237. Какова практика применения ст.219 ГК, согласно которой право на недвижимую вещь возникает с момента государственной регистрации, в частности, в делах по искам о признании права собственности на недвижимые вещи?

Норма ст.219 ГК прямо вытекает из правила п.2 ст.8 ГК (о том, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации), а также нормы ст.131 ГК.

Судебная практика применения этой статьи ГК весьма своеобразна. Существует большое количество дел, фабула которых сводится к следующему. Заинтересованное лицо предъявляет в суд иск о признании за ним права собственности на недвижимое имущество. В рамках подготовки судебного дела к слушанию суд требует от истца представить документы, подтверждающие государственную регистрацию права собственности на спорный объект. Истец, естественно, такими документами не располагает (иначе какой смысл в возбуждении судебного дела о признании права собственности!) и представить в суд их не может. В этом случае суд отказывает в удовлетворении исковых требований со следующей формулировкой: в соответствии со ст.219 ГК право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации. Истец не представил суду доказательств государственной регистрации своего права. Следовательно, права на недвижимость у истца нет и в иске следует отказать (см., например, постановления ФАС СЗО от 10.04.2001 NФ04/1053/167/А70-2001; ФАС ЦО от 17.04.2002 NА54-3613/01-С5; ФАС ПО от 29.08.2002 NА12-1943/02-С35, от 18.11.2005 NА49-2077/05-112а/24; ФАС МО от 06.04.2005 NКГ-А40/2187-05).

Совершенно очевидно, что такой подход не соответствует ни духу, ни букве закона и является плодом неверного понимания содержания ст.219 ГК. Напомним, что существует два вида исков о признании права: иски о признании права, в которых истец просит суд констатировать, что у него уже возникло субъективное право, но ему по какой-то причине требуется судебное решение, которое подтверждало бы его право. Второй вид исков о признании права собственности – иски, в которых истец констатирует, что имеется юридический факт (сложный юридический состав), который может служить основанием для возникновения права собственности, однако завершающим юридическим фактом, необходимым для возникновения права собственности должно стать судебное решение[109]. В делах о признании права этого вида решение суда имеет не правоподтверждающее (как в делах первого вида), а правопорождающее значение[110].

Таким образом, требование суда о предоставлении доказательства государственной регистрации права на недвижимое имущество могло бы иметь место только в делах первого вида (о подтверждении права собственности либо иного вещного права на недвижимое имущество). Понятно, что подобных дел нет и быть не может – ведь если лицо уже зарегистрировало свое право в реестре, то необходимости в судебном решении возникнуть уже в принципе не может.

Во второй же категории дел требование о предоставлении доказательств государственной регистрации права на недвижимость прямо противоречит цели судебного процесса – вынесения решения, которое явилось бы основанием для государственной регистрации права собственности (иного вещного права) на недвижимое имущество.

Не следует забывать и о том, что перечень случаев, в которых законодатель допускает предъявление иска о признании права собственности на недвижимость второго вида, крайне ограничен. К их числу относятся, в частности, уже упоминавшийся случай признания права собственности на самовольную постройку (ст.222 ГК), а также случаи признания права муниципальной собственности на бесхозяйные вещи (ст.225 ГК), признания права собственности на невостребованные земельные участки сельскохозяйственного назначения (п.5 ст.13 Федерального закона от 24.07.2002 N101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения») и др.[111]