<<
>>

Внутренняя политика: преемственность тэтчеризма и нововведения

«Тэтчеризм с человеческим лицом». Новому премьер-министру консервативного правительства Дж. Мейджору исполнилось 47 лет. Он был третьим лидером консерваторов, вслед за Э. Хитом и М. Тэтчер, не имевшим аристократического происхождения. Его избрание свидетельствовало о дальнейшем ослаблении аристократии и укреплении позиций нового среднего класса в высших эшелонах власти. Особую популярность ему придавало то обстоятельство, что он был выходцем из самых низов британского общества и деятелем, построившим свою карьеру собственными силами.

Джон Мейджор (р. 1947) воспитывался в семье бывшего циркового актера. Его образование началось в государственной школе. В 16 лет он оставил учебу и поступил в бухгалтерскую контору в Сити, но вскоре лишился места и сменил несколько профессий. В 1969 г. в возрасте 22 лет его взяли в «Стандард-Чартеред банк». С этого времени продвижение молодого человека по службе в банке сочеталось с активностью в местной организации Консервативной партии.

В 1979 г. он был избран в Парламент от Консервативной партии. Здесь Дж. Мейджор, не получивший высшего образования, за 10 лет поднялся по ступеням парламентских постов (парламентского секретаря министров, заместителя министра финансов) до высшей государственной должности. В 1989 г. во время решительных перестановок в своем правительстве М. Тэтчер предложила Дж. Мейджору портфель министра иностранных дел и по делам Содружества, а немного позднее, в том же году, и министра финансов. В 1990 г. благодаря поддержке М. Тэтчер он был избран лидером партии и занял пост главы правительства.

Наиболее заметным отличием Дж. Мейджора от его предшественницы стал отказ от авторитарного стиля руководства кабинетом и возвращение к коллегиальности. Иным было и отношение Мейджора к социальному государству (или «государству всеобщего благосостояния»), которое он рассматривал как инструмент сплочения нации. В публичных выступлениях новый глава правительства сразу же заявил о важности государственной системы социальных услуг и своей приверженности большей социальной справедливости. В 1991 г. правительство предложило Парламенту заменить непопулярный «подушный налог» более приемлемой для населения системой местного налогообложения, когда размер налогов определяется не столько собственностью, сколько доходами владельца.

Отход от жесткого курса Тэтчер уже через год выразился в повышении доверия населения к новому консервативному кабинету. Но одновременно в общественном мнении нарастала опасная для тори тенденция — усиливалось влияние лейбористов.

Выборы 1992 г. В 1992 г. рейтинги обеих партий балансировали на уровне 39—40%. Повышению популярности лейбористов способствовала модернизация программы организации, предпринятая ее лидером Нилом Кинноком, который в 1983 г. сменил на этом посту М. Фута. Партия отказывалась от намерений восстановить позиции государственного сектора в экономике, отменить антипрофсоюзное законодательство, ликвидировать Палату лордов. Однако это были лишь отдельные положения программы. Обосновать и сформулировать новую концепцию лейборизма Н. Кинноку так и не удалось, и парламентские выборы апреля 1992 г. вновь выиграли консерваторы.

Тори собрали 41,9% голосов и получили 336 мест в Парламенте. За лейбористов проголосовало 34,4% избирателей, и на их долю пришлось 271 место в Палате общин. Либеральные демократы заняли третье место и получили соответственно 17,8% голосов и 20 мандатов.

Экономическая политика. После выборов основные направления тэтчеризма в экономической стратегии были продолжены. Развитие «демократии собственников», свобода конкуренции, приватизация, поддержка малого бизнеса, снижение прямого налогообложения стали приоритетными задачами нового премьера.

До конца парламентского срока консерваторы предполагали завершить приватизацию угольной промышленности и денационализировать железнодорожный транспорт. Реализовать эти планы оказалось непросто. Все началось с заявления правительства в сентябре 1992 г. о закрытии 31 из 50 шахт по причине их нерентабельности, что повлекло бы за собой увольнение сначала 30 тыс., а затем еще 50 тыс. шахтеров. Но угроза новой забастовки горняков, а также выступления лейбористской оппозиции в Парламенте заставили консерваторов отложить планируемое мероприятие, а затем прибегнуть к новой тактике. Была проведена распродажа и сдана в аренду значительная часть шахт, что потребовало огромных инвестиций для их предварительной реконструкции. При этом уволенным шахтерам были выплачены выходные пособия. Затраты правительства на эти цели составили 1 млрд ф. ст. В течение 1994 г. все шахты были приватизированы.

