С. 15.

173 Буданова В.П. Готы в эпоху Великого переселения народов, М., 1999.

Таким образом, смягчение в стране внутриполитической обстановки и идеологического пресса с началом «хрущевской оттепели», а также расширение Источниковой базы положительно сказалось на изучении готской проблемы в нашей стране. Этому способствовали следующие факторы.

1. Более благоприятные условия для научной работы историков и археологов по столь острой проблеме, как готская.

2. Издание Е.Ч. Скржинской «Гстики» Иордана на русском языке и очевидные успехи советских археологов в изучении Черняховской культуры.

3. Археологические открытия 1950—70-х гг., подготовившие качественный скачок для последующей разработки готской проблемы.

4. Исчерпанность взгляда на королевство Эрманариха как на своего рода историографический миф в русле концепции Б.А. Рыбакова. Он все больше вступал в непримиримое противоречие с результатами независимого анализа как письменных, так и все более умножающихся археологических источников.

5. Появление у отечественных исследователей различных взглядов на процесс формирования древностей Черняховского типа, которые в большей или меньшей степени стали привлекаться при изучении комплекса вопросов, связанных с государством Эрманариха.

6. Впервые массовый археологический материал стал широко использоваться для изучения этнической принадлежности и оценки уровня исторического развития населения, входившего в «державу» Эрманариха.

3.4.

<< | >>
Источник: Зиньковскаи И.В.. КОРОЛЕВСТВО ЭРМАНАРИХА В ИСТОРИИ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ IV ВЕКА. 2010

Еще по теме 3.3. Готекая проблематика в отечественной историографии второй половины 1950-х — 1980-х гг.:

  1. 9. Политические теории и концепции второй половины XX в.
  2. Проза второй половины 1820 х – 1830 х гг.
  3. ФИЛОСОФИЯ РУССКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ. СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII в. 
  4. ОТЕЧЕСТВЕННАЯ НАУКА ТРУДОВОГО ПРАВА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XX — НАЧАЛЕ XXI в.
  5. Русская религиозная философия второй половины XIX-XX вв.
  6. Ближневосточная тематика в трудах английских историков второй половины ХХ века: трансформация предмета и методов исследования
  7. 1.3. Вопросы опекунства,  использование принципа дативности и  особые коллизий, возникающих в семейном праве России второй половины 19 века.
  8.             2.1. Исследование отношения семейного законодательства к повторному вступлению в брак в России во второй половине 19 века. Эволюция вопроса, дозволенность и законность числа последовательных браков.
  9. § 1. Становление юридической герменевтики в российской юридической науке во второй половине XIX – начале XX века
  10. 6. Сравнительное правоведение во второй половине XX в.
  11. Особенности судоустройства и судопроизводства в Новгородской и Псковской феодальньисреспубликах (вторая половина XII-XV в).
  12. Развитие психодиагностики отклоняющегося развития во второй половине ХХв; направления формы и перспективы развития.
  13. Киммерийцы во второй половине IX - VII вв. до н.э.
  14. Оглавление
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История мировых цивилизаций - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -