396. Как арбитражная практика относится к определениям переводного и простого векселей, содержащимся в ст. 815 ГК?
Пользуясь известным выражением заведующего кафедрой гражданского права Е.А. Суханова, такое отношение можно было бы назвать некритическим заимствованием.
В подавляющем большинстве случаев арбитражные суды ограничиваются воспроизведением соответствующей части ст.
815 ГК, определяя простой вексель как ценную бумагу (документ), "...удостоверяющую ничем не обусловленное обязательство векселедателя выплатить по наступлении предусмотренного векселем срока полученные взаймы денежные суммы"*(236); иногда вексель отождествляется с самим этим обязательством. В ходе рассмотрения предыдущего вопроса было указано, что главным недостатком данного определения является недостаточно четкая связь векселя с экономическими отношениями займа. Отсутствие необходимой в этом вопросе четкости дает почву для иллюзии относительно того, что вексель является формой инкорпорации заемного обязательства (в юридическом смысле этого слова). Это не так. Заемное обязательство и вексельное - это разные вещи. Хотя вексельное обязательство и сходно по своим ключевым параметрам с обязательством заемным - его предметом является денежная сумма, а содержанием - действия по ее передаче (уплате) - оно является обязательством самостоятельным и не находится в каком-либо логическом подчинении по отношению к понятию заемного обязательства. Лучшим подтверждением сказанному является основное содержание нормы ст. 815 ГК, которое недвусмысленно "разводит" регламентацию заемных и вексельных обязательств: если режим первых вполне определяется общими нормами ГК, то вторые регламентируются специальным (вексельным) законодательством.Случаев хотя бы простого воспроизведения определения переводного векселя (не говоря уже даже о самом минимальном его анализе) нам неизвестно*(237). Между тем это определение является уже откровенно неправильным, ибо оно не охватывает собою случаев выпуска и обращения неакцептованных переводных векселей. Такие документы не заключают в себе обязательства "иного указанного в векселе плательщика", но, тем не менее, векселями от этого быть не перестают.
Думается, что в целях устранения недостатков как самой ст. 815 ГК, так и практики применения содержащихся в ней норм, можно было бы предложить изменить ее положения, изложив их в следующей редакции: вексель - это ценная бумага, удостоверяющая простое и ничем не обусловленное обязательство векселедателя доставить векселедержателю определенную денежную сумму посредством ее самостоятельной уплаты (простой вексель) либо посредством обеспечения ее уплаты третьим лицом - плательщиком (переводной вексель), по наступлении предусмотренного срока и в обусловленном месте*(238).
Еще по теме 396. Как арбитражная практика относится к определениям переводного и простого векселей, содержащимся в ст. 815 ГК?:
- 395. В чем смысл размещения нормы, определяющей понятия простого и переводного векселя, в главе о займе? Каково юридическое значение указания ст. 815 ГК о том, что вексель удостоверяет обязательство выплатить полученные взаймы денежные суммы?
- 1997. № 30. Ст. 3594. Федеральный закон от 11.03.97 г. «О простом и переводном векселе» // СЗ РФ. 1997. №
- 7. Может ли сделка по выдаче простого векселя в обмен на уплату денежной суммы быть квалифицирована как сделка купли-продажи собственного векселя?
- 397. Используется ли (и если да - то как) в арбитражной практике определение облигации, данное в ст. 816 ГК?
- 616. Какие критерии выработала арбитражная практика для определения разумности расходов, понесенных одной из сторон на оплату услуг представителя в арбитражном процессе?
- 138. Как расценивает судебная практика договор, в котором одним из обмениваемых товаров выступает вексель?
- 3. Уточняется ли судебной практикой определение предпринимательской деятельности, содержащееся в ст.2 ГК?
- 429. Какие из возражений должника первоначальному кредитору (цеденту) были предметом изучения арбитражной практики? В частности, не сформулировано ли в арбитражной практике каких-либо ограничений в применении правил ст.386 ГК?
- 476. Существуют ли какие-либо категории денежных требований, прямо не названные в п. 2 ст. 855 ГК, которые арбитражная практика относила бы к категории приоритетных?
- § 1. Основные положения (ст.48-65) 27. Каким образом арбитражной практикой используются нормы ГК о понятии и признаках юридического лица? Встречались ли в арбитражной практике дела о возможности признания за какими-либо организациями статуса юридических лиц?
- 177. Является ли фальсификация подписи на векселе обстоятельством, с которым закон связывает возможность признания сделки по отчуждению векселя недействительной, как совершенной приобретателем под влиянием заблуждения?
- 325. Как в современной арбитражной практике трактуется норма ст.307 ГК, устанавливающая, что происходит в силу обязательства, не определяя понятия самого обязательства? Из чего исходят арбитражные суды, говоря об обязательстве? Что они подразумевают под обязательством?
- Образец простого векселя
- 434. Каким образом арбитражная практика толкует норму п.1 ст.389 ГК? Должен ли договор уступки требования заключаться в простой письменной форме в случаях, когда такая форма требуется нормативным актом, или же в случаях, когда уступаемое требование возникло из сделки, фактически облеченной в простую письменную форму, хотя бы таковой по законодательству и не требовалось?
- 418. Какие требования признаются арбитражной практикой не подлежащими уступке как «неразрывно связанные с личностью кредитора»?
- 518. Известны ли обстоятельства, расцениваемые арбитражной практикой как свидетельство невиновности в нарушении обязательств или основание к перераспределению бремени доказывания вины?
- 454. Подтверждается ли в арбитражной практике известное цивилистической науке, но не нашедшее прямого выражения в ГК правило о четырехэлементном составе гражданского правонарушения как основании договорной ответственности?