Денационализацию железных дорог из-за сопротивления наемного персонала и недовольства общественности пришлось отложить. Эта задача была выполнена лишь в 1996—1997 гг. В 1996 г. приватизирована была и ядерная энергетика.

Значительные усилия были предприняты для поощрения мелких собственников. «Хартия малого бизнеса» (1992), выработанная еще до выборов, обеспечивала малым предприятиям благоприятные условия кредитования, а созданная консультативная служба предоставляла квалифицированную помощь в ведении бизнеса. Развитию малого бизнеса способствовало и налоговое законодательство, стимулировавшее сбережения. В целом же в налоговой политике новое правительство продолжало линию тэтчеризма. Акцент с прямого налогообложения, касавшегося состоятельной части населения и предпринимателей, перемещался на косвенное, затрагивавшее фактически все население.

Ориентация на «демократию собственников» проявилась и в других сферах экономики. С этой целью продолжалась льготная распродажа муниципальных домов, обеспечивались благоприятные условия для получения кредита в целях строительства собственного жилья. В соответствии с новым законодательством работники предприятий, подлежащих приватизации, получали преимущественное право для приобретения его акций. К 1997 г., к концу пребывания консерваторов у власти, около 10 млн человек, или 22% взрослого населения, стали акционерами.

Очевидными были и нововведения в промышленной политике. Так, например, Дж. Мейджор допускал некоторую степень вмешательства в дела бизнеса, что было неприемлемым для Тэтчер. По инициативе министра торговли и промышленности М. Хезелтайна (с 1992 г.) вновь вошли в практику консультации между представителями государства и предпринимателями на общенациональном и местном уровнях. При этом влияние на этот процесс профсоюзов было ослаблено. В 1992 г. прекратил свою деятельность главный орган для трехсторонних консультаций — Национальный совет экономического сотрудничества.

В промышленности в целом стимулы получили те ее звенья, которые были связаны с новыми технологиями. В 1993 г. Министерство науки и образования опубликовало Белую книгу под названием «Реализуя наш потенциал: стратегия для науки, промышленности и технологии». В ней предусматривались меры, направленные на развитие взаимодействия между научными центрами, включая университеты, и промышленностью не только внутри страны, но и в рамках ЕЭС.

Для решения этих задач был основан Совет по науке и технологии, в который входили ученые и бизнесмены, возглавлял его министр — член кабинета. Совет подготавливал независимые рекомендации для выделения приоритетных ассигнований в сфере науки и техники. Особое внимание уделялось заключению контрактов для проведения исследовательских работ.

Фирмам (преимущественно мелким), разрабатывавшим целевые инновационные проекты, предоставлялись гранты. Для крупных фирм в целях создания конкретных программ сотрудничества науки и бизнеса была создана специальная система «Линк» (связь). Финансирование этих программ осуществлялось на партнерской основе между государством и предпринимателями. В авторитетной европейской программе по развитию научно-технического прогресса «Юрека» в 1995 г. участвовало более 500 британских фирм. Более значительную, чем в прежние годы, научно-техническую помощь получили развивающиеся регионы (Шотландия, Уэльс, Северная Ирландия).

Мероприятия, проведенные консервативными кабинетами, способствовали улучшению экономического положения Великобритании. В 1992 г. в экономике страны вновь начался подъем. В 1994 г. был окончательно преодолен производственный спад, имевший место в предшествующие три года. Рост ВНП достиг наивысшего уровня в Европе — 3,5%, и в дальнейшем эта тенденция продолжилась. Безработица, составлявшая в начале 1993 г. 2,96 млн человек, к 1997 г. снизилась до 2 млн человек и была ниже, чем в других европейских странах. Прирост производительности труда в промышленности составлял 3—4% в год.

Более динамичное развитие экономики Британии в эти годы по сравнению с другими ведущими европейскими державами объяснялось своеобразным положением страны в мировом производстве. В процессе глобализации Великобритания использовала такое традиционное преимущество, как связь со стерлинговой зоной и более обширной «финансовой империей». Лондон сохранял положение мирового, а в Европе крупнейшего финансового центра. Деятельность британских банков и других финансово-кредитных институтов больше, чем аналогичных учреждений европейских государств, была ориентирована на обслуживание международных экономических отношений. Кроме того, экономические связи Британии с быстро растущей экономикой США были более тесными, чем у других стран ЕЭС. Продолжало сказываться и то благоприятное обстоятельство, что в условиях роста цен на энергоносители страна не расходовала огромных средств на импорт нефти и газа. Рост экспорта североморской нефти и повышение деловой активности британского бизнеса на внутреннем и внешнем рынках создали основу для экспортного бума, наблюдавшегося в 1994—1995 гг. Если импорт увеличивался на 4—5% в год, то экспорт — на 10%.

