483. Может ли размер процентов за пользование чужими денежными средствами, взыскиваемых на основании ст.395 ГК, быть снижен судом по основаниям, установленным ст.333 ГК для уменьшения неустойки?

Поскольку проценты по ст.395 ГК являются не неустойкой, а специальной, особой мерой гражданско-правовой ответственности, имеющей самостоятельную юридическую природу, оснований для применения к ним ст.333 ГК с целью уменьшения их размера, конечно же, не имеется и не может быть.

Пункт 7 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 08.10.1998 N13/14 предложил судам совершенно иное руководство для разрешения вопроса. Если определенный в соответствии со ст.395 ГК размер (ставка) процентов, уплачиваемых при неисполнении или просрочке исполнения денежного обязательства, явно несоразмерен последствиям просрочки исполнения денежного обязательства, суд, учитывая компенсационную природу процентов, вправе, руководствуясь ст.333 ГК, уменьшить ставку процентов, взыскиваемых в связи с просрочкой исполнения денежного обязательства. Предложенный подход не замедлил воплотиться в конкретных делах (см., например, постановление Президиума ВАС РФ от 01.12.1998 N2117/98). При этом Пленумы уточнили, что, решая вопрос о возможности снижения применяемой ставки процентов, суду следует учитывать изменения размера ставки рефинансирования ЦБ РФ в период просрочки, а также иные обстоятельства, влияющие на размер процентных ставок[402].

Единственным мотивом решения Пленумов является, как это можно видеть, соображение о компенсационной природе процентов. Но оно могло бы быть справедливым только в том случае, когда было бы достоверно известно, что предоставление суду ст.333 ГК право уменьшения размера неустойки обусловливается именно ее компенсационной природой, а это далеко не факт.

Заслуживает внимания и диспозиция ст.333 ГК в той ее части, которая описывает основание для уменьшения неустойки как ее явную несоразмерность последствиям нарушения обязательства. Неубыткам, как должно было бы быть, если бы дело действительно предопределялось компенсационной природой неустойки, как считает Президиум ВАС РФ, а любым последствиям нарушения, в том числе и тем, которые не охватываются понятием убытков[404]. В этом смысле гораздо более осторожно и вместе с тем более точно высказался Президиум ВАС РФ в п.4 информационного письма от 14.07.1997 N17: проценты, взыскиваемые кредитором за нарушение денежного обязательства, в определенной части компенсируют последствия этого нарушения. Не «последствия нарушения» вообще, обычно сводимые к убыткам, а только убытки, которыми последствия нарушения не исчерпываются.

Больше того, в литературе встречается мнение, согласно которому цель нормы о праве суда на уменьшение явно несоразмерной неустойки заключается в том, чтобы дать суду инструмент пресечения злоупотреблений правом на взыскание неустойки[405], т.е. вовсе выходит за рамки имущественных интересов. И хотя мы не согласны с этой точкой зрения, само ее наличие в литературе достаточно красноречиво (хотя и косвенно) свидетельствует о том, что если ст.333 ГК и зиждется в какой-то мере на соображениях о компенсационной природе неустойки, то соображения эти не только не единственные, но и, весьма вероятно, даже не решающие.

Наконец, нельзя не обратить внимания на то, что если ст.333 ГК говорит о возможности судейского уменьшения самой подлежащей уплате неустойки, т.е. ее размера или суммы, начисленной в данных конкретных обстоятельствах, за данное конкретное правонарушение, то арбитражная практика ведет речь о возможности снижения ставки, подлежащей применению при расчете суммы процентов по ст.395 ГК.

Таким образом, ссылка на компенсационную природу процентов, подлежащих уплате по ст.395 ГК, во-первых, сама по себе не соответствует действительности, а во-вторых, даже будучи верной, не могла бы объяснить их снижения на основании ст.333 ГК. В отсутствие других объяснений точку зрения о возможности судебного уменьшения суммы (тем более – ставки) процентов, подлежащих взысканию за неправомерное пользование чужими денежными средствами, следует считать необоснованной.