И все же по многим экономическим показателям Великобритании не удалось преодолеть отставание от США, ведущих европейских держав и Японии, хотя по таким отраслям, как авиастроение, химическая и фармацевтическая промышленность, страна удерживала высокий мировой стандарт. Постоянное обновление технической базы происходило и в оборонной промышленности.

Важно также, что промышленный и научный потенциал Британии поддерживали в том числе иностранные капиталовложения и созданные в стране с участием британского капитала дочерние предприятия крупнейших транснациональных компаний. Подавляющее число этих корпораций контролировал американский, японский и немецкий бизнес. Позитивным результатом этих инвестиций стало повышение занятости британцев, насыщение внутреннего рынка товарами высокого качества и пополнение бюджета за счет налоговых отчислений иностранных компаний. Но нередкими были и случаи, когда иностранные инвесторы перемещали свои капиталы в другие страны (например, в государства Восточной Европы), где прибыли обещали быть более высокими. Следствием же было неизбежное ослабление и даже банкротство дочерних предприятий в Британии.

Социальная политика. Что касается социальной сферы, то здесь в отличие от промышленной области большее внимание уделялось не преемственности, а новациям. Введенный Тэтчер принцип «смешанного государства всеобщего благосостояния», при котором финансирование осуществлялось как частным, так и государственным сектором, был сохранен. Но акцент обеспечения сместился в сторону государства.

Еще до выборов 1992 г. был подготовлен ряд документов, носивших название «хартия» и посвященных основным направлениям социальной политики: «Хартия гражданина», «Хартия родителей», «Хартия пациента», «Хартия ищущих работу», «Хартия квартиросъемщиков». В них устанавливался общий стандарт взаимодействия между государственными ведомствами и коммерческими структурами и закреплялись основные права поведения граждан в различных областях общественной жизни. В «Xapmuu гражданина» подчеркивалось, что предоставление социальных услуг определяется необходимостью в них для того или иного британца, а не его способностью оплачивать эти услуги. В «Хартииродителей» обращалось внимание на целесообразность сохранения всех типов школ.

В сфере среднего образования продолжалось увеличение числа модернизированных объединенных, или независимых, государственных школ. В соответствии с Актом об образовании 1988 г. начался процесс освобождения такого типа школ от подчинения местным школьным отделам и превращения их в «самоуправляющиеся учебные заведения». Независимые частные школы посещало около 7% учащихся. В результате реформ в системе среднего образования треть молодежи, оканчивающей школы, поступала в высшие учебные заведения. Широкое распространение получило вечернее, заочное, а также дополнительное образование. Планировалось также, что с помощью введенного «молодежного кредита» все ученики в возрасте 16—17 лет смогут получить полноценное профессиональное образование.

Политехнические учебные заведения получили статус университетов. Эта мера положила конец традиционному для Британии различию между университетами и другими высшими учебными заведениями. Вместе с тем в связи с экономическими трудностями на каждого студента выделялось все меньше средств. К концу 1990-х годов правительство отказалось от грантов для бесплатного обучения студентов и ввело механизм займов, предоставляемых учащимся высших учебных заведений на время обучения. Одновременно в практику вошла и частичная оплата за обучение.

В области здравоохранения правительство Дж. Мейджора делало ставку на повышение качества этой службы и эффективность ее организации. В «Хартии пациента» фиксировалось право равного доступа к медицинским услугам для всех британцев независимо от их материального положения и на получение ими информации о состоянии медицинских учреждений в данной местности. Впервые гарантировалось получение необходимой медицинской помощи в течение определенного периода.

Продолжался курс на кооперацию частного и государственного здравоохранения. В то же время власти констатировали, что только 12% населения предпочитают частное медицинское страхование, но одновременно пользуются услугами государственных учреждений.

Все нововведения в социальной сфере, призванные обеспечить более высокий уровень обучения детей и качество медицинской помощи, требовали значительных финансовых затрат, что отражалось в государственных бюджетах. Было очевидно, что первоначальный замысел правительства Тэтчер — уменьшить государственные расходы за счет внедрения частного сектора в общественные службы образования и здравоохранения — потерпел неудачу. Как показало время, британцы не захотели расставаться с этими оправдавшими себя жизненно важными системами, что и побудило Тэтчер отступить, а ее преемника — начать разработку новых подходов. Идея «малого социального государства», выдвигавшаяся неолибералами, оказалась несостоятельной.

Несколько иная тенденция прослеживалась в отношении к социальному страхованию. Здесь значительное место отводилось поощрению личных сбережений, участию в частных пенсионных фондах, а также внутрифирменному страхованию. В результате процент негосударственной пенсии в доходах подавляющей части пенсионеров заметно повысился. В то же время пособия, выплачиваемые инвалидам, вдовам, одиноким матерям и многодетным семьям, оставались достаточно низкими. Выплаты безработным зависели от ряда условий. Оценивались их усилия в поиске новой работы. Предоставляемая финансовая помощь так и называлась — «пособие ищущим работу». Предусматривалась обязательная проверка материального положения их семьи.

В жилищных вопросах курс правительства почти не изменился. Поощрялось строительство собственного жилья, предоставлялись ипотечные кредиты под низкую процентную ставку. Кроме того, согласно схеме «смешанного домовладения», будущий собственник уплачивал лишь часть необходимой суммы, а остальную с правом последующего выкупа вносила финансируемая правительством жилищная ассоциация.

Новый импульс получило развитие так называемых попечительских служб, которые брали под свое покровительство хронических больных, сирот и лиц, нуждающихся в постоянном уходе. Они финансировались, как правило, добровольными организациями и благотворительными фондами. В период правления кабинета Дж. Мейджора осуществлялась координация деятельности этих структур.

Проведенные реформы в совокупности с компьютеризацией и механизацией отражались на социальной структуре британского общества. За счет увеличения роли мелких предпринимателей, возрастания числа менеджеров и собственников различного рода в среде рабочего класса, включая категорию «белых воротничков»[129], расширялась и укреплялась прослойка среднего класса.

Вместе с тем число трудящихся («синих воротничков»), занятых физическим трудом на строительных, дорожных и погрузочных работах, увеличивалось за счет новых граждан — иммигрантов (и их детей), прибывших из стран Азии, Африки, Латинской Америки. Билли 1981, 1988 и 1996 гг., подготовленные кабинетами М. Тэтчер и Дж. Мейджора, продолжили линию на регламентацию числа иммигрантов такой категории в зависимости от потребностей экономики.

Таким образом, во всех областях социальной деятельности государства после отставки Тэтчер произошли существенные изменения. Следуя установкам на «смешанное» социальное государство и «свободу выбора», правительство Мейджора стремилось сочетать социал- реформистский подход, характерный для всего послевоенного периода (до прихода к власти кабинета Тэтчер), и неоконсервативный, или неолиберальный, которого придерживались тэтчеристы-реформаторы.

Национальная политика. Изменения затронули и национальную политику. В Шотландии (1994) местные органы власти получили более широкие полномочия в вопросах образования, здравоохранения, а также дорожного и жилищного строительства. В Уэльсе повысился статус валлийского языка. Было введено его обязательное изучение в школах, открылись телевизионные каналы, вещавшие на валлийском языке. Указатели и вывески стали писать на двух языках. По закону 1994 г. административно-территориальное деление Уэльса было приведено в соответствие с английским.

Позитивные результаты были достигнуты в Северной Ирландии. По соглашению, подписанному с премьер-министром Ирландской Республики зимой 1995 г., в Северной Ирландии создавался Парламент, наделенный полномочиями решать не только внутренние проблемы, но и определять статус провинции. Правительство Ирландии согласилось пересмотреть статьи своей конституции, в которых говорилось о необходимости воссоздания единого ирландского государства. Юнионисты посчитали, что эта договоренность ставит под вопрос пребывание Северной Ирландии в составе Великобритании, но после ряда протестов, все же, сели за стол переговоров. В свою очередь Ирландская республиканская армия прекратила террористические акты. Почти на два года в Северной Ирландии было остановлено кровопролитие.

12.2.

<< | >>
Источник: Остапенко Г.С., Прокопов А.Ю.. Новейшая история Великобритании: XX — начало XXI века: Учеб. пособие. — М.: Вузовский учебник: ИНФРА-М,2012. — 472 с.. 2012

Еще по теме Внутренняя политика: преемственность тэтчеризма и нововведения:

  1. Внутренняя политика: преемственность тэтчеризма и нововведения
  2. ОГЛАВЛЕНИЕ
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -